Богдан Цырдя: Молдавская нация раздроблена

В Молдове нужно сформировать современную национальную элиту: политическую, экономическую, культурную. Именно элиту, а не этноэлиту. Элиту, гордящуюся своей, а не чужой землей, чувствующую себя «как дома» в Кишиневе, а не в столицах других государств.


Как известно из политической теории, государство есть политическая форма организации нации, форма самоопределения народа. Но в постсоветской Молдове, провозгласившей себя суверенным и независимы государством, с самого начала одна часть местной элиты поставила себе целью объединение Молдовы с Румынией, другая часть – объединение с Россией, третья ратовала за подлинную национальную независимость.

Проблема Молдовы усугубляется еще и тем, что в нашей многонациональной стране не только на уровне народа, но даже и на уровне элиты нет четкого единого национального сознания, а, значит, нет и нации, как таковой, в её классическом понимании.

Молдавская нация раздроблена, поэтому раздроблено и слабо и само государство. Не успев решить проблему строительства национального государства, интегрировать страну изнутри, местные элиты поспешили интегрировать её вовне: в СНГ (1991 г.), в Союз Россия–Беларусь (2001 г.), в ЕС (2004 г.).

При этом не было принято во внимание то важнейшее обстоятельство, что проблема государственности Молдовы окончательно не решена.

Парадокс Молдовы состоит в том, что здесь начали строить национальное государство, не имея, фактически, нации; начали строить капитализм, не имея буржуазии; начали строить плюралистическое общество, но сугубо тоталитарными методами (запрет Компартии в 1991 году, угрозы запрета ХДНП в 2002-2003 г.г и ПКРМ в 2009 году).

В Молдове идея модернизации исходила, как правило, извне. То есть из России (1812-1917 и 1944-1991 г.г.) и из Румынии (1918-1940 г.г.). Поэтому модернистский элемент на молдавской политической почве был неизменно хрупким, держался, в основном, на связях страны с метрополиями.

Как только исчезла эта связь - исчез и модернистский элемент в Молдове. Исчез вместе со всем, что было привнесено в страну метрополией - предприятиями, специалистами, технологиями, ментальностью,

Ответ на вопрос о причинах этих явлений весьма прост. В начале 90-х годов прошлого века Молдова прошла через жесткие реформы, проводившиеся без учёта её особенностей и потребностей, которые, по сути, привели к демодернизации страны, отбросили её в своём развитии далеко назад, в 19-ый век. Во власть устремились этноэлиты, которые пытались обосновать свое господство на основе вытащенных из нафталина затхлых этноцентристких теорий.

Вследствие этого Молдова, будучи отброшенной назад, была вынуждена решать проблемы не 21-го, а 19-го века:

-проблему создания этнической нации (не гражданской, а именно этнической);
-проблему строительства мононационального государства (вопреки его реальной многонациональности);
-проблему строительства капитализма, вернее, дикого капитализма, который облегчил процесс раздела госсобственности между партийными и национальными элитами.

По сути, формально провозглашенная борьба за национальное возрождение была фактически использована этноэлитами для собственного закрепления во власти и устранение конкурентов.

Этноэлита - есть продукт закрытого общества. Продукт не модерна, а архаики. Этноэлиты, как известно не могут, да и не желают построить современное национальное демократическое государство.

Максимум, что они могут сделать, так это соорудить клановое, этническое государство, ничего общего не имеющее с демократией.

Еще Т.Адорно доказал связь между этноцентризмом и диктатурой. К нашей беде, мы заменили с начала 90-х годов дискурс демократический на дискурс этнический. А ведь этнократическое государство всегда слишком далеко от демократии.

Даже сегодня, после 15 лет мониторинга со стороны Совета Европы, в пирамиде власти в Молдове очень мало представителей нацменьшинств. Зато вовсю процветают кровнородственные связи, всплывают фамилии детей министров, премьеров, партийных лидеров и даже президентов.

Кто-то скажет, что в США то же самое, там тоже есть «политические династии». Да, это так. С одной лишь разницей: там Хилари Клинтон, например, не её муж назначил сенатором. Её избрал на эту должность сам американский народ.

Кто такие румынисты и молдовенисты?

Наша страна уже 20 лет разрывается между румынистами и молдовенистами, которые, часто сами того не понимая, исправно обслуживают интересы этноэлит.

И те и другие являются, по сути, сторонниками примордиализма, то есть примата расы, крови, языка, культуры. Следовательно, и те и другие являются этническими фундаменталистами.

Румынисты утверждают, что молдаване как этнос и нация – есть изобретение Сталина, для которого важно было изобрести «молдавскую нацию», отличную от румын, дабы обосновать советское господство над Бессарабией.

Не могли ведь, утверждает румынист Михай Гимпу, советские войска освободить румын от румын. Они должны были освобождать молдаван от румынского господства.

Молдова, с их точки зрения, исчезла в 1859 году, с образованием румынского государства. Бессарабия, даже если имела политическую автономию, прекратила своё государственное существование. Следовательно, празднование 650-летия молдавского княжества, провозглашённое молдовенистами, есть чисто политический, антинаучный акт.

Самоидентифицируя себя только с этническими румынами, молдавские румынисты решительно отказывают в праве на самоидентификацию людям всех других национальностей, проживающим в Молдове.

В Молдове румынисты считают себя единственных «настоящей национальной элитой», наиболее образованными и начитанными людьми. Следовательно, все те, кто считают себя молдаванами, являются в их понимании либо необразованными людьми, манкуртами, либо жертвами «советской пропаганды».

Тот аргумент что свыше 80% мажоритарного населения Молдовы считает себя молдаванами, румынисты категорически отвергают, заявляя, что эти люди являются продуктом «советской пропаганды», которая так затуманила их сознание, что они до сих пор не поняли «исторической правды».

В принципе, молдавские румынисты предпочитают оперировать не современными модернисткими понятиями (государство, гражданская нация, гражданин), а исключительно архаическими (народ, род, мир, то есть neam, neamul romanesc, Tara), «два румынских государства», Бессарабия (то есть часть старой Королевской Румынии).

Само понятие Бессарабия, которым оперируют румынисты, в сущности, является открытым отрицанием ими молдавской государственности. Вместо политико-юридического понятия «молдавское государство» (Stat), румынисты предпочитают оперировать эмоционально-насыщеным термином «Tara», имея в виду Румынию.

Данный термин имеет не только юридическое, но и патриархальное содержание, означающий, к тому же, и поле, и село (Am fost la tara- был в деревне).

Молдовенисты в нашей стране, с легкой руки румынистов называемые «примитивными молдовенистами», считают, напротив, что именно этнические молдаване представляют свыше 80% населения нашей страны.

Существование молдавского этноса и молдавской нации имеет обоснование в самом факте существования молдавского государства с 1359 года и по сей день.

И в Бессарабии, и в МССР присутствовал фактор государственности. Молдаване сформировались в отдельный от румын народ еще и потому, что модернизация здесь пошла другим путем.

Молдавский этнос фигурирует в молдавских летописях, в работах многих ученных (Д.Кантемир). У молдавского этноса есть свои особенности: психология, язык, использование издревле кириллицы, православие, близость к Росси

От феодального этноса к современной нации


И румынисты, и молдовенисты, являются, по сути, антимодернистами, то есть отбрасывают Молдову в 19-ый век, когда происходило создание этнических наций.

Превознося родство по крови, этнос, язык, они закрывают Молдову для внешнего мира, тормозят инвестиции, приход новых людей и мозгов, которые являются для них «чужаками».

Для этих субъектов принцип сородича куда выше принципа гражданина, принцип клана намного выше принципа государства, а принципы круговой поруки и вендетты вытесняют принципы верховенства закона и гражданского суда.

Сами того не понимая, сторонники этих двух течений тормозят модернизацию и демократизацию страны, её прорыв в современность. Они создают и поддерживают раскол страны и нации, общественного сознания.

А ведь ещё Д.Растоу утверждал, что без национального единства, без единой национальной идентичности и территориально-государственного единства, переход к демократии невозможен в принципе.

Благодаря румынистам, молдовенистам и использующим их в своих интересах этноэлитам, наша страна вот уже 20 лет не может заверить переходной период, выйти из состояния бедности, покончить с поразившими её кумовством и коррупцией.

В США, Франции, Бельгии, Швейцарии, Бразилии, России отказались от этнической нации, в пользу гражданской. В России, например, президент обращается к гражданам своей страны, используя термин «россиянин», а не «русские». В США все граждане - и этнические монголы, и китайцы, и англичане, и другие - являются «американцами».

Но всего этого нет в Молдове, где граждане идентифицирует себя с другими государствами: с Румынией, Болгарией, Россией.

Поэтому нужно раз и навсегда поставить точку в спорах о том, кто мы и куда идем. Нужно модернизировать страну, создать современную гражданскую нацию, объединить общество на основе общих ценностей. Для начала, однако, нужно объединить самих молдаван.

Такие партии, как ДПМ, СДП, ПКРМ и АНМ должны создать Национальный комитет «Про Молдова», куда следует пригласить ученых, культурологов, политологов, лингвистов.

Нашей стране нужен не пакт элит, а новый Общественный Договор. Нужна новая Конституция, в которой следует четко утвердить через референдум, что мы строим молдавскую гражданскую нацию, со своей историей, самобытностью, культурой, с духовными корнями, уходящими глубоко в православие. Не этническую, а именно гражданскую нацию, открытую для всех, кто разделяет наши законы, историю, культуру, язык.

Мы должны четко определиться, является ли Молдова вторым румынским государством, или же самобытной независимой страной. Это нужно четко и ясно прописать в преамбуле Конституции.

Важен и вопрос истории. В самой Румынии нет такого предмета как «История румын», а есть лишь «История». Зачем тогда нужен такой предмет в Молдове? Да еще и со штампами времён Чаушеску, которые в самой Румынии сегодня ничего, кроме кривых усмешек не вызывают?

Насчет языка в Конституции можно написать через черточку молдавский/румынский. А можно ввести румынский язык и литературу или молдо-румынский. В этом вопросе без консенсуса не обойтись.

Нужно объединить и само молдавское общество. В других многонациональных странах (Канада, Швейцария, Бельгия) есть два-три государственных языка, мощная децентрализация власти. Это, кстати, европейский принцип.

Учитывая тот факт, что поводом для раскола страны и создания Приднестровья была языковая проблема, с неё и нужно начинать движение по пути урегулирования конфликта между Кишинёвом и Тирасполем. Надо устранять причину, а не её следствие.

Возможно, выходом является введение в Молдове русского языка в качестве второго государственного, который и так де факто является в нашей стране вторым по значению. Но это уже предмет референдума.

При этом реальное двуязычие должно будет стать обязательным для всех граждан, а условия для изучения языка должно обеспечивать само государство на средства из европейских фондов. Только так можно будет привлечь Приднестровье, ослабить этноэлиту, прорваться в модерн.

Если население не будет владеть языком большинства страны, мы рискуем создать два автономных анклава, не контактирующих друг с другом и не признающих друг друга, которые рано или поздно распадутся

Только мощная децентрализация и даже федерализм подорвут основы влияния молдавских кланов, местных царьков и помещиков, освободят народ, дадут ему возможность экономической и политической инициативы.

Вывод из сказанного выше может быть только один: до полноценного национального государства Молдова ещё не доросла. Нам ещё только предстоит создать молдавскую нацию на объединяющей её культурной и политической основе.

Для этого нужно сформировать современную национальную элиту: политическую, экономическую, культурную. Именно элиту, а не этноэлиту. Элиту, гордящуюся своей, а не чужой землей, чувствующую себя «как дома» в Кишиневе, а не в столицах других государств.

Нужны государственные символы и мифы, праздники и события. К примеру, государство Китайская Народная Республика имеет от роду 60 лет. Но история самого Китая насчитывает 5 тысячелетий.

Поэтому мы тоже должны четко заявить, что празднуем годовщину исторической молдавской государственности, которой более 650 лет, а не юбилей государства Республика Молдова.

Только так мы сможем стать народом, будем достойны собственной страны. В противном случае, мы превратимся просто в население, в некую человеческую массу, которую используют либо для сбыта ей потребительских товаров, либо в качестве дешевой рабочей силы, либо в качестве «пушечного мяса».

Каким путём идти, каких проводников поставить во главе своего движения по пути модернизации, какие знамёна поднять над собой - выбор за нами самими.

Обсудить