Июньские встречи Путина и Воронина

Если президенты двух государств встречаются на протяжении одного месяца трижды, значит это для чего-то нужно. Санкт-Петербург, Ново-Огарево, Ростов-на-Дону. Формат встреч президентов Молдавии и России разный – от рабочего до неофициального. Но суть их от этого никак не менялась. Несложно предположить, что все они были направлены на преодоление последствий того «ледникового периода», который возник в отношениях двух стран после событий осени 2003 года, когда Кишинев буквально в последний день отклонил подписание «плана Козака» по урегулированию приднестровской проблемы.
Три встречи на высшем уровне за один месяц! Даже человек, далекий от большой политики, легко сообразит, что при сумасшедшем графике встреч, заседаний, поездок-полетов в пределах национальных границ и за рубеж, совещаний, работы с документами и тому подобным времени для просто встреч у президентов даже теоретически быть не может. Тем более, что за прошедшие четыре года в отношениях России и Молдавии накопилось слишком много негативного, и политические аналитики стали поговаривать о нарастании критической массы, готовой выплеснуться нежелательными акциями. Что, собственно, и показало прошедшее четырехлетие. Оно же услужливо составило рейтинг болезненных проблем в отношениях двух стран. Патогенез части этих «болячек» уходит в начало 90-х годов, другие появились сравнительно недавно, а есть и совсем «свеженькие». И лечить двум лидерам недуги эти, желательно не прибегая к «режущим инструментам». Конечно, самой острой остается застарелая, имеющая хронические признаки, приднестровская проблема. Если писать приднестровское полотно основными мазками, не вдаваясь в полутона, то это почти 16 лет взаимных обвинений Кишинева и Тирасполя; военное противостояние 1992 года; многодневные и многодумные с нулевым КПД заседания совместных комиссий с привлечением третейских судей; торговые, железнодорожные и таможенные войны; встречи первых лиц, которые больше напоминали дуэли, чем дипломатические переговоры и миллиарды долларов упущенной выгоды. Достаточно? По-моему, более чем. И оба президента – России и Молдавии - прекрасно понимают это. Все-таки не случайно большая часть переговоров Путина и Воронина проходила за закрытыми дверями.
Не думаю, что чисто технические или даже финансовые вопросы нужно было прятать за семью замками. Обсуждалось, разумеется, самое наболевшее – Приднестровье. Оба президента явно интенсифицировали процесс сближения позиций. Понятно, почему. Во-первых, сама проблема слишком болезненна и дорога, а посему ее нужно всенепременно решить. Раз и, желательно, навсегда. Во-вторых, - президенту России осталось меньше года исполнять полномочия главы государства, у Воронина срок чуть длиннее, но тоже выборы нового президента Молдавии не за горами. И обоим наверняка хотелось бы покинуть свои президентские кабинеты, выполнив историческую миссию политического решения приднестровской задачи. В-третьих, - президенту Молдавии четко объяснили в Брюсселе: без решения проблемы Приднестровья Молдавии нечего даже заикаться о подаче заявки по вступлению в ЕС. Следующая из насущных проблем - «винная война». Эмбарго от 27 марта 2006 года на ввоз в Россию молдавского алкоголя больно ударило по бюджету республики и самолюбию молдаван. Затем последовали запреты на ввоз на российский рынок молдавской сельхозпродукции. Товарооборот между двумя странами, и так-то не блиставший большими цифрами и сбалансированностью, совсем перекосило на отметку «дефицит». Естественно, не в пользу Молдавии. Встречи двух президентов дали, казалось бы, необходимый толчок для возвращения status quo, когда молдавские вина заполняли почти половину импорта российского рынка.
Правда, остается вопросительный знак: а когда реально все-таки молдавские вина и коньяки появятся в российских супермаркетах? Отмашка «добро» на возобновление импорта алкоголя Владимиром Путиным дана. Но неповоротливая российская бюрократическая улита совсем не торопится. Целый ряд технических, технологических и таможенных регламентов должны выполнить молдавские виноделы. И разрешение на экспорт получили всего лишь пять винодельческих компаний.
Оптимисты считают, что при благополучном раскладе молдавские вина могут занять 15 – 18% российского рынка, пессимисты опускают эти цифры до 10%. Сами же российские винопроизводители тоже серьезно собираются «гнать» собственное вино. Одним словом, «Время – деньги, господа». Все это и без нас понимают оба президента. Не эту ли ситуацию прорабатывали еще раз на встрече при закрытых дверях?
Зато на встречах двух президентов довольно быстро подтвердились обоюдные договоренности о поставках российских энергоносителей, в первую очередь, газа в Молдавию. Москва с пониманием отнеслась к озабоченности президента Владимира Воронина ближайшим энергетическим будущим своей страны. Из всех стран СНГ именно Молдавия остается самым энергонезащищенным государством, и для Кишинева жизненно важны поставки российского газа, стабильные и в щадящем режиме импорта.
Июньские встречи Путина и Воронина оказались продуктивными и в сближении позиций по вопросу о сотрудничестве. Но, что лукавить, Москве совсем не безразличны «дороги, которые мы выбираем». Оба президента еще раз отметили не только во многом общие стратегические интересы наших стран, но и пути сближения позиций и понимание государственных приоритетов России и Молдавии. В Кремле адекватно воспринимают стремление Кишинева интегрироваться в Европу при одном непременном условии: это не должно нарушать баланс российско-молдавских отношений. Конечно, скептиков и откровенных недругов нормализации российско-молдавских отношений хватает. Радикалы на Западе и оппозиция в Молдавии наверняка будут корить Владимира Воронина за, якобы, сдачу позиций. В России вроде бы откровенных противников нет, но надменные заявления и реплики вполне могут появиться у некоторых, особо «дальновидных» горе-политиков российского истеблишмента.
Даже социологические опросы не нужно проводить, чтобы понять: сторонников нормализации неизмеримо, во много раз больше.
И еще одно с уверенностью можно утверждать: оба президента подошли к решению проблемных вопросов неспокойного Балканского региона с позиций мира и интересов обеих стран, отбросив личные обиды и амбиции. И это – уже поступки государственных деятелей, а не «свободных политиков». Может быть, поэтому и ропщут недруги и в Молдавии, и в России?!
Обсудить