Существует ли право на правду?

Критерии профессионализма сотрудника СМИ не предусматривают безответственной болтовни
19 апреля на сайте информационного агентства "Ольвия-Пресс", представляющего интересы команды И. Смирнова, появилась мягко говоря неуклюжая статья С. Зайченко. В стиле советской пропаганды, господин Зайченко пытается обвинить журналистский коллектив в "переписывании истории вооруженной агрессии Молдовы против Приднестровья". Поводом для критики послужило расследование "Роль Росийской Федерации в урегулировании приднестровского конфликта", опубликованное недавно в ряде СМИ (и здесь на блоге).

Страшась истины

Вырывая из контекста материалов фразы и выражения и давая им искаженную интерпретацию, игнорируя несомненные аргументы и факты перечисленные в расследовании, оперируя дискредитированными понятиями и лозунгами, и приписывая авторам расследования слова, которых они не писали, Зайченко выдает сильнейшую обеспокоенность своих работодателей. Обеспокоенность тем, что население левобережья может критически задуматься над правдоподобностью интерпретации конфликта на Днестре, которая все эти годы навязывалась ему в информационной среде почти полностью монополизированной ближним окружением Игоря Смирнова. Ведь весь проект "приднестровское государство", миф об "агрессии Молдовы", а также вся власть и легитимность смирновской команды держится на том, на сколько сильно население левобережья поддается программе манипулирования и "промывке мозгов" местными пропагандистами.
Зайченко, а вернее, те, кто стоят за его спиной хотят отобрать у народа право на информацию, возможность иметь альтернативные взгляды и объяснения, чтобы суметь самому разобраться в путанице событий. Они хотят отобрать у людей свободу выбора. В этом контексте тот факт, что 18 апреля 2007 года приднестровский Верховный Совет преодолел наконец-то вето И. Смирнова, наложенное на новые поправки к действующему закону о СМИ, является грандиозной победой против многолетней практики навязывания населению искаженного видения событий.
Недаром министр информации и телекоммуникаций левобережья Владимир Беляев, представляющий в диалоге с Верховным Советом Игоря Смирнова, был так расстроен решением приднестровских депутатов, заявив что "нельзя ставить знак равенства между организационно-правовой формой (госучреждения) и понятием СМИ как способа распространения информации". Получается, что официальные приднестровские СМИ (та же "Ольвия-пресс") не являются средствами массовой информации?
Диктаторы всех времен боялись инакомыслия, так как это расшатывало их троны, угрожая существованию их авторитарной власти. Поэтому С. Зайченко боится последствий призыва авторов расследования к народу Молдовы внимательнее присмотреться к той версии событий, которую им многие годы навязывали. Зайченко и ему подобные не желают цивилизованно обсуждать события, разбирая песчинка за песчинкой песок утекшего времени. Они опасаются что может всплыть нечто такое, что разрушит всю грандиозную аферу, известную как "приднестровский конфликт", и что население может потребовать призвать к ответу некоторых бывших и нынешних чиновников и политиков за преступления против собственного народа.

В неведении ли дело?

Материал господина Зайченко из-за своего стиля необоснованного и слепого отрицания, и изобилия эмоциональных и уничижительных выражений годных только для кухонных разборок в общем-то ответа не заслуживает. Но коллектив авторов расследования все-таки решил ответить. И лишь для того, чтобы следуя цели нашей работы - продолжить публичное обсуждение проблемы известной как "приднестровский конфликт".
Итак, в первую очередь, авторы были очень удовлетворенны, тем, что Зайченко уклончиво, но все же признал, что предпосылки для конфликта на Днестре сложились в ходе перестройки, начатой М. Горбачевым. Это означает, что господину Зайченко фактически нечего возразить против логики первой части нашего расследования о роли РФ в урегулировании приднестровского конфликта. Позицию Зайченко раскрывает такой момент: он осуждает либерализацию советского общества и идеи демократии, сожалея о распаде СССР. Может СССР и обеспечивал недолгое время некую стабильность, но сомнительно, чтобы современное население Молдовы захотело бы вернутся к тому времени ограничения личных свобод. Сам факт развала Союза говорит о нежизнеспособности принципов заложенных в его фундамент (не путать с принципами, которые голословно заявлялись).
Своей меланхолией по Союзу Зайченко вызывает тревогу. Он, похоже, также критикует появившуюся возможность других национальностей СССР развивать свои культурные ценности. Обвиняя "румынских националистов" в попытках "румынизации" постсоветской Молдавии, Зайченко одновременно высказывает такие суждения, которые не только не отвергают феномены которые он столь рьяно осуждает, но напротив возводит их в ранг единственной и непреложной истины. А ведь в расследовании ясно изложено, что именно сопротивление партийных и промышленных номенклатур МССР усилиям возродить культуру и язык молдаван и вызвали массовые протесты населения. Рассуждения Зайченко о языках еще раз указывает на то, что в своих выводах мы недалеки от правды.
Забавно и то, как господин Зайченко игнорирует неопровержимые ФАКТЫ приведенные в расследовании. Например, в части где объясняется механизм создания "народных фронтов" и "интердвижений", приводя в доказательство слова бывшего председателя КГБ СССР В. Бакатина, а также результаты исследований российских ученных. Также следовало порекомендовать господину Зайченко уточнить число представителей Народного Фронта Молдавии в Верховном Совете ССРМ. Они были там в меньшинстве, на что также указывается в расследовании. А ведь игнорирование фактов не приводит к их исчезновению! И если один человек "выбросит" некое происшествие , так как оно не вписывается в его историческую иллюзию, то всегда найдутся другие люди, которые подберут эти "заброшенные" факты и укажут на них. Нельзя обманывать народ постоянно.

Манипулируя сознанием и незнанием

В своем "повествовании" Зайченко неоднократно использует метод, известный пропагандистам, пиарщикам, и специалистам по информационной войне как "техника эмоционального резонанса". Преподнося в качестве первопричины зреющего конфликта "румынский национализм", эпатируя публику на тему: "руки в крови", "мыть асфальт русской кровью", - Зайченко намеревается создать у аудитории определенное настроение, одновременно передавая ему свое пропагандистское сообщение. Он усиливает действие этой методики классификаторами типа "румынская поэтесса-истеричка", "опьяненные безнаказанностью молодчики", подчеркивая выгодные ему специфические особенности.
Называя еще советскую милицию "карателями", Зайченко в то же время забывает, а вернее не желает указать, что один из граждан, погибших в дубэсарском инциденте, раньше уже совершал нападение на сотрудников милиции в Гагаузии, вырвав оружие из рук стража порядка. Но об этом свидетельствует приднестровский автор – Г. Кодряну в книге "Днестровский разлом". Господину Зайченко должно быть известно, что нападение на сотрудника правоохранительных органов, да еще и с целью захвата оружия - тягчайшее уголовное преступление. А может быть он считает такое поведение нормальным? Но хочет ли остальное население берегов Днестра жить в обществе анархии, где в сотрудников правоохранительных органов стреляют?
В своей статье С. Зайченко абсолютно голословно настаивает, что в 1990 году "только суверенитет мог обеспечить Приднестровью членство в СССР и спасти народ от румынского национализма". Но ведь на самом деле, до середины 90-х годов, речь о независимости Приднестровья даже не велась. Официальные требования тираспольского руководства касались всего-навсего статуса автономии для Приднестровья. Об этом свидетельствуют публикации приднестровской же прессы, в которой, кстати уже в то время работал и сам С. Зайченко. Да и вообще этот господин допускает уж слишком много ляпсусов. Например, называя М. Снегура руководителем Народного фронта Молдовы, игнорируя факт того, что президентом ССРМ тот же Снегур был назначен 3 сентября 1990 года Верховным Советом ССРМ, членами которого были и депутаты с левобережья. Он также путается в данных и терминах, называя полк морской авиации, унаследованный Молдовой от Вооруженных сил СССР эскадрильей. А ведь господин Зайченко кроме журналистской деятельности кажется подвизался и в области руководства организацией прапорщиков запаса.

Призыв к дискуссии

В таком духе можно было бы продолжить и дальше, указывая на ляпы в утверждениях и интерпретациях в статье Зайченко. Но чтобы выявить всю слабость его логики достаточно прочитать первые две части расследования "Роль Российской Федерации в урегулировании приднестровского конфликта", где все утверждения и выводы подтверждаются документами и интервью непосредственных участников событий.
Остается один вопрос: зачем С. Зайченко инициирует напряженность и вражду между русскими и молдаванами? Не для того ли, чтобы попытаться сплотить и пополнить поредевшие ряды смирновских сторонников? Или, чтобы разжигая националистическую рознь попытаться отвлечь внимание населения левобережья от социально-экономических проблем? Разве митинги недовольных в Тирасполе, ничего не подсказывают Зайченко?
Причиной конфликта в 1992 году был не национализм - он был только поводом и инструментом запугивания масс для их мобилизации вокруг директоров промышленного комплекса левобережья. В расследовании приведено множество аргументов, указывающих на то, что одной из причин конфликта стало желание партийно-промышленной элиты левобережья взять контроль над индустриальным потенциалом Приднестровья. Используя при этом механизмы аренды и приватизации, которые появлялись в то время в СССР. Так как господин Зайченко не смог опровергнуть ни один из доводов авторов расследования, он их, в большинстве своем, просто игнорирует. Конфликт создавался реакционными силами Верховного Совета СССР, депутатской группой "Союз" и молдавским "Интерфронтом", и расследование это только выявило.
С интерпретацией противостояния на Днестре от Зайченко и ему подобных, авторы расследования знакомы. Она стала результатом многолетних усилий команды И. Смирнова по формированию альтернативной истории. Книжки И.Смирнова, А. Волковой и никому не известного, но очень информированного Г. Кодряну (профинансированную ОСТК) также использовались в процессе расследования. Только вот проблема материалов искажающих реальный исторический опыт в том, что они эффективны только в закрытых информационных пространствах, где не существует альтернативных мнений и источников информации, позволяющих критически анализировать события.
Зайченко опровергает выводы расследования, о том, что не существует серьезных научных исследований приднестровского конфликта. Но в то же время он не желает указать на таковые, чтобы общественность получила возможность изучить их. Господин Зайченко настойчиво не желает присоединиться к конструктивному обсуждению выводов расследования, представить свои обоснованные контраргументы, по тем моментам с которыми он не согласен. У С. Зайченко есть только одна правда - его собственная, и он навязывает ее всем, причисляя, по старой советской привычке, несогласных к еретикам. Он переходит на личность авторов, необоснованно навешивая на них различные ярлыки, приписывая им всевозможные грехи, от национализма до нацизма. В отличии от него, коллектив авторов стремится к цивилизованному диалогу, создав для подобных дискуссий специальную платформу в виде расследования, которое Зайченко столь огульно охаивает.
Видимо рассуждая по собственному опыту и понятию, господин Зайченко пришел к выводу, что авторы провели расследование по чьему-то заказу. Да, он совершенно прав – группа журналистов предприняла расследование этой важнейшей для Молдовы проблемы по приказу собственной совести. Главными подстрекателями и вдохновителями этого расследования были гражданское сознание и долг авторов.
Несмотря на все нападки в их адрес авторы расследования о роли Российской Федерации в урегулировании приднестровского конфликта выражают свою благодарность господину Зайченко за популяризацию нашей работы среди аудитории агентства "Ольвия Пресс". Ведь возможно не все они читают и материалы "агенства праворадикальных либерал-румынистов" "Молдова азь". И даже если расследование будет воспринято в штыки некоторыми читателями, как в случае Зайченко, то ознакомившись с ним, они получат новые детали и факты, которые возможно поспособствуют более объективной оценке приднестровского конфликта.
Коллектив авторов материала "Роль Российской Федерации в урегулировании приднестровского конфликта" приглашает всех желающих обсудить это расследование, сделать это на социально-политическом портале "Диалог.md", посылая свои сообщения редакции портала.
Обсудить