Речь фактически идет о полномасштабном переучреждении молдавского государства. Звучит фантастично?.. Что ж, зато это едва ли не единственный путь сохранения Молдавией независимости и обретения смысла своего существования.
«Драматическое ухудшение ситуации в Молдавии по сравнению с соседними государствами за последние 16 лет во многом произошло из-за неурегулированного конфликта, по сути, нерешенного определения молдавской политической нации. Это новая страна, которой нужен хороший социальный диалог, дающий твердое основание для определения политической нации. Это очень важно, потому что в этой нации есть люди с разными этническими, лингвистическими корнями, и это следует привнести в сообщество, как в Швейцарии, где существуют три языка, и люди, помимо того, что говорят по-французски, по-немецки или по-итальянски, все идентифицируют себя швейцарцами. Такую модель мы хотели бы видеть и в этой красивой стране...»
Кальман Мижей, Спецпредставитель ЕС по Молдавии, 25 апреля 2008 г.
Республику Молдова в последнее время все чаще называют государством-банкротом (failed state). Однако если взглянуть на проблему более внимательно, то можно сказать, что обанкротилась не Молдавия как таковая, а Республика Молдова как проект «национального государства» в условиях использования неадекватного в XXI веке вульгарно-этнического подхода к формированию государственности.
1. «Национальное государство» без нации
Примитивные молдовенисты настаивают на том, что Республика Молдова является «национальным государством молдаван». При этом ответа на вопрос, кто такие «молдаване», похоже, не знают и сами молдовенисты. Споры с непременной пеной у рта насчет «молдавской идентичности» не стихают в первую очередь среди самих представителей «титульной нации», которым так и не удалось не только объединить молдавское общество, но и решить проблему собственной самоидентификации.
С другой, «румынской» стороны баррикад звучит что-то невнятное о том, что Молдавия-де является «вторым румынским государством». Что тоже, в общем-то, имеет мало общего с действительностью. В реальности Молдавия не исчерпывается и никогда не исчерпывалась «самоопределением румынского этноса», как стремятся это представить сторонники примитивно-румынистского подхода. В этом и заключается неадекватность «бессарабско-румынского» решения «молдавского вопроса». Лечить нежизнеспособность «национального государства молдаван» объявлением его «национальным государством румын» - это примерно как если больного СПИДом заразить еще и «птичьим гриппом».
Вывод же лежит на поверхности: Республика Молдова на данный момент принципиально нежизнеспособна как «национальное государство». Это связано с отсутствием состоявшейся и дееспособной государствообразующей или «титульной» нации. Такая страна либо прекратит рано или поздно свое существование, либо в ней будет создана политическая нация.
2. Молдавская политическая нация
Итак, примем за аксиому: никакой «молдавской нации» на данный момент в качестве Реальности не существует. Она есть как Потенция, как Возможность. Возможность, образованная сочетанием многих факторов, ключевыми из которых являются реальный русско-румынский билингвизм, еще более широкое этническое взаимодействие (включающее в себя тюркский элемент - гагаузов), а также пока еще теплящаяся формальная государственность.
Именно об этом, как представляется, говорит в вынесенном в эпиграф отрывке спецпредставитель ЕС Кальман Мижей. Сенсационное, в общем-то, заявление, «почему-то» оставшееся незамеченным самодовольным молдавским политическим классом. Что ж, давайте исправим это досадное упущение.
Ранее президент Молдавии Владимир Воронин признал, что «молдавский язык» - это тот же румынский язык, а его название - это политическое решение молдавского общества. Но ведь точно таким же политическим решением могло бы стать (но еще не стало) и учреждение «молдавской политической нации».
3. О любви, взаимной и не очень
При этом утверждается, что «этим русским» все это уже предлагалось, но они, мол, наотрез отказались. Начнем с того, что до сих пор к русским (напомню, что здесь и далее используется магическое уравнение наших бессарабско-румынских друзей, в соответствии с которым «русские»=«русскоязычные») обращались лишь с одним «заманчивым» предложением. Быть «молдаванами второго сорта». То есть насильственная ассимиляция, при которой, однако, никто им ничего не забудет и не простит. По крайней мере, до тех пор, пока они не откажутся от русского языка и не начнут ненавидеть своих братьев из Приднестровья и клеймить «проклятую имперскую Россию». Конечно, эта «гениальная» затея провалилась. Да и взаимное доверие было подпорчено основательно.
В то же время, не следует передергивать. Из провала этой бездарной и бестолковой «национальной операции», можно сделать очень много полезных выводов. Но что из этого точно не следует, так это то, что русские Молдавии принципиально не согласны жить в эффективном независимом государстве, где они были бы равноправными гражданами и а не «нетитульным» вторым сортом.
После признания очевидной роли нерумынской составляющей «молдавского проекта», как одного из основообразующих его факторов, русские, как представляется, будут вполне готовы признать и румынскую ее составляющую. Которая, безусловно, очень значима. Давно пора уже назвать вещи своими именами. Но только надо помнить, что любовь особенно хороша, когда она взаимна.
4. От «национальных меньшинств» к странообразующим общинам
Следуя данной логике, да и исходя из чисто этимологического подхода, нетрудно заметить, что ни румыны, ни русские, ни гагаузы в Молдавии не являются «титульной нацией». В то же время именно все они в совокупности и при конструктивном взаимодействии способны образовать ту «молдавскую политическую нацию», о которой так красочно и убедительно говорит наш европейский друг.
В таком случае и румыны, и русские, и гагаузы из абстрактных и бесправных «национальных меньшинств» при несуществующей де-факто «титульной нации» превращаются в странообразующие общины. Со всеми вытекающими в плане прав. Это, безусловно, подразумевает юридическое равноправие и реальное равенство шансов для всех этнических групп быть включенными в политическую и социально-экономическую жизнь страны.
Собственно, вне зависимости от того, будет реализован «план Мижея» или нет, предлагаю уже сегодня начать выводить оскорбительный термин «национальные меньшинства» из молдавского политического лексикона. Странообразующие общины – только так!
5. Проблема «молдавского языка» и языковой вопрос
Как уже отмечалось, важнейшим фактором проекта молдавской политической нации является реальный русско-румынский билингвизм. После фактического и юридического уравнивания румынского и русского языков, можно будет признать, что "молдавского языка" не существует. В этом "политическом решении" больше не будет надобности, поскольку его нынешнее название придает ему статус "титульности", который в Новой Молдавии будет неуместным.
Два равноправных государственных языка - русский и румынский - это было бы выигрышем и для румынской (как отмечалось, это, наконец, можно будет признать), и для русской (в широком смысле) равноправных составляющих молдавской политической нации. При этом, гагаузский язык, безусловно, не только должен остаться официальным в Гагаузской автономии, но и получить от нового государства всю необходимую поддержку, коей он был лишен на протяжении всего периода молдавского этнократического эксперимента. Возможно, еще одним официальным языком на территории всей страны мог бы стать английский. Почему бы и нет.
Таким образом, простое признание объективного положения дел поможет не только решить «проблему молдавского языка», но и вообще закрыть не дающий покоя молдавскому обществу на протяжении многих лет языковой вопрос.
6. Переучреждение государства
Чтобы сохраниться в качестве независимого государства Молдавии сегодня жизненно необходимо формирование нового социального контракта. Это подразумевает достижение согласия различных групп общества по поводу того, чего мы, граждане, хотим от государства, которое в нынешних условиях собственной дисфункциональности становится для многих собственных граждан не только малоценностью, но и обузой. Необходимо снова спуститься к «фундаменту», сцементировав его согласием различных общественных групп по основным правилам взаимодействия в общей стране.
Иными словами можно сказать, что речь фактически идет о полномасштабном переучреждении молдавского государства. Звучит фантастично?.. Что ж, зато это едва ли не единственный путь сохранения Молдавией независимости и обретения смысла своего существования. А возобновившийся процесс приднестровского урегулирования лишь предоставляет для этого дополнительные, исключительно благоприятные условия.
«…Это новая страна, которой нужен хороший социальный диалог, дающий твердое основание для определения политической нации». Так сказал Кальман Мижей. Подписываюсь под его словами.
Кальман Мижей, Спецпредставитель ЕС по Молдавии, 25 апреля 2008 г.
Республику Молдова в последнее время все чаще называют государством-банкротом (failed state). Однако если взглянуть на проблему более внимательно, то можно сказать, что обанкротилась не Молдавия как таковая, а Республика Молдова как проект «национального государства» в условиях использования неадекватного в XXI веке вульгарно-этнического подхода к формированию государственности.
1. «Национальное государство» без нации
Примитивные молдовенисты настаивают на том, что Республика Молдова является «национальным государством молдаван». При этом ответа на вопрос, кто такие «молдаване», похоже, не знают и сами молдовенисты. Споры с непременной пеной у рта насчет «молдавской идентичности» не стихают в первую очередь среди самих представителей «титульной нации», которым так и не удалось не только объединить молдавское общество, но и решить проблему собственной самоидентификации.
С другой, «румынской» стороны баррикад звучит что-то невнятное о том, что Молдавия-де является «вторым румынским государством». Что тоже, в общем-то, имеет мало общего с действительностью. В реальности Молдавия не исчерпывается и никогда не исчерпывалась «самоопределением румынского этноса», как стремятся это представить сторонники примитивно-румынистского подхода. В этом и заключается неадекватность «бессарабско-румынского» решения «молдавского вопроса». Лечить нежизнеспособность «национального государства молдаван» объявлением его «национальным государством румын» - это примерно как если больного СПИДом заразить еще и «птичьим гриппом».
Вывод же лежит на поверхности: Республика Молдова на данный момент принципиально нежизнеспособна как «национальное государство». Это связано с отсутствием состоявшейся и дееспособной государствообразующей или «титульной» нации. Такая страна либо прекратит рано или поздно свое существование, либо в ней будет создана политическая нация.
2. Молдавская политическая нация
Итак, примем за аксиому: никакой «молдавской нации» на данный момент в качестве Реальности не существует. Она есть как Потенция, как Возможность. Возможность, образованная сочетанием многих факторов, ключевыми из которых являются реальный русско-румынский билингвизм, еще более широкое этническое взаимодействие (включающее в себя тюркский элемент - гагаузов), а также пока еще теплящаяся формальная государственность.
Именно об этом, как представляется, говорит в вынесенном в эпиграф отрывке спецпредставитель ЕС Кальман Мижей. Сенсационное, в общем-то, заявление, «почему-то» оставшееся незамеченным самодовольным молдавским политическим классом. Что ж, давайте исправим это досадное упущение.
Ранее президент Молдавии Владимир Воронин признал, что «молдавский язык» - это тот же румынский язык, а его название - это политическое решение молдавского общества. Но ведь точно таким же политическим решением могло бы стать (но еще не стало) и учреждение «молдавской политической нации».
3. О любви, взаимной и не очень
При этом утверждается, что «этим русским» все это уже предлагалось, но они, мол, наотрез отказались. Начнем с того, что до сих пор к русским (напомню, что здесь и далее используется магическое уравнение наших бессарабско-румынских друзей, в соответствии с которым «русские»=«русскоязычные») обращались лишь с одним «заманчивым» предложением. Быть «молдаванами второго сорта». То есть насильственная ассимиляция, при которой, однако, никто им ничего не забудет и не простит. По крайней мере, до тех пор, пока они не откажутся от русского языка и не начнут ненавидеть своих братьев из Приднестровья и клеймить «проклятую имперскую Россию». Конечно, эта «гениальная» затея провалилась. Да и взаимное доверие было подпорчено основательно.
В то же время, не следует передергивать. Из провала этой бездарной и бестолковой «национальной операции», можно сделать очень много полезных выводов. Но что из этого точно не следует, так это то, что русские Молдавии принципиально не согласны жить в эффективном независимом государстве, где они были бы равноправными гражданами и а не «нетитульным» вторым сортом.
После признания очевидной роли нерумынской составляющей «молдавского проекта», как одного из основообразующих его факторов, русские, как представляется, будут вполне готовы признать и румынскую ее составляющую. Которая, безусловно, очень значима. Давно пора уже назвать вещи своими именами. Но только надо помнить, что любовь особенно хороша, когда она взаимна.
4. От «национальных меньшинств» к странообразующим общинам
Следуя данной логике, да и исходя из чисто этимологического подхода, нетрудно заметить, что ни румыны, ни русские, ни гагаузы в Молдавии не являются «титульной нацией». В то же время именно все они в совокупности и при конструктивном взаимодействии способны образовать ту «молдавскую политическую нацию», о которой так красочно и убедительно говорит наш европейский друг.
В таком случае и румыны, и русские, и гагаузы из абстрактных и бесправных «национальных меньшинств» при несуществующей де-факто «титульной нации» превращаются в странообразующие общины. Со всеми вытекающими в плане прав. Это, безусловно, подразумевает юридическое равноправие и реальное равенство шансов для всех этнических групп быть включенными в политическую и социально-экономическую жизнь страны.
Собственно, вне зависимости от того, будет реализован «план Мижея» или нет, предлагаю уже сегодня начать выводить оскорбительный термин «национальные меньшинства» из молдавского политического лексикона. Странообразующие общины – только так!
5. Проблема «молдавского языка» и языковой вопрос
Как уже отмечалось, важнейшим фактором проекта молдавской политической нации является реальный русско-румынский билингвизм. После фактического и юридического уравнивания румынского и русского языков, можно будет признать, что "молдавского языка" не существует. В этом "политическом решении" больше не будет надобности, поскольку его нынешнее название придает ему статус "титульности", который в Новой Молдавии будет неуместным.
Два равноправных государственных языка - русский и румынский - это было бы выигрышем и для румынской (как отмечалось, это, наконец, можно будет признать), и для русской (в широком смысле) равноправных составляющих молдавской политической нации. При этом, гагаузский язык, безусловно, не только должен остаться официальным в Гагаузской автономии, но и получить от нового государства всю необходимую поддержку, коей он был лишен на протяжении всего периода молдавского этнократического эксперимента. Возможно, еще одним официальным языком на территории всей страны мог бы стать английский. Почему бы и нет.
Таким образом, простое признание объективного положения дел поможет не только решить «проблему молдавского языка», но и вообще закрыть не дающий покоя молдавскому обществу на протяжении многих лет языковой вопрос.
6. Переучреждение государства
Чтобы сохраниться в качестве независимого государства Молдавии сегодня жизненно необходимо формирование нового социального контракта. Это подразумевает достижение согласия различных групп общества по поводу того, чего мы, граждане, хотим от государства, которое в нынешних условиях собственной дисфункциональности становится для многих собственных граждан не только малоценностью, но и обузой. Необходимо снова спуститься к «фундаменту», сцементировав его согласием различных общественных групп по основным правилам взаимодействия в общей стране.
Иными словами можно сказать, что речь фактически идет о полномасштабном переучреждении молдавского государства. Звучит фантастично?.. Что ж, зато это едва ли не единственный путь сохранения Молдавией независимости и обретения смысла своего существования. А возобновившийся процесс приднестровского урегулирования лишь предоставляет для этого дополнительные, исключительно благоприятные условия.
«…Это новая страна, которой нужен хороший социальный диалог, дающий твердое основание для определения политической нации». Так сказал Кальман Мижей. Подписываюсь под его словами.
Аналитика и комментарии
02.09.2010 09:47 | Артем Филипенко
Обоюдоострый меч референдума
Снижение порога явки до 33% - явление во многом беспрецедентное. И здесь речь идет о политической целесообразности, в жертву которой и в Украине и в Молдове приносится право и легитимность власти.
31.08.2010 02:35 | Богдан Цырдя
Молдова –театр абсурда 2
К сожалению, приходится констатировать, что именно абсурд становится сегодня нормой всей молдавской внешней и внутренней политики. Всё же истинно рациональное и необходимое, что требует от либеральной власти народ, вызывает у неё только кривую усмешку.
30.08.2010 08:32 | Владимир Букарский
Лидеры молдавской политики
По моему мнению в ближайшие пять лет будущее молдавской политики будут определять: Зинаида Гречаная, Мариан Лупу, Владимир Филат, Игорь Додон. Кто-то из них, вероятнее всего, станет четвертым и пятым президентом Молдовы.