С Москвой Воронин договорился. На очереди Тирасполь и местная оппозиция

Встреча Воронина и Путина в Москве может стать поворотным моментом в новейшей истории Молдавии. И это будет поворот в лучшую сторону. Хотелось бы, чтобы это понял сам Воронин, поняли политики в Приднестровье, поняла оппозиция в Молдавии. Тогда, и лишь тогда может появиться реальный шанс на то, что жизнь в Молдавии и Приднестровье начнет меняться в лучшую сторону. В первую очередь, для огромной массы простых людей.

Большинство молдавских СМИ, особенно оппозиционных, «не увидели» во встрече президентов Владимира Воронина и Владимира Путина никаких прорывов.

С нескрываемым скептицизмом, приправленным солидной долей злорадства, пишут об этой встрече также штатные политические обозреватели и комментаторы в СМИ Приднестровья.
Общий лейтмотив публикаций, посвящённых встрече в Кремле российского и молдавского президентов, и на левом, и на правом берегу Днестра звучит примерно так: раз нет никаких триумфальных коммюнике об этой встрече, раз Путин и Воронин после неё не трубят в фанфары и не бьют в литавры, значит, «ни о чём не смогли договориться». Но так ли это, на самом деле?

По моему мнению, эти скоропалительные выводы не только субъективны и ошибочны, но и, в определенной степени, ошибочны намеренно. Скорее всего, истинная причина этой намеренной ошибочности кроется в том, что ни те, ни другие никоим образом не заинтересованы в том, чтобы Молдавия и Россия достигли взаимопонимания между собой.
Молдавской оппозиции это не нужно по той причине, что любой внешнеполитический успех Воронина непременно оборачивается укреплением его позиций, в том числе и электоральных, внутри страны, что особенно важно для возглавляемой им ПКРМ накануне парламентских выборов 2009 года.

Для представителей нынешней администрации Приднестровья упрочение союзнических отношений между Молдавией и Россией является тяжелым ударом по их трепетным мечтам о международном признании независимости ПМР, прежде всего, со стороны России.

И первых, и вторых можно понять. Мне лично тоже не слишком хотелось бы, чтобы и после 2009 года Владимир Воронин сохранил свои позиции во власти - пусть уходит с миром и почетом на пенсию, пусть радует своих друзей и знакомых хорошим домашним вином, которое, по слухам, он мастерски умеет делать.

Но давайте, наконец, научимся «отделять мух от котлет». Одно дело – личность Воронина, другое дело - стратегические интересы Молдавии. А они, эти интересы, состоят именно в том, что Молдова, ради сохранения своей независимой государственности, ради восстановления своей территориальной целостности, ради элементарного выживания, просто обязана крепко дружить и договариваться с Россией. Что бы там ни говорила и не писала сегодня наша правая оппозиция, но, если мы начали двигаться в этом направлении, то это, безусловно, правильно и хорошо. Хорошо для страны и народа, несмотря на то, что этот процесс связан с именем Воронина, которого многим из нас, в силу разных причин, не терпится перевести в категорию политических пенсионеров.

Что касается нынешних правителей приднестровцев, то они, к сожалению, всё ещё не желают отрешиться от иллюзий и начать смотреть на окружающий мир не только с учётом степени его соответствия их собственным интересам, но намного шире и прагматичнее - с учетом интересов всего своего народа, а также интересов Молдавии, России и ЕС. А эти интересы состоят в том, чтобы найти пути и способы мирного и справедливого решения проблемы всего региона. Решения, учитывающего, прежде всего, интересы народа ПМР, что вполне понятно и оправданно, а потом уже и всех остальных сторон этого затянувшего конфликта.

Поэтому, объективно оценивая итоги визита Воронина в Москву и его переговоров с Путиным, естественно, исходя из той информации, которая на данный момент стала достоянием общественности, можно сказать, что этот визит и сами переговоры вызывают осторожный оптимизм.
Во-первых, уже хорошо само то, что президенты России и Молдовы встречаются и разговаривают друг с другом. Значит, у них есть, о чём говорить на таком высоком уровне.
Во-вторых, хорошо и то, что обозначились основные темы переговоров – торгово-экономическое сотрудничество и решение проблемы Приднестровья. Эти проблемы чрезвычайно важны, как для Молдавии, так и для России.
И, в-третьих, сближение позиций между двумя нашими странами даёт основание надеяться, что время конфронтации, от которой больше всего пострадала Молдавия, окончательно осталось в прошлом.
Всё это, безусловно, замечательно. Однако, следует признать, что некое «чудо», которое кое-кто ожидал от этой встречи, так и не произошло.

Но спрашивается, каким именно должно быть это самое «чудо»? Рояль в кустах? То есть, за дверью кремлевского кабинета Путина находится Игорь Смирнов, российский и молдавский президенты, договорившись между собой, зовут его в кабинет, и он тут же покорно подписывает «акт о полной и безоговорочной капитуляции ПРМ»?
Так этого, действительно, не произошло, да и не могло произойти. Хотя некоторые политические и околополитические личности в Кишиневе почему-то сильно надеялись именно на это.
Однако, все остальные, то есть нормальные, здравомыслящие люди, понимают, что так никогда не будет. Не может не радовать, что это стал в последнее время понимать и сам Владимир Воронин.

Путь, ведущий к объединению страны, оказался длительным и тернистым. Впрочем, в памятные дни осени 2003 года многим вдруг показалось, что Молдавия уже прошла значительную часть этого пути и приближается к победному финишу. В принципе, всё могло бы случиться именно так. Но, к сожалению, по известным ( а больше по пока ещё не вполне известным) причинам она быстро выдохлась, сошла с дистанции и теперь находится всё ещё очень далеко от финиша.
Теперь всё приходится начинать с начала. Это нелегко. Самое главное, Кишинёву надо понять и твёрдо усвоить, что без переговоров на равноправной основе с Тирасполем этот путь ему не пройти. Никто больше не намерен таскать ему каштаны из огня. Тем более, не будет делать это для него Россия. Хватит, один раз уже обожглась.

Для решения проблемы Приднестровья в ходе переговоров с Путиным создана хорошая база. Суть её в том, что будут активно развиваться торгово-экономические связи между двумя странами, а это очень хороший стимул для объединения. Она также в том, что Россия еще раз подтвердила, что видит Молдавию единой и неделимой страной.
Теперь нужно начинать честный, прямой и благожелательный диалог с Тирасполем. Причём речь должна идти вовсе не о том, сколько и чего Кишинев «милостиво даст» Тирасполю. Приднестровью это давно уже не интересно, так как всё, что нужно и можно было взять, оно уже взяло. Разговор теперь может идти только вокруг того, что сам Тирасполь готов дать Кишиневу, то есть, какие полномочия он может делегировать общему Центру.

Не думаю, что речь пойдет о слишком большем перечне этих полномочий. Во всяком случае, все рычаги воздействия на экономику и социальную сферу, наверняка останутся в Тирасполе.
Вторая злободневная тема - это гарантии того, что обязательства Кишинева перед Приднестровьем будут выполнены. Тут особая роль принадлежит России, так как только она может служить наиболее приемлемым гарантом для приднестровцев.

Сегодня о гарантиях урегулирования пишут и говорят много. Зачастую запускается информация о том, что Россия якобы требует себе в залог чуть ли не всю Молдавию, чтобы самой себе гарантировать непременное выполнение ею своих обязательств в случае заключения соглашения по Приднестровью.

Не думаю, однако, что требования России столь обширны и чрезмерно обременительны для Молдавии. Речь идет, главным образом, о сохранении на территории Молдавии российских миротворцев для выполнения ими всё тех же самых функций, которые они успешно выполняют здесь уже многие годы. Необходимо понимать, что без этого решения Приднестровье не подпишет никаких соглашений. Большое значение для России имеет также противодействие продвижению НАТО на территорию нашей страны. Впрочем, а разве самим нам нужны солдаты НАТО в Молдавии? Конечно же, нет. Так что же тогда может помешать нам договориться по всем этим вопросам с Россией?

Вот, собственно говоря, цена объединения. Если Воронин считает, что это очень большая цена, то тогда ему просто надо раз и навсегда попрощаться с Приднестровьем.

Не менее, а может быть и более важная задача – это достижение Ворониным договоренности с нашей местной оппозицией и поиск вместе с ней общего подхода к решению проблемы Приднестровья. Если отбросить несколько маргинальных партий на левом и правом политическом флангах, то с остальной оппозицией вполне можно говорить и договариваться.
Что сегодня мешает Воронину это делать? Может быть, только то, что он не желает ни с кем делиться лаврами объединителя? Не хочется, однако, думать, что молдавский президент может быть таким мелочным и меркантильным. Ведь речь идет, по большому счету, о судьбе родной ему страны, о ее настоящем и будущем. Более того, о том, сохраниться ли Молдавия вообще, как независимое государство.

Может быть, Воронину мешает сделать этот шаг его окружение? Ни для кого ведь не секрет, что в окружении президента Молдавии есть люди, которые полностью отгородили его от любых контактов с оппозицией. Они внушают ему, что вся оппозиция его якобы ненавидит и желает как можно скорее расправиться с ним.

Нельзя, конечно, исключать, что так оно и будет, если власть будет продолжать давить оппозицию и не идти с ней на контакт. Все те, кто сегодня подталкивают Воронина к войне с оппозицией и сами ведут её через СМИ, по сути, ведут Воронина к политическому поражению, к его изоляции от молдавского общества. Неужели им непонятно, что Воронин самостоятельно не только не решит проблему Приднестровья, но и не сможет решить другие проблемы, стоящие перед страной? Особенно если учесть, что оппозиция уже перехватила власть из рук ПКРМ в большинстве регионов Молдавии.

Особая тема – поведение самой нашей оппозиции. Зачатую она также ведет себя неадекватно, забывая, что есть политические цели (приход к власти), а есть судьба Молдавии, которая, наверное, всё-таки повыше всех этих политических целей.

Встреча Воронина и Путина в Москве может стать поворотным моментом в новейшей истории Молдавии. И это будет поворот в лучшую сторону. Хотелось бы, чтобы это понял сам Воронин, поняли политики в Приднестровье, поняла оппозиция в Молдавии. Тогда, и лишь тогда может появиться реальный шанс на то, что жизнь в Молдавии и Приднестровье начнет меняться в лучшую сторону. В первую очередь, для огромной массы простых людей.

Обсудить