Накануне перемен

Благополучно решив проблему Косово, Запад сразу же начал откат от своих позиций решения внутригосударственных территориальных споров путем признания независимости отсоединившихся от метрополий территориальных образований. Причина столь быстрого отката все та же – нежелание признать справедливость требований непризнанных республик постсоветского пространства о предоставлении им суверенного статуса.

Едва 6 марта МИД РФ заявил, что Россия снимает запрет на торгово-экономические и транспортные связи с республикой Абхазия, установленный в 1996 году, как тут же на Западе поднялась настоящая паника, даже несмотря на то, что МИД объяснил свою позицию тем, что абхазская сторона выполняет обязательства по урегулированию конфликта.

Для справки: Санкции в отношении Абхазии были приняты по инициативе Грузии на заседании Совета глав государств СНГ 19 января 1996 года, на котором был подписан документ "О мерах по урегулированию конфликта в Абхазии, Грузия", установившего запрет на осуществление торгово-экономических, финансовых, транспортных и иных связей с Абхазией по государственной линии. В 1996-98 годах санкции включали запрет на экспорт продукции, ограничение импорта, запрет на выезд из Абхазии мужчин в возрасте от 16 до 60 лет. С Абхазией была прервана всякая связь, как транспортная, так и почтовая. В 1999 году Россия смягчила ряд санкций: было налажено транспортное сообщение, возобновился легальный переход жителей непризнанной республики Абхазия через границу с Россией. С апреля 2006 года разрешено пересечение российско-абхазской границы гражданами стран дальнего зарубежья. Такая возможность отсутствовала с 1992 года.

В ответ на отмену Россией санкций в отношении Абхазии, США потребовали от главы МИД России Сергея Лаврова назвать причины, «которые вынудили Россию выйти из формата СНГ и снять санкции». Заместитель Госсекретаря США Дэниел Фрид, недоуменно пожимая плечами, заявил: «Мы не можем понять, как подобное решение может способствовать разрешению конфликта и нормализации обстановки. Мы надеялись, что Россия будет играть конструктивную роль в урегулировании абхазской проблемы, так как имеет возможности на это».

ЕС также с опаской следит за событиями, разворачивающимися на постсоветском пространстве. «Все большую тревогу и озабоченность вызывает то, что Россия, по всей видимости, готовится признать Абхазию», - заявила на днях комиссар ЕС по внешним связям Бенита Ферреро-Вальднер.

Комментируя предстоящее в четверг рассмотрение в Госдуме вопроса о независимости Приднестровья, Абхазии и Южной Осетии, Бенита Ферреро-Вальднер подчеркнула, что «ЕС всегда поддерживал и продолжает поддерживать территориальную целостность Грузии и Молдовы».

Подобные заявления после расчленения Сербии звучат, по меньшей мере, некорректно. США и ЕС сами разрушили сложившиеся политико-правовые нормы, оговоренные Хельсинскими соглашениями, а теперь осуждают Россию даже не за аналогичные действия, а за стремление упрочить добрососедские отношения с непризнанными республиками бывшего СССР. Сегодня, по сути, Запад, затаив дыхание, ожидает дальнейших шагов России в отношении де-факто существующих непризнанных государств постсоветского пространства. А заодно прочищает горло, чтобы в случае их признания, поднять крик на весь мир о незаконности предоставления суверенитета Приднестровью, Абхазии и Южной Осетии. Впрочем, после Косово, любые «вопли» не просто неуместны, а выглядят уже неадекватно. Единожды изменив мир, надо учиться жить по новым правилам, которые, кстати, ввели сами США и ЕС. Поэтому любые заявления американского Госдепа или Совета Европы - не более чем пустое сотрясание воздуха. Как, впрочем, и растиражированные западными СМИ заявления политологов и аналитиков по поводу того, что косовский прецедент не является угрозой для целостности европейских государств, а вот для стран СНГ признание Приднестровья, Абхазии и Южной Осетии чревато далеко идущими последствиями.

Газета «Time» на днях попыталась доказать России, что Европе «чихать» на сепаратизм, потому как «сепаратизм в Европе и на постсоветском пространстве - это, как говорится, две большие разницы. Во-первых, и это самое главное, ни баскские и корсиканские сепаратисты, ни ольстерские и фламандские ирредентисты, отрицающие свою испанскую, французскую, британскую, бельгийскую идентичность, ничего не имеют против единой Европы и против того, чтобы их считали европейцами. Даже их самые непримиримые вожди прекрасно понимают - ни Франция, ни Испания, ни Британия после гипотетического отделения сепаратистских территорий никуда не денутся, да и сами эти территории тоже останутся в Европе, но только превратятся внутри Евросоюза в «автономии второго уровня», что заметно понизит их статус и заметно скажется на качестве жизни граждан. А это не есть хорошо. И поэтому сепаратизм у них, как правило, имеет продолжение, но не имеет конца. Во-вторых, - пишет «Time», - сепаратистов в Европе никто не поддерживает и помощи, как политической, так и материальной, со стороны им ждать неоткуда. А в-третьих, у Европы огромный опыт, она всегда была «лоскутным одеялом» и знает множество противоядий собственному сепаратизму. Одно из последних - выработка особой региональной политики, когда отдельным регионам, будь то субъекты федераций или просто административно-территориальные единицы государств, придается особый статус (так называемая «Европа регионов»). У них есть не только свое трансграничное политико-правовое пространство, но и право вступать во взаимоотношения со всеми прочими субъектами европейской политической системы, даже практически «через голову» национального правительства. Имеет место там и создание целых «еврорегионов» - экономико-политических объединений нескольких регионов из разных государств Европы. Все это стало возможным благодаря сложившейся веками культуре европейского федерализма - ведь очень многие регионы Европы (как части внутри государств) имеют более древнюю историю и более прочную общность, чем сами государства, в состав которых они входят. Их границы, политическое устройство и этнокультурное пространство - более постоянны, чем государственные. Европейцы это хорошо понимают и потому позволяют таким регионам быть максимально самостоятельными, справедливо полагая, что тем самым они еще прочнее будут включаться в общеевропейский «формат», - заключает «Time».

При этом газета совершенно не утруждает себя попытками разобраться в исторических корнях конфликтов на постсоветском пространстве и юридических правах Приднестровья, Абхазии и Южной Осетии на собственный суверенный статус. Да, на постсоветском пространстве эти республики не обладают теми правами, которые имеют европейские административно-территориальные единицы, но они также имеют древнюю историю и прочную общность. Поставив клеймо сепаратизма, на Западе даже и не попытались разобраться в том, что Южная Осетия и Абхазия были насильно присоединены к Грузии на заре Советской власти, что Приднестровье за исключением сорока с лишним лет все той же советской власти также никогда не было частью Молдовы.

Но даже не это главное. Проблемы с непризнанными республиками не было бы вообще, если бы Молдова и Грузия в период развала СССР не решили свести права осетин, абхазцев и приднестровцев до минимума, оказав им в праве на родной язык, письменность, культуру, вековые традиции и устои. И когда осетины, абхазцы и приднестровцы отказались от статуса людей второго сорта, их попытались уничтожить, вырубить под корень. Так что не нужно нас сравнивать с Европой, там этого не было и нет. Сытые европейские «сепаратисты» просто играют в политические игры, дабы добиться лично для себя каких-то преференций. Мнимые постсоветские «сепаратисты», которые таковыми не являются и никогда не являлись, борются за выживание. Оно возможно только через признание суверенитета, которое даст республикам свободно развиваться без блокад, провокаций и военного противостояния. И никакие разговоры, а уж тем более - действия, направленные на объединение Грузии с Абхазией и Южной Осетией, и Молдовы с Приднестровьем абхазами, осетинами и приднестровцами никогда не будут покорно приняты, ибо объединение равносильно смерти.

И чтобы там ни заявлял президент Молдовы Владимир Воронин по поводу того, что Россия готова обменять Приднестровье на отказ Молдовы вступать в НАТО, решать это не ему, а людям, которых вынудили провозгласить свою независимость и которые имеют гораздо больше прав на свой суверенитет, чем Косово. Приднестровье раз и навсегда заявило о том, что будет строить суверенное независимое государство и бороться за его признание. Иной альтернативы нет.

Автономия же, предлагаемая Молдовой на основе Закона «Об особом правовом статусе приднестровского региона РМ», где, по сути, Приднестровью отводится роль даже не автономии, а рядового молдавского уезда - это утопия, за которую не стоит хвататься даже молдавскому президенту, серьезно напуганному косовским прецедентом.

Сегодня Воронин твердит, что Молдова готова зафиксировать нейтральный статус страны, записанный в Конституции, и даже отказаться от участия в ГУАМ (правда, потому, что эта организация «перестала приносить Молдавии пользу») ради того, чтобы вновь обладать промышленно развитым Приднестровьем и избавиться от российского военного присутствия. Мало того, он утверждает, что Россия готова подписать декларацию с Молдовой (о сдаче Приднестровья), и что данный проект находится в стадии подготовки.

Скажем прямо, наивно полагать, что так долго дурачивший Россию непредсказуемый Воронин, нежданно-негаданно очутился у России в таком «фаворе», что даже общие «секретные» планы с ней разрабатывает. Как говорят в народе, дружить против Приднестровья – в его манере. Только ведь и Россия понимает, кому надо доверять, а кого – проверять. К тому же, никто не в силах решить судьбу Приднестровья, без учета мнения его народа. И зря Воронин тешит себя иллюзиями, рассчитывая, что Россия преподнесет ему Приднестровье на блюдечке с голубой каёмочкой в обмен на обещание не вступать в НАТО, которое сегодня можно дать, а завтра – забрать. И это Россия тоже прекрасно осознает, особенно в разрезе непрекращающихся требований Кишинева вывести российские войска из Приднестровья.

Впрочем, сегодня воронинские заявления меньше всего интересуют приднестровцев. В эти дни их взгляды устремлены на Россию, где 13 марта пройдут слушания по дальнейшей судьбе Абхазии, Приднестровья и Южной Осетии. Все три республики уже обратились к Генеральному секретарю Организации Объединенных Наций, Президенту и Парламенту Российской Федерации, Главам государств и Парламентов СНГ и стран Евросоюза с просьбой о признании их независимого статуса. Сегодня народы Приднестровья, Абхазии и Южной Осетии ждут долгожданных перемен, ждут, что 17 лет лишений и тревог наконец-то останутся позади.
Обсудить