Молдова и Приднестровье: цена объединения

Если эта цена покажется по каким-либо субъективным причинам слишком высокой для молдавского политического класса, а главное, для народа Молдавии, то на повестку дня встанет реализация первого или второго варианта. Иного здесь просто не дано.

Последние усилия Москвы и Кишинева по активизации переговорного процесса для поиска путей решения застарелой Приднестровской проблемы на фоне известных событий в Южной Осетии и Абхазии и особенно признания независимости этих республик Россией, вновь привлекли пристальное внимание как молдавской, так и приднестровской общественности, а также международного сообщества, к теме возможного объединения двух частей некогда единой страны.

Что касается позиции официальных властей и весьма значительной части гражданского общества Приднестровья, то её можно выразить одной фразой: «Объединяться с Молдовой мы не хотим, но, если Россия будет уж очень крепко на этом настаивать, то никуда мы не денемся – так и быть, объединимся».

Конечно, публично эта формула никем не оглашается и нигде не обсуждается, но, поверьте мне на слово, так думают сегодня в Приднестровье очень многие. Жители региона сегодня хорошо понимают, что у правителей Молдавии имеется в запасе немало способов, позволяющих провести совместно с Западом операцию «Принуждение Приднестровья к объединению». Мешает им это сделать только решительная позиция России.

Если же Россия, в силу каких-либо причин, вдруг примет решение «сдать» Приднестровье, то нет никаких сомнений в том, что изолированному от неё анклаву в одиночку не удастся выстоять против совместных усилий Молдавии, ЕС, США и, вполне вероятно, вполне солидарной с этой компанией соседней Украины.

Поэтому Приднестровье, с одной стороны, будет ожесточенно бороться за наиболее выгодные для себя условия объединения, в том числе за расширение своих прав и полномочий в будущем едином государственном формировании, но, с другой стороны, как это уже имело место в случае с известным «меморандумом Козака», будет готова к согласию на серьезные компромиссы.

Следует особо подчеркнуть, что в Приднестровье нет сегодня консолидированной партии, категорически отвергающей саму возможность объединения с Молдавией в любой его форме.
Да, здесь есть Игорь Смирнов, бессменный президент Приднестровья, который олицетворяет собой неуклонное стремление ПМР к обретению независимости.
Да, здесь существует мощный слой местной бюрократии, которая привыкла жить независимо от Кишинева и не хочет снова попасть под власть кишиневских чиновников (как, впрочем, и сами кишиневские чиновники не хотят объединяться с Румынией, чтобы не попасть под власть бюрократической машины Бухареста).
Однако массового политического или народного движения «Против объединения!» в Приднестровском регионе сегодня нет.

Главным образом, именно поэтому никто в Тирасполе не протестовал в 2003 году против «меморандума Козака», хотя власти Приднестровья пошли в нём на очень серьезные уступки и компромиссы, согласившись признать верховную власть Кишинева в объединённом государстве.

В то же время, кишинёвским правителям и политическому классу Молдовы надо чётко понимать, что Россия, в силу различных причин как нравственного, так и геополитического характера, никогда не «сдаст» Приднестровье.
Она, как великая держава, просто не может пойти на такой шаг, так как, сделав его, проиграет очень многое. Эти потери могут аукнуться для России большими политическими издержками, которые ударят не только по её международному престижу, но и повлияют на политическую ситуацию внутри страны.

Ещё более сложная ситуация складывается сегодня для Молдавии. И складывается она, прежде всего, под усиливающимся влиянием ЕС и особенно США. Может быть, для кого-то это прозвучит откровением, но Россия, в отличие от США и Запада, не имеет сегодня практически никакого влияния на политический класс Молдавии, на позицию её политических партий. Более того, она даже не пытается обрести такое влияние.

Ведущие молдавские политики, за которыми стоят более-менее серьезные партии, прекрасно знают, что в посольствах стран Запада их всегда готовы внимательно выслушать, подсказать, как им следует формировать свою позицию по тому или иному вопросу. Им всегда готовы помочь наладить контакты с западными политиками. Их регулярно приглашают принять участие в тех или иных политических мероприятиях, проходящих в США и странах Евсросоюза. Им оказывают финансовую и материальную помощь. Если не напрямую, то через различные фонды и проекты. Для них организуют обучение как в самой Молдавии, так и за ее пределами.

В посольстве же России их, в лучшем случае, снисходительно выслушают, а потом разведут руками и скажут, что работают только с официальными представителями действующей власти, а не с отдельными политиками, партиями и движениями, а потому – извините, господа, ничем вам помочь не можем.

Да, в Молдавии периодически распространяются слухи о том, что за теми или иными партиями и политиками якобы стоит Россия, что она им всячески помогает, в том числе и материально.
Иногда эти слухи умышленно распускают сами эти политики, чтобы показать свою значимость. Иногда этим мифотворчеством занимаются политические противники этих партий и политиков для того, чтобы убедить молдавскую общественность в том, что эти политики и их партии – «российские марионетки», действующие не в интересах Молдавии и её народа, а в интересах «чужой страны».

Хорошо зная действительную ситуацию на молдавской политической сцене и за её кулисами, могу уверенно утверждать, что всё это, действительно, только слухи и мифы.
Россия не работает в Молдавии ни с отдельными политиками, ни с их партиями. Не работает она также с молдавскими СМИ и с теми журналистами, экспертами, аналитиками и политологами, которые реально могут влиять на формирование общественного мнения в стране.

Чтобы это моё заявление не выглядело бездоказательным, рекомендую всем тем, кто не принимает его на веру, внимательно прочитать и проанализировать «молдавские вкладыши» в издаваемые в Кишиневе российские газеты, посмотреть «молдавские» передачи ведущих российских телеканалов.
Уверен, что нигде вы не увидите ни малейшего желания со стороны Москвы проводить в них ту или иную российскую политическую линию.
В большинстве случаев, они чётко и недвусмысленно отражают только позицию правящей в Молдавии Партии коммунистов, которая, часто не совпадает с официальной позицией России. Нередко они отражают и личную позицию своих молдавских хозяев или партий, которые они поддерживают.

Констатируя все это, я вовсе не ставлю перед собой задачу дать оценку этому факту, сказать, хорошо всё это или же плохо. Это наши реалии и их надо принимать такими, какие они есть. Кстати, такая же ситуация и в Приднестровье. Там также не наблюдается особой активности России.

Что же касается США и стран ЕС, то, в отличие от России, которая, судя по всему, не до конца понимает, что ей, собственно говоря, нужно сегодня в Молдавии и каких результатов она хотела бы добиться в Приднестровье, они хорошо знают не только то, что им здесь нужно, но и чётко представляют себе, как им следует добиваться поставленных целей.

США и Западу, в первую очередь, необходимо вывести Молдавию из сферы влияния России. Решив эту задачу, Вашингтон и Брюссель тут же втянут Кишинёв в НАТО и разместят на молдавской территории свою военную базу. Сегодня, учитывая известную податливость молдавских властей и их двусмысленную позицию в отношениях с Россией, эта задача кажется им не такой уж и сложной. Единственное, что мешает США и Западу – это Россия, поэтому они так стараются «выдавить» её из этого региона, в том числе из Приднестровья. Пророссийский или, ещё хуже, российский анклав, по примеру Калининградской области РФ, США и Западу здесь совершенно не нужен. Более того, чрезвычайно опасен.

Для решения этих задач США и Запад активно, настойчиво и повседневно работают как с действующей молдавской и приднестровской властью, так и с местной оппозицией, поддерживают регулярными грантами большое число экспертов, аналитиков, журналистов в Молдавии и Приднестровье, которые формируют здесь общественное мнение, руководствуясь данными им американскими и западными наставниками инструкциями.

США и Запад при этом совершенно не смущает тот факт, что, по Конституции, Молдавия является нейтральным государством. И в Вашингтоне, и в Брюсселе прекрасно понимают, что если молдавская власть (нынешняя или новая) захочет привести страну в НАТО, то почти никто в этой стране не будет особо возмущаться и протестовать, ссылаясь на нарушение соответствующей статьи Конституции. Эта вовсе не та «горячая» проблема, которая может сегодня возмутить молдавский народ и бросить его на баррикады.

Впрочем, весьма сомневаюсь в том, что в нашей стране вообще ещё остались какие-то проблемы, которые могли бы подвигнуть деморализованный годами правового и социального беспредела властей молдавский народ на такого рода подвиги.

Тот факт, что президент Воронин, вопреки позиции России и своим же собственным прошлым утверждениям, публично заявил, что «нам не нужны международные гарантии нейтралитета», говорит о том, что Запад его, вероятно, окончательно «дожал». Истинную цену этой очевидной капитуляции Воронина перед натиском Запада мы узнаем уже скоро - во время парламентских выборов 2009 года или же сразу после оглашения их результатов.

Сейчас же Вашингтон и Брюссель озабочены тем, как не допустить такого варианта объединения Молдавии, который сохранил бы российское присутствие в Приднестровье и позволил бы этому региону реально влиять на выбор внешнеполитического курса Молдавии.

Недавние заявления местных ангажированных экспертов-«грантоедов» по проблеме Приднестровья свидетельствуют о том, что Запад уже начал операцию по пропагандистскому обеспечению своих истинных целей и задач в нашем регионе.

Одновременно и параллельно с этим началась работа западных посольств и всевозможных представительств с оппозиционными партиями и действующей властью Молдавии. Есть все основания полагать, что и здесь также будет выработана консолидированная позиция по всем вопросам, связанным с приднестровским урегулированием. Точнее сказать, будет утверждена именно та позиция, которая нужна США и Западу.

А что же делает и говорит в этой ситуации сам народ Молдавии? Он-то чего хочет, и хочет ли он чего-то вообще? Или же ему абсолютно всё сегодня настолько безразлично, что он полностью доверился власти и политическим лидерам? Иначе, как понимать его странное и пугающее безмолвие?

Легче всего, конечно, сказать, что едва сводящему концы с концами молдавскому народу вся эта политическая суета сует совершенно чужда и безразлична. Тем более, что для такого рода суждений есть вполне достоверные основания. Да, действительно, молдавский народ волнуют сегодня, в первую очередь, вопросы элементарного физического выживания, по причине чего ему не до большой политики.

Безусловно, есть в Молдавии и определенная часть населения, которая хотела бы объединиться с Румынией. Эта часть пока достаточно небольшая, но зато у неё есть суперактивные и сверхамбиционные лидеры, которые хотели бы навсегда забыть о Приднестровье. Они понимают, что без этого региона решить проблему объединения Молдавии с Румынией будет куда легче.

Они, впрочем, вовсе не против того, чтобы «прихватить» с собой, идя в Румынию, и Левобережье. Возможно, даже с использованием военной силы. Сами они, конечно, воевать не хотят и под пули лезть не будут, но, получив власть в Молдавии, они могут приказать совершить «прыжок через Днестр» подневольным солдатам и офицерам рабоче-крестьянской армии Молдавии, или же вообще распахнуть ворота для пришествия натовских солдат. Прилетит, дескать, натовский «волшебник» в боевом вертолете и выложит им на блюдечке с золотой каемочкой желанное Приднестровье.

Важно отметить, что присоединить Приднестровье они хотели бы, прежде всего, с его прибыльными заводами и фабриками, работающими на экспорт, но, желательно, без проживающих там людей, так как эти люди, по их мнению, все поголовно заражены вирусом «русофилии» и «румынофобии». А такие им не нужны. Они для них опасны. Они всё время будут тянуть Молдавию в сторону России. В общем, рвущиеся к власти кишиневские «молодые либералы», судя по всему, хотели бы провести в Приднестровье «этническую чистку», как это попытался сделать грузинский президент-авантюрист Михаил Саакашвили в Южной Осетии.

Другая часть молдавских граждан, среди которой есть и убежденные государственники, тоже хотела бы объединения, но только на жёстких условиях Кишинева, согласованных с Брюсселем и Вашингтоном. Лидер этой общественной группы – нынешний президент Владимир Воронин.

Значительная часть молдавского населения в этом вопросе всё ещё окончательно не определилась. Происходит это потому, что в Молдавии нет пока мощной общенациональной политической силы, нет лидеров общенационального значения, нет влиятельных общенациональных СМИ, которые внятно и доходчиво объяснили бы всему народу, что конкретно Молдавия выигрывает и что она проигрывает при том или ином варианте решения или нерешения проблемы Приднестровья.

Какие, на мой взгляд, варианты развития событий вокруг решения проблемы объединения Молдавии реально существуют сегодня?

Первый вариант:

1. Независимость Приднестровья будет укрепляться. Пройдет ещё немного времени, и будет пройдена точка невозврата. Возможно, последует признание Приднестровья со стороны России и других стран.
2. В силу продолжения ошибочной политики молдавских властей по отношению к Гагаузии (в Молдавии, за очень редким исключением, нет политиков и партий, которые с пониманием относились бы к проблемам гагаузов) и под влиянием Приднестровья будут расти сепаратистские настроения в этом автономном образовании, которое также превратится в еще один проблемный регион. Нельзя исключать, что Гагаузия захочет большей самостоятельности.
3. В остающейся разделенной Молдавии продолжиться опасное противостояние Запада и Востока.
4. В силу указанных выше причин, в стране сохранятся и ещё более усугубятся экономические и социальные проблемы. Будут усиливаться унионисткие настроения, подпитываемые из Бухареста, что может привести в обозримом будущем к полному краху молдавской государственности.

Второй вариант:

Молдавия окончательно отказывается от возвращения ПМР под свою юрисдикцию, «отпускает» Гагаузию и принимает решение о вхождении в состав Румынии.

Третий вариант:

1. Молдова проявляет готовность к компромиссу и находит взаимопонимание с Приднестровьем, договаривается с ним об устраивающем его статусе в составе объединенного государства.
2. Аналогичный с Приднестровьем статус получает Гагаузия
3. Молдавия становится федеративным государством (т.н. «земельная федерация»), с высоким правовым статусом регионов (по примеру земель в ФРГ).
4. При поддержке России и ЕС в Федеративной Республике Молдавии быстрыми темпами развивается экономика и социальная сфера, повышается благосостояние граждан, начинается возвращение «гастарбайтеров» на родину, происходят реальные процессы национального возрождения.

Насколько высокой может оказаться для Молдавии цена объединения?
Необходимо понимать, что для того, чтобы Россия поддержала Молдавию в решении приднестровской проблемы, Москве нужны будут надёжные гарантии невступления объединенной Молдавии в НАТО.
Такими гарантиями, прежде всего, могут быть международно признанный нейтральный статус страны или же российская военная база в Приднестровье.
Гарантиями мирного течения процесса переходного периода объединения могут служить российские миротворцы, которые на весь этот период останутся в Приднестровье.
Если эта цена покажется по каким-либо субъективным причинам слишком высокой для молдавского политического класса, а главное, для народа Молдавии, то на повестку дня встанет реализация первого или второго варианта. Иного здесь просто не дано.

Иллюзии относительно того, коммунистическая власть додавит Приднестровье и все будет так, как хочет официальный Кишинев, которые пытаются внушить молдавскому обществу Воронин и Ткачук, не имеют под собой никаких оснований. Более того, они чрезвычайно опасны. События в Южной Осетии и Абхазии тому красноречивое свидетельство. Настало время действовать. Весь вопрос теперь только в том, насколько дееспособен политический класс Молдавии.


Обсудить