Независимую и целостную Молдову еще предстоит создать

Если американцы не спасли обученного ими и имплантированного в Грузию Саакашвили, который сам больше американец, чем грузин, то нереформированного коммуниста Воронина американцы тем более спасать не станут. Отдадут на растерзание кишиневским "клиентам" Траяна Бэсеску.

26 августа президент России Дмитрий Медведев подписал указы о признании независимости Южной Осетии и Абхазии. В тот же день президент Молдовы Владимир Воронин выступил на приеме по случаю 17-й годовщины провозглашения независимости своей страны. Между
этими независимостями существует связь более глубокая, чем может показаться на первый взгляд, а решение Медведева по независимости абхазской и югоосетинской может иметь далеко идущие последствия для независимости молдавской.

Эхо распада СССР

Появление на территории бывшего СССР еще двух независимых государств показывает, что и спустя 17 лет после формального упразднения Советского Союза процесс его распада еще не
завершился. От 15 первоначально возникших на обломках той страны субъектов международного права продолжают отпочковываться новые государства. Теперь их уже 17. И хотя независимость Южной Осетии и Абхазии признала пока только Россия, уже этого достаточно для придания бывшим грузинским автономиям международной правосубъектности.

Из четырех общепризнанных "замороженных конфликтов" в бывшем СССР - югоосетинского, абхазского, приднестровского и нагорно-карабахского - два, можно сказать, "решены". Россия разрубила гордиев узел этих конфликтов совсем не так, как хотелось бы Грузии, США или Европейскому союзу, но факт налицо: на два "замороженных конфликта" в бывшем СССР стало меньше. При этом Россия развела в разные стороны такие понятия, как суверенитет/независимость и территориальная целостность. Хотя многие продолжают считать эти понятия синонимами, Россия с этим не согласна: суверенитет, говорит Медведев, - это одно, а целостность - нечто другое. И сегодня Грузия признается всеми, в том числе и Россией, в качестве суверенного, независимого государства. Но это не помешало существенно уменьшить общую площадь этого государства, вырвав из ее состава Южную Осетию и Абхазию. Грузия может и дальше развивать свои государственные
институты, экономику, вступать в НАТО и ЕС - но только без бывших автономий. На карте у Грузии могут быть нарисованы одни границы, а в реальности эти границы совсем другие, поменьше.

То, что случилось с Грузией, имеет важное значение и для Молдовы, которая имеет на своей территории собственный неурегулированный конфликт - приднестровский. И хотя руководство
Молдовы не собирается бомбить Тирасполь из установок "Град" (да и нет у молдавской армии таких установок), это еще совсем не гарантия того, что Молдову не постигнет участь Грузии, и она тоже не лишится изрядного куска своей территории не только фактически, но и юридически. По всему видно, что официальный Кишинев совсем не собирается заняться, в конце концов, реальной реинтеграцией Молдовы, а продолжает лишь имитировать это самое урегулирование. В условиях крайней слабости молдавского государства это весьма рискованные игры. Однажды молдавское руководство может проснуться и обнаружить, что и Приднестровье тоже приобрело международную правосубъектность, и что противостоять этому практически невозможно.

Пять пунктов Воронина

В своем выступлении по случаю очередной годовщины государственной независимости Молдовы ее президент Владимир Воронин перечислил пять пунктов, которые, по его словам,
позволяют ему гордиться этой самой независимостью.

Пункт первый: Молдова - это демократическая страна. Спорное утверждение. Конституционное устройство в этой стране перевернуто с ног на голову, и прерогативы всех ветвей власти
узурпированы президентом. В Молдове нет независимой судебной системы - власть легко может провести через любую судебную инстанцию нужное для себя решение, пусть и незаконное, которое затем отменит Европейский суд по правам человека. В условиях, когда основные теле- и радиостанции в Молдове контролируются партией коммунистов президента Воронина, приближенными к нему олигархами и его политическим союзником Юрием Рошкой, говорить
о наличии в стране свободных средств массовой информации не приходится. Ссылки на то, что все выборы в Молдове были признаны международными наблюдателями, неубедительны. Европейские структуры - это не международная служба по выдаче сертификатов
"демократического качества", а каких-то общепризнанных формальных нормативов "свободных и справедливых выборов" просто не существует. Наблюдатели ОБСЕ и Совета Европы часто руководствуются двойными стандартами и, движимые политической
целесообразностью, закрывают глаза на грубые нарушения в ходе тех или иных выборов в той или иной стране. Так, выборы 2005 года в Молдове были признаны "свободными" просто назло России, а доклад по местным выборам 2007 года до сих пор не опубликован.
Оценки, которые дают выборам в той или иной стране западные наблюдатели, варьируются примерно так же, как и качество, скажем, кофе или бытовой техники: высшее для стран "старой
Европы", среднее - для "новоевропейцев", худшее - для "околоевропейцев", таких как Молдова.

Пункт второй: Молдова - страна, способная платить за свою свободу и независимость. Тоже спорный тезис. Судя по растущему дефициту внешней торговли и текущего счета, по постоянно
увеличивающемуся внешнему долгу, Молдова не очень-то способна за все платить. Если же Воронин имеет в виду газ, электроэнергию и прочие блага цивилизации, то за них платит не Молдова, а
молдаване. "Своя модель экономического развития", о которой говорит президент, - это весьма странная модель экспорта гастарбайтеров и импорта товаров, из которой извлекают корыстную выгоду коррумпированные чиновники и приближенные к власти бизнесмены. У Молдовы нет конкурентоспособных в международном плане отраслей экономики, а ее более или менее эффективные предприятия можно пересчитать по пальцам.

Пункт третий: активная социальная политика. Смотря с чем сравнивать. Если с тем, что было в самой Молдове лет десять назад, то, конечно, зарплаты и пенсии выросли. Если с другими
странами, то никто еще не отменил тот факт, что Молдова - это самое бедное государство Европы. Здесь самые маленькие зарплаты и пенсии, но зато самые высокие тарифы на коммунальные услуги, и при коммунистах отставание Молдовы от других стран Европы по показателям бедности только возрастало.

Пункт четвертый: Молдова обрела настоящих, искренних друзей и партнеров во всем мире. В качестве примера президент приводит
"прекрасные отношения" с соседями - Румынией и Украиной - и "партнерские отношения" с Россией, США, Китаем. Надо быть большим фантазером, чтобы называть отношения с Украиной, а тем
более, с Румынией, прекрасными. Что до "партнерства" россиян, американцев и китайцев, то в это тоже как-то слабо верится. У этих стран есть свои национальные интересы, лишенные сантиментов и благотворительности. Китайцам до Молдовы дела мало. Интересы России, как показали события в Грузии, могут принимать совершенно неожиданный оборот. Что же до американцев, то им на молдаван, как и на грузин, по большому счету, плевать.
Единственное, чем можно привлечь к себе благосклонность американцев, так это готовностью как-нибудь нагадить России на радость Вашингтону. США готовы платить маленьким постсоветским моськам именно за то, чтобы они лаяли на российского слона. Но как показали те же самые грузинские события, такая политика чревата для мосек большими неприятностями, при том что американские "партнеры" вовсе не собираются начинать ядерную войну с Россией из-за каких-то саакашвилей.

Наконец, пункт пятый: 15 лет на земле Молдовы царит мир. Это правда. Но и тут с логикой у Воронина не все в порядке. Он объясняет этот самый мир мудростью молдавского народа. Возможно. Но поставим вопрос по-другому: а разве у молдавского народа есть какой-то другой выбор? Что, он может вести с кем-то войну и выиграть ее? Как показали события 1992 года, начать воевать молдавское руководство, возможно, и в состоянии, но выиграть у
кого-то - увы. Молдова не может напасть на Румынию или Украину, а войну с Приднестровьем она уже проиграла 15 лет назад. Потому
и ведет себя Тирасполь так нагло с Кишиневом, что считает Молдову стороной, проигравшей войну. Конечно, Воронин может с гордостью говорить о том, что на фоне малохольного грузинского
коллеги по ГУАМ он само миролюбие, но это фальшивая гордость, потому что молдавская армия не может ни с кем воевать, и то, что в Молдове "царит мир" - это просто объективный факт жизни, а не какое-то специальное достижение властей. И вывод, который президент делает из этого факта, о том, что этот самый мир вот-вот приведет к "окончательному гражданскому и территориальному единству" - тоже фальшивый. Само по себе это единство в руки не упадет. Миролюбие - это минимальный минимум
для урегулирования приднестровского конфликта. Но "мир" как таковой не приведет автоматически к реинтеграции государства.
Президент правильно подметил: мир на земле Молдовы царит уже 15 лет. А Молдова как была расколота 18 лет назад, так и остается расколотой сегодня. Мир может царить в Молдове еще 15, и еще 45 лет, но страна может и дальше оставаться расколотой.

Общий же недостаток пяти пунктов Воронина заключается в том, что все эти вещи, которые президент преподносит, как достижения, сами по себе не являются мотивацией для существования государства. Демократия, экономика, социальная политика, внешние друзья, мир - все это может существовать и в какой-нибудь украинской области или румынском уезде. Как показывают опросы общественного мнения, от того, что у молдаван появилось свое государство, они счастливее не стали, напротив, эти опросы постоянно помещают молдаван в разряд одного из самых несчастливых народов в мире.

Даже если согласиться, что в Молдове есть все пять пунктов, которые отметил президент, у нее нет трех основных признаков, которые делают государство государством - нации, территории и власти, которая управляет первыми двумя.

Столкновение фобий

Руководство Молдовы не устает повторять, что приднестровский вопрос, вопрос восстановления территориальной целостности страны есть важнейшая проблема молдавской государственности. Это
правда. Но за 17 лет независимости ни одному из молдавских президентов так и не удалось склеить в одно целое Правобережье и Левобережья Днестра, которые были искусственно объединены в одну союзную республику в составе СССР.

Кишиневу больше, чем Тирасполю, надо восстановить целостность страны, а значит, именно из Кишинева должны исходить реальные инициативы, которые, хотя бы в отдаленной перспективе, могли бы привести в этому самому восстановлению. Тирасполь может еще 50 лет существовать в условиях непризнанности, потому что он совсем не горит желанием жить в одном государстве с Молдовой. Кишиневу надо найти какую-то формулу урегулирования, чтобы попытаться удержать Молдову как государство на плаву. Но те инициативы, которые исходят из Кишинева - "широкая автономия" в унитарном государстве - это не серьезный подход.

"Унитарная" Молдова никогда не существовала в реальности, и цепляться за мертвую букву закона глупо. Так, во всяком случае, подсказывает здравый смысл. Но в том-то и беда, что в данном
случае место здравого смысла заняли иррациональные фобии. На левом берегу широко распространена румынофобия, на правом - русофобия. Если ненависть тираспольских лидеров ко всему румынскому - секрет полишинеля, то политики в Кишиневе, тем более, коммунисты, сделают вид, что они сильно обиделись, если их обвинить в русофобии. Но, увы, русофобские настроения широко распространены среди молдавских политиков, включая верхушки правящей партии. Это может быть откровенная ксенофобия румын-унионистов легионерского типа, рафинированная антирусскость "культурных европейцев" или нутряная неприязнь ко всему российскому, как, впрочем, и к румынскому, у "настоящих" молдаван. ("Лас-кэ о сэ трэим ной сынгурь фэры рушь ши фэры румынь!"). Эта низменная неприязнь к приднестровцам/русским накладывается на вполне понятное нежелание делиться с ними политической властью и позициями в бизнесе. Именно боязнь "траснистризации" всей Молдовы стала истинной причиной провала в 2003 году "Меморандума Козака". С этой точки зрения, конфедерация была бы даже предпочтительнее для бессарабских чиновников и бизнесменов, чем федерализация, потому что при конфедерации можно было бы просто признать статус кво и не допустить приднестровских "варваров" к управлению всей Молдовой. Но в Кишиневе продолжают настаивать на иллюзорном унитаризме.

В ЕС через объединение с Румынией?

Реально независимое, целостное, жизнеспособное Молдавское государство еще только предстоит создать, но беда в том, что этим некому заняться. Такое государство никому не нужно ни в
Кишиневе, ни в Тирасполе. Политические и социальные процессы на правом и на левом берегу протекают параллельно и не пересекаются. Никому от этого ни холодно, ни жарко, но, как показали последние события в Грузии, в один прекрасный день все это может резко закончиться. Но если Россия все-таки решится на признание и Приднестровья, то Молдова окажется в иной ситуации, чем Грузия.

На территорию собственно Грузии, даже изрядно "пощипанную", никто не претендует. На территорию Молдовы, если от нее окончательно отсечь Приднестровье, претендует Румыния. Президент
соседней страны Траян Бэсеску не устает повторять, что когда-то историческая справедливость будет восстановлена, и Бессарабия воссоединится с "родиной-матерью" Румынией. Это тоже вариант, с помощью которого можно убить сразу несколько зайцев: решить еще один "замороженный" конфликт на границе Евросоюза, саму Молдову в одночасье привести в Евросоюз с НАТО и навести здесь наконец-то
порядок под чутким руководством брюссельских "евроцивилизаторов".

На первый взгляд, вариант признания независимости ПМР с присоединением остатков Бессарабии к Румынии может показаться слишком экстравагантным. Но он заслуживает хотя бы того, чтобы его начать обсуждать.

Молдаване, скажут нынешние кишиневские правители, на потерю Приднестровья и "унирю" с румынами не согласятся. Но грузины тоже не соглашались, чтобы у них оттяпали Южную Осетию с Абхазией. И кто послушал грузин? И что они могут сделать? Судьбу Грузии решают не в Грузии. Дело идет к тому, что на территории бывшей Грузинской Советской Социалистической Республики появятся военные базы США и России. Если это надо американцам и россиянам, то грузин никто и не спросит. Точно так же и судьбу
Молдовы могут решить совсем не в Молдове, и на территории бывшей Молдавской ССР тоже могут появиться военные базы противостоящих другу другу России и Америки (НАТО).

В разгар конфликта президента Молдовы пригласили в Сочи на беседу с президентом России. Даже по телевизору было видно, как перепуганный Воронин заискивает перед Медведевым. Боится, что Россия признает и Приднестровье. Но и договариваться с Тирасполем по-настоящему не хочет. Потому что боится и американцев, которые приставили ему шило к спине и не дают отступать перед натиском приднестровцев/россиян.

После горячего "грузинского августа" Россия готова идти на все для отстаивания своих национальных интересов. Игры закончились. Саакашвили вошел в историю как президент, при котором Грузия потеряла свои территории. И что, помогли ему американцы? Воронин тоже рискует повторить печальный путь своего коллеги по ГУАМ. Если американцы не спасли обученного ими и имплантированного в Грузию Саакашвили, который сам больше американец, чем грузин, то нереформированного коммуниста Воронина американцы тем более спасать не станут. Отдадут на растерзание кишиневским "клиентам" Траяна Бэсеску.

Дмитрий Чубашенко

Обсудить

Другие материалы рубрики