Переговоры в Бендерах . Часть 1

В то время как ПМР шаг за шагом, последовательно улучшает свою позицию на переговорах, Молдова, в лице Президента, мечется, капризничает, чтобы в конечном итоге прийти к ситуации, равной полному поражению.

Раздел страны завершен?

«Высокие Договаривающиеся Стороны исходят из того, что государственная граница между ними определяется, исходя из ныне существующей линии разграничения фактического территориального контроля. Высокие Договаривающиеся Стороны приложат усилия для оперативного решения вопроса делимитации и демаркации государственной границы». Договор о дружбе и сотрудничестве, врученный Президенту Молдовы, на встрече 11.04.2008.

Смысл переговоров. Анализ.

Смысл встречи И.Смирнова и В.Воронина в Бендерах, отмечает правительственная пресса, в том, что они опять сели за стол переговоров. После семи лет отсутствия переговоров. То есть от состояния конфликта, они перешли к состоянию переговоров. Принятая в существующей политологии теория переговоров говорит о том, что переговоры ведут тогда, когда:
- заменяют собою войну или вооруженный конфликт,
- нарабатывают материал для решения частных вопросов,
- позволяют найти подход к общему решению проблемы.

Из сообщений о переговорах следует, что они являются антитезисом конфликта сторон. Чтобы не возникли сомнения по этому поводу, в кулуарах переговоров говорили о «холодной войне». Итак, следуя принципу « лучше худой мир, чем добрая ссора», стороны приступили к переговорам.

В ходе этих переговоров нужно решить вопросы дальнейшего сосуществования. И способ этого сосуществования должен быть определен в ходе переговоров. Все верно. Следуя этой логике, лидеры двух «высоких договаривающихся» сторон и сели за стол переговоров. В ходе переговоров, если и не будут найдены решения, то в любом случае экспертные группы наработают материал для будущих решений тех проблем, которые не позволяют гражданам и организациям на обоих берегах нормально существовать. В дальнейшем можно будет на основе наработанных решений перейти к разработке принципиального решения.

2008.04.11
Президент Молдовы В.Воронин заявил, что создание рабочих групп по подготовке переговоров, помогут сблизить позиции сторон до такой степени, что можно будет приступить к широкомасштабным переговорам в формате "5+2" (Молдавия, Приднестровье - стороны конфликта, Россия, Украина, ОБСЕ - посредники, Евросоюз и США - наблюдатели - прим. ИА REGNUM)".
Источник. http://www.iraq-war.ru/tiki-read_article.php?articleId=161537

Итак, последовательно размышляя, мы воспроизвели всю логику тех, кто организовывал эти переговоры. Однако так ли обстоит дело? Проанализируем ту же последовательность, но с других позиций.

Войны нет.

Начнем с того, что никакой войны нет. Те, кто профессионально занимаются этим вопросом, с удовольствием называют это конфликтом, горячей точкой и так далее. Почему нет?! Одни командировочные в зону конфликта у международных чиновников чего стоят. Но нам незачем обманывать себя.

В 1992 году любые переговоры вместо войны были действительно хороши. Потому что тогда была война, лилась кровь, и умирали люди. Все, что способствовало остановке войны, было хорошо. Все. Но сегодня войны нет. Ситуация мирная и рабочая. Хотя ситуацию называют конфликтной, она не является таковой. Поэтому не любые переговоры вместо отсутствия переговоров хороши, а только те, которые улучшают положение. Не любой мир вместо плохого мира. А ЛУЧШИЙ мир.

Что мы называем конфликтом.

В действительности существует ситуация с неурегулированным юридическим статусом и (внимание !!!) вполне урегулированными способами решения повседневных вопросов почти во всех областях жизни. Может быть, они урегулированы не так, как нам бы хотелось, но это другой вопрос. Есть, конечно, и проблемы, не до конца урегулированные, но их нельзя назвать принципиальными. Это - перемещение высоких лиц по Европе, или проблемы студентов Приднестровья в РМ, или же оформление таможенных грузов предприятий ПМР в РМ. Это проблемы и не малые. Но это не военные проблемы, не конфликтные, а проблемы повседневной жизни, вытекающие из незрелости политических, социальных и экономических отношений. Говоря о проблемах, с которыми сталкивается ПМР, нужно сказать и о проблемах, с которыми сталкиваются жители Молдовы. Они того же порядка и порождены теми же причинами: огромные очереди у посольства Румынии для получения документов на выезд, проблемы с экспортом в Россию винодельческой продукции и так далее.

Можно составить огромный список проблем, что создают своим гражданам власти РМ и, наверное, власти ПМР своим неумением решать эти проблемы в интересах большинства.

Так, что если говорить
о конфликте, то это скорее конфликт между властями и гражданами. И чем дальше, тем это очевиднее. И этот конфликт усугубляется как на правом берегу, так и на левом.

Если существуют проблемы повседневной жизни, то экспертные группы должны их решить. Но могут ли они это сделать? Вот в чем вопрос. Не в силу своей экспертной способности, а принципиально? И в ответе на этот вопрос суть вопроса. Если мы говорим, что мы имеем дело с конфликтом, то есть реальными столкновениями, то суть вопроса сводится к тому, чтобы найти реальные решения, действующие в данном реальном пространстве конфликта. Но у нас нет конфликта. У нас есть неурегулированный юридический статус. Значит решение проблемы состоит в юридическом решении вопроса.

Любое юридическое решение вопроса строится на определенной, базовой основе, так как право в своей основе иерархично. В государстве такой основой является конституция. Сама конституция опирается на международное право. На что должны опираться в нашем случае решения экспертных групп? На какое юридическое решение? В ходе встречи было заявлено только одно предложение.


Исходные предложения сторон.

Президент ПМР. 2008.04.11
«Игорь Смирнов, комментируя итоги прошедшей встречи, заявил: "В повестке дня у меня было два вопроса. Первый - вручение договора о дружбе и сотрудничестве между Приднестровской Молдавской Республикой и Республикой Молдова, который, по нашему мнению, с учетом всех проведенных референдумов, как раз бы и являлся решением всех вопросов. Второй момент - это снятие всех экономических и других барьеров по перемещению грузов и людей для того, чтобы продолжать работу. И как раз в этом контексте, Владимир Николаевич (Владимир Воронин - президент Молдавии) подчеркнул свое согласие на создание рабочих групп.» Источник. http://www.iraq-war.ru/tiki-read_article.php?articleId=161537

Обратим внимание, что у Президента ПМР в повестке всего два вопроса:
1. вручение договора о дружбе и сотрудничестве.
2. снятие всех экономических и других барьеров по перемещению людей и грузов.

Далее, он комментирует ситуацию следующим образом:

« – Игорь Николаевич, а о каком договоре вы говорите: о дружбе и сотрудничестве?

– Да, речь идет о «Договоре о сотрудничестве между Молдовой и Приднестровской Молдавской Республикой».

– Иными словами – о договоре между двумя государствами?

– Именно так.

– А кто его будет разрабатывать – Кишинев, Тирасполь или совместно?

– А зачем его разрабатывать? У нас раньше был такой проект, к нему и следует возвратиться. Можно, если понадобится, доработать, внести какие-то изменения. Но исходный материал существует.

– А кто готовил этот договор – приднестровская или молдавская сторона?

– Приднестровская.

– Значит, по-вашему, следует взять за основу этот несколько подзабытый договор, обсудить его, обновить, если надо, и на его основе, при условии, что заключающие его стороны – равноправные независимые субъекты, можно будет вести переговоры?

– Правильно. Потому что, как вы знаете, есть результаты референдума, который состоялся в Приднестровье в сентябре 2006 года. На нем народ Приднестровья (97% участвовавших в голосовании) сказал, что мы – самостоятельное государство, и в будущем видим себя вместе с Россией. Государственная дума признала, что наш референдум был проведен в соответствии со всеми международными правилами.

Источник. http://newspmr.com/archives/345

Позиция высказана очень ясно. Несколько характерных оборотов речи:
1. «зачем его разрабатывать? У нас раньше был такой проект, к нему и следует возвратиться. Можно, если понадобится, доработать, внести какие-то изменения».
2. « – А кто готовил этот договор – приднестровская или молдавская сторона?»– «Приднестровская».
3. «Потому что, как вы знаете, есть результаты референдума, который состоялся в Приднестровье в сентябре 2006 года. На нем народ Приднестровья (97% участвовавших в голосовании) сказал, что мы – самостоятельное государство, и в будущем видим себя вместе с Россией».
4. «… следует взять за основу этот несколько подзабытый договор, обсудить его, обновить, если надо, и на его основе, при условии, что заключающие его стороны – равноправные независимые субъекты, можно будет вести переговоры».
5. Правительственная пресса говорит, что сделан конкретный шаг в урегулировании. Что оппозиция нервничает. Боится, что Президент Молдовы сможет решить этот вопрос до конца своего мандата и это поднимет рейтинг ПКРМ на недосягаемую высоту. Будет ли такое решение, мы не знаем. Но сегодняшнее предложение ПМР равно требованию о капитуляции Молдовы. В то время как ПМР шаг за шагом, последовательно улучшает свою позицию на переговорах, Молдова, в лице Президента, мечется, капризничает, чтобы в конечном итоге прийти к ситуации, равной полному поражению.

«Каприз» как форма выражения геополитических интересов.

Проблема в том, что в этом вопросе нет политической воли. Политическая воля должна быть результатом усилий и стремлений всех групп населения. Но сегодня таких усилий в самой Молдове нет. До недавнего времени было в ПМР, хотя уже не факт. Именно это и позволяет руководителям каждого государства выступать каждый раз с произвольной точкой зрения. В этом результат чудачеств каждого из Президентов, которые выглядят как личный каприз, не ограниченный политически ничем и никем в своей собственной стране.

Самой «капризной» стороной выступает Президент Молдовы. Его часто в прессе обвиняли в этом. Начиная с 2001 года, когда он остановил свой лимузин перед шлагбаумом села Кицканы, и, заканчивая неожиданным звонком в апреле 2008 года Президенту ПМР.

Технология «капризной» политики проста. Сначала создается под любым предлогом проблема, затем начинается решение этой проблемы. Проблема создается быстро, одним росчерком пера или одной фразой. Решать можно годами, при этом проблема создается гарантированно, а решение нет.

Результатом подобных действий является раздел страны de facto. Кульминацией стало предложение Приднестровской стороны в Бендерах.

Последняя новость из Одессы. Заседание одной из экспертных групп по проблемам железной дороги закончилось ничем. Вспомним, что проблема на жд возникла в одночасье и существует уже второй год. О чем шли переговоры в Одессе? Всего лишь торговались о разделе, убытках, доходах и т.д. Каждая из сторон не хочет терять свою выгоду. Но пока стороны торгуются, страна разделена. Кто-то подсчитывает выгоду, страна считает убытки.

Одесский результат подтверждает то, что сказано выше. Нет юридического основания для решения конкретных проблем. Поэтому стороны должны начинать не с юридических формул вроде Договора о дружбе и сотрудничестве или закона 2005 года, и даже не с определения позиций (выставленные юридические формулы и есть определение позиций), а с согласования задач, которые они будут решать. Между тем, на переговоры вынесен совершенно произвольный список задач. Это говорит о том, что задачей сторон на переговорах является не поиск решения задач, а как раз отсутствия их решения. Иначе говоря, в ходе переговоров стороны стремятся самим фактом переговоров закрепить существующее положение дел, еще пока условное, и сделать его безусловным.


Поражение Молдовы как начало действительного разрешения Приднестровской проблемы?


Высказанные Приднестровской стороной требования являются минимальным необходимым условием для начала переговоров. Приднестровская сторона требует равноправия сторон. Но равноправие равноправию рознь. Приднестровье предлагает начать переговоры с максимально возможного формата равноправия – равноправия независимых и суверенных сторон.

И до этого Приднестровская сторона была равноправной стороной. Но равноправной политически. И это равноправие базировалось на формате 5+2. Теперь Приднестровье настаивает на равноправии, которое фактически не зависит от формата 5+2. А будет зависеть от формата 1+1, то есть ПМР – Молдова. И ПМР, естественным образом, хочет выступить в этом формате в качестве суверенной и независимой стороны. То есть равноправной не только политически, но и юридически.

Принимая договор и назначая заседания экспертных групп, Президент Молдовы фактически соглашается с предложением Президента ПМР. Это очевидно. Но не менее очевидно, что в таком случае игнорируется решение Парламента Молдовы от 2005 года.

Президент ПМР должен соблюдать волю своих граждан. Президент Молдовы волю своих граждан. Там референдум, здесь решение парламента. Хотя Парламент Молдовы обладает минимальной дееспособностью, игнорирование его решения означает нарушение Конституции Молдовы. Президент Молдовы вряд ли пойдет на это. В то же время сам факт переговоров придает легитимность новому формату отношений. Однако, до полной легитимности еще далеко.

Почему?. Потому, что равноправие не является самоцелью. Главный вопрос состоит в том, чему оно служит. Если оно служит тому, чтобы в наибольшей степени учесть интересы всего народа Приднестровья, то это действительное равноправие, которое содержит легитимность в самом факте того, чему оно служит. Если же оно служит тому, чтобы две правящие группы договорились в наибольшей степени о своих интересах, то определения оппозиционной прессы в Молдове верны. Мы имеем дело с сепаратистами. Только нужно добавить, что сепаратистами являются обе стороны. Стороны, которые отделили, сепарировали свои интересы от интересов большинства граждан правого и левого берега.

Раньше стороны ссылались на то, что противная сторона препятствует переговорам. Приднестровье считало, что отсутствие равноправия мешает защищать интересы его граждан. Теперь равноправие стало фактом. Молдова все время пыталась вернуть в свое прямое административное подчинение ПМР. За помощью она обращалась и в Москву, и в Вашингтон, и в Брюссель. Было только одно место, куда Молдова не хотела обращаться - это само Приднестровье. Теперь придется говорить именно с ним, а Приднестровью с Молдовой. А есть ли о чем говорить, кроме раздела имущества? Готовы ли стороны сообща создавать, а не делить? Готовы ли они искать совпадение своих интересов с интересами большинства. Или же компрадор остается компрадором. Это ключевой вопрос.

Гагаузия как выражение воли народа Молдовы и Приднестровья.

Установилось мнение, что Гагаузия является точным индикатором происходящих в Молдове политических предпочтений. В 2001 году она проголосовала практически полностью за приход коммунистов к власти. Сегодня она все более и более радикально выступает против правящей в Молдове власти. Но, что не менее важно, она выступает и против формата 5+2, требуя перехода к формату 5+3. Будет ли это означать, что третьей стороной, наконец, станет интерес народа страны, представленный через элиту Гагаузии. Казалось бы, для этого есть все основания. Гагаузия по-прежнему самая обделенная часть Молдовы. Элита еще не отделилась от своего народа метровыми стенами трехэтажных особняков и пока еще живет одной жизнью с народом. Требуя участия в переговорах, она имеет шанс выступить представителем всего народа разделенной страны. Но только если она выйдет за пределы интересов своего региона, если она осознает свою миссию. Если поймет, что, ограничившись интересами своего региона, она попадет в ту же зависимость от ситуации, как и ПМР. И шаг за шагом будет вынуждена заниматься только защитой своих интересов. Реально элита ПМР, занята защитой своих интересов. То, что, защищая свои интересы, она находит опору в геополитических интересах России, не меняет ничего в сути вопроса.

Если элита Гагаузии займется защитой только своих интересов, мы будем иметь такую же тупиковую ситуацию, как и сейчас, но гораздо более взрывоопасную.

Для Гагаузии это будет чрезвычайно сложная ситуация. Если Молдова является официально признанным государством, то Гагаузия не признана даже в качестве стороны на переговорах. Если ПМР имеет свое историческое оправдание и сложилось, как государственное образование, Гагаузия не имеет этого. Если она хочет обрести большую самостоятельность и утвердить свою самобытность, развить ее, то она может это сделать лишь в составе обновленной страны.
Продолжение следует.
Обсудить