Бомба для Госдепа

Грузинский инцидент рассчитан на американцев

Забавно, но чем больше размышляешь над историей с «бомбардировкой Грузии неизвестным самолетом», тем больше убеждаешься, что инцидент этот может быть выгоден каждой из непосредственно вовлеченных в него сторон: и России, и Грузии. На такую мысль наводит, прежде всего, тот факт, что бомбардировка эта была ни чем иным, как демонстрацией. Никто, слава Богу, не погиб, ничего не было разрушено. Даже детонации не было. Было просто некое «телодвижение», весьма резкое, но, в целом, вполне безопасное. И цель его заключалась в том, чтобы добиться от кого-то какой-то реакции. Но от кого?
Реакция как Москвы («российских самолетов в то время и в том районе не было, требуем провести расследование»), так и Тбилиси («Россия совершила акт агрессии, вся мировая общественность должна обратить на это внимание, требуем провести расследование») была совершенно предсказуема. Если бы одна из сторон хотела вызвать кризис, резкую эскалацию обстановки, был бы хотя бы взрыв, были бы, как минимум, разрушения. А так – обе стороны просто еще раз «зафиксировали» свои позиции.
Значит, нужна была реакция кого-то третьего. Не надо быть глубоким аналитиком, чтобы в этом «третьем» узнать США. И России и Грузии именно сейчас – накануне выборов, которые грядут в обеих странах; после заявления Москвы о выходе из режима ДОВСЕ и отказа Вашингтона от совместного использования Габалинской РЛС; в виду роста неопределенности в отношении Ирана и т.п. – срочно необходимо вынудить американцев также «зафиксировать» собственную позицию в регионе.
Однако если для Грузии желательным был бы вариант, при котором Америка заявила бы о решимости защитить своего союзника, предоставив ему гарантии безопасности в виде, например, поставок современных систем ПВО или форсирования включения в НАТО, или даже присоединения к программе ПРО, то для России все выглядит иначе. Нам, напротив, полезно было бы поставить США перед осознанием тех рисков, которые несла бы для них очередная авантюра в непосредственной близости от российских границ.

Что, с этой точки зрения, дает «бомбардировка» каждой из сторон?

Тбилиси получил наглядное (по его мнению) доказательство агрессивности и непредсказуемости России, что попадает в унисон с широко распространенными в настоящее время на Западе настроениями. Президент Саакашвили умело оседлал эту волну, привезя с собой в район падения ракеты европейских дипломатов и патетически обратившись к ним с призывом быть бдительными. На этом фоне эксперты логично предположили, что грузинский лидер намерен отыграться «по полной» и буквально потребовать от Запада гарантий безопасности.
Но обращает на себя внимание весьма любопытный момент: Саакашвили не обратился (во всяком случае, публично) напрямую к США и своему личному другу президенту Бушу. Видимо, это не случайно: ведь, когда в марте этого года точно так же «неизвестными вертолетами» было обстреляно Кодорское ущелье, американцы не предприняли никаких практических шагов по защите Грузии против «агрессии с севера». Напротив, они согласились на проведение расследования инцидента специалистами ООН, а затем и с результатами этого расследования, которое не подтвердило, что вина лежит на российской стороне. Для Саакашвили это наверняка было огромным разочарованием. И теперь он предпочел апеллировать, в первую голову, к Европе, зная, что там у него есть верные союзники вроде прибалтов, Польши и – чем черт не шутит – Великобритании.
Конечно, эта компания – не то, что США; с них многого не поимеешь: разве что дипломатическую поддержку в ООН и ОБСЕ, да, может, какое-то вооружение. Но главное, что они могут сделать – это сломать оппозицию вступлению Грузии в НАТО со стороны некоторых влиятельных членов Альянса (вроде Германии). Для Саакашвили любое продвижение на этом пути – практически единственная реальная надежда остаться у власти после выборов 2008 года. И совершенно не исключено, что «бомбардировка» 6 августа может стать здесь первым шагом, а значит, вполне отвечает интересам Тбилиси.
С точки зрения России, полет неопознанного самолета и проведенное им бомбометание с полной очевидностью доказывают уязвимость Грузии и любых объектов, находящихся на ее территории, будь то военные базы или радары системы ПРО. (Любопытный факт: инцидент с обстрелом «российскими вертолетами» Кодорского ущелья произошел 11 марта, а 29 марта представитель Госдепа США Брайза фактически дезавуировал заявления главы агентства по ПРО США Оберинга, что было бы неплохо разместить радар ПРО на Кавказе.) По идее, разглядывая обломки ракеты, западные дипломаты должны были думать о том, какому риску практически моментального возникновения вооруженного конфликта подверглись бы те государства или организации, которые решились бы использовать «грузинский плацдарм» - особенно с учетом отказа России от фланговых ограничений по ДОВСЕ…
Итак, message, как говорится, был послан (заметьте – не имеет значения, кто именно его послал). Каков же был ответ? (Не забудем, что речь идет об ответе со стороны США.)
Он во многом примечателен. Хотя бы тем, что озвучил его не Белый дом и не госсекретарь Райс. Реакция Вашингтона прозвучала из уст г-на Брайзы, заместителя советника госсекретаря США по вопросам Европы и Евразии и сопредседателя Минской группы ОБСЕ по урегулированию карабахского конфликта (того самого, который дезавуировал слова генерала Оберинга). Безусловно, Брайза позиционируется сейчас как ведущий специалист американской администрации по Закавказью. Но он – не политическая фигура. И это наглядно демонстрирует, какую строчку в списке приоритетов большой политики США занимают сейчас грузинские дела.
Кроме того, Брайза не выступил с официальным заявлением, а рассказал об американской позиции в интервью информагентствам. В принципе, это может выглядеть и как сохранение возможностей для официальных заявлений администрации, выдержанных в иных тонах. Но тем не менее, характер первой реакции говорит о многом.
Что же сказал Брайза? Он подтвердил, что США поддерживают суверенитет и территориальную целостность Грузии и осуждают любое нападение на нее. Добавил, что не может сказать, кто это сделал. Подчеркнул: «у нас нет указаний на то, что Грузия открыла по себе огонь. Это точно». И посоветовал России «сдерживать риторику» по поводу инцидента, намекая на то, что именно из Москвы раздаются утверждения, будто налет и бомбардировка были организованы самими грузинами (хотя на официальном уровне никто подобного не говорил).
Но кроме того заместитель помощника госсекретаря выдвинул ряд предложений, касающихся ситуации вокруг Южной Осетии. Так, он призвал Россию отозвать свои возражения против предложенных ОБСЕ мер по расширению доверия между сторонами – удвоению числа военных наблюдателей в зоне конфликта и установке радарной системы слежения за полетами над этой территорией. «Если все это о чем-то и говорит, так это об опасности эскалации конфликта в случае, если русские не согласятся на эти меры», - добавил Брайза.
Звучит, вроде бы, солидно. Но на деле представляется, что призывы г-на Брайзы не слишком убедительны. Вряд ли он всерьез рассчитывает, что Россия согласится на размещение на собственных границах радара, который не будет ей полностью подконтролен. А что касается увеличения количества наблюдателей, то здесь основные возражения исходят от Цхинвала – там сильно обиделись на ОБСЕ, чьи представители контактировали с прогрузинским «правительством Санакоева», и наотрез отказываются идти навстречу пожеланиям этой организации.
Таки образом, можно заключить, что, кто бы ни был организатором демонстрации 6 августа, реакция на нее со стороны США, скорее, более благоприятна для России, нежели для Грузии. И вероятность того, что она претерпит существенные изменения, невелика: несмотря на все усилия, Грузии не удается повысить свой рейтинг в системе американских внешнеполитических приоритетов. Но это не значит, что Тбилиси готов смириться с этим. А посему вероятность новых «демонстраций» и провокаций с его стороны не снижается.
Обсудить