Москва создает круг лояльных государств

Таким образом, я не вижу решения приднестровского вопроса в спектре переговорческих контактов, а ищу развязку конфликта в анализе игры интересов. Этот анализ говорит, что интересы России не меняются. Москве выгодно сохранять рычаги контроля над политикой Кишинева. Через Приднестровье обеспечивается довольно-таки надежный контроль над правобережной Молдовой. А с другой стороны, практически нет мотивов, по которым бы Запад мог поднять ставки в диалоге с Россией.

Свою точку зрения в интервью с «Главредом» высказал директор Ассоциации внешней политики Республики Молдова Андрей Попов

Молдавская сторона высказывала большие надежды на мадридский саммит. В частности, отмечалось, что эта встреча сможет подтолкнуть стороны приднестровского конфликта вновь сесть за стол переговоров. Однако, кроме общих деклараций и призывов ничего не произошло. На Ваш взгляд, в чем причина?

Как бывший участник переговоров и министерских саммитов под эгидой ОБСЕ я очень хорошо понимаю, что такие встречи могут только легитимизировать и «отполировать» какие-то решения. Качественная составляющая вопроса может зависеть, скорее, не от диалога за столом переговоров, а от реального соотношения сил между главными актерами игры. Кишинев - один из актеров, который еще не смог создать привлекательный образ Республики Молдова и повлиять на динамику настроений внутри Приднестровского региона.

Кроме того, очень важным здесь является неблагоприятный внешний контекст, связанный с позицией России. В Москва не заинтересованы в кардинальном изменении ситуации в регионе, т.к. разрешение конфликта напрямую связано с выводом российских войск из Приднестровья. А это не входит в интересы РФ.

Для чего России нужно военное присутствие в Приднестровье, ведь сейчас этот фактор не рассматривается в контексте обеспечения военной безопасности?

Дислокация российских воинских подразделений на территории Приднестровского региона – это очень важный инструмент для РФ. Он является дополнительной гарантией, что Молдова не выйдет из-под российского контроля. В общих словах, позиция Москвы по приднестровскому вопросу, прежде всего, вписывается во внешнюю политику РФ, направленную на создание круга лояльных государств. Кроме того, неразрешенность приднестровского вопроса не дает Молдове сконцентрироваться на проведении последовательного курса европейской интеграции.

При этом Кишинев должен осматриваться, а как на его действие посмотрит Москва. Россия же не хочет повторения прецедента, связанного с прибалтийскими государствами, когда она, уйдя, потеряла все рычаги влияния на политику этих стран.

Выходит, что перспективы на урегулирование приднестровского конфликта в ближайшее время являются, по меньшей мере, очень отдаленными. На что же тогда надеется молдавская сторона?

Молдова надеется убедить Москву если не сейчас, то после президентских выборов в РФ в том, что, во-первых, предложения Кишинева выгодны для России, и, во-вторых, - это максимум того, что может предложить РМ. Если Москва не примет этого сейчас, то после парламентских выборов в Молдове весной 2009 года, расстановка политических сил в стране может существенно измениться не в пользу пророссийски настроенных политических партий. И тогда нынешние предложения Кишинева будут уже недействительными.

В чем основная суть этих предложений?

Они включают два основных элемента. Первый – Молдова гарантирует свой внеблоковый статус, т.е. нейтралитет. Второе – признает без всяких условий и оговорок российскую собственность в Приднестровье. По моим подсчетам, уже 70-80 процентов экономического и, в частности, промышленного потенциала Приднестровья находится в руках российских владельцев. Оба эти пункта очень важны для Москвы.

Взамен Кишинев надеется, что Россия будет проводить более гибкую политику и поможет ему решить конфликт на приемлемых началах путем определения особого статуса Приднестровского региона в контексте территориальной целостности Молдовы. Кроме того, РМ готова весной 2009 года провести выборы в общий парламент с участием Приднестровского региона. Это, на мой взгляд, конструктивный подход. Однако я не вижу мотивов, по которым Москва приняла бы эти предложения.

То есть Вы считаете, что Россия, скорее всего, откажется от предложений Молдовы?

Позиция Кишинева в том виде, который я назвал, вполне приемлема для Молдовы, а для РФ – не совсем. Я думаю, что если Москва захочет играть по этим правилам, она непременно к уже сделанным Кишиневом уступкам потребует ряд других и, используя уязвимое положение президента Владимира Воронина накануне парламентских выборов в Молдове, попытается их «застолбить».

Как Вы считаете, могут ли другие участники переговорного формата «5+2» повлиять на позицию России?

Наиболее результативным в этом плане, на мой взгляд, был бы диалог России с США и Европейским Союзом. Однако Соединенные Штаты сейчас не выступают в роли игрока, который способен уделять достаточное внимание приднестровскому вопросу и вести диалог на повышенных тонах с Россией из-за трех ключевых позиций. Это, в частности, связано с обстановкой на Ближнем Востоке (вопрос палестино-израильского конфликта. – Авт.), Ираке и надвигающейся президентской кампании в США.

С другой стороны, европейские государства, представленные в переговорном процессе в рамках ЕС и ОБСЕ, не отличаются однородностью мнений – там позиции очень разные. Поэтому сейчас, я думаю, эти участники переговоров способны закрыть глаза на многие невыгодные для Молдовы вещи, которые может предложить Россия.

Таким образом, я не вижу решения приднестровского вопроса в спектре переговорческих контактов, а ищу развязку конфликта в анализе игры интересов. Этот анализ говорит, что интересы России не меняются. Москве выгодно сохранять рычаги контроля над политикой Кишинева. Через Приднестровье обеспечивается довольно-таки надежный контроль над правобережной Молдовой. А с другой стороны, практически нет мотивов, по которым бы Запад мог поднять ставки в диалоге с Россией.

Источник: Главред
Обсудить