Преемственность власти

Последние события в Молдове, в Приднестровье конечно же поражают своей
яркостью и самобытностью. Мы понимаем, что речь идет об особенных явлениях – становлении и развитии признанной молдавской государственности и приднестровской государственности де-факто, сложных и противоречивых процессах развития молдавской и приднестровской идентичностей.

Принципы эксперта

Глубокое уважение к молдавскому и приднестровскому народам, к тому, как они сами интерпретируют происходящие события устами своей элиты, своего экспертного сообщества – это правильный принцип, которому необходимо следовать экспертам из других стран. Следует максимально соблюсти требования политкорректности, даже в ущерб яркости и ясности изложения. Разумеется, не может быть и речи о том, чтобы эксперт, находясь в здравом уме и не находясь на
содержании у какого-либо из государств, бездумно и тупо транслировал одну из официозных точек зрения, или одну из ловко состряпанных медийных версий, предназначенных целевым аудиториям. Но на этом пути всем не угодишь.

Можно использовать преимущества, которые есть у «взгляда со стороны»:
большую независимость от местных «центров силы», отстраненность от непосредственных участников событий, эмоциональную уравновешенность и высокую степень свободы мнений и суждений. Особенно ценным
является мнение независимых экспертов, работающих в негосударственном секторе, в общественных организациях, которые работают на некоммерческой основе, на сильной личной мотивации, не получая вознаграждение за свои конкретные материалы ни от кого.

Общего значительно больше, чем особенного

Несмотря на явные отличительные особенности последних событий в Кишиневе и Тирасполе, в них есть общее, свойственное всем странам постсоветского пространства. Эти события доказывают в очередной раз, что не стоит преувеличивать значение независимости и суверенитета отдельных новых государств, потому что на постсоветском пространстве происходят не просто похожие процессы, это по сути один и тот же масштабный политический процесс, начало которому положил распад СССР. Чем этот процесс закончится, завершится – не знает ни Бжезинский, ни Мигранян, - никто не знает.

Наблюдатель мог бы сделать вывод о политическом заражении: «цветные
революции» в разных вариантах – «помаранчевом», «розовом», «тюльпанном», а теперь – «кирпичном» кочуют по столицам бывших советских республик, пугая обывателей экспрессивностью и агрессивностью политически организованных молодежных толп на площадях и майданах. Грызня между «ветвями власти», столь характерная для политической жизни в сегодняшней Украине и удивляющая своей абсурдностью зарубежных комментаторов, вдруг проявилась в Тирасполе в форме конфликта между законодательной и исполнительной ветвями власти вокруг «гармонизации» законодательства Приднестровья с российским. Но нет, это не вирус, не заражение и не
подражание – это просто один и тот же процесс. Сходство проявлений в разных новых государствах доказывает, что их независимость относительна, а политическое единство, политическая гомогенность постсоветского пространства сохраняется и будет сохраняться еще достаточно долго.

Нельзя не заметить и взаимосвязи политической напряженности не только на уровне всего бывшего СССР, но и на уровне региональном: Кишинев и Тирасполь если не «сообщающиеся сосуды», то очень взаимозависимые величины. Напряженность в Кишиневе не может не породить напряженности в Тирасполе, и наоборот. События 7 апреля в Кишиневе и апрельский конфликт вокруг «гармонизации» законодательства с российским в Тирасполе связаны между
собой. Не в том смысле, что власти в Тирасполе или Кишиневе напрямую вмешиваются в события, это отрицают практически все наблюдатели, а в том смысле, что это все еще части единого постсоветского пространства, развивающегося по одним и тем же законам, и суть этих конфликтов в данном случае одна и та же – проблема преемственности власти.

Вербатим

Проблема преемственности власти – одна из наиболее болезненных для всех постсоветских стран, непростой она подчас оказывается и для стран с сильными демократическими традициями и стабильными политическими режимами. В самой сильной стране мира – США – приход к власти президента Б.Обамы потребовал необычных решений, направленных на обеспечение стабильности и преемственности власти (назначение Х.Клинтон госсекретарем или сохранения на своем посту министра обороны – республиканца Р.Гейтса и т.д.). Предсказатели Обама- перестройки разочарованы: политических перемен не будет, изменился лишь политический дизайн. Интригующая история с уходом в отставку со своего поста президента России В.Путина также получила блестящее разрешение в форме избрания президента Д.Медведева. Только на этих двух примерах мы видим образцы создания высокотехнологичных и эффективных механизмов преемственности власти. Оба президента – и Обама и Медведев – получили легитимность во время выборов, без эксцессов и прямого участия беснующихся толп на площадях, как это мы видим в других случаях. Не суть важно, что
такое выборы – это азартное соревновательное шоу, как в Америке, или торжественное исполнение патриотического долга по спасению страны,
как в России. Важен результат: произошло необходимое обновление власти, сохранена преемственность власти, обеспечена политическая стабильность, сохранен элементарный, но такой драгоценный, дефицитный на постсоветском пространстве и дорогой для граждан общественный порядок.

Вот эта проблема и вызывает такое напряжение в Кишиневе и Тирасполе,
решение этой проблемы требует концентрации всех
местных сил, ошибки и намеренные провокации на этом направлении и вызывают и массовые беспорядки, и паралич государственной власти, и отвлечение ограниченных ресурсов от решения реальных проблем организации нормальной повседневной жизни граждан. Скорее всего – преемственность власти это ключевое звено в понимании сути происходящих событий, а межнациональные и межгосударственные конфликты, столкновение геополитических интересов, недовольство граждан падением уровня жизни, конфликт поколений или борьба за демократию – это социально- идеологический контекст и
формат процесса передачи власти. Сценарии событий пишет и реализует во всех случаях власть, во имя власти, для власти и главное действующее лицо разыгрываемых политических драм – это самое власть.
Толпы скандирующих студентов, полицейские, священники, депутаты, эксперты и общественные деятели в конце концов оказываются статистами и актерами второго плана в разыгрываемом спектакле «Молдавский Вербатим» (спектакли театра вербатим полностью состоят из реальных монологов или диалогов обычных людей, перепроизносимых актёрами).

Ошибка президента

Ключевая ошибка В.Воронина, негативно по-влиявшая на развитие событий в Кишиневе состояла в том, что он четко не назвал, убедительно не предъявил молдавскому народу своего реального преемника. Поочередное несерьезное выбрасывание из «информационных дыр» имен Гречаной, Цуркана, Ткачука, Лупу и других оказалось недостаточно убедительным маневром. Имен называлось много (в США – в конечном итоге Обама и Маккейн; в России– Медведев и Иванов), никакого публичного соревнования между этими политиками не было реализовано (в США – марафон – праймериз Обамы с Клинтон, выборы
Обамы и Маккейна; в России – праймериз Медведева иИванова, всенародное голосование за Медведева (всеобщий вотум доверия Путину), реальной поддержки эти «преемники» не получили, свои амбиции и личности должным образом не проявили. Сложилось впечатление,что реального преемника(ов) не будет, проблема не продумана, не решена на уровне на уровне политического класса, на уровне группы ведущих политических деятелей и наконец – на уровне лидера страны. И с этой нерешенной проблемой вышли к людям, на избирательные участки, на площади, в телестудии… Опыт России показывает, что возможны удивительные решения проблемы преемственности власти, но они требуют политического мастерства, определенного уровня политической культуры и цивилизованного правосознания у властвующей элиты. Кишиневу и Тирасполю следовало осуществить «политическую гармонизацию» с российским политическим пространством именно с изучения проблемы преемственности власти и имеющегося опыта решения соответствующей проблемы. Не думаю, что эта проблема была непонятна руководству в Кишиневе, талантливым и весьма продвинутым интеллектуалам в руководстве, наконец, самому Президенту.

Наивно полагать, что дело тут в чьей-нибудь глупости или неопытности. Самой власти в Республике Молдова конечно виднее в чем реальные причины произошедшего сбоя в системе. Не нам указывать кому бы то ни было на ошибки, ведь за спиной у нас – Киев с его политической экзотикой – Ющенко, Тимошенко, Черновецким и прочими… Но все же, украинский эксперт имеет свое маленькое право на мнение, на видение. Быть политическим лидером – это прежде
всего технология воли, это честность перед самим собой. Уместно вспомнить Шопенгауэра: «Воля играет роль всадника, который пришпоривает лошадь, чтобы она бежала быстрей, чем может».

Ошибка вождя

Признанный и хорошо известный в мире лидер Приднестровья – президент
И.Смирнов – исторический деятель, человек-памятник, «небоскреб в пустыне». Удивительно то как в Советском Союзе, где КПСС воспитывала у руководителей сервильность, неспособность к принятию самостоятельных политических решений, смогли сохраниться и в нужное время решительно проявить себя руководители типа И.Смирнова, способные трансформироваться из со-
ветских «крепких хозяйственников» в политические лидеры новой формации, нового исторического периода!

В 90-е гг. я выдвинул идею, что смена политических элит в постсоветское время будет иметь вид последовательного правления всех отрядов советской элиты: сначала поправят партийные секретари, потом хозяйственники – «красные директора», потом чекисты, комсомольцы, а закончится все военными.
Что дали России и Украине партийные секретари Ельцин и Кравчук – общеизвестно, на смену партсекретарю Кравчуку пришел «красный директор» Кучма, чекисты сразу же заменили партсекретарей в России, военные не успели себя проявить. Но вот Приднестровью просто повезло, что его сразу возглавил хозяйственник, а не партийный секретарь. Партийные секретари в Херсоне доруководились до того, что крупнейшие предприятия были разворованы, и область из промышленной снова стала аграрной. А такие же предприятия в Приднестровье – работают и поныне! Президент И.Смирнов – один из создателей и несущих опор приднестровского народа. Роль его личности в
приднестровской истории трудно переоценить.

Тем не менее, «так же как все», Приднестровье нуждается в постоянном возвращении к проблеме преемственности и обновления власти. Приднестровская политическая элита наработала определенный успешный опыт на этом направлении, учитывающий приднестровскую специфику,
обобщающий опыт международный.Но для приднестровской политической культуры свойственно славянское чередование периодов удивительной мобилизации внутренних ресурсов и повышения готовности «сдать
очередной политический экзамен» с периодами расслабления, почивания на
лаврах, праздности и беззаботности. Понятно, что в
борьбе за власть никаких каникул нет, эта борьба постоянная, она не терпит расслабления, психологической усталости, желания отдохнуть.

Обострения этой борьбы наступают бессистемно, спонтанно, неожиданно, часто в самый неподходящий момент. Расслабления власти
ведут к ослаблению рукодящей функции. И хотя ведущая партия Приднестровья получила символическое название «Обновление», реальные механизмы обновления элит, охваченных зудом обогащения, работают мягко
говоря не всегда эффективно. Преемственность власти стала проблемой.

Если В.Воронин играя с публикой не называл имя реального преемника, то
И.Смирнов допустил другой промах – он обозначил (условно говоря) целых два – Е.Шевчука и А.Королева, не предложив им публичных механизмов соревнования, не определив им дистанцию, просто «заморозив» ситуацию. Соревнование неизбежно приняло непубличные формы. Талантливые и амбициозные политики Е.Шевчук и А.Королев столкнулись состандартной ситуацией, которая хорошо может быть выражена известной пословицей: «власть не дают, (значит)
власть берут». Личности таких политиков как Е.Шевчук и А.Королев представляют огромный интерес. Эти политики нового поколения хорошо известны приднестровцам и они располагают высоким уровнем доверия приднестровских избирателей. Их личностные ресурсы, политические и иные возможности дают им серьезные основания для того, чтобы строить определенные политические планы на будущее. Тем не менее, у каждого из этих политиков есть свои особенные препятствия на пути к политической цели.

Пожалуй, серьезность этих препятствий их объединяет.
Для меня звонок прозвучал задолго до апреля. На одно из собраний президент не пришел, как было запланировано, он срочно вылетел в Россию на встречу на высоком уровне, во главе остался уже упомянутый «дуумвират». К сожалению, уважаемая публика, включая депутатов, своим шумным и эпатажным поведением показала всю разницу между одним и двумя лидерами. Возможно это было эмоциональной случайностью, возможно недисциплинированной публике
нужен был окрик. Но это было симптомом пустоты. Как говаривал в таких случаях своей непослушной команде знакомый боцман: «Передаст
им певец!». В периоды войны и революции вожди становятся заложниками масс, обслуживают свои армии, чутко воспринимают их настроения и следуют им. В периоды более спокойного развития на первый план выходят отношения Власти и Собственности, в определенном смысле вожди обслуживают собственность, а собственность изучает риски и ищет гарантии на будущее. Собственность тестирует, мониторит отношения к ней власти, чутко реагирует
на малейшие нарушения «конвенции» (а она их находит), экстраполирует складывающиеся модели и особенности отношения к ней на будущее и пугается новых рисков и угроз. Многое объясняется стремлением убрать угрозы и риски, получить гарантии на будущее для собственности.

У Приднестровья все как у людей: становление государственности сопровождается политическими конфликтами и политической борьбой. Это в какой-то степени доказывает самодостаточность внутриполитической динамики в Приднестровье. Мы внимательно изучаем информационную составляющую конфликта «гармонизации», общественное восприятие этого конфликта, пытаемся понять преимущества сторон и прогнозировать события. Молчание избирателей понятно, поведение представителей элиты классически восхитительно (некоторые личности умудряются в одной фразе изощренно и непримиримо поддержать обе стороны конфликта).

Есть уверенность, что Приднестровье найдет успешное решение своей новой проблемы, которая получила название - проблема гармонизации приднестровского законодательства с российским (главным вопросом
оказался вопрос существования поста вице-президента ПМР, в то время, как в России такой должности нет). Видимо речь идет о гармонизации в широком смысле, о проектах и законодательных инициативах, широко обсужденных в трудовых коллективах, в общественных и партийных организациях, наверняка будет достигнут компромисс, а сам конфликт между ветвями власти все-таки останется в правовом поле. Нехотелось бы верить тем, кто говорит: все только начинается.


Правовое поле: два берега

Пока у Тирасполя в отношении Кишинева есть явное преимущество: проблема преемственности власти решается не на площади с помощью булыжника, а в зале заседаний парламента, с помощью законодательных инициатив, в информационном пространстве, где развернулась общественная дискуссия по «гармонизации». Важно, чтобы стороны конфликта воздержались от выведения конфликта в неконституционное, неправовое пространство, на майдан.
Тогда преимущество Приднестровья сохранится.

Революции и бунты в истории неизбежны. Нет народов, которые избежали
этой горькой участи. Мы с волнением наблюдали за событиями 7 апреля в Кишиневе искренне желали молдавской молодежи поменьшежертв, скорейшего разрешения острых проблем, возвращения в университетские
аудитории, мира и стабильности. Эстетика уличных протестов нам понятна, в конце концов – апологетика революции это наш «кондовый совок». Каждому советскому человеку с детства вдалбливали, что «революция – это хорошо», «контрреволюция – удел негодяев и приспешников», а «булыжник – оружие угнетенных». Школьные учебники красочно описывали эпизоды классовых битв и в конечном итоге оправдывали геройство и преступления революционеров. Пионеры взахлеб читали на уроках наизусть горьковскую «Поэму о буревестнике»: «Буря! Скоро грянет буря!». Чего ждать от наследников страны, которая хотела разжечь пламя мировой революции и на свои деньги устраивала митинги, погромы, забастовки и демонстрации во всех уголках мира! Мы в наших странах просто продолжаем советскую традицию, сформулированную большевиками: «есть у революции начало, нет у революции конца». Но эта большевистская склонность к массовым шествиям и беспорядкам почему-то описывается как торжество демократии. Постсоветские митинги – это не какой-нибудь там лондонский «Гайд-парк». Уличная демократия ничтожна. Пошлость и преступность постсоветской власти тоже общеизвестна. Ее везде ненавидят, от Камчатки до Закарпатья. Романтическая мечта о лучшей жизни, отягощенная юношеским максимализмом – это общий порыв для нас всех. Сталкиваясь с реалиями, а особенно с результатами революций, понимаешь, что они не обязательно улучшают жизнь народа, а чаще наоборот – ее ухудшают. Думаю, кишиневские парни в массе своей сильно бы удивились, узнав, что новое и лучшее – далеко не слова-синонимы.

Флаги на башнях

Любопытна еще одна деталь: роль знамен во всей этой истории. Ключевым
событием 7 апреля в Кишиневе стало водружение румынского знамени над Президентурой, в Тирасполе нынче предлагают водрузить на здания Администрации и Верховного Совета российский триколор. А в День Победы наверняка поднимут и красные советские знамена. Идеологический, мировоззренческий, ценностный формат драмы власти остается неизменным. Мы намеренно рассматривали лишь один (весьма важный с нашей точки зрения) аспект апрельских событий, оставляя за скобками информационные и идеологические интерпретации, тенденции общественного мнения и настроения, мировоззренческие, ценностные и геополитические проблемы.

ВЕСТНИК Центра пограничья. Херсон. Выпуск № 2 (5). Май 2009 г.

Обсудить