Куда идет Молдавия?

Давайте посмотрим правде в глаза. А она в следующем: в обозримом будущем (а это срок жизни, как минимум одного поколения) у Молдавии нет шансов стать полноправным членом Евросоюза

Почему?

Во-первых, шанса как такового, никогда не было. Стоит вспомнить, что Маастрихтское соглашение, которое положило начало Евросоюзу в его нынешнем виде, случилось в 1992 году. Как раз тогда, когда Молдавия получила независимость и ее полная оптимизма политическая элита только начала получать дивиденды из сложившейся конъюнктуры.

До рубежа 2000 гг. интеграция в Европу ограничивалась вступлениями во всевозможные международные, главным образом европейские наднациональные структуры – такие как Совет Европы. Никаких экономических привилегий это не принесло, но и цели такой не было. Основные финансовые потоки шли с Востока, где в 1990 гг. по соотношению цена/платежеспособный спрос молдавские товары (исключительно сельхозпродукция) были вне конкуренции. И тоже с Востока в страну поступала энергоресурсы (природный газ, электричество и природный газ).

В этих условиях связь Молдавии со странами Евросоюза носила исключительно потребительский союз, в том смысле, что таким образом политическая элита использовала всевозможные организации и прямые межстрановые политические связи как средство защиты от казавшейся тогда актуальной опасности реставрации мощи Москвы (как территориального присутствия).

Такой опасности давно нет, по крайней мере, до тех пор пока между РМ и РФ находится такое государственное образование как Украина, где, похоже, все только начинается. А значит, по крайней мере, на данный момент, Евросоюз достиг своих естественных границ, причем, не столько из-за внешних противодействий, сколько в силу собственных противоречий.

Сейчас, объединенная Европа максимум на что способна, так это абсорбировать Западные Балканы (Хорватия, Македония). Но этот процесс не случится раньше 2014 г.

А затем Евросоюз будет решать, что делать с Турцией.

При чем тут Турция, и какова связь с Молдавией?

Турция – это 80 млн. человек, это огромный рынок сбыта и одновременно неисчерпаемый рынок трудовых ресурсов. По сравнению с перспективами Турции, да еще как стратегического транзитера энергоресурсов, надежды, что Молдове будет уделено внимание, стремительно уменьшаются. Просто потому, что Молдова, пусть и объединенная с Приднестровьем, Евросоюзу неинтересна. Экономически не интересна, в первую очередь.

Все, что еврочиновникам нужно (а это в первую очередь лоббисты транснациональных компаний) они уже получили. Молдавский рынок открыт: практически все стратегические отрасли приватизированы в пользу западных компаний: в банковском секторе иностранное участие составляет больше 50%, та же тенденция наблюдается у страховщиков. Телекоммуникации, даже крупный ритейл (торговые сети) скупаются транснациональным капиталом.

Что в этом плохого?
Ничего. Кроме того, что контроль над финансовыми потоками (банки и страховые компании) находится вне территории страны. Это значит, что мелкий и средний бизнес вынужден жить по правилам и на финансовых условиях, на которые никто внутри Молдавии повлиять не может.

Поклонники либеральной экономической теории скажут, что это не так уж и плохо, мол, будет развиваться конкуренция, и цены будут снижаться. На самом деле деле, конкуренция будет (и мы это уже видим), но не так как себе ее представляют идеалисты: предприятия будут конкурировать за получения доступа к кредитным ресурсам, а крупные торговые сети будут вынуждать молдавского производителя продавать свой товар по нормативной цене.
Максимализацию прибыли еще никто не отменял.

И альтернатив не будет – рынок Евросоюза закрыт и будет закрыт для основной массы молдавских товаров. Режим автономных преференций не в счет – Молдова просто физически не может им воспользоваться: из промышленно-аграрной страны, мы давно стали лишь аграрной. Важный, но неафишируемый штрих: сахар, вино и еще пару позиций, которые мы можем продавать в действительно значимых количествах, Европа отнесла к «чувствительным» товарам.

Что осталось?

Земля. Единственный значимый актив – сельхозугодия. Активная компания за продажу земли иностранцам не может не удивлять, особенно с учетом, что застрельщиками идеи стали несколько политических партий, особым успехом у электората (судя по последним выборам) не пользующихся, однако умело формирующие (показательно, что в основном в столице) общественное мнение.


Если приход инвесторов в сельское хозяйство затянется на 5-10 лет фатального в жизни страны не произойдет, однако если последний стратегический актив будет продан за бесценок ( рыночная цена а провинции колеблется в вилке 4-10 тс. леев), о возрождении молдавского села можно будет забыть - ведь избытку трудовых ресурсов придется искать себе новое применение. Современные технологии в сельском хозяйстве не нуждаются в большом количестве трудозатрат. После отмены можно прогнозировать что в течении 2-4 лет земля будет скуплена и консолидирована, а затем перепродана.

Приходите завтра!

Параллельно с экономическим контролем молдавский суверенитет ограничивается политически: все обязательства (включая основополагающий документ План действий Молдавия-Евросоюз) носят только односторонний характер.

Другими словами, происходит встраивание Молдавии в систему координат Центра принятии решений, где наша страна не имеет никаких (даже декоративных) рычагов.

И получается, что мы идем туда, сами не знаем куда, не зная даже что нас там ждет. И ведь обиднее всего будет, что Молдавии нечего будет сказать, когда нам скажут – «вы же сами этого хотели».

Обсудить