Октябрь уж наступил, идёт к концу непростой во всех отношениях и достаточно бесплодный по своим итогам 2007-ой политический год. И вновь подтверждается старая, но верная примета молдавской политической жизни: активизировались политики - значит, скоро грянут выборы.

Как это уже стало привычным в Молдове, где-то за год до выборов в стране начинается бурный процесс партстроительсва, раскола и распада партий, возобновляются поиски вариантов наиболее выигрышного блокирования или слияния старых и новых партий. Всё это уже имеет место в политической жизни Молдовы сегодня. В общем, всё идёт, как всегда, над всем и всеми вновь довлеет всё тот же принцип, гласящий, что движение – это всё, а конечная цель - ничто.

На общем пёстром фоне предвыборной суеты и начавшихся крутых разборок между некоторыми вчерашними партийными соратниками, ставшими сегодня непримиримыми противниками, не осталось незамеченным внезапное оживление, а затем переименование захиревшей было вследствие регулярных неудач на выборах маргинальной партии Союз труда - «Патрия-Родина» и появление во главе её одного из самых известных и преуспевающих молдавских гастарбайтеров, постоянно обретающегося в Москве.

Это событие сразу же привлекло к себе внимание молдавского политического бомонда. Об Андрее Цэрнэ и партии «Patria-Moldova» (так теперь называется партия «Союз труда - Патрия-Родина») заговорили. За последние несколько недель, прошедшие после состоявшегося в Кишиневе учредительного съезда новой партии, о ней уже успели наговорить и написать немало. Оценки говорящих и пишущих зачастую диаметрально противоположны, но для «пошедшего в политику» Андрея Цэрне и его партии это, в любом случае, всё равно важно, так как они добились главного – о них в Молдове услышали и заговорили, о них узнала молдавская общественность.

Так что же это такое, молодой кандидат в серьёзные национальные политики Андрей Цэрнэ и его партия «Patria-Moldova»? Новый перспективный политический проект? Или же очередная тщетная попытка, за счёт финансовых вливаний, вдохнуть новую жизнь в умирающую старую маргинальную партию?

Немалое число молдавских аналитиков и экспертов склоняются сегодня именно ко второму варианту. Надо признать, что для этого у них есть серьёзные основания. Их, прежде всего, насторожило то обстоятельство, что, достаточно громко объявив о своём рождении, новая партия пока никак не обозначила своё место на политической авансцене Молдовы. Молчит и лидер этой партии.

По этой причине сегодня, при всем желании, невозможно понять, какие же именно ценности эта партия пропагандирует, решение каких проблем Молдовы и её народа она считает своим первоочередным делом.

С одной стороны, согласно её названию, можно было предположить, что новая партия займет нишу «молдавских патриотов». Более того, бытовало мнение, что она будет претендовать на то, чтобы стать одной из ведущих партий, борющихся за укрепления молдавской государственности, за сохранение независимости и единства страны.

Были также надежды на то, что партия Андрея Цэрне выдвинет реальные предложения по реализации новых проектов и программ, которые приведут к массовому возращению гастарбайтеров в Молдову, а также будут способствовать привлечению в страну массированных инвестиций из зарубежных стран, особенно из России, где сегодня работают сотни тысяч выходцев из Молдовы.

Как считали многие молдавские эксперты, вполне естественным для этой новой партии выглядела бы и активность в деле решения застарелой проблемы «замороженного» приднестровского конфликта.

Но, увы, вопреки всем ожиданиям и прогнозам, по всем этим важнейшим направлениям партия Андрея Цэрне так до сих пор и не обозначила свою позицию. Более того, отдельные публикации в некоторых молдавских СМИ самого лидера партии вызывают недоумение и даже порождают сомнение в его «молдавском патриотизме», в желании реально заниматься решением актуальных проблем молдавского народа.

Могу предположить, что всё это является следствием того, что Андрей Цэрне давно уже не живёт в Молдове, да и сегодня также остаётся оторванным от родины. Возможно, слишком много времени у него отнимают проекты, связанные с деятельностью возглавляемой им одноименной общественной организации, которая занимается защитой прав и интересов молдавских граждан, вынужденных трудиться за рубежом.

Честь и хвала ему, конечно, за всё это. Но, тем не менее, если Цэрне, как политик, и возглавляемая им новая партия хотят удержаться и закрепиться на политической арене Молдовы, они должны, как можно скорее, убедительно показать и доказать, что хотят и могут заниматься решением накопившихся проблем экономики и социальной сферы Молдовы. Заниматься серьезно, постоянно, грамотно, причём не только на уровне публицистики, чем сегодня грешит руководитель новой партии «Patria-Moldova», но, прежде всего, в сугубо практической плоскости.

Андрей Цэрнэ должен понять, что граждан Молдовы, то есть его потенциальных избирателей, сегодня слишком мало волнуют его личные эмоции от просмотра телепередач с участием президента Молдовы Владимира Воронина. Граждан Молдовы, напротив, намного больше волнует вопрос о том, что конкретно те или иные политические партии и их лидеры готовы сделать для того, чтобы изменить к лучшему жизнь в Молдове.

Сегодня не нужно слишком много ума для того, чтобы критиковать Воронина. Не делает этого сегодня в Молдове только ленивый. А потому эта критика уже больше никого не волнует. В том числе и самого Воронина.

Сегодня люди ждут от политиков совсем другого. А потому, если Цэрнэ, например, не нравятся предложения Воронина по урегулированию отношений с Приднестровьем, то, как серьёзный политик, он обязан провести их конструктивный анализ, убедительно показать, в чём и почему эти предложения слабы или ущербны, а затем предложить что-то своё. И не только предложить, но и доказать, в чём и почему его вариант лучше того, который предложен Ворониным. Он должен убедить и молдавскую, и приднестровскую общественность в том, что его предложения более выгодны, как для Кишинева, так и для Тирасполя.

Если Андрей Цэрнэ намерен серьёзно заняться политикой и занять в ней достойное место, ему, прежде всего, и в прямом, и в переносном смысле, следует как можно скорее обеими ногами встать на молдавскую почву. В противном случае, стоя «на одной ноге», опираясь лишь на московский асфальт, ему будет очень трудно стать именно молдавским национальным политиком. В нём постоянно будут видеть «засланного казачка», что, учитывая молдавский менталитет, будет равнозначно его политической смерти, причем в самом начале его политической жизни.

Понятно, что после того, как нынешняя молдавская «демократия» показала свой тоталитарный оскал, выразившийся в арестах Валерия Пасата и Ивана Бургуджи, у Андрея Цэрне есть вполне обоснованные опасения, что так же могут поступить и с ним самим. Но, если у него нет сегодня, в силу названных выше объективных причин, возможности физически присутствовать в Молдове, то его душа и сердце, как человека, претендующего на роль национального политика, должны, образно говоря, жить и биться в Молдове.

Лишь тогда Андрей Цэрнэ будет смотреть на многие процессы, происходящие во внутриполитической жизни Молдовы, другими глазами. Лишь тогда он сможет сам, а не только со слов других людей, увидеть, понять и почувствовать, что сегодня больше всего волнует молдавский народ, к чему он стремится, каких перемен в своей судьбе он желает.

И лишь тогда у Андрея Цэрне появятся шансы состояться в качестве реального молдавского политика, а у партии «Patria-Moldova», которую он возглавляет, получить поддержку молдавских избирателей и удачно выступить на парламентских выборах весной 2009 года.