Иван Бургуджи: открытое письмо из следственного изолятора

Известный гагаузский правозащитник Иван Бургуджи, арестованный в декабре правоохранительными органами Молдовы, передал из следственного изолятора на волю письмо, адресованное генеральному прокурору РМ, главе миссии ОБСЕ в Кишиневе и средствам массовой информации. В заявлении, в частности, говорится:
«17 декабря 2006 года, около 11.20, при въезде в город Чадыр-Лунга машину, на которой мы ехали вместе с семьей, остановили неизвестные вооруженные люди и потребовали, чтобы я вышел из машины и поехал вместе с ними.
После того, как дежурный по РКП сообщил по телефону комиссару о том, что в комиссариат прибыли прокурор Чадыр-Лунги и мой адвокат, меня в грубой форме, с применением физической силы и насилия (били головой о стену), хотя я не оказывал никакого сопротивления, скрутили, вывернув руки на спину и надев наручники, выволокли из помещения РКП через заднюю дверь во двор полиции и, закинув в легковую автомашину с тонированными стеклами и с кишиневскими номерами, выехали со двора полиции. Причем, учитывая тот факт, что меня избивали и закручивали руки назад люди в гражданской одежде, я вначале даже не был уверен в том, что меня увозят в неизвестном направлении сотрудники полиции, а не вооруженные бандиты, так как на мои вопросы, кто они такие, я не получал никаких ответов. Меня насильно доставили в Кишинев, в Департамент по борьбе с организованной преступностью МВД РМ, и ввели в кабинет начальника отдела Мангыр С. И. На мои вопросы и требования, чтобы мне объяснили причину моего задержания и тайной доставки в Кишинев, мне никто ничего не объяснял, говорили, что они выполняют приказ, а мою судьбу решает руководство.
Через некоторое время туда прибыл прокурор Игорь Ешану. Я сказал ему как прокурору Генеральной прокуратуры РМ, что действия сотрудников полиции по отношению ко мне, которые фактически меня незаконно задержали в Чадыр-Лунге, тайно вывезли в Кишинев и продолжают насильно удерживать под арестом, необходимо квалифицировать как хищение человека и государственный терроризм. Но в ответ Ешану стал требовать у меня, чтобы я объяснил ему, в каких отношениях я находился с начальником Управления администрации Президента России г-ном М.А. Колеровым и его подчиненными и чтобы я написал, сколько денег и для каких целей я получил от них, с кем связан в Посольстве России в Молдове. А также, в каких отношениях в Приднестровье я нахожусь со Смирновым И.Н., Антюфеевым В.Ю., Соиным Д.Ю., Коноплевым Р. и другими. Я ответил, что если меня задержали по этому поводу, то пусть об этом мне официально объявят, и я в присутствии адвоката отвечу на все вопросы. На что я снова получил ответ, что в свое время я все узнаю. Затем меня посетили другие сотрудники, в гражданской одежде, которые, не представившись мне, стали задавать вопросы о том, как давно знаком я с Н.С. Андроником, сколько денег он мне платил, с кем он связан в Москве, сотрудничает ли Андроник с М. Колеровым и с властями Тирасполя и т.д.
Около 19 часов 17/XII 2006 года меня под конвоем повезли в здание МВД РМ, где в одном из кабинетов на втором этаже я снова увидел прокурора Генеральной прокуратуры РМ г-на И. Ешану и опять обратился к нему с просьбой объяснить мне, на каком основании меня насильно содержат под стражей и в чем меня обвиняют. Прокурор И. Ешану ничего не ответил и распорядился содержать меня под охраной в одном из кабинетов. Около 21.00 17/XII 2006 года меня вывели из помещения МВД РМ и сотрудники департамента МВД РМ, во главе с начальником отдела этого департамента С.И. Мангыр, сказали мне, что они выполняют приказ и, что в Комрате мне все объяснят. Из разговоров по телефону, пока меня везли под конвоем в Комрат, я понял, что кто-то ждет нас в УВД Гагаузии.
Около 22.35 17/XII 2006 года меня под конвоем привезли в УВД Гагаузии. Там нас ждал следователь капитан полиции Байрактар И.Д., который объявил, что он вынужден меня задержать по подозрению в совершении злостного хулиганства, выразившегося в том, что я 3 или 4 октября 2005 года бросил боевую гранату Ф-1 во двор домовладения гр-на Чолак И.П. в селе Кирсово Комратского района. Несмотря на всю абсурдность заявления г-на Байрактар И.Д., так как всем в помещении отлично было известно, что в то время меня вообще не было в пределах Гагаузии, он под бдительным наблюдением и присмотром людей, доставивших меня из Кишинева в Комрат, оформил мое задержание и снова передал меня в их руки, которые после короткого совещания доставили меня в Комратский РКП и дали указания поместить меня в ИВС.
19/XII 2006 года зампрокурора Гагаузии г-н Чимпоеш вынес постановление о выведении меня из-под уголовного преследования и незамедлительном освобождении из-под стражи. В 19.29 19/XII 2006 года я расписался об ознакомлении с постановлением о моем освобождении, а в 19.30,
при выходе из ИВС Комратского РКП, практически на глазах у зампрокурора Гагаузии В. Чимпоеш и замкомиссара Комратского РКП г-на Комур С. я был снова схвачен вооруженными людьми в масках, которые заковали меня в наручники и без объяснения причин затолкали в машину, после чего снова доставили меня в Кишинев, в здание МВД РМ. Там офицер полиции по уголовному преследованию ГУУП МВД РМ г-н Петру Богян заявил, что принял решение задержать меня по подозрению в присвоении 81.900 леев бюджетных средств, выделенных в 2001 году исполкомом Гагаузии на содержание Представительства Гагаузии в Приднестровье.
Мои доводы о том, что имеются отчеты и иные документы, которые неоспоримо свидетельствуют о том, что указанные деньги мною не были присвоены, а были использованы в соответствии со сметой расходов, не были приняты во внимание. Именно поэтому на протяжении всего времени, что я был задержан и арестован, я ни разу не был допрошен по факту и обстоятельствам необоснованно инкриминируемого мне совершения преступного деяния. Но меня почему-то интенсивно расспрашивали и расспрашивают о моих знакомствах, связях и контактах с представителями высших органов власти и управления Приднестровья, начальником Управления администрации Президента Колеровым М.А. и его подчиненными, требуя подтверждения факта того, что г-н М. Колеров осуществлял финансирование деятельности гагаузской оппозиции через меня, тем самым вмешиваясь во внутренние дела Молдовы; с руководителями ООО "Шериф" И. Казмалы и В. Гушан, какой контрабандной деятельностью они занимаются, а также о моих связях с руководителем НРП Молдовы Андроником Н.С. и его связях с представителями гагаузской оппозиции, представителями Приднестровья, начальником управления администрации М. Колеровым, почему я выступаю на страницах СМИ с критикой деятельности руководства страны и т.д. При этом, вероятно, в целях оказания на меня морально-психологического воздействия и давления, а также усиления моей боли и страданий, в изоляторе меня раздевали догола, держа босиком на холодном полу и т.д.
Таким образом, из изложенного явствует, что сотрудники правоохранительных органов, необоснованно возбудившие настоящее уголовное дело против меня, не заинтересованы в его скорейшем и объективном рассмотрении, а делают все, чтобы я был как можно дольше изолирован от общества.
Прокурор Ешану продолжает вводить судебные инстанции в заблуждение, в своих ходатайствах о продлении срока моего содержания под стражей указывая, что отсутствуют мои отчеты о расходовании средств, выделенных на содержание Представительства Гагаузии в Приднестровье в 2001 году, тогда как данные отчета приложены к материалам дела.
Поэтому обращаюсь к Вам с настоятельной просьбой о помощи и прошу Вас вмешаться и помочь восстановлению справедливости и законности, оградить меня от произвола отдельных представителей власти и управления Молдовы, поощряемых и покрываемых руководством нашей страны».
Обсудить