Проблемы судебной реформы

1. РАЗМЫШЛЕНИЯ ВСЛУХ…

Мы не зря выбрали именно такой эпиграф к статье о судебной реформе в Приднестровье. С нашей точки зрения он как нельзя лучше характеризует отношение общества к судебной системе республики. Однако недоверие и страх у людей перед судом можно наблюдать практически во всем мире. Разница заключается разве что в степени этих чувств. Где-то граждане чувствуют большую защищенность со стороны государства от произвола и судебных ошибок, а где-то степень недоверия достигает своего максимума.

Вообще, у людей, кроме сознательного страха перед судом, основанного на фактах и конкретных случаях, есть еще и инстинктивный страх. Недаром в народе существует поговорка «от сумы и от тюрьмы не зарекайся». Стоит только попасть в машину правосудия, и многие убеждены: за что осудить - всегда найдется.

Всегда есть также ощущение, что люди взяли на себя изначально божественную функцию судить. Отсюда и недоверие к судьям, которые непосредственно исполняют эту функцию в обществе. Они прежде всего люди, поэтому человеческий фактор исключить невозможно.

Вспомним недавний случай, когда отец забил до смерти маньяка-педофила, надругавшегося над его приемным сыном. Он убил человека. С точки зрения права он человек, совершивший преступление, за которое по закону должен понести и понесет наказание.

Однако в данном случае это не обычное преступление. Это скорее естественный ответ на надругательство. Об этом, наверное, думал даже прокурор, когда говорил, что не знает, как будет выступать с обвинением против отца ребенка. Есть Уголовный кодекс, но нет такого закона, который мог бы в полной мере искупить страдания ребенка и его родителей.

Именно в таких случаях понимаешь все несовершенство законодательства и всю, по словам Андрея Кураева, «духовную опасность» судейской профессии. И конечное несовершенство судебной системы.

Это несовершенство общество и государство пытаются смягчить. В моральном плане говорят о повышении авторитета судей. В функциональном – о необходимости проведения судебной реформы. В то или иное время ее проводили во всех странах мира.

Слово «суд» в идеале должно ассоциироваться с понятием справедливости. Как правило, люди идут в суд, надеясь на объективное, справедливое решение. И тут ситуация приобретает парадоксальный характер. Как раз объективности люди в суде и не находят. Мы не говорим о повальном произволе, коррумпированности и несправедливости, захлестнувших наши суды. Нет. Это было бы неправдой. В жизни никогда не бывает все совсем уж плохо. Но социологические опросы показывают, что население в основной своей массе судам не доверяет и обращаться к ним опасается. Факты - вещь упрямая.

Приднестровье сегодня во многом следует российскому опыту. Это касается в том числе судебной реформы. Заговорили об этом в России – заговорили и у нас. И говорят уже более 10 лет.

2. РОССИЙСКИЙ ОПЫТ. СУДЫ СТАЛИ СПРАВЕДЛИВЕЕ, ДОСТУПНЕЕ, НО…

В концепции судебной реформы в РФ, утвержденной в октябре 1991 года, говорится, что она «нацелена на пробуждение общественной совести во имя достижения правды в экстремальных условиях борьбы человека за свою жизнь, свободу и доброе имя». Инициаторы реформы в России хотели сделать суды более независимыми, а правосудие - доступнее, прозрачнее, справедливее и эффективнее. Они стремились изменить общественное мнение в том, что касалось работы судебной системы. Хоть эти цели и носили общий характер, но кое-каких результатов добиться все же удалось.

Результаты:

1. Увеличилось, правда, незначительно, количество дел, связанных со спорами гражданина и государства (обращения граждан о незаконности правовых актов, о нарушениях избирательного права и т.д.). В советское время такие дела были немыслимы.

2. Усилился контроль над работой судей. Для этого была упрощена процедура лишения судей юридической неприкосновенности, был ограничен срок полномочий.

3. Судьи в РФ стали независимее, т.к. местные органы власти были лишены права назначать судей и контролировать их продвижение по службе.

4. Улучшение финансирования судов, повышение зарплаты судей. Это, в свою очередь позволило расширить штат за счет введения должности помощника судьи. Основная часть российских судов была компьютеризирована.

5. Введение суда присяжных, что способствовало увеличению числа оправдательных приговоров.

6. Введение института «мировых судей».

7. Новые процессуальные правила, которые определяют принцип состязательности сторон, требуют от прокуроров более внимательного и тщательного отношения к работе над материалами уголовных дел и обязательного выступления в процессах в качестве обвинителя. Это прекратило существовавшую практику отправки дел на доследование.

3. НО…

Как показывает практика, не все так радужно. В этом мнении сходятся и эксперты-аналитики и общество. На пути судебной реформы есть препятствия, с которыми справиться пока не получается. Основным показателем эффективности реформы является общественное мнение. Здесь изменения к лучшему незначительны. Опросы, проводившиеся в западноевропейских странах, показали, что общественная оценка эффективности судов тесно связана с уровнем доверия к ним граждан. В таких странах, как Дания, Финляндия и Австрия, почти половина населения считает свои суды достаточно эффективными и примерно столько же, если не больше, людей доверяет судам. В России большинство людей относится к судебной системе все с таким же недоверием и осторожностью, полагая, что суд в России неэффективен и коррумпирован.

Многие препятствия на пути осуществления судебной реформы коренятся, как ни странно, не столько в самой судебной системе, сколько в институтах и практиках за ее пределами. Это и недоверие к правоохранительным органам, и существующая система оказания юридической помощи, и ненадлежащее исполнение судебных решений. Основная же проблема заключается в недостаточной действенности закона внутри самого государственного аппарата, в сохранении ситуации, когда во главу угла ставятся корпоративные и частные интересы. Если люди видят, что закон нарушают те, кто его создает и кто сам, в первую очередь, должен во всем руководствоваться буквой закона… то, как говорится, «рыба портится с головы».

Несмотря на увеличение финансирования судов, уровень коррумпированности если и снизился, то незначительно. Всегда найдется кто-то, кто заплатит больше, чем государство.

На недоверие к судам накладывается недоверие к органам МВД. Основное количество уголовных дел инициируется именно этими органами. Похоже, что восприятие уголовного правосудия как коррумпированного зиждется скорее на опыте контактов с представителями МВД, чем с прокурорами и судьями.

Другим слабым звеном в российской судебной системе является непродуманный порядок оказания бесплатной адвокатской помощи тем, кто не в состоянии самостоятельно нанять адвоката. Качество оказываемых юридических услуг по-прежнему находится в прямой зависимости от суммы вознаграждения. Естественно, бесплатная помощь хуже по качеству, нежели платная.

При этом доступность адвокатской помощи непосредственно связана с доступностью судов. Самостоятельно, без хорошего адвоката человек вряд ли сможет выдержать судебную тяжбу. А неудача в судебном разбирательстве еще раз укрепит его мнение о несправедливости суда.

Сокращение срока полномочий судей, несмотря на положительные моменты, все же ограничило их независимость. Проблемой остается неотработанная система судебных приставов, что отрицательно влияет на исполнение судебных решений.

НАШ ОПЫТ, ИЛИ СУДЕБНАЯ РЕФОРМА В ПРИДНЕСТРОВЬЕ

Разговор о нашей судебной реформе мы начнем с данных соцопросов Независимого аналитического центра «Новый век». На вопрос, «какую сферу вы считаете наиболее коррумпированной», суды назвали 13,3% респондентов. Суды в этом плане обошли даже ставшую «притчей во языцех» Госавтоинспекцию (ГАИ набрала 12,9%).

В свое время проводился специализированный опрос мелких предпринимателей. На вопрос «обращались ли вы в суд при нарушении своих прав?» 100% респондентов ответили отрицательно. На вопрос, почему не обращались, мнения участников опроса разошлись. Люди часто называли не одну, а несколько причин. 61,9 процентов сказали, что у них нет уверенности в справедливости решения суда. 28,6% отметили, что очень дороги услуги адвоката. 23,8% указали на слишком долгий процесс судопроизводства. 4,8% отметили, что не обращались в суд, поскольку сочли, что проблема незначительна.

Независимым аналитическим центром «Новый век» проводился еще один опрос - «вы обратились бы в суд при возникновении конфликтной ситуации? 63,7% респондентов сказали, что нет.

Данные опросов говорят сами за себя. Они такие не только потому, что люди не привыкли обращаться в суд. Есть и другой компонент – недоверие к судам.

Против мнения народа, как известно, не пойдешь. А как было отмечено выше, один из основных критериев эффективности работы судебной системы – отношение к ней общества. Понимают это в Приднестровье.

Судебную систему в ПМР начали реформировать более 10 лет назад. Как сказал нашему агентству первый заместитель министра юстиции республики Сергей Степанов, на разных этапах были разработаны три проекта концепции судебной реформы. Но ни один из них не приобрел официального статуса, так как не был утвержден Верховным Советом.

Общего взгляда на концепцию реформы не было ни у представителей трех ветвей власти, ни у специалистов. Но тогда все сошлись на том, что она нуждается в совершенствовании и многочисленных доработках.

Одной из основных причин того, что концепция судебной реформы не воплотилась в жизнь, был ее отрыв от реалий республики. Проекты не учитывали (или не до конца учитывали) специфику становления и развития государственного устройства Приднестровья. Сегодня подход к судебной реформе изменился. Он стал более реалистичным. Мир уже никто не переворачивает. Представители судебной системы скорее пытаются сделать то, что возможно сделать в сложившейся ситуации.

Важным достижением можно считать начало работы Конституционного суда в 2002 году. С этого момента люди получили возможность не соглашаться и оспаривать законы, действия госчиновников, восстанавливать нарушенные конституционные права. Как известно, в отличие от соседних стран граждане ПМР с самого начала были наделены правом обращения в конституционную инстанцию.

В рамках судебной реформы был создан Судебный департамент, который организует и контролирует работу судов.

Кроме этого, как сообщил нам Сергей Степанов, специалистами Министерства юстиции ПМР на сегодняшний день подготовлено два проекта законов – об административном судопроизводстве и восстановительном правосудии. На сегодня это основные направления судебной реформы.

Вопрос об организации административного судопроизводства актуален не только для ПМР. В России эта система тоже пока не налажена.

Ранее существовала (да и сейчас еще сохраняется) практика, при которой делами об административных правонарушениях занимались различные госорганы. Это и таможня, и налоговая инспекция, и ГАИ. Они налагают санкции, выписывают штрафы и др.

Однако эта практика неконституционна. Статья 37 Основного Закона ПМР определяет, что никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

Частичный отказ от такой практики в известной степени усложнил работу судов общей юрисдикции, которым, кроме гражданских и уголовных, сегодня приходится рассматривать и дела об административных правонарушениях.

Для того, чтобы «разгрузить» такое положение, и нужно создать административные суды. С необходимостью создания системы административного правосудия в целом согласны все ветви власти.

При разработке соответствующего проекта закона приднестровские специалисты использовали опыт Украины. Так, в ПМР планируется создать высший орган административного судопроизводства. Будет ли это отдельный орган или коллегия при Верховном суде, или такими полномочиями будут наделены судьи, чей статус будет сравним со статусом мировых судей, пока неизвестно. По словам первого заместителя министра юстиции Сергея Степанова, если будет решено наделить полномочиями высшего органа административного судопроизводства коллегию при Верховном суде, могут возникнуть проблемы с Арбитражным судом, который занимается разрешением дел об административных нарушениях в отношении юридических лиц.

Также планируется создать два суда второй инстанции и суды первой инстанции в городах и районах республики.

Еще одной сферой, требующей реформирования, является восстановительное правосудие. Сергей Степанов считает, что здесь можно говорить о двух аспектах проблемы. Во-первых – не допускать лишения свободы при отсутствии необходимости. Не каждое преступление требует сурового приговора. Часто бывает так, что единожды попав в места не столь отдаленные, человек не встает на путь исправления, и по многим причинам. Если есть возможность вынести иной приговор, нужно его вынести. Так, сегодня вспомнили о такой форме решения по уголовному делу, как примирение с потерпевшим. Она применялась редко. А нужно применять ее шире.

Во-вторых, восстановительное правосудие подразумевает восстановление и защиту прав пострадавшего. Никто, по большому счету, не задумывается о состоянии и дальнейшей жизни этого человека. Часто бывает так, что преступнику определяют в судебном порядке возместить моральный и материальный ущерб потерпевшему. Осужденного отправляют в места заключения, он отбывает срок, выходит на свободу. Возмещение ущерба «висит на нем», однако в реальности он этого сделать не может. У него просто нет финансовых источников. Работа на «зоне» есть далеко не всегда, а выйдя на свободу, бывший осужденный испытывает проблемы с интеграцией в общество, часто не может устроиться на работу и т.д. Вот и получается, что все вроде по закону, но потерпевшему не становится легче от сознания, что ему должны возместить ущерб. Так как ущерб не возмещается. Специалисты сегодня пытаются подойти к разрешению этой проблемы.

Если говорить о создании института мировых судей в рамках судебной реформы, то можно почти с уверенностью сказать, что в Приднестровье его не будет. По мнению Сергея Степанова, в этом вопросе ПМР не может ориентироваться на опыт России. В ее масштабах мировые судьи действительно нужны. У нас же, как правило, добраться до любого суда проблемы не составляет. К тому же формирование института мировых судей - это лишние расходы.

Финансовый вопрос (точнее, отсутствие финансов) является одним из самых серьезных препятствий на пути осуществления любых судебных реформ. Административное судопроизводство и восстановительное правосудие – это, в общем-то, лишь компоненты реформы. Должны быть и другие компоненты. Но на их внедрение сегодня не хватит средств. Сейчас сами суды финансируются недостаточно.

Наверное, пока в Приднестровье не улучшится экономическая ситуация, говорить о масштабных изменениях судебной системы вряд ли придется.
Обсудить