Медведев. Что в имени его для нас?

"Если пользоваться образным языком Джона Ле Карре, Россия сегодня 'вернулась из холода' . . . Сбросив советскую систему и отказавшись от ее реставрации в определенный исторический период . . . Россия делает ставку на инновации".


Рано или поздно, но они обязательно столкнутся. Нет никаких сомнений, что новый и бывший президенты России - один в Кремле, другой в Белом доме - не смогут до бесконечности сохранять свой нынешний тандем. Однако эта будущая проблема в глазах многих затмевает реальность дня сегодняшнего, очевидную и не менее значительную.

Сначала исподволь, а теперь в каждой из своих речей Дмитрий Медведев позиционирует себя как политика третьего этапа потсоветского периода - стабилизации страны с помощью правового государства. После краха коммунизма в России началась эпоха дикой приватизации, крушения государства и следования в фарватере американской внешней политики. Россияне при Ельцине вкусили свободу анархии и ее неизбежное следствие - право сильного. Они так настрадались, познали такое унижение и такую тоску по порядку, что в массе своей мечтали о сильной власти, о возвращении России, которое им обещал Владимир Путин, и он их не разочаровал. Бывший шпион утопил в крови мятеж в Чечне, приструнил телеканалы, уничтожил малейшую оппозицию и вернул природные ископаемые, главное национальное богатство, под контроль государства. В России при Путине началось сползание к авторитаризму, но с помощью взлета цен на нефть в стране начался экономический рост, появился средний класс, вернулось могущество. За восемь лет Россия преобразилась, и теперь Дмитрий Медведев предлагает ей строить свое будущее на основе партнерства с Западом и даже - да-да! - демократического развития.

Эти перспективы кажутся настолько неправдоподобными, что невольно даешь волю скептицизму, но давайте прислушаемся к этому улыбающемуся круглолицему человеку сорока с лишним лет. 'Россия и Германия, - заявил он на встрече со сливками германских деловых кругов, - две европейские страны'. И дабы было понятно, что он имеет в виду не географию, а политический выбор, добавляет: 'В международных делах, как и внутри страны, мы будем прежде всего настаивать на верховенстве права, на соблюдении всеми государствами - и прежде всего ведущими державами - международного правопорядка'. 'В результате окончания 'холодной войны', - продолжает он, - возникли условия для налаживания подлинно равноправного сотрудничества между Россией, Евросоюзом и Северной Америкой как тремя ветвями европейской цивилизации'. 'Теперь речь должна идти, - отчеканивает он далее, - о единстве всего евроатлантического пространства: от Ванкувера до Владивостока'.

Дмитрий Медведев не только выступает за организацию континента Европа, он и не думает возрождать советскую мечту о 'разрыве' между Европой и Америкой, а, наоборот, хочет привлечь НАТО, сиречь США, к переговорам о 'региональном пакте' европейской безопасности, задуматься о создании которого он предложил в Берлине. Россия, однозначно заявляет он, является частью западного мира, и она хочет внести свою лепту в укрепление его единства в век, когда все угрожает превосходству Запада.

Всего лишь слова, скажете Вы? Да, но в политике слова тоже имеют вес, Россия к тому же боится не только Китая, но и арабо-мусульманского мира, и давайте послушаем, что он говорит дальше: ' Если пользоваться образным языком Джона Ле Карре, Россия сегодня 'вернулась из холода' . . . Сбросив советскую систему и отказавшись от ее реставрации в определенный исторический период . . . Россия делает ставку на инновации. В условиях устойчивых макроэкономических показателей, высокого уровня финансовой, социальной и политической стабильности для серьезных игроков на европейском и мировом рынке открываются новые перспективы для надежных и современных инвестиций. Наши цели сегодня - это не только качественный подъем экономики, но и трансформация всей социальной структуры общества, включая поддержку быстро растущего среднего класса. Только он может стать твердой опорой развития демократии и устойчивого развития в целом'.

И тут у слушателей просыпается интерес. Именно здесь Дмитрий Медведев завладевает вниманием аудитории, так как он переходит от абстракции к фактам. Российским деньгам, силе, которая активно поддерживала его кандидатуру, теперь требуются законы и правила, которые позволят консолидировать их право на собственность, привлечь западный капитал и получить возможность в свою очередь инвестировать за границей. Грабители взяли банк, а теперь могут себе позволить стать добропорядочным гражданами. А еще нельзя не упомянуть о новорожденном среднем классе - его представители проводят отпуск за границей, считают себя западными людьми. И преемник Владимира Путина - юрист, а не офицер КГБ - слеплен из того же теста, что и российские яппи, слишком молодые, чтобы подвергнуться воздействию коммунизма, движимые западными ориентирами и устремлениями.

Дмитрий Медведев представляет новую Россию - ту, что действительно является частью Запада.

Бернар Гетта (Bernard Guetta)

Источник: inosmi.ru
Обсудить