ОБРЕТЕНИЕ ИСТИНЫ

В Кишиневе 20 марта чрезвычайный и полномочный Посол Российской Федерации в Республике Молдова Николай Рябов провел пресс-конференцию. Для местных и иностранных журналистов.
Кроме представителей прессы в зале присутствовали дипломаты Украины, МИДа Молдовы, министерства реинтеграции. В начале встречи Н.Т. Рябов сделал заявление для прессы: «Нарастание напряженности вокруг Приднестровья, возникшее в результате прямого подключения Украины к попыткам Молдовы добиться вне переговорного процесса закрепления региона в своем экономическом пространстве, вызывает глубокую озабоченность России и как сопосредника в урегулировании, и как государства, являющегося гарантом стабильности сейчас и призванного стать гарантом будущих договоренностей сторон конфликта. Желание Молдовы ввести экономических агентов Приднестровья в свое правовое поле одновременно означает и желание осуществить попытку тех же самых агентов из правого поля Приднестровья.
Наши первые оценки введенного Кишиневом и Киевом Нового порядка оформления внешнеэкономической деятельности Приднестровья, как известно, были сделаны в заявлениях МИДа Российской Федерации от 4 и 17 марта сего года о ситуации, возникшей на приднестровском участке молдово-украинской границы. 10 марта сего года выступила Государственная Дума Российской Федерации.
Мы по-прежнему привержены обязательствам уважения суверенитета и территориальной целостности Республики Молдова, закрепленном в базовом российско-молдавском договоре о дружбе и сотрудничестве 2001 года.
Более того, мы не ставили под сомнение ее суверенное право применять меры по урегулированию внешнеэкономической деятельности, которые она считает необходимыми, но при одном обязательном условии, что такие меры вводятся и применяются с соблюдением ранее достигнутых с ее участием принципиальных договоренностей, касающихся урегулирования приднестровский проблемы. Почему мы так считаем? Только потому, что мы говорим: при осуществлении своих суверенных прав Молдова не может не считаться с фактом существования на ее территории неурегулированного конфликта, несущего в себе угрозу миру и безопасности в регионе, за возникновение и существование которого, Молдова несет ответственность в первую очередь.
Подчеркну, что никакие попытки подменить истинные причины конфликта мнимыми, не снимут с нее этой исторической ответственности. Нарушение стабильности напрямую затрагивает законные интересы России, включая как положение наших соотечественников-граждан, проживающих в Приднестровье, так и положение российского бизнеса. В упомянутом договоре молдавская сторона обязалась неизменно действовать в духе приверженности процессу политического урегулирования молдово-приднестровской проблемы, поэтому российская сторона вправе рассчитывать, что Кишинев воздержится от односторонних действий, которые могли б отбросить назад процесс политического урегулирования приднестровской проблемы, которые подрывают основу взаимного доверия в отношениях конфликтующих сторон.
Правовой оценкой, а точнее говоря, основой для правовой оценки является для нас также соглашение о принципах мирного урегулирования вооруженного конфликта в Приднестровье от 21 июля 1992 года, фиксирующее недопустимость применения конфликтующими сторонами любых санкций и блокад, а также Московский меморандум «Об основах отношений между Молдавией и Приднестровье» от 8 мая 1997 года. В котором предусматривается право Приднестровья самостоятельно устанавливать и поддерживать международный контакты в экономической, научной и культурной областях. Кроме этого, там указаны и соответствующие обязательства и гарантии сторон.
Республика Молдова взяла на себя эти обязательства по итогам многосторонних международных переговоров. Положения меморандума, а также существовавшие договоренности с Приднестровьем составляли, в том числе, и правовое обоснование приема Молдовы во Всемирную торговую организацию. Обращаем при этом внимание, что эти правовые основы уже действовали на практике весьма длительное время – не один, не два, не три, и не пять лет – показали свою эффективность, и никто до последнего времени не подвергал их сомнениям.
Сейчас же некоторые политики и в Кишиневе, и на Западе пытаются подвергнуть эти документы ревизии, отрицая тем самым совершенно очевидные вещи. Не состоятельны попытки, представить меры по упорядочению таможенного режима, как сугубо технические. На деле со всей ответственностью заявляю, что речь идет о продуманной политической акции. На первом этапе она преследует цель перевода под контроль Кишинева всей внешнеэкономической деятельности Приднестровья, подрыва основы формирования бюджета Приднестровья в целом, так и всех его составляющих, включая города, районные пункты и другие территории, доведение ситуации в регионе до социального взрыва. На втором этапе просматривается задача, уже практически озвученная – замена нынешней администрации на более сговорчивую.
Те, кто готовил акцию, в том числе и в штабах европейской бюрократии, не могли не понимать, что она вызовет резкое обострение и без того непростых социально-экономических проблем региона и не только в Приднестровье, в регионе в целом.
К сожалению, вся их позиция сводится к требованию только безоговорочного подчинения их условиям. Чего стоят, например, последние заявления Европарламента, где это требование записано прямо-таки в императивном виде. Это уже даже неоимперские замашки, а это попытка возвращения к отношениям сюзерена и вассала. Кстати, там же записано, что Россия должна без всяких условий вывести из Приднестровья свои войска и тяжелую технику. Интересно задать вопрос: Кто мог написать и предложить такой документ Европарламенту?
Видимо, России надо убрать из Приднестровья дорожную технику типа грейдеров, бульдозеров, катков и тому подобное, потому что никакой другой тяжелой техники, принадлежащей Российской Федерации, на территории Приднестровья давно нет, как и нет войск, способных применять и использовать эту тяжелую военную технику». Нет ни самолетов, ни вертолетов, нет и пилотов к ним. Нет танков и бронетранспортеров, нет и экипажей к ним. Нет орудий, нет и орудийных расчетов. Поэтому подобного рода заявления грешат абсолютной безответственностью. Сейчас пытаются отвергать нарастание угрозы кризиса в регионе, а вину за возникшие трудности свалить на самоизоляцию властей Приднестровья. Видимо, не случайно для блокады был выбран нынешний момент в политическом урегулировании.
Именно из-за позиции молдавской стороны, отказавшейся обсуждать проблему статуса Приднестровья, переговоры зашли в тупик, а последний раунд их 27-28 февраля завершился демонстративным уходом молдавской делегации из-за стола переговоров. В этой ситуации требовались настойчивые усилия по восстановлению доверия сторон, но никак не резкие действия. Сама украинская сторона на уровне председателя правительства и руководства совета обороны и безопасности Украины буквально несколько недель тому назад отмечала необходимость принятия решений, напрямую затрагивающих интересы Приднестровья, только на основе двусторонних молдово-приднестровских соглашений.
Сегодня самые серьезные опасения в Москве вызывает тот факт, что меры воздействия на Приднестровье будут иметь не только деструктивные политические и экономические последствия, но чреваты нарушением стабильности и безопасности, которые поддерживались при содействии российских миротворцев на протяжении тринадцати лет.
Что мы предлагаем конкретно в этой ситуации?
1. Приостановить действие введенных мер по регулированию экспортно-импортных операций, тем более, что эти меры до конца не отработаны и применяются на сегодняшний день крайне непоследовательно, однобоко и односторонне.
2. Провести переговоры между сторонами с участием стран-гарантов и ОБСЕ по выработке необходимого механизма, который обеспечил бы нормальное функционирование экономических агентов, в том числе и по экспортно-импортным операциям, удовлетворяющих обе стороны.
3. Выработать систему гарантий, по которой стороны не могли бы подвергнуться в будущем односторонним действиям с чьей бы то ни было стороны, которыми нарушались уже достигнутые договоренности. И только после этого вводить в действие эти меры.
Говоря в целом о приднестровской проблеме, Россия намерена последовательно проводить линию на ее урегулирование исключительно мирными политическими средствами, исходя из универсальных принципов ОБСЕ, включая признание равенства сторон в переговорах, как основу для достижения компромисса.
На переговорном столе находятся и сохраняют свою силу предложения сопосредников, а также существуют на сегодняшний день уникальные инструменты поддержания стабильности в регионе, включая соглашения «О принципах мирного урегулирования вооруженного конфликта» 1992 г. и «Московский Меморандум» 1997 г.
В этом контексте необходимо принять срочные усилия для нормализации ситуации».
Далее Н.Т. Рябов ответил журналистам на ряд вопросов. На вопрос вашего корреспондента: «Как Вы расцениваете недавнее заявление президента Молдовы Воронина о том, что из Приднестровья по-прежнему вывозится оружие, включая установки «Град», минометы «Василек» и сотни тысяч автоматов «Калашникова», российский посол с немалой долей юмора ответил: «Во-первых, я должен сказать, что Приднестровье никогда не имело так называемого ВПК – военно-промышленного комплекса. Я вас поздравляю, что он у вас есть. Как вы его сумели создать, когда, трудно сказать, но для этого создания требуется много лет и большие напряжения, большая мощь государства. ВПК имеют мощные государства, мировые державы. Поэтому Молдова, например, и подобные ей сотни государств ВПК не имеют. Мы вас поздравляем, что оно у вас есть.
Что касается вывоза оружия. Единственная наша задача – выяснить, как вы сплавляете это все? Через границы? С кем конкретно на Украине в прошлом при режиме Кучмы и нынешним при режиме Ющенко и здесь в Молдове заключено тайное соглашение по реализации продукции приднестровского ВПК? Вот как только мы узнаем, мы это все прекратим немедленно!»
На вопрос с просьбой подтвердить заявление приднестровской стороны о выходе из переговорного процесса, якобы, прозвучавшее из уст приднестровского Президента, Н.Т. Рябов ответил: «Это еще один миф, очень интересный, мгновенно подхваченный. Я сам присутствовал при этом заявлении господина Смирнова, и я потом еще раз поинтересовался у него, как он относится к переговорному процессу, а это было подано и в российских СМИ тоже, как Смирнов заявил о выходе из переговорного процесса. Такого заявления приднестровская сторона не делала. А вот шаги, которые мы реально наблюдали – выход молдавской делегации из переговорного процесса и хлопанье дверью, что вызвало недоумение и у ОБСЕ, были.
Следующее: «Как можно судить преступника в его присутствии, когда он сам обсуждает свой приговор (напомнил посол речь Воронина). То есть сидит прокурор – это кто? Сидит судья – это кто?
Ну, преступник, понятно… и мысль о том, что с ним не надо вести переговоры, тоже понятна, поэтому обращайте этот вопрос больше к молдавской стороне. Мы надеемся, что хватит здравого смысла у молдавской стороны придерживаться своих прежних обязательств и не выходить из переговорного процесса, потому что к ничему хорошему эти демарши не приведут».
На вопрос журналистки Н. Веверица из «АиФ» в Молдове» о том, до конца ли будет Россия отстаивать свои интересы в Приднестровье – политические и экономические, и не смущает ли Россию, что ей противостоят США, Евросоюз, Украина и Молдова, Николай Тимофеевич Рябов ответил: «Я не знаю, как нам противостоят Евросоюз, Украина, тем более Молдова. Я знаю одно – я не знаю, какие интересы есть у Америки, вчера узнавшей, что такое Молдова и долго искавшей на карте, где она есть, Россия имеет свои законные, подчеркиваю, законные никем не оспариваемые интересы, прежде всего на всем постсоветском пространстве. Она имеет все права на то, чтобы ее интересы уважались, учитывались, а при игнорировании их – на их защиту.
И мы, безусловно, не намерены от этого отказываться, как великая мировая держава, несущая колоссальную ответственность за нынешний миропорядок. Это кто-то забывает: Россия несет ответственность за нынешний миропорядок и она, естественно, ни в коей мере не может отказываться от своих интересов, также как от своей суверенной внешней политики. Это дано не многим государствам. Большинство государств вряд ли могут сказать, что они имеют суверенную внешнюю политику. Россия ее имеет, дорожит, будет отстаивать».
Обсудить

Другие материалы рубрики