Дмитрий Соин: Наше будущее - с Россией!

Интервью с корреспондентом газеты "РУССКИЙ ПРОРЫВ!" директора приднестровского филиала Совета по национальной стратегии России, кандидата социологических наук, идеолога Международной Молодежной Корпорации и Народно-демократической партии "ПРОРЫВ!" Дмитрия Соина.

- 17 сентября прошлого года состоялся эпохальный общенародный референдум о дальнейшем самоопределении ПМР. Как Вы оцениваете это событие спустя год?

- Это был исторический акт массового народного волеизъявления, когда подавляющее большинство жителей Приднестровья высказалось за суверенитет и союз с Россией. Это можно еще назвать ярким примером прямой демократии, которую, к сожалению, стали забывать даже граждане развитых западных государств. С момента своего создания республика строилась на основе «советов с народом», которые имели форму референдума. Именно это делает Приднестровье по-настоящему народным государством. Референдум 17 сентября был своеобразной кульминацией демократической активности в строящемся независимом и одновременно непризнанном государстве. Находясь в плену двойных стандартов, западное сообщество отвергло результаты нашего голосования, но при этом оно все же не смогло перечеркнуть его историческую значимость. Референдум определил дальнейший вектор нашего развития, дал в руки приднестровским элитам важный козырь в диалоге с внешним миром.

- И все же, в чем проявились уязвимые стороны Референдума?

- Конечно, не обошлось и без определенных шероховатостей в процессе подготовки и проведения Референдума. Так, наши западные и молдавские оппоненты подвергли критике саму формулировку выдвинутых на обсуждение вопросов. Нам не удалось привлечь официальных наблюдателей из Евросоюза. Возможно, само событие недостаточно ярко освещалось в зарубежных СМИ. Но все это не отменяет главного: Референдум состоялся, и его результаты известны – более 97 процентов принявших участие в голосовании граждан высказались за независимость и союз с Россией. Если Запад не доволен формулировкой вопросов, то почему со стороны ЕС, ПАСЕ, ОБСЕ и других международных организаций не последовали предложения и рекомендации накануне его проведения? Думаю, что, все-таки, проблема не в формулировке вопросов, а в процветающих, к сожалению, сегодня в мировой политике двойных стандартах. То есть, если Косово нравится американцам и их европейским союзникам, то оно будет признано независимо от процветающих в крае этнических и религиозных чисток. Если Приднестровье в силу своей пророссийской ориентации Западу не нравится, то сколько бы мы не демонстрировали наличие демократических ценностей, в признании нам откажут.

Конечно, приднестровские элиты сразу после подсчета голосов и обнародования результатов голосования должны были бы более активно бороться за их легализацию. Нужен был плотный и активный диалог с Россией. Дни Приднестровья в Москве надо было проводить не летом текущего года, а в сентябре 2006, сразу после референдума. К сожалению, мы сами затормозили движение по реализации итогов народного волеизъявления.

- В данном контексте возникает вопрос о популярной в определенных молдавских кругах теме «европеизации Приднестровья».

- Этот вопрос более актуален для самой Молдовы. Там в настоящее время фактически воссоздана однопартийная коммунистическая система, а в тюрьмах томятся политзаключенные. В свою очередь Приднестровье уже по многим параметрам может называться небольшой европейской страной – с многопартийной системой, реальной оппозицией и независимыми СМИ. Конечно, и у нас не все гладко, как хотелось бы в идеале. Но причина наших сложностей находится за пределами ПМР. Нам очень тяжело углублять демократию в условиях перманентной экономической и информационно-политической блокады. Поэтому я вижу европеизацию Приднестровья по следующему сценарию: первое – отмена всех существующих на сегодняшний день блокад, второе – отказ от двойных стандартов при оценке молдо-приднестровского конфликта, третье – привлечение Приднестровья к участию в деятельности всех международных организаций, четвертое – возобновление переговорного процесса в форме равноправного диалога сторон, в ходе которого будет найден ключ к разрешению конфликта. Такая программа станет реальным вкладом в процесс дальнейшей демократизации Приднестровья.

- «ПРОРЫВ!» постоянно отмечает в Приднестровье День России, День российского флага, другие даты, связанные с российской историей. Недавно корпорация и партия выступили с инициативой провозглашения Дня России в Приднестровье как государственного праздника. Насколько насущна такая необходимость?

- «ПРОРЫВ!» регулярно отмечает все российские праздники и все даты, связанные с исторей российского государства, с современным геополитическим положением России. Это стало доброй традицией, потому что для «ПРОРЫВа!» очень важно проводить политику, направленную на сближение с Российской Федерацией. «ПРОРЫВ!» видит в России естественного и наиболее последовательного друга Приднестровья. Вспомните, во время блокады именно Россия протянула нам руку помощи: к нам шли гуманитарные грузы, нам оказывалась финансовая поддержка, наши дети поехали учиться в Россию, а ветераны получили возможность лечиться и отдыхать в Российской Федерации. И сегодня, когда давление на Приднестровье возрастает, именно Россия является гарантом нашей безопасности. На различных международных конференциях Россия всегда выступает на стороне Приднестровья, и для нас это очень важно. Более 100 тысяч человек, проживающих в Приднестровье, являются обладателями российского гражданства и ещё большее количество желало бы его получить. Возле консульского пункта в Тирасполе до сих пор собираются огромные очереди. Поэтому мы не могли пройти мимо таких праздников, как День России или День российского флага. В эти дни по количеству государственных флагов России Тирасполь не уступает Москве. Все это делают активисты ММК-НДП «Прорыв!».

- Чем, на Ваш взгляд, сегодня отличается Россия 90-х гг. от сегодняшней России?

- Россию 90-х годов можно было назвать гибнущим государством. Политика президента Ельцина реализовывалась через непрекращающиеся уступки, и в результате демонстрировала слабость и самоунижение России. После гибели Советского Союза возникла реальная угроза целостности для самой России. Ельцин говорил, пусть все субъекты Российской Федерации съедят суверенитета столько, сколько смогут проглотить. Гибла армия, спецслужбы, промышленность, разворовывались природные ресурсы, снижался научный потенциал, и молодёжь превратилась в гибнущее поколение. С приходом нового президента Россия воспряла, стала подниматься с колен и сегодня шаг за шагом решает свои острые внешне- и внутриполитические вопросы. Была преодолена угроза российского сепаратизма и вместе с ней в прошлое ушла идея расчленения России. Инвестиции в науку, образование, армию позволили оживить эти стратегические направления государственной политики. Под защиту попала социальная сфера – бюджетники, учителя, врачи, ветераны войны, боевых действий в Чечне. Сегодня на Западе вынуждены считаться с мнением России. К примеру, взять тот же косовский вопрос. Запад активно лавирует и не идёт на лобовой конфликт с Россией и по приднестровскому конфликту. Ведь если бы Россия не была гарантом стабильности и мира, не исключено, что против нас развязали бы новую агрессию, либо другими силовыми методами попытались бы втолкнуть в Молдову. После распада Советского союза мир стал однополярным, но сегодня, он благодаря России, вновь многополярен. Россия превращается в серьёзный центр силы и постепенно возвращает себе статус сверхдержавы. Для Приднестровья это важно настолько, насколько может быть важным мир и стабильность. Мощная Россия - важнейший гарант нашей безопасности.

- Почему Россия стала уделять больше внимания национальным интересам, и в чём это выражается?

- Для РФ важно сохранить русскую нацию. Под этим я подразумеваю все народы, которые проживают на территории России, потому что они скреплены общей историей, общей культурой и общим будущим. Национальные проекты, которые сегодня в России активно развиваются, - важнейшая составляющая будущего великого государства. Россия инвестирует в материнство и детство, Россия инвестирует в село, которое практически погибло в 90-е годы, крупные материальные ресурсы направляются в научную сферу и образование, много перспективных проектов в сфере здравоохранения. Характерно, что национальные проекты касаются и соотечественников за рубежом. Для них предоставляется возможность вернуться в Россию, найти там своё новое место.

- Насколько, на Ваш взгляд, для приднестровцев близко всё, «что Русью пахнет»?

- Приднестровье является частью российской цивилизации, и это несомненный исторический факт. Приднестровье, в том виде, в котором оно сейчас существует, стало возможным только благодаря тому, что в своё время Суворов присоединил эти земли к российской империи. Затем эта территория развивалась в составе Советского Союза. На кровном, подсознательном уровне все мы связаны с Россией. Данные социологических исследований подтверждают, что 97 % приднестровцев независимо от национальности поддерживают курс на воссоединение с Россией. Многие на Западе удивляются, почему подавляющее большинство населения высказалось за союз с Россией, аппелируя к тому, что в демократических западных странах голоса избирателей делятся в пропорции 40 на 60, 50 на 50 , 30 на 70. Почему-то в умы европейских или американских наблюдателей не всегда укладывается тот факт, что подавляющее большинство приднестровцев проголосовало за союз с РФ. Ими не учитывается фактор ментальности приднестровского населения. Приднестровец практически равняется россиянину в этом смысле. Конечно, нельзя сбрасывать со счетов и сегодняшние реалии. Если бы не присутствие миротворцев, не постоянная экономическая поддержка со стороны Российской Федерации, мы бы столкнулись с гуманитарной катастрофой и другими проблемами.

- Равно с мощью России растут и антироссийские настроения в мире. Это взаимосвязанные процессы?

- Запад рукоплескал и Горбачёву, и Ельцину за уничтожение России. Контроль за месторождениями нефти, газа и других полезных ископаемых, а также гарантии их бесперебойной поставки – вот всё, что интересует Запад. Поэтому когда президент Владимир Путин взял курс на укрепление России, его тут же стали упрекать в проведении имперской политики, узурпации власти, давлении на демократию. Но, на мой взгляд, президент России вынужден был действовать именно так ради спасения своей страны. В то же время демократии в России ничуть не меньше, чем на Западе, а негативный образ - результат активной пропаганды противников Москвы. По мере роста авторитета и могущества России будет увеличиваться и число ей врагов. Это ключевой закон международной конкуренции и удивляться этому не стоит.

- Способна ли Россия проводить самостоятельную внешнюю политику, и можно ли назвать её таковой сейчас?

- Я уверен в том, что Россия будет учитывать позицию США, европейских стран. Таковы мировые реалии. В принципе, Россия не ориентируется на конфликт с Западом. Страна работает на построение сильного государства. В то же время если взять ситуацию по Косово, то Россия заняла твёрдую просербскую позицию и отстаивает ее на всех уровнях, как бы ни нервничали в Вашингтоне, Страсбурге и Брюсселе. То же касается и Приднестровья. Поэтому мы можем говорить о наличии в России самостоятельной внешнеполитической доктрины, которая несомненно тесно связана с именем президента Владимира Путина.
Обсудить