Безрезультатность десанта ОБСЕ в Тирасполь была предсказуема

С приближением реальных очертаний признания Приднестровской Молдавской Республики Запад начал серьезно нервничать и предпринимать активные шаги в отношении непризнанных государств в СНГ. Если раньше заезд только одного(!) западного высокопоставленного дипломата в Тирасполь и встреча его с руководством ПМР могла привести в Кишиневе к дипломатическому скандалу (Кишинев считал, что встреча западного дипломата с приднестровскими сепаратистами – признание их государственности), то сейчас 35 (!) дипломатов-послов ОБСЕ в сопровождении прессы не только встречались с нашим руководством, но и охотно общались с представителями приднестровских СМИ. И официальный Кишинев только приветствовал этот десант.
Почему Кишинев так «подобрел»? Ответ кроется в прозападной ориентации ОБСЕ, защищающей интересы США на европейском континенте. А так как Молдова – очередной американский штат в Юго-восточной Европе, то не стоять на позициях официального Кишинева ОБСЕ просто не может. Вот почему десант ОБСЕ в Тирасполь был в интересах Молдовы.
Для доказательства своей правоты предлагаю небольшой экскурс по решениям, принимаемым ОБСЕ с 1999 года по настоящее время.
Стамбул, 1999 год. В этом году, прилетев на несколько часов в Стамбул, президент РФ Б.Ельцин санкционировал подписание унизительного для России Соглашения о выводе из Приднестровья 14-й Российской армии и вывозе с его территории военной техники и всего российского вооружения. Принятая в Стамбуле Декларация ОБСЕ гласит, что при решении приднестровской проблемы должны обеспечиваться суверенитет и территориальная целостность РМ. Но самое главное, что в Декларации приветствовалось, так это «прогресс, достигнутый в вопросе о вывозе и уничтожении российского военного имущества, складированного в Приднестровье, и «обязательство РФ завершить вывод российских войск из Приднестровья к концу 2002 года».
Вена, 2000 год. В Заявлении Действующего Председателя ОБСЕ опять прозвучал призыв решать проблему взаимоотношений РМ и ПМР с учетом территориальной целостности Молдовы. Но в Заявлении уже прозвучала «озабоченность отсутствием прогресса в выводе российских вооруженных сил» с территории Приднестровья.
Бухарест, 2001 год. В этом году РФ часть своих вооружений и техники из Приднестровья вывезла, а часть уничтожила на месте. ОБСЕ по этому поводу «рукоплескала». В принятом Заявлении Совета министров ОБСЕ в Бухаресте приветствовалось «выполнение РФ с опережением согласованных сроков Стамбульских обязательств» и высказывалась надежда в том, что Москва «своевременно выполнит и другие Стамбульские обязательства в отношении Молдовы». Кроме того, в Заявлении Действующего Председателя уже тогда прозвучало, что «укреплению суверенитета Молдовы, а также европейской безопасности, способствовал бы механизм пограничного и таможенного контроля на базе возможного соглашения между Молдовой и Украиной о создании совместных таможенных пунктов».
Порту, 2002 год. ОБСЕ в Заявлении Совета министров вновь выражается «озабоченность» задержкой с полным выводом/утилизацией российских боеприпасов и военной техники, обусловленной тем, что «приднестровские власти систематически создают недопустимые трудности и препятствия».
Маастрихт, 2003 год. На этом саммите ОБСЕ Российская Федерация впервые заблокировала принятие декларации Совета министров и региональные заявления по Молдове и Грузии, ввиду бескомпромиссности требований Запада к России по так называемым Стамбульским обязательствам и их необоснованной увязке с ДОВСЕ. Однако и на этот раз в своем «Заявлении о понимании» Действующий Председатель ОБСЕ поддержал политическое урегулирование приднестровской проблемы, приемлемое с точки зрения Молдовы.
София, 2004 год. В ходе 12-й встречи Совета министров ОБСЕ вновь была пресечена попытка, принять антироссийскую Декларацию министров, в которой были повторно заложены бескомпромиссные требования Запада к РФ по выполнению Стамбульских соглашений и необоснованная их увязка с ДОВСЕ. Но озвученная позиция «большинства стран» ОБСЕ (вероятно тех, кто побывал в РМ и Приднестровье 11-13 ноября текущего года) выражала поддержку Молдове в урегулировании имеемой проблемы «при полном уважении суверенитета и территориальной целостности РМ» и «развитии инициативы ОБСЕ по пограничному и таможенному мониторингу» на приднестровско-украинской границе.
Любляна, 2005 год. На традиционном 13-м заседании Совета министров ОБСЕ позиции по Приднестровью окончательно размежевались.
РФ категорически отказалась в рамках ОБСЕ впредь обсуждать вопросы вывоза российского вооружения из Приднестровья. И решительно заявила, что «решение приднестровской проблемы, основанные на игнорировании позиции Приднестровья, неприемлемы».
Молдова по-прежнему настаивала на незамедлительном выводе из Приднестровья российского воинского контингента, в том числе и миротворческого, и вывозе вооружений и боеприпасов. Ее, как всегда, поддержали страны Европейского союза и США.
Такого небольшого экскурса, я думаю, вполне достаточно, чтобы понять, какое целевое задание получил западный десант, направляясь в Кишинев и Тирасполь, и чьи интересы он призван защищать.
И хотя интересы эти однобокие и нам известные (выдавливание России из Приднестровья и стремление возобновить и завершить переговорный процесс по кишиневскому сценарию), приезд в Тирасполь представителей от 35 стран Европы предоставил приднестровцам возможность в условиях дипломатической блокады напрямую встретиться с представителями многих западных стран.
Так что же заставило Запад вплотную заняться Приднестровьем?
Почувствовав, что Россия, уже заявившая о себе, как о великой державе, проявляет повышенный интерес к Приднестровью, и не исключена вероятность одностороннего признания Россией приднестровской независимости, Брюссель и Вашингтон зачастили в Тирасполь, стремясь разрубить «гордиев узел» на Днестре в своих интересах. Последний и многочисленный визит послов ОБСЕ в Кишинев и Тирасполь наглядно это продемонстрировал.
Запад спешит. Запад опасается распространения косовского прецедента на постсоветском пространстве, а тем более на границе ЕС и НАТО. Вот почему, настаивая на возобновлении переговорного процесса в формате «5+2», глава деcанта, он же посол Бельгии в ОБСЕ, Бертран де Кромбрюгге прежде всего говорил о сохранении территориальной целостности Молдовы и об «изменении формата миротворческой операции». По его словам, российские миротворцы «утратили доверие сторон», а Приднестровье находится на «ошибочном пути» и «тешит себя иллюзиями о независимости». Он постоянно твердил, что перспективы развития Приднестровья зависят лишь «от активности переговорного процесса между Тирасполем и Кишиневом», и что возобновление переговоров в формате «5+2» должно быть без каких бы то ни было предварительных условий.
Обращает на себя внимание тот факт, что Бельгиец, твердя о реинтеграции Молдовы в границах бывшей Молдавии, даже «не вспомнил» о референдуме, проведенном в Приднестровье 17 сентября, и на котором народ Республики сказал категорическое «НЕТ» объединению с современной Молдовой. Проигнорировав волю более чем полумиллионного населения ПМР, Бертран де Кромбрюгге тем самым продемонстрировал пренебрежительное отношение Запада к базовым основам «западной демократии», поборником которых призвана выступать ОБСЕ. Кроме этого он раскрыл и те истинные цели и задачи, с которыми десант ОБСЕ в составе 35 (!) человек был направлен в Молдову и Приднестровье.
Забегая вперед, скажу: направление главного удара западного десанта было сориентировано, во-первых, на переубеждение руководства ПМР в том, что признание ПМР в перспективе нереально, а во-вторых, все усилия западных посланцев были направлены на упреждение развития событий, сориентированных на признание независимого статуса ПМР.
Прежде чем говорить о содержании визита делегации ОБСЕ в Приднестровье, следует отметить, что Приднестровская Молдавская Республика – это независимое и давно признанное государство, и не считаться с ней Запад просто не может. Дело в том, что в международной практике существуют несколько видов признания вновь образовавшихся самопровозглашенных государств. Первым, кто признает новую государственность, это деловой международный мир. Признание осуществляется посредством притока в страну международного капитала, инвестиций и осуществления с этим государством экспортно-импортных операций. Приднестровье в настоящее время уже признано этим миром и имеет деловые взаимоотношения, как известно, более чем с 90 зарубежными странами. Это главное, что доказывает широкое международное признание приднестровской государственности.
Кроме этого фактическое признание государственности предполагает и другие виды сотрудничества с новым политическим образованием. Это может быть сотрудничество в научно-технической сфере, образовательной, культурно-просветительской, гуманитарной… А признание результатов двухсторонних переговоров, тем более заключение межправительственных соглашений с зарубежными странами является фактическим и юридическим признанием новой государственной структуры на международном уровне. Российская Федерация, например, подписав в мае 2006 года в Москве соглашение о взаимодействии с Приднестровьем, такое «признание» уже продемонстрировала.
Возможно признание ПМР и де-юре. Для этого Москве, например, достаточно установить с Тирасполем дипломатические отношения.
В настоящее время Россия уже рассматривает свои отношения с Приднестровьем в совокупности правовых отношений на двусторонней федеральной основе. И вполне реально открытие официального дипломатического представительства в Тирасполе. Правда, это будет сопряжено с некоторым «трением» с западными державами, незаинтересованными в распространении российского влияния на Юго-восточную Европу.
Но юридическое признание Приднестровья Москва может оформить и без открытия дипломатического представительства. Как утверждает В.Журавлев, эксперт Института русского зарубежья в Москве, это можно сделать при помощи федеральных законов «об особых взаимоотношениях» с Тирасполем (Сухуми и Цхинвали). По его словам, установление "особых отношений" без открытия дипломатических представительств формально не означает нарушения принципа территориальной целостности других государств. В мировой практике такие прецеденты имеются. Это одностороннее дипломатическое признание Турцией республики Северный Кипр. А США в одностороннем порядке признали Тайвань и узаконили с ним отношения своим специальным законом "О защите демократии". И это не стало прецедентом между Пекином и Вашингтоном.
К России в этом случае претензии могут быть минимальными. К тому же в Приднестровье проживают не просто русские, а более 80 тысяч граждан Российской Федерации.
Защита прав граждан России – это особо важный аргумент, признаваемый всеми мировыми державами. Тем более что права граждан России, права русских нарушаются повсеместно, в том числе и в Молдове. По мнению В.Журавлева, установление Москвой особых отношений с Тирасполем, Сухуми и Цхинвале «явилось бы весомым ответом политическим и правовым инициативам народов непризнанных государств, направленным на интеграцию с Россией». А принятие закона "Об особых отношениях" может иметь и серьезное практическое значение, поскольку создаст «солидную правовую основу контактов российских экономических агентов, министерств и ведомств с непризнанными странами».
Юридическое признание в указанном формате существенно облегчит процесс внешней легитимации непризнанных государств, развитие контактов с ними в любой сфере на двусторонней основе. Именно об этом говорил Игорь Смирнов, когда комментировал подписанный в Москве протокол о взаимодействии Российской Федерации и Приднестровья. «Этот документ нужен и для того, чтобы не бегать по различным кабинетам в Москве, а иметь возможность зайти в любое учреждение Российской Федерации, имея решение президента и правительства России о том, что с Приднестровьем нужно работать так, как это записано в Меморандуме 1997-го года», – сказал Президент ПМР.
Развитие вокруг Приднестровской Молдавской Республики событий в таком русле пугает Запад и вынуждает торопиться: суверенное и пророссийское Приднестровье – это серьезная «прореха» в санитарном кордоне, который возводит США вокруг России.
Возвращаясь к визиту делегации ОБСЕ в Молдову, отмечу, что на кануне (9 ноября) в Страсбурге состоялось внеочередное заседание Европарламента. На этом европейском форуме Комиссар Еврокомиссии по внешним делам и политике расширения ЕС Бенита Ферреро-Вальднер вполне открыто заявила, что "стремление Москвы добиться какой-то формы международного признания самопровозглашенной Приднестровской республики может крайне осложнить разрешение конфликта и негативно сказаться на развитии Молдовы в целом". Это надо понимать так: Евросоюз, ратуя якобы за «развитие Молдовы в целом», заботиться вовсе не о Молдове, а о том, чтобы «выдавить» Россию из Приднестровья и превратить «санитарный кордон» вокруг России, в составе которого и РМ, в непреодолимый барьер. В принятом 9 ноября Европарламентом резолюции Молдову и Приднестровье призвали "немедленно вернуться за стол переговоров в формате «5+2» и (обратите внимание ) работать в направлении ускоренного и прозрачного решения приднестровского конфликта". «Ускоренное решение приднестровского конфликта» необходимо европейским депутатам для того, чтобы упредить вероятные действия РФ по признанию приднестровской государственности. А так называемой «прозрачности» добиваются, так как сами (и в своих интересах) поддерживают «территориальную целостность Молдовы», а поэтому призывают посредников и наблюдателей переговорного процесса (особенно Российскую Федерацию) публично взять на себя подобные обязательства.
Напомню и другое. «Мы с самого начала заявляли, что не поддерживаем проведение референдума, который ставит под вопрос территориальную целостность Республики Молдова», - говорилось в распространенном 18 сентября заявлении действующего Председателя ОБСЕ Карела де Гюхта. «Международное сообщество дало ясно понять, что Приднестровье является частью Молдовы, и попытки местного режима не могут быть расценены иначе, как стремление дестабилизировать обстановку», - было сказано в заявлении американского госдепартамента, распространенном на кануне Референдума. В документе подчеркивалось, что США приветствуют аналогичные заявления со стороны руководства ЕС, государств-членов ЕС, а также председателя ОБСЕ, отказывающихся признавать референдум в Приднестровье.
Факт есть факт: международному признанию Приднестровья сегодня противостоит весь Запад.
Вот почему Бертран де Кромбрюгге, откровенный защитник интересов США в ОБСЕ, считает обоснованными заявления официального Кишинева о том, что Совместные миротворческие силы (СМС) в Приднестровье «не пользуются доверием сторон», и что именно это «заставляет ОБСЕ поднимать вопрос о целесообразности замены формата миротворческой операции в Приднестровье». Он без зазрения совести твердит о том, о чем уже не раз заявлял действующий председатель ОБСЕ Карел Де Гюхт. А то, что это – откровенная ложь и клевета на российских миротворцев, высокого гостя из ОБСЕ практически не волнует.
Десант из 35 послов ОБСЕ совместно посетили расположение СМС в Бендерах – городе с повышенным режимом безопасности и провели встречу с Объединенным военным командованием миротворческого контингента. В ходе встречи послы познакомились с деятельностью миротворцев, выполняемыми ими задачами, а также с ситуацией в Зоне безопасности. Как отметил де Кромбрюгге, на встрече в рамках Объединенного военного командования прозвучали разногласия в оценке роли и значимости СМС, и что якобы «разногласия эти все еще не разрешены». Такой вывод он сделал, опираясь только на высказанное мнение командующего миротворческим контингентом от Молдовы полковником Виктором Макринским. Несмотря на то, что на встрече с посланцами ОБСЕ Командующий российским миротворческим контингентом полковник Анатолий Зверев и Старший воинский начальник от Приднестровья полковник Виктор Бугаев констатировали факт, что Совместные миротворческие силы со своими задачами справляются успешно, Бельгиец взял за основу высказывание Макринского, который заявил, что до настоящего времени будто бы не выполнено полностью одно из положений Соглашения 1992 года о прекращении огня, в частности о разъединении вооруженных формирований сторон конфликта.
Не понравилось официальному Кишиневу, а соответственно и Бертран де Кромбрюгге и тот факт, что «линия раздела между Молдовой и Приднестровьем» объявлена государственной границей с пограничным, таможенным и миграционным контролем. Вот почему руководитель десанта ОБСЕ господин Бертран де Кромбрюгге использовал и этот факт для того, чтобы сделать всеобъемлющий вывод: «все вместе взятое заставляет ОБСЕ поднимать вопрос о целесообразности замены формата миротворческой операции в Приднестровье».
Итак, очередная массированная попытка Запада надавить на Приднестровье и вынудить его пойти на уступки официальному Кишиневу, потерпела крах. Ничего нового в нормализации молдо-приднестровских отношений предложено не было.
По словам главы государства, на встрече с делегацией ОБСЕ приднестровская сторона жестко подтвердила свою позицию по вопросу о том, когда может быть возобновлен переговорный процесс с Молдовой. Как отметил Президент ПМР Игорь Смирнов, необходимый шаг для этого – подписание документа, который должен закрепить механизм обеспечения права Приднестровья на свободную внешнеэкономическую деятельность согласно Московскому меморандуму 1997 года. «Нельзя давать одной из сторон переговорного процесса преимущество экономического давления на другую, поэтому должен быть подписан транзитный протокол, дающий Приднестровью международные гарантии. Только после этого мы готовы перейти к переговорам», – сказал Президент.
Но десант ОБСЕ в Приднестровье, как уже выше отмечалось, имел и положительную сторону. По мнению главы приднестровского государства, «такие встречи – хорошая возможность донести нашу позицию по животрепещущим для Приднестровья вопросам до международного сообщества напрямую». Как заявил после встречи с делегацией ОБСЕ Президент ПМР Игорь Смирнов, «в числе таких вопросов и переговорный процесс, и наше будущее после проведения референдума, и дальнейшее взаимодействие с мировым сообществом». Игорь Николаевич убежден, что «с каждым годом международное сообщество все больше раскрывает обман руководства Молдовы, которое пытается представить Приднестровье в искаженном свете, изображая республику как страну контрабанды. Работа миссии ЕС на границе дала однозначный ответ – эти обвинения беспочвенны».
Проанализировав информацию о результатах встреч посланников ОБСЕ с руководством ПМР и РМ, дипломатами, политиками и деловыми людьми с той и другой стороны, а также многочисленные заявления «носителей западной демократии», можно сделать вывод о том, что чем интенсивнее осуществляется давление на Приднестровье, и откровеннее пытаются «отвернуть» приднестровцев от России, тем в большей степени народ Приднестровья убеждается – с Западом и Республикой Молдова ему не по пути. Поэтому, как бы ни старались послы ОБСЕ переубедить приднестровцев в обратном, их труд оказался напрасным.
Если официальный Кишинев полностью переориентирован на Запад и США, то приднестровский вектор развития направлен на Восток и, в первую очередь, на Россию. Несовместимость внешнеполитических ориентаций и стратегий на будущее – главный фактор недоговороспособности сторон. Поэтому никакой западный десант, ни Брюссель, ни Вашингтон не помогут Молдове объединиться с Приднестровьем.
Это наглядно продемонстрировал всенародный референдум от 17 сентября 2006 года.
Обсудить