Развод по контракту?

Южный темперамент в очередной раз сыграл злую шутку с президентом Грузии Михаилом Саакашвили. Не успел министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров произнести, что «российское руководство никогда не заявляло, что сразу после Косово мы незамедлительно признаем Абхазию и Южную Осетию», как грузинский президент тут же сообщил, что готов вновь дружить с Москвой, начав грузино-российские отношения с чистого листа. «Мы давно ждали этого заявления, - радостно вещал Саакашвили, выступая перед журналистами в Брюсселе. - Если бы раньше прозвучали подобные заявления, то многие вопросы решались бы быстрее и проще. Но никогда не поздно начать этот процесс. Поэтому я еще раз повторяю, что был позитивно удивлен, и должен сказать еще раз, что приветствую дух и тон заявлений российского руководства». После этого вновь испеченный президент Грузии, завил, что готов хоть сегодня снять вето на вступление России в ВТО, и начал готовиться к поглощению Абхазии и Южной Осетии, решив для начала переименовать Министерство по конфликтам в Министерство реинтеграции, наподобие молдавского.

Впрочем, будь Михаил Саакашвили менее темпераментным человеком, он бы не стал столь бурно праздновать «пиррову победу», а всерьез задумался бы, что же на самом деле имел в виду глава внешнеполитического ведомства России?

Мало того, если бы грузинский президент внимательно перечитал заявление Лаврова, то понял бы, что мечта об объединенном грузинском государстве в сегодняшней ситуации просто недостижима.

Что же такого сказал в своем заявлении Сергей Лавров и чего так и не смог понять Михаил Саакашвили? Во-первых, как отметил глава российского МИДа «прецедент будет создан не потому, что мы этого хотим или не хотим. Он создается объективно, и, прежде всего, он будет создан для других территорий, это далеко не только Абхазия и Южная Осетия, это, по нашим скромным подсчетам, около двух сотен районов различных государств мира. Он просто будет создан, потому что справедливость - это все-таки понятие, которое многими движет. Если кому-то что-то будет дозволено, то очень многие будут рассчитывать на такое же отношение к себе».

То есть, по мнению Лаврова, в случае признания суверенитета Косово прецедент обязательно будет создан, причем прецедент, который затронет, ни много, ни мало 200 территорий, включая Абхазию и Южную Осетию. Прецедент, который исходя из принципа справедливости, являющегося основополагающим в российской политике, будет иметь право распространяться и на другие непризнанные территории.

Да, Россия никогда не заявляла, что признает в одностороннем порядке Абхазию, Южную Осетию или Приднестровье, но она никогда и не заявляла и о том, что в случае признания Западом Косово, будет поддерживать метрополии в их стремлении без согласия народов определившихся территорий подчинить их своей воле. Россия, как и в случае с Косово, намерена придерживаться все той же политики, что и в сербо-косовском урегулировании, согласно которой любой территориальный спор может быть разрешен в рамках переговоров путем обоюдного согласия сторон с окончательной формулой урегулирования конфликта.

Не случайно далее в своем заявлении Сергей Лавров прямо сказал: «Нам всем надо сейчас сделать все необходимое, чтобы вопрос о статусе Косово решался в правовом поле на основе международного права, на основе незыблемого принципа ОБСЕ, что границы нерушимы, кроме как по обоюдному согласию заинтересованных сторон. Все остальное – это неправовые действия, мы их принять не можем».

Тем самым Сергей Лавров подчеркивает, что в мировой политике приоритетным остается принцип решения территориальных проблем путем обоюдного согласия конфликтующих сторон. Однако если международно-признанные нормы претерпят изменения, то Россия, исходя из принципа соблюдения права, будет придерживаться новых правил.

Именно эту мысль озвучил в начале января статс-секретарь, заместитель Министра иностранных дел Российской Федерации Григорий Карасин, заявив о том, что «если все мы придем к выводу, что в сегодняшней международной обстановке принцип права нации на самоопределение важнее, чем принцип территориальной целостности государства, то тогда мы должны будем руководствоваться этим принципом во всех регионах мира, а не только там, где нравится кому-то из наших партнеров. И тогда правом нации на самоопределение должны воспользоваться как народы, проживающие на постюгославском пространстве, так и малые народы, в том числе народы Кавказа, проживающие на постсоветском пространстве».

Так что ликование грузинского Президента, мягко говоря, преждевременно и совершенно необоснованно. В отличие от своего коллеги, президент Молдовы Владимир Воронин пока и не помышляет праздновать победу. Побывав на днях в Москве и встретившись с Владимиром Путиным, он прекрасно понял, что блицкрига в разрешении молдо-приднестровской проблемы не предвидится. Мало того, российский президент дал четко понять, что Россия не будет решать вопрос Приднестровья без участия приднестровцев. Единственный путь разрешения конфликта – выработанное за столом переговоров решение, устраивающее обе конфликтующие стороны. Ну, а чтобы переговоры начались, Молдове придется поубавить свои амбиции и отменить экономическую блокаду Приднестровья, а также принятый в одностороннем порядке Закон об основах статуса Приднестровского региона Республики Молдова, в котором ПМР отводится статус достаточно урезанной автономии, сравнимой со статусом районного центра РМ. На других условиях садиться за стол переговоров бессмысленно. Об этом неоднократно заявлял президент ПМР Игорь Смирнов и другие официальные лица государства. Готов ли Воронин пойти на такие конструктивные шаги? Думается, что нет. Тем более что Запад такой «отмашки» ему не делал. А без учета мнения Вашингтона и Брюсселя, Воронин не предпринимает и менее значимые шаги.

Так что визит Воронина в Москву вряд ли обернулся для него какими-либо дивидендами. По сути, сегодня молдавский президент оказался в щекотливой ситуации. Запад, радикальная молдавская оппозиция, Россия – перед кем прогнуться в первую очередь – кто его знает?

Москва тем временем не намерена помогать Воронину в урегулировании молдо-приднестровского вопроса иным путем, нежели за столом переговоров. В свою очередь, Приднестровье неоднократно подтверждало свою позицию по вопросу выстраивания взаимоотношений с РМ на всенародных референдумах, в том числе и в 2006 году. Так что в случае, если Косово объявит, либо в одностороннем порядке, либо с подачи США, ЕС и НАТО, о своей независимости, а молдо-приднестровские, грузино-абхазские и грузино-южноосетинские переговоры все же начнутся, на них, похоже, будут обсуждаться совсем иные вопросы, а именно - цивилизованного развода конфликтующих государств, и уже в соответствии с апробированными положениями контракта.
Обсудить