Приднестровье на грани раскола

В течение последних недель острейший кризис охватил всю систему власти Приднестровской Молдавской Республики. То, что не удалось сделать путём вооружённой агрессии или путём экономической блокады, происходит без единого выстрела извне. Приднестровье распадается изнутри. Кризис власти в этой самоопределившейся республике грозит ей исчезновением. Исполнительная и законодательная власти сцепились в смертельной схватке.


Республика на грани раскола

Всё началось с указа президента ПМР Игоря Смирнова о гармонизации законодательства с Российской Федерацией вследствие референдума 17 сентября 2006 года, когда 97% приднестровцев проголосовали за добровольное вступление в состав России. По этому закону предполагалось введение поста премьер-министра и утверждение его Верховным Советом. Но с реализацией этого пункта Смирнов не спешил.

Первое испытание имело место, когда президент наложил вето на закон «О свободе совести и религиозных организациях», предусматривающий упразднение должности уполномоченного по делам религий и культов, который занимал верный соратник Смирнова Пётр Заложков, отлучённый от Церкви за антицерковную деятельность. В феврале 2009 года Верховный Совет ПМР преодолел президентское вето.

Затем в Верховном Совете появилась «группа 17», выступившая с законодательной инициативой об упразднении поста вице-президента ПМР – должности, давно в России не существующей. Этот пост занимает Александр Королев, бывший министр внутренних дел ПМР. Именно Королёв стал одним из инициаторов закладки в Бендерах памятника гетману Ивану Мазепе, указ о котором был подписан президентом Смирновым. Памятник планируется установить в этом году в год 300-летия со дня смерти украинского «национального героя», совпадающего с 300-летней годовщиной Полтавской битвы. Этот акт стал причиной резкого охлаждения отношения к Приднестровью со стороны России.

39 из 40 присутствовавших депутатов проголосовали за принятие закона в первом чтении. Президент Смирнов, покидая зал заседаний, заявил депутатам: «Так, как вы хотите – не будет». Оти слова стали отправной точкой конфликта. Последовали заявления представителей общественности о том, что в стране происходит конституционный переворот, и что депутаты Верховного Совета «связаны с Молдовой». Эти заявления озвучивались со стороны «старой гвардии». Инициатор акций – советница президента Анна Волкова, супруга Петра Заложкова, прежде поучаствовавшая, наравне со своим мужем, в травле Русской Православной Церкви. Финальным аккордом стал «съезд депутатов Верховного Совета 1-го созыва», на котором Анна Волкова выступила с инициативой о роспуске Верховного Совета. Согласно действующей Конституции, эта норма не предусмотрена. Напротив, Верховный Совет обладает правом импичмента президента.

По словам заведующего кафедрой отечественной истории Приднестровского университета Николая Бабилунги, это уже повод к возбуждению против инициатора кампании Анны Волковой уголовного дела: «Либо эти господа не читали Уголовного кодекса, в котором есть статья за призывы к насильственному или незаконному свержению законной власти, либо они чувствуют себя как Бурбулис и Старовойтова в день расстрела российской армией российского парламента. Психология – „Все дозволено!“ – это психология обреченных, организующих пир во время чумы. Это, конечно, дело президента, каких советников ему иметь и каких советов слушать».

Компания вылилась на страницы приднестровских СМИ. Но если парламентская сторона, связанная с партией «Обновление», предпочитает не обострять конфликт, то по 1-му республиканскому каналу раздаётся откровенная пропаганда, с очернением Верховного совета, спикера Евгения Шевчука, партии «Обновление» и фирмы «Шериф». По Тирасполю были расклеены листовки с призывом добиваться роспуска Верховного Совета. В них же содержится призыв «не принимать от депутатов пайки». Координационный совет общественных организаций ПМР обратился к партии «Единая Россия» прекратить сотрудничество с «Обновлением».

Дело закончилось отзывом депутатской инициативы. По словам депутата Антона Онуфриенко, это было сделано, чтобы не накалять страсти. Но инициаторы антидепутатской кампании на этом не успокоились. В Тирасполе был проведён пикет с требованием роспуска Верховного Совета: «Смирнову – да, Шевчуку – нет», «Обновление – смерть Приднестровья», «Депутат, бери паёк, иди домой!» и т.д. По всей видимости, президент и его сторонники не готовы ни к каким компромиссам и намерены идти до конца. Ситуация не успокаивается.

Россия не вправе оставаться безучастной
Вопрос о власти в Приднестровье – не такой уж и праздный для России, как кажется. Приднестровье – это не только пророссийский регион. Это регион, где проживает 150 тысяч граждан России, и где каждый чувствует себя россиянином. Характерный пример: во время антиблокадной акции в ответ на слова молдавского водителя-дальнобойщика «Езжайте к себе в Россию!», участник митинга ответил: «Мы и есть в России!». Поэтому конфликт между ветвями власти в Приднестровье никак не соответствует российским интересам.

У каждого из лагерей есть своя правда. Так, в частности, правда президента и исполнительной власти – в необходимости жёсткой властной вертикали, в принципе единоначалия, в том, что депутаты оторваны от народа, в необходимости референдума как высшей формы демократии. Правда Верховного Совета – в необходимости смены элит, в осуществлении народного контроля над президентом и чиновниками.

Это происходит в республике, которую Россия, вполне возможно, будет вынуждена признать. Да, нынешнее руководство Республики Молдова проводит дружественную политику в отношении России. Однако нельзя исключать вариант прихода к власти в Молдове местных аналогов Саакашвили, что наглядно продемонстрировали апрельские события в Кишинёве. Кроме того, на примере того же Воронина, как и на свежем примере Лукашенко мы видим, как даже самые дружественные России режимы при удобном раскладе легко переходят в стан геополитического противника.

В Приднестровье необходима общественная стабильность, сильная власть и консолидация общества. Приднестровское общество, несмотря на самоидентификацию большинством его членов в рамках российской супернации, гораздо менее гомогенно с этнической точки зрения, чем абхазское, осетинское и даже крымское. В Приднестровье проживают 32% молдаван и 29% украинцев. Уже предпринимались попытки сыграть на этнических чувствах этих групп (открытие румынских школ в Приднестровье, закладка памятника Мазепе), подвергнуть эррозии приднестровскую идентичность, и нет никакой гарантии, что эти попытки не будут предприняты вновь.

Разделение властей – путь в тупик
Ошибка представителей как законодательной, так и исполнительной ветвей власти – в том, что они путают причину со следствием. Конфликт между ветвями власти – следствие порочного принципа разделения властей, заложенного в начале 90-х годов в законодательство всех постсоветских стран на волне американофильской эйфории. Принимая англо-саксонскую по своему происхождению доктрину Джона Локка о разделении властей, Россия сама себя определила в добровольное заложничество у политико-правовой системы иностранного происхождения, не отвечающей отечественной исторической традиции.

При этом даже в общественно-политической мысли Запада отношение к принципу разделения властей далеко от однозначного. Ещё Аристотель показал, что власть едина и монадична, а Томас Гоббс называл «неблагонадёжным» мнение о разделе верховной власти. Основателями теории разделения властей стали англичанин Джон Локк и француз Шарль Луи де Монтескье, выражавшие интересы буржуазии в борьбе против королевской власти и церкви. Впоследствии, заложенный «отцами-основателями» США в американскую систему власти, принцип «разделения властей» после Второй Мировой войны стал эталоном для всего западного мира, а после Холодной войны – и для «побеждённого» соцлагеря.

Однако есть вещи поважнее прав человека либо той или иной социальной группы. В первую очередь, это принцип национального суверенитета, принцип сохранения культурной, языковой, цивилизационной идентичности общности. Суверенитет Приднестровья проистекал из желания жителей левобережья Днестра сохранить свою связь с большой Россией. Приднестровье не выходило из состава СССР, и на референдуме 17 марта 1991 года за сохранение Советского Союза проголосовали более 98% приднестровцев. Примерно столько же приднестровцев 15 с половиной лет спустя, 17 сентября 2006 года, проголосовали за единство с Россией. Сепаратистом выступила как раз Республика Молдова, возжелавшая отчленить свою судьбу от «имперской» Москвы. Сохранение суверенитета Приднестровской Молдавской Республики, по крайней мере де-факто – это в первую очередь цивилизационная задача общероссийского масштаба.

Критику теории разделения властей с точки зрения государственного суверенитета наиболее последовательно изложил французский правовед Леон Дюги. По его словам, народная воля не может быть представлена несколькими институтами власти, поскольку это ведёт к её ограничению. По его мнению, метафизическая, мифологизированная концепция разделения властей не применима в реальном публичном праве. В своем учебнике конституционного права Дюги формулирует эту идею еще более определенно: «Все наше публичное право восстает против полной изоляции органов власти и противопоставления их друг другу, оно, напротив, выступает за такое функциональное подразделение, которое будет способствовать усилению их взаимодействия и интеграции в рамках единой государственной системы, воплощающей принцип национального суверенитета».

Макс Вебер, отстаивая плебисцитарную демократию как лучшую форму правления для Германии, считал необходимым установление сильной президентской власти, способной вывести страну из кризиса. По его мнению, буквалистское толкование принципа разделения властей способно дестабилизировать всю систему государства. Вебер считал необходимым избавить главу государства от парламентского контроля, превратить президента в независимую силу, дать ему возможность в конфликтных ситуациях апеллировать непосредственно к народу через голову парламента и высшей администрации.

По словам историка Андрея Медушевского, фактически речь у Вебера шла о воспроизводстве традиционного для германской юриспруденции монархического принципа в новых условиях. Вот основные доводы в защиту такой позиции: всенародно избранный президент может выступать гарантом стабильности государства в случае конфликта законодательной и исполнительной властей (парламента и правительства), становясь верховным арбитром в их споре; будут ограничены влияние партий на политический процесс и их роль при выборе министров; наконец, сильный президент будет символизировать единство нации и государства.

Эта теория была доведена до логического конца другим великим мыслителем – Карлом Шмиттом, давшим наиболее развернутую критику демократии, парламентаризма и разделения властей в XX веке. По его убеждению, принцип разделения властей в новых условиях не работает. Сформированная либеральными мыслителями Нового времени как антитеза правительственному макиавеллизму абсолютистской эпохи, концепция разделения властей потеряла всякий смысл в Новейшее время. Система разделения властей не может быть полноценно реализована, поскольку противоречит целям рационализации управления и концентрации ответственности.

По мнению Шмитта, масштабы экономических сдвигов и усложнение характера управления делают невозможным принятие решений в парламенте с его традиционной практикой ораторских речей в защиту определенной политики или против нее. Реальность парламентской жизни в новых условиях управления отличается от сложившегося идеального образа: принятие решений осуществляется не общественностью в виде парламентского пленума, а в узких комиссиях, партийных комитетах или советах крупных промышленных концернов. Это приводит к превращению парламентаризма в фасад, за которым скрываются истинные обитатели власти, принимающие решения без какого-либо общественного контроля. Традиционная схема соотношения законодательной, исполнительной и судебной властей является политической фикцией. Реальное изменение положения возможно лишь при отказе от такой концепции организации власти, ее концентрации в руках президента, наделяемого чрезвычайными полномочиями.

Наконец, ещё более откровенное неприятие принципа разделения властей высказал ученик Макса Вебера, Карл Лёвенштейн. По его мнению, разделение властей – это более идеология, чем модель действительной политической организации. Вплоть до 90-х годов XX века единственной страной, закрепившей в Основном Законе принцип разделения властей, были США. Напротив, в европейской практике принцип разделения властей не закрепился (если не считать короткого периода действия Конституции 1791 г. во Франции).

Причина заключается в том, что развитая парламентская система по сути своей враждебна последовательному проведению разделения властей: эффективное управление возможно лишь на основе взаимной интеграции, при которой правительство (кабинет или совет министров) объединяет обе власти, выступает связующим звеном между ними, делая возможным реальное единство политической власти. Общая тенденция развития европейского парламентаризма состоит в переходе функционального дуализма к государственному монизму, предполагающему преобладание кабинета или исполнительной власти над парламентом или законодательной властью. В этих условиях теория разделения властей не может более служить функциональным задачам, являясь лишь телеологической установкой на достижение идеального правового государства.


"Русская доктрина": теория и практика

Проблема гармонизации приднестровского законодательства с российским – в том, что она основывается на слепом перенятии существующей российской конституционной системы, списанной радикальными реформаторами с американской в начале 90-х годов. При этом в самой России принцип разделения властей давно не применяется. Конституция 1993 года предоставляет исключительные полномочия президентской вертикали власти, а сама идея парламентаризма превращена в фикцию. Начиная с 1993 года – времени начала разрыва российского политического класса с западническими перестроечными иллюзиями, в России фактически введён режим единовластия. Политическая элита Приднестровья, если она искренне желает гармонизации с российским законодательством и вхождения в российское политическое поле, должна учитывать эти обстоятельства.

Однако, вряд ли разумным было бы ориентироваться на нынешнее положение дел. Гораздо предпочтительнее было бы думать о будущем государственном устройстве России и быть авангардом его применения на российском цивилизационном пространстве. И в качестве исходной модели можно использовать два документа. Первый из них – известная, но недооцененная работа величайшего классика русской литературы, историографии и социологии XX века Александра Солженицына «Как нам обустроить Россию», написанная в 1990 году. Вызвавшая резонанс в России и других республиках бывшего СССР, эта работа была вскоре позабыта, поскольку крайне не устраивала рвущиеся к власти демократические элиты и не вполне соответствовала картинному образу Солженицына как «борца с тоталитарным прошлым». Преклоняясь перед памятью великого классика и патриота России, мы должны заново переосмыслить его идеи, которые, будучи востребованными, возможно, спасли бы Россию и другие братские славянские государства.

Второй документ, «Русская доктрина» – концептуальный проект, разработанный в 2005 году группой российских консервативно мыслящих интеллектуалов. Этот документ закладывает основы для реформирования всех областей российской политической системы – государственного устройства, экономики, информационной и культурной политики, экономики и внешнеполитической концепции России. Во многом тезисы «Русской доктрины» созвучны с вышеупомянутой работой Солженицына. Приднестровью, ощущающему себя форпостом Русского мира (о чём неустанно говорят и президент, и спикер Верховного Совета, и другие представители республиканской элиты), стоит вчитаться в эти документы. Возможно, в них и будет найден ключ к преодолению нынешнего кризиса власти.

Примечательно, что именно в Приднестровье очень многие из положений «Русской доктрины» были реализованы, причём ещё на заре существования самоопределившейся республики. Во главе 2-й части III «Русской доктрины» постулируется триада российского государственного строительства – «демократия – аристократия – автократия». О гармоничном сочетании этих трёх форм правления говорили ещё древние философы, а русский философ Лев Тихомиров ввёл в оборот выражение «сочетанная форма правления». Приднестровье стало тем самым регионом, где традиции народной демократии, военной аристократии и президентской автократии сочетались наиболее органично.

Приднестровье стало первым регионом бывшего СССР, где состоялись общенародные референдумы. Первый референдум в Советском Союза состоялся 3 декабря 1989 года в Рыбнице – о целесообразности создания Приднестровской автономии в составе бывшей Молдавской ССР. Спустя месяц, в январе 1990 года, такой же референдум состоялся в Тирасполе. Летом того же года референдумы состоялись в городах Бендеры, Дубоссары, в Слободзейском и Рыбницком районах. Состоявшийся 2 сентября 1990 года 2-й съезд депутатов всех уровней, на котором была провозглашена Приднестровская Молдавская АССР, опирался на волю населения всех районов Левобережья, выраженную на референдумах.

17 марта 1991 года на всесоюзном референдуме подавляющее большинство приднестровцев высказались за сохранение СССР. 1 декабря 1991 года состоялся референдум о независимости ПМР, за которую высказались более 98% приднестровцев. В марте 1995 года на всенародном референдуме 92% приднестровцев высказались против вывода российской армии из региона (4 года спустя Россия проигнорировала волю приднестровцев, заключив Стамбульские соглашения о выводе российской армии из Приднестровья). На референдуме 24 декабря 1995 года была принята Конституция ПМР. Наконец, на всенародном референдуме 17 сентября 2006 года 97,1% жителей Приднестровья проголосовали за независимость и присоединение республики к России.

Именно в Приднестровье реализовался принцип общинно-корпоративной демократии. Приднестровская республика основывалась не сверху, а снизу – вопреки сопротивлению не только в Кишинёве, но и среди союзного руководства. Республику создали советы трудовых коллективов, возникшие в ходе массовой забастовки против принятия молдавским парламентом закона о языках, пролоббированного Народным фронтом Молдовы. Объединённый совет трудовых коллективов (ОСТК) стал поистине массовой общественной организацией, сыгравшей решающую роль в проведении референдумов, созыве съездов депутатов всех уровней и провозглашении республики. ОСТК стал единственным органом, противопоставившим себя как прорумынским националистам, так и КПСС, откровенно предавшей собственный народ. Положительный пример советов трудовых коллективов и забастовочных комитетов как «школы управления, аналогичной традиционному русскому земству», высоко оценил Александр Солженицын в статье «Как нам обустроить Россию».

В ходе боевых действий в Приднестровье было создано первое на территории бывшего СССР народное ополчение. В ходе боевых действий при защите Дубоссар и Бендер защищать свою землю и землю своих предков вышли и стар, и млад. Именно тогда же в Приднестровье было возрождено Черноморское Казачье Войско, сыгравшее одну из решающих ролей при защите республики. Военное сословие в Приднестровье пользуется должным уважением и играет значительную роль в политической жизни республики.

Наконец, в Приднестровье воплотился принцип единоначалия. Президент Игорь Смирнов, ставший действительно всенародным лидером, длительное время символизировал собой единство приднестровского народа, был консолидирующей фигурой, и никакие попытки его кем-то подменить, в том числе и со стороны Москвы, начиная с деятельности Александра Лебедя, не увенчались успехом. Конституция и законы ПМР не ограничивали число президентских сроков для одного лица, и это, безусловно, благоприятно отразилось на судьбе республики.

В последние годы выстроенную Смирновым президентскую вертикаль изрядно заштормило. На парламентских выборах 2005 года пропрезидентская партия «Республика» потерпела сокрушительное поражение от партии «Обновление», представляющей интересы ведущей торговой компании «Шериф». В республике фактически установилось двоевластие, что и стало причиной нынешнего кризиса. А в течение последнего года значительно ослабла поддержка Игоря Смирнова со стороны России, жёстко отделившей ситуацию в Абхазии и Южной Осетии от ситуации в Приднестровье.

Было бы примитивно в качестве объяснения использовать модель «хороший царь – плохие бояре», однако значительная доля истины в этом есть. Президент Игорь Смирнов не преуспел в искусстве подбора кадров. Более того, значительная часть его назначений в его администрации основывалась на трудоустройстве своих бывших «товарищей по борьбе» или дам бальзаковского возраста, поднаторевших в издании хвалебных книг про любимого президента. «Государственные советники», настроенные скорее на конфликт и реализацию собственных политических амбиций, чем на продвижение имиджа президента, несут прямую ответственность за падение популярности Смирнова и его противостояние с частью приднестровской элиты. И это тоже показатель несовершенности политической системы Приднестровья.

Без посредничества партий и телеэкрана
При нынешней избирательной системе коммуникация депутатов с избирателями происходит один раз в пять лет. В течение всего этот периода депутат фактически оторван от своих избирателей и неподконтролен им. Очень часто депутат руководствуется своими личными политическими взглядами, отличными от взглядов избирателей своего округа. Более того – депутат фактически не несёт ответственности за свои предвыборные обещания. Процедура отзыва депутатов чрезвычайно сложна и трудно реализуема. Кроме того, очень часто депутатами избираются люди некомпетентные, неподготовленные, которые просто не в силах вынести квалифицированное заключение по тому или иному законопроекту. Их работа в комитетах и комиссиях превращается в фикцию.

Некоторые приднестровские эксперты предлагают перейти к пропорциональной системе голосования по политическим партиям, демонстрируя при этом удачные примеры России и Южной Осетии. Однако, во-первых, данные эксперты забыли о не совсем удачных примерах пропорциональной избирательной системы – Украине и Молдавии. Во-вторых, ситуация в Южной Осетии, да и в России, отличается от приднестровской – здесь общество гораздо более поляризовано, существует гораздо больше групп влияния, способных растащить приднестровское политическое поле по враждебным партийным углам.

Ещё Тит Ливий, живший 2000 лет назад, справедливо говорил: «Борьба между партиями есть и всегда будет гораздо худшая беда для народа, чем война, голод, мор или любой другой гнев Бога». Известный государственный деятель Российской Империи Сергей Крыжановский аналогичным образом считал, что пороки и даже крушение парламентского строя происходят именно из-за партий, отрицающих единство нации и само понятие отечества. А вот что написал ещё в 1990 году Александр Солженицын:

«Партия – значит ЧАСТЬ. Разделиться нам на партии – значит разделиться на части. Партия как часть народа – кому же противостоит? Очевидно – остальному народу, не пошедшему за ней. Каждая партия старается прежде всего не для всей нации, а для себя и своих. Национальный интерес затмевается партийными целями: прежде всего – что нужно своей партии для следующего переизбрания; если нечто полезное для государства и народа проистекло от враждебной нам партии – то допустимо и не поддерживать его. Интересы партий да и само существование их – вовсе не тождественны с интересами избирателей. Партийная борьба заменяет где уж там поиск истины – она идет за партийный престиж и отвоевание кусков исполнительной власти. Верхушки политических партий неизбежно превращаются в олигархию. А перед кем отчитываются партии, кроме своих же комитетов?».

Политические партии необходимы в качестве институтов, предлагающих тот или иной проект государственного и общественного развития. Все партии, существующие в Приднестровье – «Обновление», Патриотическая партия, «Республика» «Народная воля», Компартия и другие – в идеале должны представлять собой различные исследовательские отделы одного крупного НИИ, и работать в единой связке ради общей идеи – суверенитета Приднестровья и его стратегического курса на объединение с Россией, выраженного в ходе всенародного референдума. Партийная конкуренция, политические разборки в Приднестровье неприемлемы. Депутаты парламента должны нести ответственность не перед партийными аппаратами, а перед своими избирателями.

Идеальная модель для высшего представительного органа ПМР – русские земские соборы, на которых была представлена вся русская земля, все слои русского общества. В парламенте (Народном собрании) Приднестровья должны быть представлены все территории республики – вплоть до каждого села. Выборы в парламент лучше проводить по двухступенчатой системе: сначала прямым голосованием избираются городские и районные советы, которые затем делегируют своих представителей в Народное собрание Республики. В местные советы люди могут избирать тех людей, которых они знают лично, без посредничества телеэкрана и при сведении к минимуму политтехнологического инструментария. Аналогичным образом депутаты местных советов, знающие нужды своего населённого пункта, способны более компетентно, чем отдельные избиратели, определить тех, кто способен представить город или район на общереспубликанском уровне. При этом местные советы наделяются правом отозвать своих представителей из республиканского парламента, если эти представители действуют вопреки интересам делегировавшей их местной общины. Срок полномочий депутатов парламента может быть увеличен до 7 лет.

Институт всенародного референдума необходимо сохранить в качестве главного средства легитимации решений верховной власти через голову бюрократии и «элитарного слоя». Всенародное голосование на референдуме – истинное мерило демократии. При этом референдумы, или, по меньшей мере, всенародные совещательные опросы, должны проводиться по всем наиболее острым дискуссионным вопросам общественно-политической жизни, не реже одного раза в год. Результаты всенародных референдумов должны приобретать форму законов и являться руководством к действию для всех ветвей власти.

«Контур преемственности»
Второй принцип, который разработчики «Русской доктрины» положили в основание гармоничного государственного устройства – это принцип компетентности общественных групп, оказывающих квалифицированное влияние на местное самоуправление. Этот принцип оформляет аристократическое начало в государстве, основанное на компетенции и реальном знании государственных и общественных дел. Это начало осуществляется при помощи ряда неизбираемых компетентных советов, ключевым из которых является Сенат – несменяемый законосовещательный орган власти, формулирующий вопросы, которые затем выносятся на всенародное обсуждение, и вырабатывающий окончательные редакции законов, которые вырабатываются специальными законодательными коллегиями.

Сенат символизирует собой «контур преемственности», обеспечивающих сохранность общественных устоев при любой динамике. Он формируется на ? из представителей военного сословия (офицеров армии, МГБ, МВД и казачества), на ? – из представителей православного духовенства и мирян, делегируемых Епархиальным собранием, на ? – из представителей научной элиты, представленной Приднестровским университетом, и на ? – из предпринимателей. Члены Сената несменяемы, они не вправе состоять в политических партиях. Сенат осуществляет политический и этический надзор над высшими должностными лицами государства, включая президента, принимает решение о соответствии или несоответствии министров и депутатов предъявляемому цензу, отклоняет кандидатуры на пост президента. Сенат выносит и моральную оценку действиям президента. В частности, его подпись под указом об установке памятника Мазепе, являющимся открытым посягательством на духовный суверенитет и идентичность Приднестровья, стала бы предметом самой жёсткой оценки со стороны Сената.

Принцип единоначалия
Президент республики символизирует собой принцип единоначалия в государстве. Для принятия чрезвычайных решений власть должна быть сосредоточена в одних руках и в одной голове. При этом институт советников президента должен быть упразднён. Президент формирует исполнительную вертикаль власти, является верховным главнокомандующим, в случае необходимости может относить к своей компетенции любое решение и давать прямые указания на любой уровень управленческой вертикали. При этом президент несёт прямую моральную и политическую ответственность за деятельность своего аппарата.

Президент республики должен исповедовать Православие и проживать на территории республики не менее 5 лет. Его кандидатуры утверждаются Народным собранием, при этом Сенат вправе отклонить ту или иную кандидатуру. Срок избирательной кампании должен быть сокращён до минимума, дабы не распалять страсти и не выводить республику из нормального жизненного ритма. По словам Солженицына, «не следует растрачивать народные силы жгучей и пристрастной избирательной кампанией».

При этом президент Российской Федерации, в соответствии с референдумом 17 сентября 2006 года, а также в связи с тем, что в Приднестровье проживает более 100 тысяч граждан России, обладает полным моральным правом высказывать одобрение либо осуждение тому или иному кандидату на пост президента ПМР, и даже призывать население республики голосовать за того или иного кандидата. В том случае, если Приднестровье войдёт в состав Российской Федерации, кандидатуры на должности руководителя республики будут представляться российским президентом.

В целях легитимации на первый свой срок президент должен избираться всеобщим и прямым голосованием, сроком до 7 лет. Количество президентских сроков не может быть ограничено. При этом для продления президентского срока не обязательно устраивать всеобщие выборы – достаточно 2/3 голосов членов Народного собрания. При этом Народное собрание в составе 3/4 своих членов вправе выразить недоверие президенту с письменным обоснованием своей аргументации и назначить новые президентские выборы. При этом окончательное решение о назначении президентских перевыборов выносит Сенат.

Институт «государственных советников» президента должен быть упразднён – точно так же, как он упразднён в России. Функции президентских советников должен выполнять Сенат, а также специальные советы, наделённые законосовещательными и экспертными функциями, и обладающие правами законодательной инициативы: Военный совет, Совет традиционных религий (для Приднестровья это Православие, старообрядчество, григорианство, католицизм и иудаизм), Стратегический совет, Государственный совет по экономике и инновациям, Государственный совет по культуре и спорту. По мнению авторов «Русской доктрины», «корпоративное представительство способно ограничить вредный для интересов государства и общества теневой лоббизм и создать условия для реализации потребностей и нужд классов и профессиональных сообществ, проведения в жизнь их инициатив, с приоритетным учетом интересов государства как целого».

Данные предложения – лишь один из проектов урегулирования острого кризиса власти в Приднестровской Республике. Автор, выступая в качестве эксперта, не обладает монополией на истину. Однако, если конфликтная ситуация не будет урегулирована в самое ближайшее время, если руководство республики не откажется от лживого и порочного принципа разделения властей, если политические партии, бюрократические структуры, элитные группы и представители бизнеса не перестанут рвать республику на части, а президентские советники – подбрасывать в костёр сухие ветки, Приднестровье может прекратить своё существование. Данной публикацией автор приглашает экспертное сообщество Приднестровья, России и других стран к разговору на эту острую и злободневную тему.

win.ru

Обсудить