Выборы 2009: позиция и оценки государственника

Как известно, политика – это искусство возможного. В этой формуле нет места межличностным отношениям. Политическому классу Молдовы и его лидерам необходимо избавиться от этого деструктива. Что будет означать несомненный его интеллектуальный рост и политическую адекватность.

Парламентские выборы в следующем году будут иметь решающее значение в судьбе молдавской государственности в ближайшие годы. На этот счет не стоит обманываться ни гражданам-избирателям, ни тем политикам, кто находится левее центра, ни тем, кто правее его.

Но если последние в подавляющем большинстве своем сознательно и целенаправленно приближают ее конец, то левые не ведают, что творят. А центра как не было, так и нет. И в этом вопросе его и быть не может: невозможно быть чуть-чуть государственником, как невозможно по физиологической природе быть чуть-чуть беременной. Из сказанного видно негативное отношение автора к предстоящей избирательной кампании, смысл которой состоит в том, что социально-экономические и внутриполитические проблемы сегодняшней Республики Молдова не увязываются ее политиками с национальной безопасностью и политическим суверенитетом страны.

Государственники Молдовы и их антиподы

Для слабо функционирующего, хотя и признанного мировым сообществом государства, каковым является Республика Молдова, не должна иметь решающего значения мировоззренческая идеологическая мотивация политических формирований, стремящихся к власти. Ибо сохранение государственности страны не завязано на социальной идеологии правого или левого толка, ее существование находится вне зависимости от того, кто на том или ином временном отрезке находится у руля: коммунисты, социал-демократы, либералы или консерваторы. В критический момент истории своей страны истинный, а не мнимый, государственник не имеет идеологической окраски. Во всяком случае, он ее не выставляет на показ, если речь идет о том, быть или не быть его Родине.

Но именно идеологией и руководствуются некоторые политические силы и их лидеры, причисляющие себя к государственникам, отказываясь заранее от возможного компромисса с единомышленниками в этом вопросе, во имя сохранения Республики Молдова на политической карте в юго-восточном регионе Европы. Иными словами, предстоящая избирательная кампания может начать отсчет времени заключительному этапу угасания молдавской государственности вообще и в Пруто-Днестровском междуречье, в частности. И повинны в этом будут все политические силы республики и весь народ Молдовы. Степень вины каждого будет своя, особая, но каждый внесет свою лепту в трагической судьбе страны и своей собственной судьбе.

Полиэтнический народ нашей страны по своей внутренней сущности стоит на позиции политического суверенитета Республики Молдова. Но к этому он шел целых два десятилетия после кризиса и развала единого Советского Союза. Этот процесс был не из легких, поскольку деструктивным силам удалось использовать языковой фактор для разжигания межнациональной розни в неожиданно народившемся новом государстве на просторах Молдавской ССР. При этом, разделенное на рубеже 80 – 90-х гг. прошлого столетия по языковым признакам население республики на сторонников восстановления СССР /весь миноритарный этнический спектр, кроме румынского, и мажоритарный молдавский этнос/ и унионистов, лишь после Приднестровского конфликта1992 г. стало трансформироваться в новое качество: на сторонников политического суверенитета молдавского государства и его противников. И как это не покажется парадоксальным в число первых можно зачислить всех миноритариев, в то время как часть молдаван не выдержали этнической и языковой диверсии со стороны Бухареста и внутреннего агрессивного унионистского меньшинства.

Вот эта новая структуризация населения Молдовы не находит своего выражения в партийном строительстве в стране и в политических процессах, связанных с избирательными кампаниями различных уровней. Отчасти потому, что политически амбициозные деятели из числа миноритариев востребованы в политической системе государства лишь на второстепенных ролях. Отчасти потому, что наш полиэтнический народ и его государство находятся довольно долго в дезинтегрированном состоянии. Отчасти потому, что взгляд политиков и граждан страны сфокусирован на внешние раздражители, а не на самих себя. Но главным образом потому, что политические процессы в республике выстраивают по классическому образцу состоявшихся государств, в то время как Республика Молдова еще не приобрела этого статуса, и не потому только, что не хотела его иметь. То есть, политический процесс у нас должен был бы иметь не только мировоззренческий идеологический подтекст социально-экономического содержания, но и подтекст государственного суверенитета страны. И если социально-экономическая идеология должна быть разнообразной, плюралистической как в стратегии, так и в тактике, то по вопросу государственности в партийно-политической системе и в народе должен присутствовать консенсус. В противном случае, государство обречено.

Поскольку речь идет о политическом суверенитете страны, возможном лишь в ее реинтегрированном состоянии и международно признанном нейтральном статусе, то партийную и общественную системы Молдовы мы разделяем на две группы: а/ партии, общественные организации, ориентированные на независимость, суверенитет и нейтралитет государства, и б/ партии и общественные организации, вольно или невольно работающие против государственности Молдовы. В этой ситуации, повторимся, центра быть не может. Все те политические и общественные формирования, кто на выборах 2009 г. будут обозначать себя центристами, на самом деле таковыми не могут быть по определению.
Казалось бы, все просто в отношениях между противоборствующими политическими силами, государственниками и негосударственниками, и избирателю легко будет определиться со своим выбором. Но на самом деле это не так. И виной тому – низкий уровень политической культуры народа Молдовы, а также почти полное отсутствие нормально сформированной политической элиты в стране и зашкаливающие на ненормально высокой ноте личностных отношениях между партийными и общественными лидерами, как в стане государственников, так и в лагере их оппонентов.

Истинные мотивы избирательной кампании 2009 г., о которых говорилось выше, не будут афишироваться политическими силами, стоящими на антигосударственных позициях, поскольку им это не выгодно. Во главу своей предвыборной борьбы они вынесут проблемы социально-экономического развития и политического характера с тем, чтобы обвинить правящую партию в ухудшении положения граждан страны, в недемократических методах управления ею и геополитических просчетах. Но никто из них не признается, что все это не столько и не только результат неэффективности коммунистического руководства с 2001 г., сколько последствия дезинтеграции страны и общества в 1989 – 1992 гг., некомпетентности антигосударственных сил, возглавлявших тогда Молдову, в решении внутриполитических и социально-экономических задач республики, в непродуманном и провокационном выстраивании ими внешнеполитического курса государства.

В политической борьбе в странах на постсоветском пространстве доминирует деление партий и электората на левых, правых, центристов, демократов и не демократов, западников и провосточной ориентации. Точно так ведут себя и молдавские политики и политологи. Любые попытки руководства – не только нынешнего – проводить, например, внешнеполитический курс, не укладывающийся в это прокрустово ложе, немедленно подвергается остракизму. Как правило, со стороны тех, кто самозвано зачислил себя в стан западников и демократов, отказывая всем остальным быть таковыми. Так поступали и с М. Снегуром, и П. Лучински, так поступают и с В. Ворониным.
Все ли сделано нынешним руководством страны, чтобы исправить ошибки и просчеты своих предшественников, да и свои собственные – это другой вопрос и на него еще предстоит ответить. Для нас в данном случае важно разобраться в том, кого можно отнести к государственникам и к их оппонентам, как они видят стратегические задачи государственности Республики Молдова, и в чем состоит проблема консолидации этих сил. Такой анализ невозможно сделать на основе только классических партийно-политических понятий, к ним необходимо добавить и такие, как государственники, антигосударственники и производные от них.

Политическая платформа государственников Молдовы

На мой взгляд, набор составных компонентов этой платформы включает: политический суверенитет страны в границах на январь 1990 г., военно-политический нейтралитет, демократические и рыночные стандарты развития, интеграция в ЕС, многостороннее стратегическое сотрудничество с РФ, политическая идентичность и равноправие народа Молдовы на базе духовных ценностей мажоритарного молдавского этноса и полиэтнического меньшинства, социально ориентированная политика государства. Эту платформу разделяют и молдовенисты всех окрасок, и коммунисты, как реформаторы, так и ортодоксы, и гагаузские политики разных оттенков в Комрате, и национально-культурные общины и организации республики. Ее поддерживает и подавляющее большинство граждан с обоих берегов Днестра. Как выехавшие за границу на заработки, так и оставшиеся внутри страны, удовлетворившиеся тем, что хотя родные стены плохо кормят, зато согревают душу.

Здесь не упомянута Тираспольская элита – не только потому, что она не разделяет указанную платформу, а, скорее всего, из-за ее неоднородности и отсутствие политической перспективы у большинства ее лидеров. Но если поставить ее перед политическим выбором, с кем она видит будущее Республики Молдова и с кем она готова сотрудничать ради этого будущего, с государственниками или негосударственниками республики, то у нее просто нет выбора.

Не названы также некоторые политические формирования, которые позиционируют себя как левоцентристские, правоцентристские и центристские. В их рядах также находятся патриоты-государственники, у которых эта их сущность по различным причинам и до поры до времени не будет проявляться. Таким образом, если пойти на выборы 2009 г. с этой объединяющей всех сторонников государственности Молдовы политической платформой, то их выигрыш уже сейчас никто не поставит под сомнение. Однако вся беда в том, что на ее основе невозможно объединение государственников-патриотов в предстоящей избирательной кампании, а в следующей, 2013 г., возможно, будет поздно. Их оппоненты, если придут к власти, не будут ждать избирательного вердикта 2013 г., и об этом они открыто заявляют уже сейчас.

Что мешает консолидации государственников на базе политического суверенитета Республики Молдова в ее границах на январь 1990 г.? Прежде всего, сложившиеся неприязненные личностные отношения между лидерами политических и общественных формирований, стоящих на этой платформе. Они стали непреодолимой преградой на пути консолидации патриотов-государственников страны, как на уровне политического сегмента, так и электорального. Разве могут Владимир Воронин и Михаил Формузал плыть к парламентским выборам 2009 г. в одной лодке? А ведь один и другой – государственники. Но политико-идеологическое противостояние между ними не укрепляет государственность Молдовы и не способствует становлению автономного статуса Гагаузии. В основу взаимоотношений Кишинева и Комрата не должна присутствовать мировоззренческая составляющая центрального и автономного руководства.

А могут ли найти общий язык Владимир Воронин и Виталий Андриевский, Владимир Воронин и Василий Стати, Сергей Назария? Или он же и Эдуард Мушук и Думитру Брагиш, если эти двое государственники? Все они знаковые фигуры на молдавской политической и политологической сцене, никто из них открыто не высказался за унию с Румынией, за отказ от равноправного сотрудничества как с Востоком, так и Западом, все выступают за нейтралитет Молдовы, за ее реинтеграцию. Вместе с тем, все названные лица, как в представленном их противопоставлении председателю ПКРМ и президенту Молдовы, так и во взаимоотношениях друг с другом – антиподы на межличностном уровне, ставящие из-за этого суверенитет страны под угрозу его утраты. Виноваты все, так как не ищут возможности для консолидации, а непрестанно работают над политическим уничтожением друг друга. Межличностная вражда довела их до такого состояния, когда они оказываются неспособны объективно оценить действия друг друга как способствующие разъединению патриотических политических сил и приближающих утрату Республикой Молдова своего суверенитета. Почему в поступке Э. Мушука некоторые государственники увидели только предательство? И почему на это нельзя посмотреть с точки зрения возможных сценариев партийно-политической структуризации власти после парламентских выборов 2009 г. на основе идентичности позиций по проблеме суверенности Республики Молдова?

А посмотрите беспристрастным взглядом на то, как СМИ, проводящих информационную политику в русле политической идентичности молдавского государства, относятся ко всему тому, что предпринимает в последнее время президент страны по реинтеграции двух берегов Днестра. Один сплошной негатив.
Но и таковой ли должна была быть публичная реакция правящей партии на появление общественной организации “Друзей России в Молдове”? С точки зрения надвигающейся избирательной кампании ее можно понять. Но кто может гарантировать, что если такой организации не будет, то ПКРМ соберет под свои знамена весь электорат государственников? Вспомним парламентские выборы 2005 г., местные выборы 2007 г. и выборы в НС Гагаузии. Вывод состоит в том, что даже если бы не было конкуренции на левом электоральном поле, это не гарантировало и не гарантирует правящей партии больше голосов, чем она получила или может получить. И тот факт, что среди государственников возникло брожение такого свойства, может свидетельствовать о том, что ПКРМ упустила шанс консолидировать плюралистических патриотов-государственников и объединиться с ними во имя политического будущего Республики Молдова. Поэтому появление такой организации можно рассматривать не только как конкуренцию, но и как силу, способную аккумулировать тот электорат государственников, который по каким-то причинам отказывает в доверие мажоритарной ныне партии, но готов поддержать свежее общественно-политическое формирование. Если оно в рамках действующего законодательства пойдет на выборы самостоятельно.

Претензии можно предъявить не только руководству ПКРМ. Негативный, временами враждебный, шлейф межличностного характера имеет более, чем 10-летнюю историю. И как результат: когда у мажоритарной партии возникла потребность в поддержке со стороны государственников Молдовы, она не могла ее получить. Другие явные государственники в депутатском корпусе нынешнего Парламента отсутствовали, а у неявных возобладали личные либо партийные мотивации голосования. И поэтому ей пришлось идти на существенные уступки антигосударственным силам, принимать после марта 2005 г. их условия политической поддержки, которые ничуть не укрепили государственные устои Республики Молдова. Все, что подавалось после предыдущих выборов как консенсус политических сил в Парламенте, на самом деле таковым не является. Возможно, иного политического сценария тогда не было. Но это должно было заставить главную ударную силу государственников страны и всех остальных патриотов Республики Молдова незамедлительно начать конструировать другой политический сценарий. Этого сделано не было.

Государственники вне ПКРМ с 2001 г., но особенно после 2005 г., озабочены только одним – дискредитировать ПКРМ, снизить ее электоральные возможности с тем, чтобы вынудить В. Воронина уйти с политической арены, что, как они рассчитывают, приведет к развалу правящей партии и усилит их электоральные позиции. То есть, весь смысл этой тактики в том, чтобы перераспределить имеющийся электорат государственников, а не нарастить его. Накал партийно-политического противостояния в лагере государственников достиг такого уровня, что надежды на их консолидацию до выборов 2009 г. на основе разделяемой всеми ими платформы государственности Республики Молдова, о которой говорилось выше, мизерны. Как видим, межличностные отношения находят решающее негативное проявление в тактике политической борьбы в идеологически многоликом лагере государственников.

Избирательная тактика ПКРМ – самостоятельное участие в выборах – абсолютно адекватная в предыдущих двух кампаниях, тоже не соответствует объективным политическим процессам и политическим реалиям, имеющим место перед парламентскими выборами 2009 г. Необходимо учитывать, что западный геополитический фактор влияния обусловит появление в Республике Молдова коалиционной модели управления страной. И перед ПКРМ уже сейчас стоит проблема, как получить такой электоральный результат, чтобы не допустить появления второго издания АДР. Для чего необходимо искать союзников среди государственников или тех, кто готов будет, участвуя во власти, работать на укрепление политического суверенитета Молдовы, а не на его еще большее ослабление. На мой взгляд, так называемый консенсус с Ю. Рошкой исчерпал себя давно, если он вообще имел какую-либо потенцию, выгодную государственникам страны.

Из сказанного следует, что, к сожалению, внутреннее состояние в стане государственников не внушает оптимизма в отношении благополучного для них исхода парламентских выборов 2009 г.

Политическая платформа антигосударственников

К ним отношу всех тех, кого причисляю к открытым и ползучим унионистам. Эти силы довольно внушительны и они поставили перед собой задачу прийти к власти или захватить ее посредством цветной революции. Они не объединятся, но их объединят, хотя бы для того, чтобы создать управляемую извне систему власти в Кишиневе, не подверженную влиянию с Востока и не зараженную суверенным вирусом.

Политическая платформа этих сил состоит в том, чтобы, декларируя свои прозападные устремления, ускорить вхождение Молдовы в ЕС посредством ее объединения с Румынией, для чего использовать легитимный механизм – проведение референдума о пересмотре политического статуса страны на основе 142-й статьи Конституции Республики Молдова. Настаивание этих сил на предварительное вступление в НАТО имеет тактический характер: выдавить Россию за пределы границ Республики Молдова, существовавших на январь 1990 г., и изолировать ее от влияния на процесс объединения Республики Молдова с Румынией.

У этих политических сил нет расхождений стратегического характера, а есть разные подходы относительно тактики достижения конечной цели. Одни из них, например формирование Сержиу Мокана, предлагают осуществить унию с Румынией временно без Приднестровского региона, которому рано или поздно уготована эта же судьба. Другие, наоборот, настаивают на силовое решение Приднестровского вопроса как на необходимое предварительное условие унии Молдовы с Румынией. Третьи видят решение этой проблемы на более длительном временном пространстве, связанном с завершением геополитической трансформации всего юго-восточного европейского пространства, включая и Украину. Но, так или иначе, все они решительно настроены на то, чтобы исключить дальнейшее геополитическое присутствие России в исторических процессах в Пруто-Днестровском междуречье и Левобережье Днестра.

Устойчивая электоральная поддержка этого политического проекта на правом берегу Днестра, на мой взгляд, восходит к 30 % – это результат 20-летней румыноунионистской экспансии здесь – информационной, идеологической, финансовой и всякой иной. Впечатляющий пример эффективности этой экспансии – 500 тысяч правобережных молдаван, назвавших по переписи населения 2004 г. свой родной язык румынским. Есть основание думать, что электоральный сегмент этой политической платформы может со временем возрастать за счет воздействия на граждан Молдовы более эффективной западной экономической модели развития, военно-политического расширения НАТО и идеологического унионистского румынского воздействия на менталитет молдаван в правобережной Молдове.

Тактические разногласия, сложные и неприязненные межличностные отношения между лидерами, стоящими на данной политической платформе, отсутствие среди них харизматической личности, способной возглавить это направление политического бренда в сегодняшней правобережной Молдове – все это сказывается на предпринимаемых попытках консолидировать политические силы, скажем так, антимолдавского и антироссийского толка. Вместе с тем, какое-то объединение в рамках двух-трех избирательных списков, способных поглотить указанные 30 % электората, все же возможно. И это будет их преимуществом перед оппонентами-государственниками. Более того, нельзя исключить, что и часть государственников из числа партийных и общественных структур, а также их избиратели выступят в поддержку этих сил с единственной целью насолить кому-то, либо избавиться от кого-то. Чем все это может завершиться в избирательной кампании 2009 г. и особенно после нее – об этом-то как раз те, кого я причислил к государственникам, не думают.

Усилению позиций антигосударственников после выборов 2009 г. могут поспособствовать, прежде всего, те, кто особенно упорно работает в последнее время на электоральном поле государственников, не будучи, как мне представляется, таковыми, либо еще до конца не определившиеся в этом качестве. Имеется ввиду партии Д. Дьякова и Д. Брагиша, декларирующих свою приверженность социал-демократическим ценностям. Присутствие в их рядах таких колоритных политиков-унионистов, как О. Нантой, О. Серебрян никак не увеличивает потенциал государственников в их рядах, скорее наоборот. Я не считаю их социал-демократическими по сути, но если допустить, что они таковы, то после выборов это не будет иметь никакого значения. Для них, если они не скорректируют свою политику после выборов, значение будут иметь два фактора: убрать кого-то с политической сцены и получить свои политические и экономические дивиденды, то есть войти в правящую пульку.

Но при патовой ситуации в новом составе парламента между государственниками и антигосударственниками, а такой сценарий не исключается, эти два формирования, если войдут в депутатский корпус, будут играть решающую роль при формировании новой властной структуры и распределения главных государственных должностей в Молдове. С точки зрения сохранения политической стабильности в стране их присутствие в парламенте было бы полезным. Во всяком случае, было бы желательно наличие еще одной силы в парламенте, которую нельзя назвать центристской, но от которой будет зависеть политический процесс в стране до следующих парламентских выборов – очередных или досрочных, как судьба распорядится. Несмотря на критическое восприятие данных политических формирований, они могут объективно сыграть положительную либо сдерживающую роль в политических процессах после выборов 2009 г. В случае их вхождения во власти в коалиции с правыми силами они могут обусловить их поддержку условием не подвергать опасности суверенитет республики. Если же они составят коалицию с другими парламентскими фракциями, проповедующими государственную идеологию, то в этом случае они могли бы работать над проблемами по демократизации, социально-экономического развития и ускорения интеграции в ЕС.

Трагедия парламентской кампании 2009 г. состоит в том, что стратегически архиважная проблема государственного суверенитета нашей республики не может быть вынесена на выборах партией или партиями государственников как главная проблема, требующая гарантированного решения в рамках мандата депутатов нового парламентского созыва. Хотя именно она требует неотложного решения. Социальное положение общества таково, что ПКРМ, если попытается это сделать, будет обвинена в том, что сознательно переключает внимание электората на проблемы, которые не так важны для него, по той простой причине, что за 8-летний период своего правления она не смогла существенно улучшить благосостояние граждан страны. Следовательно, пропагандистские козыри в руках их оппонентов-антигосударственников.

Как известно, политика – это искусство возможного. В этой формуле нет места межличностным отношениям. Политическому классу Молдовы и его лидерам необходимо избавиться от этого деструктива. Что будет означать несомненный его интеллектуальный рост и политическую адекватность.
Обсудить