Краеугольный камень преткновения

Введение Россией моратория на Договор об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ) сегодня главная тема, обсуждаемая мировым сообществом и, прежде всего, странами-участницами Договора. Как известно, адаптированный ДОВСЕ был принят на стамбульском саммите 1999 года, однако с того момента его ратифицировали только четыре страны: Белоруссия, Украина, Казахстан и Россия. Нежелание Запада ратифицировать документ мотивировалось невыполнением Россией дополнительных (вне рамок ДОВСЕ) обязательств по выводу своих вооружений из Грузии и Приднестровья. Эти обязательства были записаны в «Заключительном акте» Конференции по ДОВСЕ и звучали следующим образом: «Российская Федерация берет на себя обязательство вывести и/или уничтожить российские обычные вооружения и технику, ограничиваемые Договором, к концу 2001 года». То есть речь идет о вывозе и/или уничтожении только тех вооружений, которые подпадают под действие Договора об обычных вооруженных силах в Европе, и ни одним патроном больше.

В 2000 году российский арсенал в Приднестровье насчитывал 42 тысячи тонн вооружений и боеприпасов, сегодня здесь осталось 19 тысяч тонн, 57% которых относится к третьей категории, то есть являются устаревшими и не пригодными к использованию. Но самое главное, в ПМР не осталось ни одной единицы оружия, на которые наложены ограничения Договором об обычных вооруженных силах в Европе. Последнее тяжелое вооружение и боеприпасы к нему были вывезены еще в 2001 году. Об этом неоднократно заявляли министерства обороны и иностранных дел России и ПМР. Это в очередной раз подчеркнул в минувшую среду глава Внешнеполитического ведомства РФ Сергей Лавров в интервью германской газете «Франкфуртер Альгемайне Цайтунг», отметив, что «все относящиеся к ДОВСЕ «стамбульские обязательства» Россия давно выполнила. Российских «войск» в договорном смысле, то есть обычных вооруженных сил, имеющих тяжелые вооружения, ни в Абхазии, ни в Молдавии нет. Да, в обоих случаях с согласия соответствующих стран присутствуют российские миротворцы, а в Молдавии, кроме того, есть небольшое подразделение, охраняющее около 20 тысяч тонн старых боеприпасов, которые пока невозможно вывезти из-за неурегулированности молдо-приднестровского конфликта. Но к ДОВСЕ эти подразделения не имеют абсолютно никакого отношения».

Таким образом, Россия в очередной раз дает понять своим партнерам по ДОВСЕ, что привязка ратификации документа к исполнению Москвой стамбульских обязательств не имеет под собой никаких реальных оснований. Свои обязательства по Приднестровью Россия выполнила в 2001 году, по Грузии – в нынешнем. Однако Запад настаивает на полном и окончательном выводе всех российских войск и вооружений, даже тех, которые не оговариваются Договором об обычных вооруженных силах в Европе. На эти требования МИД РФ отвечает однозначно, причем, уже не один год: «Оставшиеся элементы «стамбульских обязательств» (согласование условий функционирования и вывода российских военных баз из Грузии, вывод войск и вывоз военного имущества из Приднестровья) носят двусторонний характер и не могут служить предлогом для затягивания ратификации Соглашения об адаптации ДОВСЕ другими странами». Но Россию то ли не слышат, то ли не хотят слышать. Думается, все же не хотят. США и ее партнерам по НАТО выгодно затягивать ратификацию ДОВСЕ. Имея 3 миллиона 700 тысяч военнослужащих, блок НАТО после присоединения к нему новых членов дополнительно вырос на 227 тысяч солдат и офицеров, 5 тысяч танков, 150 аэродромов и 500 боевых самолетов. В том числе страны Балтии предоставили НАТОвцам 25 военных аэродромов и 8 военно-морских баз и портов. Уже размещенные в Латвии, Литве и Эстонии РЛС альянса способны контролировать пространство России на глубину 1600 км. Благодаря этому НАТО имеет серьезное преимущество над Россией в танках (22424 против 6400), бронемашинах (36570 против 11480), артиллерийских установках (23137 против 6415), боевых самолетах (8038 против 3416), ударных вертолетах (2509 против 890). Не в пользу России и развертывание ударных группировок США в Румынии и Болгарии, размещение элементов американской противоракетной обороны (ПРО) в Польше и Чехии. Причем США, размещая на территории Румынии и Болгарии по пять тысяч своих военнослужащих со штатной техникой и вооружением, считает свое военное присутствие в этих странах не подпадающим под термин "существенные боевые силы", о которых идет речь в ДОВСЕ. Однако 900 военнослужащих Российской Федерации, охраняющих склады с боеприпасами в приднестровском селе Колбасна и вооруженных лишь стрелковым оружием, вызывают у Запада озабоченность, проявляющееся в постоянных требованиях их вывода.

Так и не ратифицировав адаптированный ДОВСЕ, США и ЕС все время называют этот договор «краеугольным камнем обеспечения европейской безопасности». Для Запада, год от года наращивавшего у границ Российской Федерации свою военную мощь, это определение полностью соответствует истине, но отнюдь не для России, которая, спустя восемь лет после Стамбульского саммита, приняла решение расставить все точки над «i».

Как отметил в том же интервью газете «Франкфуртер Альгемайне Цайтунг», глава российского МИДа Сергей Лавров, мораторий на ДОВСЕ – это еще не выход из Договора. «Говоря на данном этапе лишь о приостановлении действия ДОВСЕ, Россия дает всем государствам-участникам шанс вернуть Договору жизнеспособность. В условиях, когда западные партнеры на протяжении многих лет отмахивались от наших призывов срочно предпринять совместные действия по спасению ДОВСЕ, приостановление стало единственно возможным «рычагом» для изменения ситуации. Характерно, что именно после его объявления страны НАТО стали, по крайней мере, выражать готовность к обсуждению волнующих нас вопросов».

Действительно, после подписания Президентом РФ Владимиром Путиным Федерального закона "О приостановлении Российской Федерацией действия Договора об обычных вооруженных силах в Европе», на Западе «зашевелились». Правда, по-своему, по-западному. Сначала России предъявили претензии в том, что она не имеет права объявлять мораторий, ибо в ДОВСЕ это не оговаривается, так как там записано лишь право стран-участниц Договора на выход из него. На что Сергей Лавров разумно возразил: «С правовой точки зрения наличие в ДОВСЕ положения о выходе дает основания утверждать, что государство-участник вправе приостановить Договор на тех же основаниях, по которым оно может выйти из него. Данный вывод вытекает из общего принципа права и обычной нормы международного права, выраженных формулой «кому разрешено большее, тот имеет право и на содержащееся в нем меньшее». В свете этого, неоднократно применявшегося в международно-правовой практике правового принципа, выход из договора есть «большее», а приостановление действия – содержащееся в нем «меньшее». Исходя из этого, Россия осуществляет приостановление действия ДОВСЕ в соответствии с процедурой, аналогичной той, что предусмотрена для выхода из него».

Следующей реакцией Запада было разочарование предпринятыми Россией шагами по введению моратория на ДОВСЕ. А затем и вовсе наступило благодушие. Как заявил на днях официальный представитель НАТО Джеймс Аппатурай: «Во-первых, со стороны натовских стран, участвуют они в ДОВСЕ или нет, не было намерения отказываться от выполнения вытекающих из него обязательств. Они выполняли и будут выполнять его. Во-вторых, идут дискуссии на высоком уровне по поиску путей, которые позволили бы всем ратифицировать адаптированную версию договора, а оставшимся четырем членам НАТО присоединиться к нему. Не стоит слишком мрачно смотреть на будущее ДОВСЕ. Что бы ни произошло в ночь на 13 декабря (день, когда вступит в действие мораторий), поиски выхода не прекратятся». И действительно, поиски идут. Сегодня, к примеру, некоторые западные политики высказываются за то, чтобы страны Североатлантического альянса в ответ на действия Москвы также ввели мораторий на ДОВСЕ. Впрочем, это выглядит полной нелепицей, так как страны НАТО не ратифицировали и не выполняли Договор все эти годы. Какой может быть мораторий на то, что и так не выполняется?

Впрочем, какие конкретные шаги предпримет Запад, по всей видимости, станет ясно уже в эту пятницу, когда в Брюсселе состоятся заседание совета Россия-НАТО и встреча на уровне глав МИД стран НАТО. Именно на этой встрече главы внешнеполитических ведомств попытаются выработать единую позицию по поводу российского моратория на ДОВСЕ. По крайней мере, сигнал об этом из Брюсселя уже есть.

Пойдут ли на уступки США и ЕС – покажет время. Скорее всего, России пообещают ратификацию ДОВСЕ и вхождение в Договор стран Балтии в обмен на отказ Москвы предпринимать какие-либо серьезные шаги по увеличению вооруженных сил, наращиванию тяжелых вооружений и переброски значительного их количества к границам страны. Впрочем, сама Россия пока не собирается это делать. Как отметил глава МИД РФ Сергей Лавров: «У нас нет планов массированного наращивания наших сил, однако многое здесь будет зависеть и от наших партнеров, от их готовности проявлять сдержанность в военной сфере». Однако, пока Россия будет дожидаться ратификации ДОВСЕ от стран-участниц Договора, а на это, думается, уйдет ни один год, Запад будет по-прежнему, может быть, уже и не так открыто, наращивать свою военную мощь у границ РФ.

То, что США и ЕС не собираются останавливаться на достигнутом, становится понятным, если рассмотреть последние предложения Вашингтона по вопросу размещения систем ПРО в Польше и Чехии. Если в октябре нынешнего года во время встречи в Москве министров иностранных дел и обороны России и США американцы, правда, в устном форме выразили готовность учесть обеспокоенность России по поводу ПРО, то сегодня США настаивают на том, чтобы радар в Чехии все-таки был установлен, но не активирован, а шахты для перехватчиков в Польше тоже были бы созданы, но без загрузки в них перехватчиков. Когда же в ответ Россия предложила, чтобы решение о дальнейших действиях по использованию названных объектов принималось совместно Вашингтоном и Москвой, был получен ответ, что Соединенные Штаты будут принимать это решение самостоятельно на основе их собственного анализа ситуации. Как отметил Сергей Лавров, «это коренное противоречие с нашим подходом. Мы убеждены, что если идет речь о совместном проекте, то анализ ситуации должен осуществляться коллективно с участием России, США, и, конечно же, заинтересованных европейских стран».

Таким образом, все явственнее вырисовывается позиция Запада в вопросе обеспечения европейской безопасности. Безопасности только для себя. С таким положением дел Россия мириться не намерена. А потому ДОВСЕ, который в Вашингтоне и Брюсселе так любят называть «краеугольным камнем безопасности», скорее всего, еще долгое время будет оставаться «краеугольным камнем преткновения». Но, несмотря на это, сегодня ясно одно – Россия больше не намерена идти на уступки, в том числе и в отношении присутствия своего воинского контингента в Приднестровье. Российские войска останутся здесь столько, сколько это будет нужно.
Обсудить