Политическая программа партии «ПРОРЫВ!» - от общих положений к реализации.

В отличие от многих других партий и инициативных групп последнего времени, «Прорыв!» уже показал определенную способность к работе с людьми вне рамок стандартной схемы «проголосуйте за нас», то есть не с «избирателями», а с гражданами.

Общие положения

Абсолютное большинство партий и общественных движений постсоветского времени являются, по сути, разновидностью СМИ. Единственное их назначение– манипуляция общественным сознанием в период выборов, с единственной же целью – для получения той или иной группировкой возможно большего числа голосов, и, как следствие, возможно большего числа депутатских мандатов различных уровней. Завоеванные таким образом административные ресурсы используются в дальнейшем для решения проблем инвесторов, вложивших деньги в эти структуры, более пропагандистские, чем политические. Ни на какую системную работу непосредственно с гражданами такие партии и общественные организации не способны, не имея для этого ни структур, ни ресурсов, ни идей. Их предвыборные обещания и послевыборная деятельность никак не связаны друг с другом. Иными словами, на первом этапе избирателям обещают все, что угодно, а на втором, получив их голоса и войдя во власть, забывают о них до следующих выборов и сосредотачивают усилия исключительно на аппаратных играх. К следующим выборам цикл повторяется. Все эти партии являются частями единой бюрократической структуры, а выборы превращаются в перетасовку и раздачу стандартной колоды карт, которую как ни раздай, а игра пойдет все та же. Вся объединенная мощь бюрократии направлена, в первую очередь, на сохранение правил этой игры. Чужаков, пытающихся их изменить, отторгают, изолируют и лишают каких-либо перспектив всеми мыслимыми способами.

С точки зрения соучастия в этих бюрократических играх «Прорыв!» сегодня находится в глухой и безнадежной оппозиции. На первый взгляд, ситуация парадоксальна: приднестровские чиновники преследуют и изолируют «Прорыв!», провозглашающий одной из главных своих целей укрепление государственности Приднестровья и курс на Россию, куда с большим рвением и яростью, чем любую из явно оппозиционных партий. Загадка? Нет, закономерность!

В отличие от многих других партий и инициативных групп последнего времени, «Прорыв!» уже показал определенную способность к работе с людьми вне рамок стандартной схемы «проголосуйте за нас», то есть не с «избирателями», а с гражданами. В нынешнем политическом поле эта способность «Прорыва!» уникальна.
«Прорыв!» опасен для бюрократии тем, что посягает на главные, хотя и неписанные правила постсоветского политического пространства.

Правил этих, по сути, три. Первое: нет граждан - есть только избиратели. Но «Прорыв!», как уже было сказано, апеллирует именно гражданам. Второе: избиратели должны усвоить, что перед лицом бюрократии они – ничто. Они могут только просить о подачке – и тогда их просьбы иногда будут частично удовлетворяться. Притом, именно в форме подачки с барского плеча, но ни в коем случае не заработка, либо чего-то иного, принадлежащего им по праву. «Прорыв!» же нацеливает своих сторонников на активное действие, а не на апелляцию к «доброму барину». Наконец, третье правило: основу любой партийной программы должно составлять социальное иждивенчество: борьба за льготы и иные подачки, а не за право повышать свою квалификацию и получать достойную оплату за квалифицированный труд. Задача упрощается еще и тем, что само понятие квалифицированного труда в настоящее время размыто и утрачено, причем, это размывание началось еще в советское время, в последние десятилетия существования СССР. И этот подход «Прорыву!» чужд. Его позиция: защита права на образование и на достойное вознаграждение за труд.


Между тем, три этих правила, три подхода, три принципа, позволяющих держать массы в абсолютной зависимости и повиновении, глубоко и прочно вошли в общественное сознание. Сегодня они составляют основу навязанных обществу правил игры, и до тех пор, пока эта основа остается незыблемой, никакое принципиальное изменение ситуации невозможно. В рамках же существующей ситуации невозможно ни создание в Приднестровье социально ориентированного государства, ни признание приднестровской независимости. Таким образом, сама жизнь ставит «Прорыв!» перед выбором: либо атаковать устоявшиеся стереотипы, либо полностью свернуть все амбициозные планы и попытаться вписаться в существующие стандарты бюрократической «игры в политику». Последнее, впрочем, едва ли реализуемо: в нынешнем раскладе электоральных «разводок» «Прорыв!» просто не нужен – недаром его столь последовательно изолируют со всех сторон. В итоге, выбор у «Прорыва!» невелик: либо перейти в наступление, либо признать свою несостоятельность и самоликвидироваться.

Немного теории

Все сказанное выше целиком укладывается в рамки учения о гегемонии Антонио Грамши. Изучая механизмы власти государства, Грамши сформулировал следующие основные положения:

Власть в стабильном государстве держится не столько на насилии, сколько на согласии и убеждении, в том числе и тех, кто оказывается в положении эксплуатируемых; собственно принуждение по большей части присутствует скорее как угроза, а не как реально практикуемое насилие. Таким образом, государство всегда опирается сначала на согласие и лишь во вторую очередь – на силу. Положение, при котором достигнут необходимый уровень согласия управляемых, Грамши назвал гегемонией данных идей («государство является гегемонией, облеченной в броню принуждения»). Гегемония опирается на «культурное ядро» общества - на всю совокупность представлений о правильном и неправильном, о добре и зле, которые навязываются правящим классом. Понятно, что гегемония представляет собой не застывшее, однажды достигнутое состояние, а динамичный непрерывный процесс, в который возможно активное вмешательство.

Пока «культурное ядро» стабильно, общественное мнение поддерживает существующий строй – пусть даже самый плохой и несправедливый. Для изменения ситуации необходимо, прежде всего, изменение идеологии, господствующей в обществе. Любая партия, не ведущая последовательную работу по ее изменению, удовлетворена существующим положением вещей и намерена действовать исключительно в рамках сложившейся ситуации.

«Культурное ядро» определяется вовсе не официальной идеологией, которой может и вовсе не быть. «Культурное ядро» - это представления среднего человека («Массы как таковые не могут усваивать философию иначе, как веру»). Самая образованная часть общества является одновременно и инструментом изменения или сохранения существующей гегемонии. («Интеллигенты служат «приказчиками» господствующей группы, используемыми для осуществления функций, подчиненных задачам социальной гегемонии и политического управления»). В конечном итоге побеждает тот, кто эффективнее ведет пропаганду.

Учение Грамши само по себе не несет идеологической составляющей – это инструмент, и только. Оно лишь дает определенные технические приемы для изменения, либо для укрепления идеологии, господствующей в обществе. Сам Грамши был основателем Компартии Италии, но его работы в свое время игнорировала КПСС. Игнорируют их и ее нынешние эпигоны. Зато противники компартии очень быстро заметили учение Грамши, с успехом использовали его, и продолжают использовать в настоящее время.

Проекция на Приднестровье.

Приднестровье не обладает ни большой территорией, ни значительными природными ресурсами. По сути, люди – это все, что есть в Приднестровье. Оно существует лишь до тех пор, и лишь в той степени, в какой населяющие его люди осознают себя приднестровцами и гражданами Приднестровья. Никаких иных обоснований для существования Приднестровья нет, и не может быть. Таким образом, «Прорыв!», провозглашая борьбу за независимость и признание ПМР своей стратегической задачей, должен ясно сформулировать понятие приднестровской политической нации и сделать его частью общественного сознания. Надо сказать, что эта задача представляет собой практически непаханое поле. Единственными «кирпичиками», способными лечь в основу этого понятия, являются сегодня приднестровский интернационализм, противопоставляемый бессарабскому национализму и память о событиях 89-92 годов. Однако этого явно недостаточно.

Начнем с того, что понятие приднестровской идентичности активно размывается пропагандой Молдовы. Кишиневские пропагандисты не перестают вещать о том, что национализм в Молдове канул в прошлое. В действительности бессарабский национализм лишь несколько ушел в тень, оттесненный бытовыми проблемами и массовым отъездом трудоспособного населения. Но он, по-прежнему, жив, агрессивен и при первом же удобном случае продемонстрирует свою звериную суть. Огромным упущением приднестровских пропагандистов является отказ от серьезного анализа причин националистической вспышки начала 90-х, стремление возложить всю ответственность за нее исключительно на элиты, упорное нежелание увидеть народный, массовый характер агрессивного национализма того периода, его истоки, причины, дальнейшую эволюцию и возможные методы противодействия. Приднестровская историческая наука, отличающаяся, как это ни прискорбно, большой зависимостью от сиюминутной воли начальства и сильным желанием говорить лишь то, что от нее хотят услышать в данный момент, старательно обходит эту тему стороной, давая тем самым в руки противников Приднестровья немалые козыри.

Уместно также заметить, что этническое согласие и гармония, упоминаемые в программе «Прорыва!», не являются автоматически присущими приднестровскому обществу. Отчасти они составляют часть советского наследства: известный интернационализм вообще был присущ промышленным регионам, каковым в советское время являлось Приднестровье, в то время как сельскохозяйственные регионы стали инкубаторами национализма – это положение верно не только для бывшей Советской Молдавии но и для всего экс-СССР. Отчасти, мультиэтническое общество Приднестровья сплотилось, благодаря противостоянию Молдове и борьбе за независимость. И лишь до некоторой степени сложившийся в Приднестровье этнический мир является особенностью, присущей ему исторически, как составной части бывшей Новороссии.

При этом, нет никаких оснований полагать, что этническое согласие и гармония являются устойчивым состоянием и будут и далее существовать сами по себе, без усилий, направленных на их сохранение. Приднестровье не вполне однородно: оно очень явственно подразделяется на этнические зоны: русский юг, включая Тирасполь и Бендеры, русско-молдавский центр (Дубоссары), украинский север (от Рыбницы и далее). В этих условиях для сохранения межнациональной гармонии и стабильности в полиэтническом обществе необходимы вполне осознанные и хорошо спланированные усилия в виде программы межнациональной и поликультурной интеграции, затрагивающей и культурную, и образовательную, и информационную политику, притом, разработанной весьма серьезно и детально. Появление такой программы особенно своевременно еще и потому, что Приднестровье уже сегодня пытаются втянуть в разного рода межнациональные разборки.

Нерадивость или блокада?

Серьезнейшей проблемой является общее падение жизненного уровня в республике и связанный с ним массовый отъезд трудоспособного населения, в первую очередь – квалифицированных специалистов. Сегодня это привело к критической ситуации в целом ряде областей, имеющих первостепенное значение для выживания приднестровского государства, в первую очередь – в медицине и образовании.

Эти процессы приняли уже обвальный и катастрофический характер, и требуют общегосударственных мер. Надежды на то, что проблемы отъезда активного и квалифицированного населения будут решены местными предпринимателями и инвесторами, не имеют под собой оснований. Даже испытывая дефицит квалифицированной рабочей силы, крупные предприятия решают, и будут решать свои проблемы в частном порядке. Меры же, способные решить проблему в целом, вполне очевидны: это повышение собираемости налогов, сворачивание любых налоговых льгот, законодательное закрепление достаточно высокого, сопоставимого с реальным прожиточным минимумом, и с соседними странами уровня зарплат, и их дифференциация в зависимости от квалификации работника. Но самого факта принятия таких законов будет недостаточно – следующим шагом станет борьба за их выполнение. Оценивая ситуацию реалистично, приходится признать, что такие законы неизбежно будут саботироваться на всех чиновничьих уровнях. За оправданиями дело не станет: самым расхожим из них, как обычно, будет констатация сложного положения нашей республики, постоянно ощущающей на себе давление Молдовы.

Этот аргумент, к сожалению, давно и прочно вошел в стандартный «идеологический набор» и привычно применяется во всех ситуациях. Но сегодня этот аргумент воспринимается все слабее. Во-первых, граждане устали жить в условиях чрезвычайного положения. Во-вторых, все отлично видят, что от блокады почему-то страдают лишь рядовые жители Приднестровья, а те, кто ссылается на «последствия блокады» процветают и богатеют. Это неизбежно порождает все возрастающую реакцию отторжения, причем, вместе с явно демагогическими аргументами, списывающими на блокаду все подряд, начинает отторгаться и сама идея нашей республики. Политиков же, берущих на себя неблагодарную роль адвокатов нерадивых чиновников и корыстных лоббистов, публично ссылающихся на «трудности блокады», стали уже всенародно освистывать. Я не удивлюсь, если через полгода за подобную аргументацию их станут еще и публично избивать – если, конечно, они осмелятся выйти к людям без охраны.

Между тем, есть и иной вариант действий: наведение порядка в республике, избавление от некомпетентных чиновников, обеспечение нормальной собираемости налогов от всех субъектов предпринимательской деятельности. Добиться этого можно – при условии существования гражданского общества – раз, и его достаточного представительства в Верховном Совете – два. Об обеспечении такого представительства разговор отдельный и особый, это сложная, но решаемая задача. Вот только для того, чтобы подступиться к ней, необходимо, как минимум, существование полноценного гражданского общества. А с этим в Приднестровье наблюдаются большие трудности.

Трудности эти были описаны в статье «Бремя нашей свободы» опубликованной несколько лет назад в газете «Днестровский курьер». Не пересказывая сейчас саму статью – желающие могут найти ее в библиотеке – замечу, что положение с тех пор нисколько не улучшилось. Несмотря на обширное партийное строительство, гражданское общество Приднестровья по-прежнему остается в недоразвитом состоянии. Спонтанные протесты, вроде недавних митингов компартии, остаются пределом его возможностей. Но прошедшие митинги не изменили и не могли изменить ситуацию. Они были задуманы исключительно как реклама КПП, и никакой иной функции, помимо рекламной, не несли. Изменить же ситуацию может только систематическая работа, причем проводимая одновременно на всех уровнях: от ВС ПМР до профсоюзных и общественных организаций. Необходимо сплочение всех сил, действительно заинтересованных в сохранении Приднестровья. Нормализация жизни, достижение хотя бы минимально приемлемого жизненного уровня, включая не только размер зарплат и пенсий, но и уровень медицины, образования, коммунальных услуг является самой важной частью действий по сохранению нашей республики. Времени осталось немного: даже в том случае, если в силу внешних причин, мало зависящих от нас, нас не попытаются толкнуть в Молдову, отток активного населения грозит заморозить нынешнее прозябание на десятилетия. Необходим широкий гражданский фронт, способный подойти к ближайшим выборам с прагматичной и конкретной программой действий, прежде всего – экономической. Политической составляющей такого общественного объединения и мог бы стать «Прорыв!».

Особенности маленькой страны

Поскольку, как уже было сказано, единственным ресурсом нашей республики являются ее граждане, проблемы образования оказываются в числе важнейших – наряду с проблемой отъезда активного населения. При этом, начинать следует с основ – то есть со школьного образования.

В самом деле: сегодня в Приднестровье создалась весьма опасная диспропорция. Не секрет, что качество школьного образования быстро ухудшается. Это объяснимо: недостаточное финансирование школ и чудовищно низкая зарплата учителей порождают процессы, которые трудно назвать иначе, как деградацией. Однако значительная масса выпускников школ, не обладающих сколь-нибудь удовлетворительной подготовкой, поступает затем на платное обучение в ВУЗы. Прямым следствием этого оказываются сотни сомнительного качества специалистов, не имеющих перспектив за пределами Приднестровья и оседающих на различных должностях внутри республики. Стоит ли после этого удивляться некомпетентности управленцев?

Одновременно налицо деградация подготовки рабочих кадров. Фактически, подготовка квалифицированных рабочих сегодня в Приднестровье не ведется. Даже по тем специальностям, где она еще сохранена, отсутствует нормальная производственная база. Однако в большинстве случаев система обучения рабочих кадров отсутствует полностью, их, в лучшем случае, готовят штучно, на месте, в рамках системы ученичества, более всего напоминающей средневековую. При этом, в силу уже упомянутой деградации школьного образования, стартовый уровень этих «подмастерьев» крайне низок, а подготовленных специалистов, способных организовать хотя бы такое, единичное их обучение - практически нет.

В любом случае, ключевым звеном образования является школа. Если при наличии хорошей школьной базы какой-то минимум специалистов еще возможно подготовить даже за пределами республики, то качественное школьное обучение нельзя заменить ничем. При этом проблемы школьного образования и поддержки учителей являются приоритетными в программе «Прорыва!». В партии понимают, что без прочной школьной базы любое последующее образование будет не более, чем профанацией.

Кроме того, при нормальной пропорции, сообразной реальной потребности в кадрах, примерно 80% выпускников школ должны получить рабочие специальности и лишь 20% - высшее образование. Нарушение этой диспропорции неизбежно приведет к дефициту одних специалистов, отъезду других, к десяткам и сотням личных трагедий. Для создания стабильной обстановки в республике подготовка рабочих не менее важна, чем подготовка специалистов с высшим образованием. Этому в программе «Прорыва!» также уделено серьезное внимание.

В программе справедливо упомянуто о необходимости развития приднестровских научно-образовательных структур. «Если Приднестровье независимое и суверенное государство, то в республике должна быть собственная Академия Наук и другие, принятые в развитых государствах научно-образовательные институты». В целом, это верное положение. Но, в силу своих скромных размеров, Приднестровье едва ли нуждается в «полномасштабной» Академии Наук и иных научных институтах, выстроенных по образцу больших стран. В наших условиях задача таких структур видится несколько иной: они должны обеспечить приднестровским ученым возможность относительно легко взаимодействовать с коллегами по всему миру, проводить с ними совместные исследования, проходить в иностранных научных учреждениях стажировку, публиковаться в зарубежных научных изданиях - и при этом не оказываться перед неприятным, но, увы, частым выбором: между эмиграцией и отказом от научной работы. Таким образом, научные структуры Приднестровья должны быть ориентированы, прежде всего, на посреднические функции.

Что касается права приднестровцев на бесплатное образование и сохранения 50 % бюджетной квоты для граждан ПМР в ВУЗах и средне-специальных учебных заведениях, обозначенных в программе «Прорыва!», то это лишний раз демонстрирует социальную направленность партии. Так же привлекают внимание следующие позиции «ПРОРЫВа!»: борьба за повышение качества образования и изыскание источников доходов в бюджет, для того, чтобы увеличить образовательную статью до 10 % от общей суммы государственного бюджета. До тех пор, пока эти источники не изысканы, разговор о бесплатном образовании представляется несколько преждевременным.

Шагнуть навстречу Молдове, чтобы удержать республику

Тот факт, что борьба за независимость Приднестровья обозначена в числе основных приоритетов «Прорыва!» можно лишь приветствовать. В связи с этим, движению необходимо обратить пристальное внимание и на процессы, проходящие в Молдове. Наличие политических инструментов, способных эффективно влиять на политику Кишинева, пошло бы нашей республике только на пользу.

По большому счету, Молдова никуда от нас не денется. Отношения с ней всегда будут носить особый характер. Пятьдесят лет существования МССР породили множество связей, разорвать которые окончательно зачастую просто невозможно. Да и нужно ли их рвать, коль скоро они пережили полтора десятилетия войны – сначала горячей, а потом холодной?

Безусловно, жизнь в рамках одного государства принесет и нам, и бессарабцам одни только проблемы и огорчения. Слишком далеко разошлись наши пути, чтобы мы ужились в общем доме. Вместе с тем, ничто, кроме злой воли политиков, делающих карьеру на нагнетании противостоянии, да еще, пожалуй, горькой памяти о событиях начала 90-х, не мешает нам быть добрыми соседями. Ничего плохого в тесных связях между Молдовой и Приднестровьем нет – при том, разумеется, условии, что наличие этих связей не используется в пропагандистских целях, для обоснования необходимости возвращения Приднестровья в состав Молдовы.

Есть ли у нас с Молдовой общие проблемы? Разумеется, есть! Ее гражданское общество находится в еще более критическом состоянии, чем наше. Так же сохраняется политика вытеснения «нетитульных» и построения мононационального государства. Массовый отъезд трудоспособного населения, полный крах системы социальных гарантий, полная деградация общественной жизни – все это привело Молдову в еще более безысходный тупик. Вспышка бессарабского национализма, по сути, тоже явилась реакций общества на жесточайший кризис. Об этом тоже надо помнить, не забывая, конечно, и о массовом, в полном смысле этого слова народном характере националистической истерии, охватившей Молдову в то время.

Лучшим лекарством от рецидивов этой болезни могло бы стать усиление гражданского общества Молдовы. Способствуя этому всеми возможными способами «Прорыв!» может в значительной степени предотвратить рецидивы национализма.

Существование молдавской государственности двойственно по отношению к интересам Приднестровья. С одной стороны, в ситуации нашей непризнанности, к тому же при полнейшей деградации молдавского гражданского общества, Приднестровье прямо заинтересовано в уходе Молдовы в Румынию. В этих условиях ослабление молдавского государства объективно отвечает нашим интересам. Но если бы Молдова отказалась от претензий на Приднестровье, а ее гражданское общество встало с колен, если бы Молдова начала развиваться по демократическому пути, то ситуация немедленно изменилась бы на противоположную. Приднестровье в этом случае оказалось бы заинтересовано уже не в крахе, а в укреплении Республики Молдова в виде демократического европейского государства, нашего доброго соседа. Эту идею следует всеми силами доносить до молдавского общества, одновременно всячески способствуя укреплению его гражданских структур.
Специфика «Прорыва!» позволяет сделать в этом направлении немало позитивных шагов, в равной степени полезных и для Приднестровья и для Молдовы. Иными словами, молдавскому обществу можно и нужно предлагать помощь, поддержку, дружбу и сотрудничество – в обмен на признание. Не надо забывать о том, что именно Молдова является той единственной страной, признание со стороны которой независимости Приднестровья немедленно легитимизирует нас в глазах всего мирового сообщества. Работа в этом направлении отнюдь не безнадежна, более того – весьма перспективна.

Россия и Украина. Принцип равной доброжелательности

Говоря о странах, с которыми Приднестровье всегда будут связывать особые отношения, нельзя не упомянуть также Россию, Украину и Белоруссию. Что касается Белоруссии, то отношения с ней пока пребывают в тени и в определенном застое – хочется верить, что явление это сугубо временное. Зато отношения с Россией и с Украиной динамично развиваются. В связи с этим, перед Приднестровьем встает проблема отношения к процессам, происходящим внутри этих стран, а также между ними. Процессы эти не всегда однозначны и не всегда безоблачны. Положение усложняется еще и тем, что на территории Приднестровья проживает значительное число граждан всех этих государств, а также людей, хотя и не имеющих формально их гражданства, но ощущающих свою сопричастность к ним.

Внутри России и Украины идут сегодня сложные процессы становления государственности. Это не может не вызывать определенных трений межу ними. Единственной разумной политикой в данной ситуации является последовательное невмешательство в подобные споры. Граждане, полагающие свое участие в них уместным, могут реализовывать его в индивидуальном порядке, а также через устраивающие их общественные структуры – как в Украине, так и в России. Но для любой приднестровской партии и общественной организации единственно разумной позицией в данном вопросе является доброжелательный нейтралитет, основанный на твердой уверенности в том, что добрые отношения между двумя братскими народами переживут все кризисы и войдут в разумные рамки, основанные на взаимном уважении и сотрудничестве. Несомненно, так и случится. Любые же попытки втянуть Приднестровье с частные конфликты, возникающие, к примеру, в последнее время между Россией и Украиной, объективно направлены на уничтожение приднестровской государственности. Этот подход, на мой взгляд, является единственно приемлемой позицией для «Прорыва!».

Несколько слов в заключение

Сплочение активной, трудящейся, образованной части общества, отказ от лозунгов социального иждивенчества во всех его проявлениях. Борьба за высокий уровень образования – необходимую основу любой социальной активности. Сотрудничество с соседями, невмешательство в конфликты стран, в равной степени близких нам, доброжелательное отношение к народу соседней Молдовы и оказание всемерной помощи по укреплению в ней демократических институтов. Наконец – и это главное – последовательная борьба за сплочение гражданского общества самого Приднестровья. Вот лишь краткий перечень задач, которые придется решать «Прорыву!», вступив на путь борьбы за укрепление приднестровской государственности. Это трудный путь. Но другого сегодня просто нет. Альтернатива – уродлива и карикатурна. Альтернатива – участие в бесплодных аппаратных играх, неизбежная и окончательная деградация государственности Приднестровья и его сдача в столь же безнадежно деградировавшую, но формально «признанную» Молдову. Иными словами: либо оздоровление и модернизация всех общественных институтов, трудная и долгая битва за умы граждан, за их умения, знания, их способность достойно трудиться и достойно и твердо отстаивать свои права – либо полный крах. Никакого «серединного» пути ни у «Прорыва!», ни у Приднестровья в целом, сегодня нет.
Обсудить

Другие материалы рубрики