Владимир Цеслюк: На развалинах

И с чего бы это Молдова поверила (или делала вид, что в сто раз подлее) в реалии евроинтеграции, предложенной ей, как последней дуре, коммунистами, хотя обе стороны знали: ни с такими наглыми лидерами, ни с таким безропотным населением и в ЕС не попадешь, и Европу у себя не построишь. Такая обоюдная безответственность возможна только на развалинах страны.

Казалось, все важные вопросы после апрельских выборов уже прозвучали и ответы на них получены. Об апреле осталось только огласить приговор суда. Какой он будет, если будет объективным, более или менее понятно. После июльской кампании вопросов будто бы и нет вовсе. Разве вопрос, кто, к примеру, будет президентом? Кто-то ведь все равно будет. Причем, его изберут по предложению некоммунистических партий, а лидеры коммунистов извлекут из своего участия в голосовании за него первую и нужную для последующей отсидки в оппозиции политическую выгоду – им дадут соломки, которой будет чуть больше, чтобы не было так больно.

Результаты голосования 29 июля, признаем, вытащили на свет не вопрос, а так, ехидное замечание – и где теперь президент России Дмитрий Медведев со своими поздравлениями в адрес товарища Воронина, почему же, как в апреле, не поздравил он своего молдавского коллегу? Понимание, что ответа не дождешься, и позволило подвести такой итог московского участия в двух молдавских избирательных кампаниях - «Прощай, умытая Россия». Комментарий к политическим событиям в РМ с таким заголовком говорил об «умытой России» как об обманутом и обманувшемся участнике, которому долго еще придется смотреть тупо в пол и ждать, когда ее стыд надоест всем.

И так бы вошли в новую жизнь после выборов, которую еще предстоит назвать и оценивать, но которая уже точно представляется некоммунистической, если бы невесть откуда взявшийся вопрос. Коммунистические пропагандисты еще не остыли от предвыборного азарта и еще с удовольствием сыплют над страной трагически-революционными оборотами. «Можно ли, - захлебываются они негодованием, - за рюмкой «чая» обсуждать будущее страны?». Так они бьюn тревогу по поводу консультаций четырех партий, встречающихся в «ресторанных условиях». И здесь же о «пренебрежительном отношении» к Партии коммунистов со стороны оппозиции. «Как отреагируют, - привычно провокационно, по-гапоновски, вскидывают они руки к небесам, - на действия либералов те самые 700 тысяч избирателей, отдавших свои голоса ПКРМ?».

Поговорим. Но, знаете ли, какая тяжелая и прямо скажем туповатая публика – эти красные пропагандисты; покорная и страстная (милые сочетания – они в итоге превратили советскую пропаганду в посмешище, а она следом сделала из советских коммунистов трусливых держателей партбилетов), а преданность идеи и вождям делает их еще тяжелее и тупее. И все-таки надо поговорить.

Сначала о простом ответе на важнейший, как им, должно быть, кажется, вопрос о волеизъявлении сторонников молдавского коммунизма и их праве на защиту «родной партии» (в нем ведь и намеки есть – а ну как выйдут все семьсот тысяч, а ну как перегородят, перероют, забастуют, «лягут на рельсы», требуя от либералов, чтобы те не позволяли пренебрегать и обзываться. Никто, господа, не выйдет. 700 тысяч – это сегодня, пожалуй, самая аморфная часть молдавского электората. Многие из них не хотят перемен, поскольку им и так живется неплохо – не сытно, но лишь бы не было войны, не радостно за себя и за детей, рванувших на чужбину за лучшей долей, но жизнь, как показывает их опыт, вообще не очень-то радостное мероприятие… Тысяча-полторы из семисот тысяч – это жирные «красные коты». Не царское дело трястись по митингам протеста. В лучшем случае они дадут денег не харч и водку для поддержания сил кучке нанятых протестующих. А пяток тысяч чиновников, получивших из рук ПКРМ должности, найдет миллион уважительных причин (физическая немощь, больная теща в Распупенах, важные переговоры о подъеме промышленного производства страны, поднимающейся с колен), чтобы не держать на ветру непослушные кумачовые полотнища «руки прочь», «да здравствует народовластие», «даешь свободу, хлеб, работу».

В 1999 году, когда ПКРМ играла ведущую роль в Союзе левых и левоцентристских партий, и когда владела в парламенте РМ 40 мандатами, председатель партии Воронин всячески пресекал протестные настроения внутри Союза. Однажды на предложение провести серию митингов по социально-экономическим проблемам страны и бедственному положению бюджетников и пенсионеров, Воронин ответил: «Гарантируйте обеспечение явки тысячи тысяч народу, тогда и обсудим». В начале 1999 года, да еще и накануне местных выборов, Воронин был куда смелее, азартнее, а партия перспективнее и интереснее не только для внутренних, но и для внешних сил, чем сейчас. В стране сторонников у нее было чуть меньше – примерно 600 тысяч проголосовавших за ПКРМ на парламентских выборах 1998 года. Так что не надо грозить «всенародным гневом». Вообще, намек на него предлагает не забывать, что коммунисты не отказались и не собираются отказываться от партийной задачи разделить страну на «своих» и «чужих». И что они не поняли самого главного, руководя Молдовой: такая, как она, страна, станет тогда полноценным государством, когда в ней будут одинаково комфортно всем, в том числе и «доморощенным румынчикам», и «политическому бомжатнику», т.е. всем, кто не согласен с «линей партии и правительства».

О «рюмке чая» и месте, где достойно обсуждать судьбы молдавской государственности. Поговорим. Обсуждать будущее страны можно и так. Обсуждать будущее и настоящее такой Молдовы, которую оставляют после себя коммуниствы-воронинцы, можно где угодно и как угодно. Стране, пребывающей в моральных развалинах после ПКРМ, не до жиру и щепетильности. Хоть сидя на горшках. Лишь бы делом, а не болтовней приблизиться к решению проблем, без чего она и не страна вовсе. Заткнуть, в конце концов, носы и решать. Пока же Молдова гибнет, если трезво оценить поведение лидеров ПКРМ после выборов. Хрен вы без нас что решите. Это их лозунг, не позволяющий хоть бы на минутку оглянуться на развалинах. Вот что мы сегодня имеем. Развалины и мрак. Если страна ни разу не вздрогнула от манер коммунистов бороться с оппонентами и не разу не спросила у правящей партии: вы куда, товарищи, катитесь, запирая детей несогласных с вашей политикой в тюрьмы? И партия, объявившая себя ведущей силой, не спросила у Воронина: политические заложники – не слишком ли высокая цена за место у руля? Все молчали. Потому-то апрель стал возможен – опять заложники (уже сотни), мордобой, вранье, наглые лица партийных начальничков…

Не спросила Молдова с ПКРМ и за тупик в приднестровском урегулировании. Ни одно заявление (ну, ни одно) президента-коммуниста о том, как и что он намерен предпринять для «восстановления территориальной целостности» не получило практического развития. Разве не повод спросить у Кишинева за «бесцельно прожитые годы»? Молдове коммунисты затыкали рот – не вашего ума дело, мы знаем, мы рулим, мы получили право шептаться то с Москвой, то с Брюсселем, - а она мирилась со своим молчанием.

И что за страна, прости, Господи, такая, если в выборах ее президента участвует еще кто-то, кроме депутатов парламента, избранных народом? Молдова не взвыла и продолжила молча жить еще четыре года под коммунистами, хоть и узнала, что американские и западные гонцы убеждали оппозицию, сформированную после выборов 2005 года, вновь избрать главой государства Воронина. А они, оппозиционеры, лично ненавидящие Воронина как человека и его лживую идеологию (а молдавский коммунизм в исполнении местных товарищей – идеология лживая и для страны пагубная), поддержав кандидатуру главного коммуниста, продолжали упорно трудиться в стенах парламента (их труд здесь бывает только упорный), и, заметим, продолжали без стеснений критиковать политику ПКРМ и политику президента страны.

И с чего бы это Молдова поверила (или делала вид, что в сто раз подлее) в реалии евроинтеграции, предложенной ей, как последней дуре, коммунистами, хотя обе стороны знали: ни с такими наглыми лидерами, ни с таким безропотным населением и в ЕС не попадешь, и Европу у себя не построишь. Такая обоюдная безответственность возможна только на развалинах страны. Вспомните недавнее советское - они делают вид, что платят, мы делаем вид, что работаем. Нет уже такой страны. Неужели не понятно, почему она пропала?

Конечно, о «рюмке чая» коммунисты высказались, чтобы впрямую не сказать о «нетрезвых либералах, решающих в кишиневских кабаках судьбы Родины». Какой стыд, так надо понимать воронинцев, какое неуважение: мы призывали все общество защитить Родину, мы доверяли всем и каждому опасную и ответственную работу, а эти, ты ж понимаешь, в узком кругу, да еще в нетрезвом виде… Ох, напрасно они затронули тему. Поговорим. Случилось, Воронин, кстати, от имени страны визжал на весь мир: да, мы, т.е. Молдова, лучше выльем все вино в Днестр, чем будет вести свои винные дела по указке Москвы. И потом случилось. Он же сам создал группу парламентариев для походов по московским кабинетам, чтобы там «за рюмкой чая» («рюмки чая» были с собой) решать «винные проблемы». Участники от молдавской стороны по возвращении рассказывали: депутаты и чиновники хвалили молдавское вино и говорили, хваля, что не в качестве вина дела, а совсем в другом. И тогда же кишиневские функционеры организовали поездку большой группы российских журналистов в Кишинев. В программе – каждый день посещение винзаводов, обеды и ужины – в Доме вина… Один из вечеров закончился хоровым пением «главной песни» - Союз нерушимый республик свободных. … Эти руины, оставленные коммунистами, так сразу и не разгребешь, чтобы построить приличное государство.
tiras.ru

Владимир Цеслюк, политический обозреватель агентства НИКА-пресс о поствыборной ситуации в Молдове

Обсудить