Алексей Тулбуре: правительство должно быть политическим

Кто должен быть премьером? Премьером должен быть лидер победившей на выборах партии. В нашем случае это лидер партии, набравшей наибольшее количество голосов среди партий, формирующих коалицию. Он же, следуя логике, является и лидером правящей коалиции.

Призывы вернуться к всенародным прямым выборам президента, доносящиеся отовсюду, заставили взяться за написание этого разъяснительного материала. Подозрения, что суть конституционной реформы 2000 года не совсем правильно понята не только населением, но и политическим классом Молдовы, были и на момент голосования (было мало времени для разъяснений, хотя мы, авторы реформы, старались все доступно довести до людей), сегодня же они подтверждаются массой примеров ошибочной трактовки тогдашних конституционных поправок.

Сразу же необходимо сказать, что реформа не сводилась к изменению способа избрания президента. Переход к выборам президента парламентом, а не прямым голосованием народа, было одним из следствий этой реформы. Реформы, которая явилась трансформацией исполнительной власти Молдовы. Целый ряд президентских прерогатив передавался парламенту и правительству, вносилась ясность в вопрос распределения полномочий в исполнительной власти. Премьер являлся главой исполнительной власти, но и президент обладал целым рядом полномочий, традиционно относящихся к исполнительной власти. Эти ситуации вели к конфликтам, вносили управленческую и правовую путаницу. Реформа была нацелена на преодоление этих противоречий.

Передача полномочий от президента правительству и парламенту ослабила институт президентства в Молдове, в то же время возросла роль правительства и премьера. Нет смысла перечислять все поправки 2000 года, достаточно сказать, что согласно новой редакции Конституции основные направления внутренней и внешней политики страны определялись парламентом, а правительство не только получало возможность формировать повестку дня парламента, но получало конституционные механизмы обеспечения поддержки своей политики со стороны парламента не только во время инвеституры, но и в любой момент на протяжении всего мандата правления (т.н. политические декларации и требование вотума доверия).

Если внимательно прочитать Конституцию, то станет ясно, что президент не принимает ни одного серьезного решения, ни в одной из сфер, будь то вопросы внешней политики или, скажем, кадровые без предварительного согласования, консультаций с парламентом или правительством. Точнее все решения (за исключением некоторых решений из сферы обороны в случае войны) принимаются парламентом и правительством, а президент их ФОРМАЛЬНО подтверждает. Ни в коем случае наоборот.

Результатом реформы стал переход от президентской (полупрезидентской) к парламентской республике в Молдове. Переход к парламентской демократии. Когда президент предлагает на пост премьера лидера победившей на выборах партии (а другого он и предложить не может и сметь не должен), он всего лишь подтверждает результаты народного волеизъявления. Роль его символическая. А роль премьера, роль лидера правящей партии политическая, главная. Он и его партия, его правительство несут полную ответственность за все, что происходит в стране. Он и его правительство обладают всеми полномочиями для управления государством. Так обстоят дела практически во всей демократической Европе, в монархиях и республиках. Исключение составляет Франция (Пятая Республика рождалась в огне кризиса), но у нее традиции, опыт, политическая культура и огромный резерв прочности, достаточный для того, чтобы выдержать даже президентский режим правления.

В ситуации, когда президент становится фигурой, обеспечивающей баланс и сотрудничество ветвей власти, а не активным руководителем одной из них, определяющим приоритеты, задачи, цели и пути их достижения. Когда президент, как фундаментальный элемент системы сдержек и противовесов, играет роль беспристрастного, объективного арбитра и гаранта стабильности и законности. Когда президент, являясь главой государства, остается при полномочиях скорее символических, чем утилитарных, прямой мандат народа ставит его в ситуацию невозможности соответствия ожиданиям избирателей. Проще: народ избрал напрямую президента и требует от него решения проблем. А он не имеет полномочий для этого. Президент при слабых полномочиях получает сильный народный мандат. В этой ситуации он либо ничего не делает, потому что не может и… теряет поддержку избирателей. Либо – стремится расширить полномочия, а это конфликты, противостояние с парламентом и правительством, нестабильность. Именно потому в 2000 году мы перешли на избрание президента парламентом.

Те, кто требуют возвращения к всенародному избранию президента, должны совершено четко понимать, что без придания президенту полномочий всенародный мандат для главы государства приведет только к фрустрациям и конфликтам между ветвями власти в стране. Возвращение к прямому голосованию главы государства должно по логике сопровождаться отменой реформы 2000 года. Только так, казалось бы, можно избежать противоречий, перекосов и конфликтов. Однако опыт показывает, что это не так. Мы возвращаемся к ситуации 90-х гг., когда вся политическая жизнь страны была отмечена конфликтами между президентом, парламентом и правительством.

Сохранение и укрепление парламентской демократии в Молдове представляется единственно верным вариантом для нашей страны. Реформу 2000 года необходимо довести до конца, все серьезные полномочия (оставшиеся) главы государства передать парламенту и правительству, тем самым сняв напряжение вокруг поста президента. За это сегодня выступает и ПКРМ, однако следует напомнить, что именно Владимир Воронин в 2000 году настоял на сохранении полномочий президента в сфере внешней политики и обороны. Уже тогда он был уверен (сегодня признаем, что не без оснований), что следующим президентом станет именно он.

Институциональная стабильность и бесконфликтность в период 2001-2009 гг. не является, к сожаленью следствием конституционной реформы 2000 года. ПКРМ всей своей политической практикой исказила и опровергла логику новой Конституции, ничего похожего на парламентскую демократию в этот период мы в Молдове не имели. Насаждение т.н. вертикали власти (по-другому это называется управление в ручном режиме из президентского дворца со всеми сопутствующими этому непрофессионализмом, правовым беспределом, бесконтрольности исполнения указаний и всеобщим бардаком), подавление оппозиции, свободной прессы, контроль над правосудием и бизнесом – все это создавало иллюзию стабильности. Апрель 2009 года эту иллюзию разбил.

Сегодня у Молдовы есть шанс вернуть все с головы на ноги. Конституция дает прекрасную возможность создания в Молдове стройной, гибкой, эффективной власти. Результаты выборов эту возможность внесли в текущую политическую повестку дня. Переговоры между парламентскими партиями должны завершиться созданием правительства, являющегося политическим авангардом парламентского большинства, пользующимся мощной поддержкой последнего.

Эффективность, стабильность и долгосрочность правящей коалиции - вот, как представляется, главные вопросы, обсуждаемые на переговорах по формированию коалиции. Если коалиция будет создана четырьмя демократическими партиями, то стабильности ей, помимо прочего, придаст и правильное, в соответствии с буквой и духом Конституции, распределение высших государственных постом между лидерами этих 4-х политических формирований. Точнее, правильный выбор кандидата на пост премьер-министра, поскольку в парламентской демократии, за восстановление которой ратуют все четыре некоммунистические партии, именно этот пост является главным.

Новая правящая коалиция не должна повторять опыт ПКРМ, когда в правительство отправлялись т.н. технократы, фигуры неполитические, получившие мандат на правление не от избирателей, а лично от президента Воронина. И правительство Тарлева, и правительство Гречанной – слабые правительства. Это кабинеты не политиков смелых, инициативных, берущих на себя ответственность за выработанные и проводимые политики, а кабинеты запуганных, подобострастных исполнителей, зависящих не от избирателей, а от воли и капризов лидера ПКРМ. Любые неполитические, непартийные правительства – это правительства слабые.

Итак, правительство должно быть политическим. Правительство должно быть сильным. Именно оно (при поддержке своего большинства в парламенте) будет определять приоритеты внутренней и внешней политики страны на ближайшие четыре года.

Кто должен быть премьером? Премьером должен быть лидер победившей на выборах партии. В нашем случае это лидер партии, набравшей наибольшее количество голосов среди партий, формирующих коалицию. Он же, следуя логике, является и лидером правящей коалиции. Коалиция при этом может избрать формального лидера парламентского большинства. В 1998 году лидером Альянса за Демократию и Реформы (АДР) в парламенте был избран г-н А. Мошану, не как лидер самой многочисленной фракции, а как самый уважаемый член объединенной команды в парламенте. Не надо, однако, забывать, что АДР создавалась еще при старой Конституции.

Конечно, можно предложить этот пост другим руководителям коалиции или членам упомянутых четырех партий – это не будет формальным нарушением Конституции. Это будет противоречить духу Конституции. Отказ лидеру (по праву сильнейшего) коалиции в выдвижении на пост премьера будет означать, что правительство будет ПОЛИТИЧЕСКИ ослаблено и подвержено дополнительным (не неизбежным) рискам.

Вполне допускаю, что среди 53 депутатов объединенной коалиции есть люди, разбирающиеся в экономике, праве, управлении лучше г-на Филата. Однако среди всех этих людей на сегодняшний день он является самым успешным и самым сильным политиком. Пост премьера политический пост, т.н. технократы должны остаться в прошлом. И в этом смысле Филат, по определению, единственный кандидат на пост премьера.

Невыдвижение лидера правящей коалиции на самый важный пост в стране может означать либо недопонимание логики функционирования политической системы в стране, либо нежелание приведения ситуации в соответствие с Конституцией, либо неверие в успех коалиции. Сегодня для нас всех особенно важно доказательство того, что Молдова возвращается к нормальному конституционному строю, к режиму реальной парламентской демократии. Свидетельством того явится выдвижение Влада Филата на пост премьер-министра Молдовы. Это, несомненно, понимает и сам г-н Филат.

Что же касается постов президента, спикера и пр. высказываться не буду. На этот счет комментариев хватает, с большинством из них я согласен. Хочу только добавить, что проблема избрания президента решится куда проще (в варианте Лупу или непартийного кандидата), если коалиция покажет свою способность создать сильное и стабильное правительство. Повторяю, такое правительство должно состоять из членов соответствующих партий, т.е. быть исключительно политическим (что не значит непрофессиональным и неквалифицированным), и возглавляться лидером самой сильной партии коалиции. Тогда это всерьез и надолго.

Обсудить