Виктора Кирилэ: "Восточное партнерство – это якорь для Республики Молдова на пути европейской интеграции"

Нам нужна политическая воля, чтобы изменить эту ситуацию и отказаться от игр по колебанию между Востоком и Западом. Необходимо ясное политическое решение относительно нашего вектора развития.

Интервью Info-Prim Neo директора программ Ассоциации по внешней политике (АВП) Виктора Кирилэ


7 мая в Праге будет официально инициировано "Восточное партнерство" – программа, предполагающая укрепление отношений между Европейским союзом и шестью бывшими советскими республиками: Украиной, Молдовой, Беларусью, Грузией, Арменией и Азербайджаном. Программа призвана повысить финансовую поддержку и расширить сотрудничество Европейского союза с этими странами, но не предусматривает предоставления статуса члена ЕС. Партнерство предоставит упрощенный режим торговли, упростит передвижения по европейским странам, будет стимулировать культурный обмен и программы помощи. От восточных партнеров ожидается продолжение политических и экономических реформ.

- Каковы преимущества и недостатки присоединения Республики Молдова к Восточному партнерству?

- В Кишинэу, особенно среди властей, существует ошибочное восприятие Восточного партнерства (ВП). ВП вписывается в европейскую политику добрососедства, в эволюционистский процесс, призванный укрепить восточную составляющую европейской политики добрососедства, приблизить ее к нуждам и ожиданиям государств региона.

Восточное партнерство – это чрезвычайно благоприятный для нас шаг. Оно дает больше, чем перспективу экономической интеграции и упрощения торговли. Оно сулит нам политическое ассоциирование путем подписания соглашений об ассоциировании с государствами Восточной Европы. Восточное партнерство не предусматривает ясной перспективы европейской интеграции, но практически 90 процента содержания нового соглашения об ассоциировании будет схоже с содержанием соглашений, подписанных ранее Европейским союзом со странами Центральной Европы и Западных Балкан. Это может нам помочь приблизить момент, когда мы сможем побуждать Европейский союз форсировать предоставление нам соответствующей перспективы.

Восточное партнерство четко формулирует перспективу переговоров, подписания углубленного и всеобъемлющего соглашения о свободной торговле, несет в себе идею постепенной либерализации визового режима посредством инициирования диалога, результатом которого, как ожидается, будет предоставление путевого листа, содержащего необходимые шаги для получения этой перспективы.

Другая, столь же важная перспектива, - это интеграция нашей энергетической системы в систему Европейского союза, что в будущем укрепит энергетическую безопасность Республики Молдова. Соответствующие переговоры уже ведутся между нами и ЕС, ожидается, что к концу этого года Республика Молдова будет допущена в европейское энергетическое сообщество.

Другой возможностью является многостороннее сотрудничество, до настоящего политика добрососедства основывалась на двусторонних партнерствах – между Европейским союзом и соответствующим государством. С внедрением Восточного партнерства будет создан многосторонний контекст, который будет предусматривать диалоги на различных уровнях – на уровне глав государств раз в два года, на уровне министров иностранных дел раз в год и др. Предусмотрены и региональные проекты, основанные на 4 тематиках: демократия и эффективное правление, экономическая интеграция, энергетическая безопасность и облегчение межчеловеческих контактов.

В том, что касается недостатков, они практически схожи с теми, которые мы видим и в европейской политике добрососедства. Важнейшим – является отсутствие ясных условий. Не существует четкой связи между задачами, условиями их выполнения и санкциями. Мы видим это на примере Республики Молдова. Было поставлено очень много задач, нам были предоставлены различные торговые льготы. Одним из условий было соблюдение прав человека, демократических принципов, демократического функционирования институтов.

До недавнего времени в Европейском союзе был благоприятный взгляд в этом плане в отношении Республики Молдова. Однако мы видим, что в отчетах Европейской комиссии и гражданского общества всякий раз отмечается, что мы отстаем по определенным разделам, касающимся демократии, свободы выражения, независимости юстиции и средств массовой информации, борьбы с коррупцией и бизнес-климата, который был бы привлекательным не только для иностранных инвесторов. Ободряющие сигналы, поступающие от Европейского союза посредством различных форм, не принесли ожидаемого результата. Предлагаются определенные льготы, но ситуация в целом остается прежней. Молдавские власти придерживаются хорошей риторики и лексики в сфере европейской интеграции, обещают европейским властям все возможное, но на самом деле лишь изображают внедрение принимаемых законов, реформ. Нередко принимаемые обязательства так и остаются невнедренными. Для более настойчивой постановки условий необходимы конкретные, привлекательные в частности гражданам Республики Молдова перспективы. Таким образом, санкции, которые Европейский союз мог бы ввести в нашей стране, не возымеют никакого эффекта.

Все же несмотря на эти недостатки политика добрососедства и Восточное партнерство – это якоря для Республики Молдова на пути европейской интеграции. Мы должны прилагать больше усилий. Европейский союз предлагает нам определенные инструменты, чтобы мы подготовились, но пока не готов участвовать на том же уровне, как и в случае стран, которые уже интегрировались, по некоторым соображениям, в том числе внутренним.

Пробелом двух этих проектов является тот факт, что больше сосредотачивались на властях и меньше – на мотивации граждан стран, где соответствующие проекты внедряются.

- Насколько готовы мы, на ваш взгляд, в этих условиях для принятия на себя новых обязательств?

- Ясно, что мы готовы к четкой перспективе европейской интеграции. В последние недели мы констатировали, что и в плане демократии у нас серьезные пробелы. Поэтому любое наше ходатайство, обращенное Европейскому союзу, относительно четкой перспективы европейской интеграции, не имеет смысла. Власти не пользуются доверием в Европейском союзе и эти аргументы были значительно обветшали в последнее время. Однако это не значит, что мы должны отказываться от соответствующей идеи.

Недостаточно требовать и утверждать, что мы готовы. Необходимо подтвердить делами, показать, что мы внедряем реформы, которые мы обязались внедрить в рамках плана действий, и не только на уровне риторики. Надо изменить восприятие людьми институтов государства, в первую очередь полиции – похоже, она уже нас не представляет и уже не защищает наши интересы, равно как и СМИ, о которых продолжают говорить, как о подчиняющихся властям, а также в области коррупции.

Нам нужна политическая воля, чтобы изменить эту ситуацию и отказаться от игр по колебанию между Востоком и Западом. Необходимо ясное политическое решение относительно нашего вектора развития.

- Действующий президент Республики Молдова Владимир Воронин признал, что власти Кишинэу сдержанно отнеслись к Восточному партнерству. Как вы прокомментируете позицию Молдовы?

- Первоначально молдавские власти заняли неясную позицию. Власти были недовольны тем, что Республика Молдова была отнесена в одну корзину с Беларусью, Азербайджаном и Арменией – странами, не желающими вступать в Европейский союз, в которых не внедряются демократические реформы. После последних событий эти аргументы не выдерживают больше никакой критики. В восприятии европейцев и партнеров из Восточной Европы, между Молдовой и Беларусью больше не существует особой разницы. Наша репутация на внешнем уровне очень неблагоприятна, поэтому аргументы, выдвигавшиеся властями до сих пор, не имеют больше никакого смысла. В интервью одному российскому изданию в феврале Владимир Воронин назвал Восточное партнерство объединением по образцу СНГ-2, попыткой изолировать Россию. Это дало чрезвычайно отрицательные сигналы Брюсселю. Вероятно, заявления молдавского президента были связаны и с тогдашним предвыборным контекстом, желанием заручиться поддержкой России.

Даже сейчас Республика Молдова не имеет четкой официальной позиции по Восточному партнерству. На запуск инициативы поедет не Владимир Воронин, а Андрей Стратан, хотя неясно, в качестве кого он поедет, поскольку 4 мая он сложил свой мандат министра иностранных дел. Кроме того, господин Стратан – человек, имевший и имеющий сдержанную позицию по данному партнерству.

Ожидаю, что с этого времени нам предстоит наблюдать некоторые сюрпризы, по-прежнему слышать критические заявления в адрес инициативы, будут продолжать выдвигаться различные ходатайства, как последнее заявление, сделанное Владимиром Ворониным, о том, что Республика Молдова ожидает от Европейского союза четкого сигнала, который был предоставил стране ясную перспективу либерализации визового режима, поскольку граждане Республики Молдова вынуждены, по словам действующего президента, унижаться, въезжая в Европейский союз через Румынию. Подобные категорические заявления в адрес Европейского союза скорее возымеют эффект дискредитации Европейского союза перед гражданами Европейского союза, с помощью основных телеканалов, которые, как известно, контролируются властями. Не исключаю, что таким образом будет идти подготовка почвы к кардинальной смене внешнеполитического курса Республики Молдова.

Все же твердого официального отказа участвовать в Восточном партнерстве не будет, поскольку власти Республики Молдова осознают, что идея интеграции все еще пользуется популярностью среди граждан. Кроме того, экономически мы чрезвычайно сильно связаны с Европейским союзом. Оттуда поступает очень много инвестиций.

- Что выиграет Европейский союз в результате этого проекта?

- В первую очередь, политическую, экономическую и социальную стабильность региона. Они осознают, что стабильность Европейского союза серьезно связана со странами на границах ЕС. Привнесение единообразия в это пространство, согласно критериям Европейского союза, означает уменьшение противоречий. Это новинка ЕС – подобие расширения пространства Европейского союза, но без перспективы интеграции. По крайней мере таким образом это видится, исходя из развития событий в Молдове, Украине и Грузии.

Также в последнее время наблюдается растущий интерес к геополитическим играм со стороны Европейского союза, в частности мягкий подход к авторитарным лидерам региона – Азербайджану, Казахстану, Туркменистану. Многие объясняют это тем, что Европейскому союзу необходимо обеспечить энергетическую безопасность, поскольку эти государства являются производителями энергоресурсов. Такие страны, как Беларусь, нужны для транзита энергоресурсов. Все более мягкая политика по отношению к этим режимам, тот факт, что Европейский союз закрывает глаза на нарушения прав человека многие эксперты расценивают как геополитическую игру, призванную не позволить России укрепить влияние в этом регионе. Однако это влечет определенные риски для Европейского союза, который все еще рассматривается как сила, поддерживающая демократические режимы. Разницы между внешней политикой Европейского союза и России может больше и не существовать. И тогда мы оказывается с разочарованием Брюсселем, что уже наблюдается в Кишинэу, когда европейские официальные представители заявили, что поджог двух государственных зданий недопустим, не использовав этого слова и в отношении нарушения прав человека.

Info-Prim Neo

Обсудить

Другие материалы рубрики