Досрочные выборы: второе издание 7 –го апреля?

Да, нужна центристская сила, уравновешивающая две противоположности.

Понимаю оппонентов ПКРМ, которые обвиняют ее в разыгрывании на досрочных выборах русскоязычной карты, в попытках сыграть на обострение межнациональных отношений, в ее информационном засилии и отсутствии для оппозиции равенства в проведении избирательной кампании, в использовании административного ресурса и фальсификации и этих выборов. Понимаю их, поскольку уверен, что они ни при каких обстоятельствах не признают итоги голосования, их не устраивающие. Более того, есть достаточно много сигналов в СМИ о том, что Запад также не признает победу ПКРМ, позволяющая ей самостоятельно избрать президента республики. Таким образом, образовался союз правых сил с Западом, которых не устроит выбор молдавского избирателя в пользу ПКРМ, даже если выборы 29 июля будут еще более демократическими, транспарентными и объективными по результатам, чем это имело место 5 апреля.

Что бы ни говорили все те, кто подтолкнул политическую ситуацию в Молдове к досрочным выборам, они абсолютно точно знали до 5 апреля, и точно так же уверены и сейчас, до выборов 29 июля, в следующем. Если ПКРМ проиграет выборы, она не выведет своих сторонников на улицу, а выберет для себя демократический принцип поведения, обозначаемый формулой «победители – побежденные», «власть – оппозиция», «парламентское большинство – оппозиция». Не будучи в восторге от Воронина-президента за массу допущенных ошибок, негативно влиявших и подтачивавших внутренний ресурс государственности Молдовы, убежден, что он по определению не способен диктаторскими средствами сохранять свою власть или себя во власти.

Чтобы убедиться в этом, достаточно вспомнить такие знаковые даты и события, как 10 ноября 1989 г., январь-апрель 2002 г., ноябрь 2003 г. и, наконец, 7 апреля 2009 года. В. Н. Воронин был тогда и теперь главным действующим лицом, но ни в одном из них он не проявил силу воли министра или президента, как гаранта правопорядка в стране, как гаранта Конституции Республики Молдова и конституционного строя государства.

Оппозиция в политических целях изображает Воронина коммунистическим диктатором. Но, будучи воспитан на коммунистических принципах, работая на партийных и советских должностях среднего уровня и впитав в себе менталитет руководителя советской системы, В. Воронин, как и М. Снегур, П. Лучинский, С. Урекян и многие другие партийные и советские деятели той эпохи, освоил ее авторитарный стиль управления. Однако в силу своего характера В. Воронин не смог преодолеть следующую ее ступень – диктаторскую. Вот это убеждает в том, что он, ради власти, не пойдет на дестабилизацию политического положения в стране.

Но что сильно беспокоит в связи с этим, так это то, до сих пор ему отказывала решительность в защите государства Республики Молдова и Конституции страны от посягательств со стороны внутренних деструктивных сил, сосредоточенных в основном в Кишиневе. Научился ли В. Н. Воронин после 7 апреля отличать «своих» от «чужих»? Понимает ли он, что государственность Молдовы висит на волоске и что ее защита – это не столько его партийное дело, сколько внепартийное, общенациональное? И коль скоро это так, что необходимо предпринять, чтобы объединились, – не на партийной платформе, а на демократической и плюралистической основе, – сторонники политического суверенитета республики? Почему так получилось, что многие государственники по убеждениям были не востребованы, а не государственники – поощряемы? Что делать, если ситуация 5-го апреля повторится? Как себя поведет оппозиция – известно, а как себя поведет руководство республики, ПКРМ и ее лидер? Если сохранится парламентский расклад 5-го апреля, и если мы знаем, что действия вновь проигравших выйдут за рамки Конституции, то неадекватный ответ им со стороны действующей власти, пусть и с ограниченными или истекшими полномочиями, будет для государственности Молдовы смерти подобно.

При всех оговорках, действующий президент и ПКРМ являются сторонниками политического суверенитета. Но взаимная враждебность в лагере государственников достигла такого накала, когда одна враждебная сторона добивается ухода из власти другой стороны и ради этого призывает левоцентристские силы, если они войдут в Парламент после 29 июля, пойти на союз с М. Гимпу, В. Филатом, С. Урекяном! Неужели они не понимают, что вместе с водой (В. Н. Воронин) они также выкинут из ванны беспомощного и немощного ребенка, каковой, по сути, и является Республика Молдова. Кто может гарантировать, что это не случится? Даже если согласиться с утверждением, что ПКРМ и ее лидер не способны в принципе быть для всех государственников Молдовы объединяющей политической силой, то и в этом случае лучше развести по разным углам политического ринга проблему Воронина и проблему политического суверенитета нашей страны. Не стоит ставить под угрозу судьбу страны ради достижения сомнительной цели.

Да, нужна центристская сила, уравновешивающая две противоположности. Но в нашем случае нужна такая центристская сила, которая бы не поступалась принципами, которыми дорожат граждане-избиратели: политическим суверенитетом, нейтралитетом, демократическими ценностями, открытостью Востоку и Западу, европейской интеграцией, рыночной экономикой. Но в этом перечне принципов главнейшими являются два первых – политический суверенитет и нейтралитет. Именно они открывают зеленый свет всем остальным в Республике Молдова. Если не будет первых двух – все остальные, может быть, могут быть реализованы в Пруто-Днестровском междуречьи (оно никуда не исчезнет с географической карты), но не в Республике Молдова.

И когда человек, позиционирующий себя центристом, заявляет, что национальная идея для Молдовы – это благополучная и достойная жизнь ее народа, то у меня возникает вопрос: этот центрист ничего не понимает или меня за дурака держит? Даже Соединенные Штаты Америки все еще не обеспечили всем своим гражданам достойную и безбедную жизнь, что же говорить обо всех остальных! Но, по-моему, у США и у всех других государств мира есть национальные идеи, которые не исключают стремление власти обеспечить гражданам социально-экономическое благополучие, но не выдвигают ее главной, не ставят ее во главу угла. Национальная идея Бухареста в понимании его политического класса, например, состоит в воссоздании Великой Румынии образца первой половины XX века, составной частью которой в свое время была Бессарабия, часть территории современной правобережной Республики Молдова. Именно поэтому, наш политик, объявивший вышеозначенную «национальную идею» для граждан Республики Молдова, в том числе и для меня, вызывает у меня недоверие. Не исключено, что за этой формулой «национальной идеи» он скрывает отсутствие собственной позиции по вопросу о государственности и нейтралитете Республики Молдова. Ведь хорошую и достойную жизнь нам обещают обеспечить и в рамках другого государства, уже пользующегося всеми благами НАТО и ЕС, стоит только войти в него!

Или возьмем другую его центристскую позицию, состоящую в том, что он объявил себя борцом против двух радикальных политических сил, вошедших в парламент по результатам выборов 5 апреля. Но разве центризм заключается в том, чтобы вот таким образом выступать против крайностей? Сама идеология центризма, ее программные установки исключают любые крайности – избиратель это видит и оценивает. Центризм борется с радикализмом своей идеологией, изложенной в программных документах партии, а не в популистских заявлениях ее лидера. Это, во-первых.

А, во-вторых, предлагаю избирателю оценить одно заявление лидера этой центристской политической партии. Мариан Ильич Лупу, а именно о нем идет речь, заявил, что он, следовательно, и его партия, если войдет в Парламент по результатам выборов 29 июля, не будет голосовать за кандидата-коммуниста на пост президента Молдовы ни при каких обстоятельствах. Это означает, что он заранее рассматривает только себя в этом качестве! Но такое заявление с его стороны уместно лишь в том случае, если он уверен, что получит 61 и более депутатских мест в новом Парламенте страны. Такого расклада просто быть не может! Если это так, то тогда выходит, что М. Лупу заранее объявляет, что он будет добиваться своего президентства при поддержке праворадикальных сил либо поддержит кандидатуру, выдвигаемую этими силами, на пост президента. И получается, что он борется против радикализма правых, подготавливая одновременно почву для объединения с ними. Но в таком случае, это не центризм, а политическое шулерство.

Мало объявить себя центристом, выступающим против радикализма и крайностей левого и правого толка! Какой из себя центрист Д. Дьяков, всем известно. И если М. Лупу, чтобы стать спикером парламента вступил в ПКРМ, а чтобы стать президентом он выходит из нее, то это не позиция центриста, ибо она в политике и в жизни называется по-другому. Понимая, что в нынешней ситуации М. Лупу, неопытному еще политику, нужны голоса избирателей, я могу понять логику его действий. Но и он должен понять избирателя-государственника, опасающегося, чтобы экс-спикер не кинул не только его, но и его Республику Молдову – этим электорат и будет руководствоваться у избирательной урны 29 июля. Вот когда будет уверенность, что Мариан Ильич Лупу за суверенную, нейтральную и независимую Молдову, тогда он получит солидную поддержку у нашего избирателя.

Потому что сильно смущает выстроенная в стране партийная система без влиятельного центристского сегмента, не имеющая четкой и последовательной стратегической ориентации на укрепление государственности Республики Молдова. Но измененный партийно-политический имидж М. Лупу с леворадикального политика на центриста менее чем за два месяца до 29 июля, не содержит в себе определяющего центристского идеологического стержня, левоцентристского или правоцентристского. Он позиционирует себя как левоцентрист, но фактически ведет себя как правоцентрист и готов блокироваться с праворадикалами. По всей видимости, М. Лупу не сможет стать консолидирующей фигурой в политической жизни страны после досрочных выборов, даже если он будет избран президентом республики. Его просматривающийся союз с непримиримой праворадикальной оппозицией может в еще большей степени дестабилизировать политическое положение в стране, чем это имело место 7 апреля.

Другая центристская сила, идущая на выборы 29 апреля во главе с Д. Брагишем и В. Тарлевым имеет более привлекательную позицию по вопросу государственности Республики Молдова. Но ее лидеры не были убедительными в избирательной кампании в начале года. К тому же в событиях 7 апреля они повели себя не как проигравшие, а как обиженные, и не заняли адекватную позицию по их оценке. Избиратель все видит и все замечает! Во всяком случае, их ждет нелегкое испытание, они могут не выдержать его сейчас, но если они действительно намерены строить левоцентристскую партию, то это следует делать на протяжении всего четырехлетнего периода после 29 июля, отделяющего одну парламентскую кампанию от другой. Понимаем, что ни Брагиш, ни Тарлев не имеют в себе внутренних левоцентристских убеждений. Но все же рассчитываем на их интеллектуальный уровень и на то, что на протяжении следующих 4-х лет им удастся не только обозначить контуры такой левоцентристской идеологии в Молдове, но и вовлечь в партийные ряды молодежь, разделяющей ее по убеждению, а не по политической целесообразности текущего момента.

Обсудить