Дмитрий Соин: Референдум легитимности

Ставки на самом деле очень велики. Стороны фактически «сожгли мосты» и пространство для маневра отсутствует. На мой взгляд, предстоящий референдум - это не только волеизъявление народа по новой конституции, но и вотум доверия либо недоверия самому Смирнову.

Конституционные потрясения в Приднестровье только на первый взгляд кажутся спонтанными и лавинообразными. На самом деле, кампания по очередному перераспределению властных полномочий началась не вчера, и даже не месяц, и не два назад. Политическое сражение вокруг новой конституции имеет глубинные экономические корни и основано на желании, с одной стороны, новых экономических элит конвертировать свое богатство во власть, а с другой стороны, стремлением старых элит сохранить за собой любой ценой право на господство и контроль над региональными финансовыми потоками…

Политическая надстройка новой элиты – партия «Обновление» в два этапа, сначала в 2000 году, а затем в 2005-м, взяла под контроль Верховный Совет республики, а также значительную часть местных Советов, включая столичный. «Старая гвардия», в лице президента Смирнова и его окружения, поначалу не была встревожена этим, и даже с пониманием относилась к продвижению «Обновления» во власть. Обновленцев почему-то считали подконтрольными и соответственно не опасными. Первые фрондерские действия Евгения Шевчука и его единомышленников воспринимались не более чем юношеский максимализм. Это и преодоление вето президента, и «наезды» на его любимых министров, и даже атака на семейный банк Олега и Марины Смирновых – сына и невестки главы ПМР. Президент Смирнов мог запросто принять у себя в кабинете спикера в джинсах и майке. Такое нарушение этикета тоже свидетельствовало о неких отеческих чувствах лидера страны к молодому Шевчуку.

Но все резко изменилось после того, как кто-то сказал, что Смирнов устал от власти, собирается уйти и готовит себе преемника. Такая информация стала активно циркулировать в политических кругах Приднестровья примерно с 2008 года. Этот посыл стал сигналом к резкому обострению борьбы между потенциальными преемниками Игоря Смирнова. Таковыми считались младореформатор Евгений Шевчук и вице-президент, консерватор Александр Королев. Шевчук осознавал, что его должность спикера в президентской республике все же менее функциональна, чем должность президента. Младореформаторы понимали, что пришло время громко заявить о себе и своих претензиях на власть. Тем более что вице-президент активно набирал политические баллы: усиливалось его влияние на государственные СМИ, накачивались мускулы подконтрольного ему МВД, создавались собственные экономические агенты. Нервозность возрастала еще и от того, что президент всячески подчеркивал свою близость с Королевым, тем самым давая понять, кого бы он видел своим преемником.

Внутри Приднестровья Королев не устраивал крупный бизнес и младореформаторов из-за своего консерватизма и практически нескрываемого желания пересмотреть итоги приватизации. Традиционалист по натуре, вице-президент, конечно, не соответствует современным взглядам на политику, тормозит политические реформы, выступает против многопартийности и связанных с этим демократических процедур. Понятно, что это вступает в стратегическое противоречие с общеевропейскими и, кстати, российскими тенденциями развития политической системы. Принятие за основу государственного устройства «рецептов» от Королева, конечно, привело бы в конечном итоге к внешней изоляции ПМР. Если это все же случится, то Россия уже не сможет, как прежде защищать наши интересы, Евросоюз отменит свои преференции для нашего экспорта, а Украина, скорее всего, поддержит европейцев. В свою очередь, Молдова получит козыри в давлении на неугодный Тирасполь, обвиняя его в тоталитаризме и полном отсутствии демократии. К тому же, Александр Королев имеет репутацию проукраинского политика, лоббиста памятника Мазепе и прочих неприятных для России вещей. А роль Москвы в Приднестровье является определяющей. В общем, «звезды сошлись», «час пробил», и депутаты пошли в хорошо подготовленное, как им казалось, политическое наступление.

Это выразилось в апрельских поправках к конституции, известных как «инициатива 16-ти». Речь идет о группе депутатов от «Обновления», за которыми стоял Евгений Шевчук. Поправки были заявлены как пророссийские, но на самом деле их острие было направлено против вице-президента Королева. Его должность в системе власти упразднялась, и, следовательно, он как политик просто обнулялся. Поправки как бы невзначай усиливали роль и властные полномочия парламента, что также было актуально в случае возможного ухода из власти Игоря Смирнова. С точки зрения конституционного права, действия депутатов были безупречны. Но политически они вчистую проиграли.

Казалось, в разгар беспроигрышных событий неожиданно для депутатов начался их жесткий прессинг. Выяснилось, что кто-то дал фальстарт и ложные гарантии успеха. Игорь Смирнов никуда уходить не собирался, и, судя по его спортивной форме и энергии, не исключено, что он пойдет и на следующие выборы. И вполне возможно, снова их выиграет. Депутатский натиск был легко отбит небольшой группой сторонников Игоря Смирнова, а государственные СМИ завершили разгром Шевчука и его группы. После короткой, насыщенной скандалами схватки сторонников и противников Игоря Смирнова депутаты отступили, отозвали поправки, а спикер Евгений Шевчук ушел в отставку. Отметим, что и президент сделал важную уступку – вице-президент лишился должностей главы администрации президента, его детище Совет безопасности фактически распустили, а полномочия самого Королева сузили до уровня патриотического воспитания молодежи и связей с общественностью.

Но президента такие размены не устроили, и созданная им конституционная комиссия быстро породила новый вариант основного закона. Это, заметим, на фоне уговоров Игоря Николаевича отказаться от конституционной реформы, помириться с депутатами и зажить, как было раньше – в состоянии консенсуса элит. Причем формально это подается как продолжение поднятой депутатами в апреле темы – гармонизации конституций России и Приднестровья. Почему это происходит? Потому что впервые за двадцать лет правления президент Смирнов неожиданно почувствовал угрозу своей власти.

Почувствовал - и решил перестраховаться. Да так, чтобы уже ни у кого не возникало сомнений, кто дома хозяин. Не вдаваясь в подробности, скажу одно – по этой конституции президент может все. Она действительно является относительной копией российской конституции, но с некоторыми концептуальными оговорками. Так, в ней не ограничено количество сроков пребывания одного лица в президентском кресле и не закреплен принцип избрания депутатов по партийным спискам. Главы администраций, сверху до низу, от города до небольшого поселка не избираются, а назначаются президентом. Судьи тоже назначаются главой ПМР. Это породило критику проекта с позиций его несоответствия демократическим нормам. Игоря Смирнова начали все громче обвинять в попытке узурпации власти, в консервации сложившейся в Приднестровье тоталитарной системе управления, когда только одно лицо – президент – решает все.

В свою очередь, Игорь Смирнов просто «проломил» свой проект через комиссию, и он вот-вот будет вынесен на референдум. Оппонентам президент отвечает тем, что его проект максимально приближен к конституции РФ. Любая критика конституционного детища просто не воспринимается. В том числе, критика с позиций финансовой целесообразности – на дворе экономический кризис, а референдум требует денег. Также остро стоит ключевой для Приднестровья вопрос – сохранения внутреннего единства общества. Споры вокруг референдума уже его раскололи. Внешний имидж ПМР тоже под большим вопросом. Обвинения в тоталитаризме уже прозвучали и, видимо, это только начало негативной информационной волны.

Ставки на самом деле очень велики. Стороны фактически «сожгли мосты» и пространство для маневра отсутствует. На мой взгляд, предстоящий референдум - это не только волеизъявление народа по новой конституции, но и вотум доверия либо недоверия самому Смирнову. Кстати, он сам же об этом и заявлял. Выиграет референдум – выиграет и президентские выборы 2011 года. Проиграет - возникнет кризис доверия власти. Под сомнение будет поставлена легитимность самого Смирнова как главы государства. И тогда речь уже пойдет не о победе в 2011 году, а о возможных досрочных президентских выборах. Не сомневаюсь, что в случае провала референдума оппоненты Смирнова поставят вопрос именно об этом.

Дмитрий Соин - лидер движения «ПРОРЫВ!», кандидат социологических наук


политком.ру

Обсудить