Приднестровье: грант на евроинтеграцию

В последнее время видными молдавскими политологами актуализировалась старая песня "о главном": якобы кризис переговорного процесса между Молдовой и Приднестровьем является безусловным следствием недостаточной "европейскости" Приднестровья. Якобы именно несоответствие критериям европейской демократии приднестровских институтов и отсутствие гражданского общества является серьезной преградой на пути слияния в абсолютном экстазе граждан Молдовы и приднестровцев, и совсем скоро, дружно схватившись за руки, зашагают жители обоих берегов Днестра к светлому европейскому будущему. Также не впервые звучат страшилки о существовании некой "партии войны" в Тирасполе. Так, по мнению очередного новоиспеченного евроинтегратора Андриевского, "в Приднестровье есть весьма влиятельные политические силы и обслуживающие их политтехнологи и журналисты, которые хотели бы наглухо "закрыть" этот регион, превратив его на вечные времена в "осажденную крепость" и убедив его жителей в том, что "вокруг только враги и недруги", а потому никакими демократиями заниматься ни в коем случае нельзя".

По сути, новые бессарабские "спасители" Приднестровья мало чем отличаются от тех же "спасителей" пятнадцатилетней давности - правда, действующих сегодня без прямого указания на национальность оппонентов. В те времена было принято открыто рассуждать о нецивилизованности русских оккупантов, душащих свободный румынский народ и его национальное самосознание. С точки зрения всякого цивилизованного "молдо-румына", пятнадцать лет назад вполне естественным для приднестровцев обозначался четкий порядок вещей: "русским свиньям - место в России, гордым румынам - в кругу братских европейских народов". Полтора десятка лет слегка подкорректировали сии мрачные лозунги, в том числе благодаря полутора миллионам "гордых румын" из Молдовы, осаждающих ныне подмосковные стройки, сбивая россиянам цену на неквалифицированный труд. Сегодня об "оккупантах" рассуждать опасно: можно прослыть ксенофобом-экстремистом; по этой причине лица, обслуживающие идею "единой и неделимой Молдовы", вооружились новыми фобиями. Оказывается, мирным приднестровцам не дают войти в Европу "влиятельные политические силы".

На самом деле - ничего нового. Песня про "недемократичный режим", подавляющий тайные желания приднестровцев, звучит с того самого момента, когда Приднестровье заявило о себе впервые. Кого этот "режим" только не угнетал за семнадцать лет приднестровской государственности! Эту бородатую песню упорно поют через все имеющиеся в арсенале Кишинева информационные дудки: президенты, члены кабинета министров, лидеры молдавских партий, многочисленная когорта политологов, записных правозащитников и руководителей силовых структур. Одновременно с этим все "гости" из Кишинева - от маленького журналистишки до главы Миссии ОБСЕ Льюиса О?Нилла - высокомерно заявляют: "Да где ваша Россия, она от вас давно отказалась, почему ж она вас не признала, никому вы там не нужны". Те же говорящие головы с утра до ночи рисуют пейзажи несчастной России, чьи политики и военные чуть ли не с утра до ночи ломают головы: как поскорее уйти из Приднестровья и присоединить его к Молдове? Вся эта многоступенчатая кишиневская клоунада скрывает вполне реальные и предсказуемые перспективы "интеграции" - депортацию русскоязычного населения и привлечение к уголовной ответственности тех приднестровцев, кто в 1991-1992 годах с оружием в руках защитил свое право проживать на земле предков и говорить на родном языке.

Приднестровье всегда являлось российским приграничьем. На Бендерском мемориале покоится прах 50 000 русских солдат, погибших в боях за Россию - начиная со времен войн с турками и шведами. Тирасполь - город, заложенный графом Суворовым. Приднестровье - русская земля в более глубоком историческом отрезке времени, чем, скажем, Калининградская область и ряд других вполне признанных субъектов Федерации. Данные исторические факты столь же трудно опровергнуть, как факт принадлежности Косово Сербии. Косово для Сербии - это ровно такое же самое Приднестровье для России, и сепаратизмом является безумное отсечение его вначале от русского, а затем и вовсе от славянского пространства при слиянии с румынской губернией Бессарабией ради построения социалистической молдавской республики. Любой историк подтвердит факт почти насильственного заселения Приднестровья выходцами из Бессарабии. Впоследствии их потомки стали такой же частью приднестровского общества, как и все остальные граждане ПМР. К приднестровским молдаванам нет и не может быть никаких претензий. Наравне с казаками воевали и гибли на полях сражений, не желая жить под румынской оккупацией.

"Евроинтеграция Приднестровья" - сегодня, как оказалось, хлебная и грантуемая тема. В роли заказчиков и спонсоров подобных проектов выступают Великобритания и США. И если какой-либо группе бессарабских политологов удается убеждать англичан и американцев в перспективности и результативности собственных проектов - то это отнюдь не проблемы Приднестровья. Каждый волен зарабатывать как его душе угодно. США и Великобритания ежегодно без боли и разочарования расстаются с крупными суммами на "продвижение демократии". Судьба будущего Молдовы и Приднестровья на фоне крупных проектов по "демократизации", к примеру, Ирака - это так, капля в море. Однако объективности ради стоит поразмыслить и на эту тему. На чем, собственно, "разводилы" планируют подзаработать? Что предлагают они заказчику? Оказывается, в результате очередной попытки построения "единой и неделимой Молдовы" должно возникнуть идеальное государство, в котором власть будет подконтрольна гражданам, будут защищены права человека, будет построена "настоящая рыночная экономика европейского образца" и "социальное общество для всестороннего развития личности, в котором будут жить материально благополучные люди".

Поразительно, сколь благи намерения бессарабских "разводил" в отношении Приднестровья. Сколь они чисты и романтичны. Однако удалось ли кому-либо за пятнадцать лет в самой Молдове, политики которой слово "евроинтеграция" повторяют за завтраком, обедом и ужином, реализовать хоть что-нибудь из "светлого будущего", обещанного Приднестровью? Сегодняшняя Молдова являет собой яркий пример моноэтнической коммуно-олигархической диктатуры с уничтожением неправительственных СМИ, преследованием, многочисленными пытками и издевательствами над инакомыслящими, регулярным удушением сегментов малого бизнеса, хоть частично пересекающегося с интересами клана отца и сына Ворониных. Данные факты подтверждаются в том числе и докладами Госдепа США и не являются секретом для европейских правозащитников.

Сегодняшняя Молдова также не является и примером "социального общества". Благополучных людей в Молдове - единицы. В основном - неудовлетворенные жены, чьи мужья скитаются на заработках по белу свету, от Португалии до Сибири, и их полуголодные дети, обучающиеся в школах по образовательным стандартам интернатов для умственно отсталых. Сегодняшние внутренние дела приднестровцев - в том числе в экономике и политике - это наши проблемы, наша головная боль. Ни доброжелатели, ни советчики из Молдовы Приднестровью не требуются. Президент Молдовы - запойный алкоголик - это что, идеал демократического европейского лидера? И граждане этого горе-государства будут поучать приднестровцев? Не лучше ли навести порядок в собственном хлеву?

Новояз бессарабских "разводил" включает в себя массу, на первый взгляд, вполне понятных, но при этом абсолютно бессодержательных терминов. Зачастую бессарабские политологи пытаются представить Молдову (ну и Приднестровье заодно) в качестве эдакого, по их выражению, "моста" по продвижению демократических ценностей между идеальной Европой и... надо понимать, чем-то прямо противоположным. Какой здесь может быть "мост"? Между чем и чем? Мне лично не совсем понятно. "По другую сторону" от Приднестровья расположена Украина, где демократии и всевозможных свобод на порядок больше, чем в Молдове, а политиков с тараканами в голове гораздо меньше, чем в Румынии. Приднестровцы понимают, что прошлогодние меры по блокированию Приднестровья со стороны украинских властей - это результат сильнейшего внешнеполитического давления на украинские элиты, явление временное, и нас с Украиной не поссорить. При этом абсолютное большинство украинцев прекрасно понимают разницу между Приднестровьем и Молдовой. Украина приняла в годы войны десятки тысяч беженцев из Приднестровья. Обогрела и накормила приднестровских женщин и детей. Разговоры про "мост" - это, пожалуй, где-то на грани между глупостью и оскорблением.

Что касается проблем сегодняшнего Приднестровья и какой бы то ни было "евроинтеграции", то следует все же критикам Приднестровья отдавать себе отчет в том, что от Европы нас, приднестровцев, отделяет, во-первых, не вполне дружественная нам Румыния, у которой с другими странами Евросоюза противоречия лишь накапливаются. Во-вторых, между нами и ЕС лежит дикая территория, сравнимая разве что с саванной, населенной львами и папуасами, - нищая и убогая Молдова, в которой политзаключенных вносят в зал суда на носилках, а политические трибуны проповедуют своим адептам теорию собственной национальной исключительности в центре города, залезая по-обезьяньи на сук дерева. Возможно, пребывая формально в составе какого-либо государства центральной или северной Европы, Приднестровье смирилось бы с ролью русского автономного анклава внутри ЕС. Думаю, будь вместо Молдовы нечто иное, не возобладала бы и очевидная глупость - попытка решить проблему "территориальной целостности" насильственной депортацией и убийствами русскоязычного гражданского населения. Кроме Молдовы сегодня на всем земном шаре найдется немного государств, чьи политики поступили бы столь безрассудно. Однако в сегодняшней ситуации легкого пути нет и не будет: "евроинтеграции" ради можно разве что вырыть под Молдовой, а заодно и Румынией широкий тоннель, предварительно оградив от нас Бессарабию бетонной стеной и рядами колючей проволоки под высоким напряжением. Помимо тоннеля и бетонной стены хорошим подспорьем для торжества демократических ценностей послужило бы признание Приднестровья мировым сообществом и полная отмена экономических санкций. Эти меры в значительной степени позволили бы Приднестровью стать государством, где "будут жить материально благополучные люди". И, конечно же, в целях сохранения безопасности приднестровцев "от львов и папуасов" в ближайшие лет сто нам никак не обойтись без российской армии.

Что же касается "единой и неделимой Молдовы"... эта бесполезная химера, символизирующая чистоту помыслов американских и некоторых европейских чиновников, никоим образом не является универсальным сценарием в деле сохранения региональной стабильности. В том числе и с точки зрения самих американцев на подобные конфликты, многие из которых кровоточат до сих пор. В разрушении территориальной целостности СССР и Югославии наибольшая заслуга принадлежит именно США. "Стабильность" на тот момент американцам виделась, как раз наоборот, в последовательном уничтожении территориальной целостности, в разжигании национальной и религиозной вражды. Чего хотят добиться американцы, вполне понятно. По их мнению, русская армия должна убраться отсюда вон, а русскоязычное население Приднестровья должно склониться над учебниками по румынскому языку и робко дрожать в надежде, что не вышвырнут вон, как собирались в 1992 году.

Строить из себя агнцев божьих, миротворцев и гуманистов американским чиновникам сегодня вряд ли стоит. Сожженные сербские деревни, бомбежки Белграда, гибель Советского Союза - вот результаты их деятельности. И, вчитываясь в вирши бессарабских пропагандистов, рассуждающих о "единой Молдове", следует наводить справки о том, кому выгодна эта самая "евроинтеграция без русских" и кто оплачивает деятельность очередного "спасителя Приднестровья".
Обсудить