Молдова: наука, образование, власть (какие наука и образование нам нужны)

Проблему власти в Молдове, столь актуальную в настоящее время, мы будем рассматривать не как таковую, а через призму ее взаимосвязи с наукой и образованием. Ведь проблема власти в Молдове, в конечном счете, сводится к ответу на вопрос: “Как нам обустроить Молдову?” А без ответа на вопрос, какие наука и образование нам нужны нельзя ответить и на этот основной вопрос.

Немного истории. В отличие, например, от Европы или России, где наука и высшее образование( в классическом их понимании) зародились существенно ранее, в Молдове начало их развития можно отнести только к периоду после Второй мировой войны. Именно создание Кишиневского государственного университета, медицинского и педагогического институтов, Молдавского филиала Академии наук СССР, а затем и Академии наук, сети отраслевых научно-исследовательских институтов послужили той основой, которая обеспечила развитие сферы экономики, культуры и здравоохранения Молдовы в советский (и что не следует забывать, в постсоветский) период. При всем уважении к аграрному филиалу Ясского университета в Кишиневе и Тираспольскому пединституту, существовавших еще в 30-е годы, их влияние на последующие развитие экономики, науки и образования в Республике несравнимо с тем, что было заложено и реализовано в послевоенные годы. В ряду “преступлений коммунистического режима” в Молдове неплохо было бы отметить и „преступления”, связанные с возможностью доступа самых широких слоев населения к образованию, в том числе высшему, развития науки в Республике, создания наукоемких сфер экономики.


C 90-х годов ХХ века специальная комиссия ООН регулярно оценивает так называемый Индекс человеческого развития (HDI), включающий уровень образованности населения, развития здравоохранения и экономического состояния различных государств мира. И каждый из этих трех показателей (образованности, экономики и здравоохранения) имеет три уровня: высший, средний и низкий. Так вот, до сих пор Молдова (согласно ООНовским критериям) относится к категории стран с высоким уровнем образованности населения. И это надо рассматривать, в том числе и как “инерцию советского периода”.


Но в тот период Молдова являлась частью страны Советов. И наука и образование ее отвечали нуждам, в первую очередь, Советского Союза. Кроме того, в тот период во всем мире существовал примат естественно-технического образования. И в Советском Союзе и в Молдове, в частности, именно примат фундаментального естественно-технического образования был определяющим. Гуманитарное образование, в том числе фундаментальное, безусловно, развивалось и было на высоком уровне, но в Советском Союзе было подвержено мощному влиянию коммунистической идеологии, то есть находилось в своеобразных “шорах”.


Что касается науки, то высочайший уровень ее развития в Советском Союзе, реализованный и в военной сфере и в первых космических полетах, был основан прежде всего на высоком уровне развития физики, химии, математики, технических наук. Несколько угрубляя ситуацию, можно сказать, что “физики, создавшие бомбу”, продемонстрировали власть предержащим колоссальные возможности науки. И власть всемерно способствовала развитию науки, в том числе и “на местах”. И сочетание высокого, не побоимся этого слова, мирового уровня развития науки (прежде всего, фундаментальных естественно-технических наук) с высоким уровнем образования (что естественно, потому что одно невозможно без другого) было характерным признаком советского периода развития, в том числе и Молдовы.


Когда мы говорим о мировом уровне развития науки, необходимо понимать, что у подлинной науки другого уровня просто не может быть по определению. “Национальной науки не может быть, как не может быть национальной таблицы умножения”. Эти слова А.П.Чехова близки к абсолютной истине, в том смысле, что даже если наука решает проблемы региональные (языка, например, почв, флоры, фауны или истории конкретного региона или страны), то только в том случае она является подлинной наукой, когда является частью науки мировой.


Развитие науки и образования в постсоветский период. Разрушение Советского Союза и образование самостоятельной Молдовы произошло в период, который получил название глобализации. Одно из ее определений гласит, что это – “создание общемирового финансово-информационного пространства на базе новых, преимущественно компьютерных технологий (и в этом ее отличие от интеграционных процессов прежних лет). Прогресс развивается по спирали от high-tech к high-hume”.


Перманентная научно- техническая революция привела к глобализации. Глобализация же, в свою очередь, привела к новым потребностям в образовании. Во-первых, она потребовала массового образования. Во-вторых, востребованность фундаментального научно-технического образования оказалась необходимой только в определенных странах мира. И следствием глобализации была массовая “утечка умов”. И это явление оказалось характерным не только для Молдовы или стран постсоветского пространства, но и многих других. Из Греции, например, уезжают в Англию или Германию, а из Германии или Португалии в США. В третьих, сочетание высокого научно-технического уровня и глобализации привело к принципиально новому этапу развития экономики, основанной на знаниях (knowledge society, общество, основанное на знаниях). Экономика, основанная на знаниях – это такая экономика, при которой основную часть ВВП составляет продажа и внедрение наукоемких технологий.

Востребованность высшего образования, причем не только в Молдове, привела к необходимости введения, так называемой Болонской системы. Критики ее введения должны понимать, что ее возникновение – это близкий к оптимальному ответ на реалии сегодняшнего дня. Действительно, если, например, в Советском Союзе в высших учебных заведениях в 50-60-х годах обучалось около 13% окончивших общеобразовательные школы, то сейчас на постсоветском пространстве эта цифра близка к 90%. Это привело к возникновению множества новых ВУЗов, в том числе и частных. И это не могло не привести к снижению уровня образования. Более того, и в Молдавии и в других постсоветских и европейских странах были изменены приоритеты образования. Приоритет фундаментального естественно-технического образования сменился приоритетом образования иного типа – приобретения навыков. Ведь знание языков, компьтерное образование, основы менеджемента и специальное юридическое образование – это не более чем навыки. И массовое приобретение этих навыков потребовала именно глобализация.


Следует подчеркнуть, что глобализация процессов мирового развития и следующая из нее всевозрастающая дифференциация темпов социально-экономического и научного развития различных регионов мира обладают всеми признаками процессов, имеющих объективный характер. Это естественный, самопроизвольно протекающий процесс, являющийся следствием интенсивного развития.


Помимо приобретения профессиональных навыков, образование, в том числе и высшее, имеет еще и функцию воспитания. Это и воспитание этических корпоративных принципов (например, преданности идеалам науки), воспитание патриотизма, преданности идеалам гражданского общества, толерантности или инновационной культуры. Массовость образования приводит к тому, что подлинное образование и воспитание заменяется оказанием образовательных услуг, то есть суррогатом образования истинного. Личный опыт и наблюдения автора позволяют ему утверждать, что там, где научно-образовательный процесс представляет собой единое целое, а не представляет собой процесс “оказания образовательных услуг” столь распространенные в настоящее время явления коррупции в системе высшего образования либо не имеют места, либо сведены к минимуму.


Таким образом, соединение науки и образования (но подлинной науки, которая и обеспечивает истинное образование, а не плодит его суррогаты) является еще и методом борьбы с коррупцией в системе высшего образования. А это требует развития науки, причем, как показано выше, науки мирового уровня.


Развитие же науки в этот период (после разрушения СССР) на территории Молдовы также претерпело серьезные изменения, связанные, прежде всего, с тем, что Молдавия перестала быть частью мощного государства, что как следствие, привело к резкому уменьшению финансирования науки. В ранее представленной на этом же сайте работе (см. Дикусар А.И., Кравцов В.Х. “Динамика участия молдавских исследователей в мировом информационном процессе: наукометрический анализ”) было показано, что вклад молдавских исследователей в мировой информационный процесс (науку) в этот период снизился почти на 40% с одновременным снижением более чем вдвое числа занятых в науке.


Таким образом, в рассматриваемый период происходило изменение приоритетов высшего образования (переход от фундаментального образования к приобретению навыков), резкое расширение числа ВУЗов и существенное уменьшение влияния науки (как на образование, так и социально-экономическое развитие общества в целом).


Любопытны в этом смысле данные CNAA Молдовы (Национальный Комитет по аттестации и аккредитации) по количеству и темпам присуждения ученых степеней и званий. Если “коэффициент воспроизводства” специалистов с ученой степенью в области реальных наук (физико-математические, химиические, биологические, технические и сельскохозяйственные) существенно меньше единицы, то в области экономических, юридических и педагогических наук близок к трем. Подобная картина наблюдается и в других постсоветских странах. И в общем, она отличается от процессов, происходящих в Европе. Таких “перекосов” там не наблюдается. Критериев оценки работ мирового уровня (как, например, в естественных науках, где существует SCI) в этих науках практически нет. Там проще защитить диссертацию. Вот и пополняют такие специалисты вновь плодящиеся ВУЗы.


Многофункциональность науки. Взаимное влияние науки, образования и экономики. К сожалению, приходится констатировать, что не только подавляющее число простых членов общества, но что гораздо печальнее, большое число людей, ответственных за принятие решений в нем, не вполне четко представляют себе зачем наука этому обществу нужна и какая наука нужна. И отношение к ней меняется от необоснованного уважения и почти обожествления (наука все знает и может) до полного отрицания необходимости ее существования (это удел только богатых стран, а такая страна как Молдова позволить себе подобную роскошь не может).


Кроме того, наука очень часто отождествляется с инновационным процессом, что далеко не одно и то же. Будучи тесно взаимосвязанными, наука и инновационный процесс представляют собой принципиально различные явления.


Наука – это процесс получения нового знания о законах развития природы и общества. Получение нового знания – это цель науки. А поскольку подлинная наука – это явление общемировое, основное условие – это открытость. У инновационного процесса цель иная – превращение результатов науки в товар и деньги. И одно из основных условий организации этого процесса – полная конфидециальность.


В действительности же наука многфункциональна. И у нее в обществе, как минимум, три функции – социокультурная (наука – часть культуры общества), образовательная (влияние на уровень образования) и функция влияния на экономику. Неоднократно отмечалось, что для выполнения каждой из этих функций необходим различный объем ее финансирования. И наибольший необходим для выполнения ею функции влияния на экономику. Необходимым (но не всегда достаточным) условием влияния на экономику является минимум в 1,5-2% от ВВП (при этом необязательно из государственного бюджета, во многих развитых странах финансирование из бюджета составляет до 50% от общей суммы, остальное от заинтересованных фирм). Именно по этой причине Европейским Союзом было принято решение о доведении уровня финансирования до 3% от ВВП для достижения цели стать локомотивом мировой экономики. Но если общество не может себе позволить подобный уровень финансирования (например, наивысший уровень финансирования науки Молдовы в постсоветский период составил 0,7 % от ВВП ) это вовсе не означает, что такая наука не нужна. Выполнение ею социокультурной и образовательной функций является не менее важной задачей. Ведь основное богатство любого общества – это человек. И развитие и совершенствование человеческого капитала – основная задача любого общества.


Из вышесказанного кажется очевидным, что высокий уровень развития науки с одной стороны обеспечивает возможность существенно более высокого уровня образования, а с другой – создает предпосылки для перехода к экономике, основанной на знаниях. Причем это условие необходимое, но отнюдь не достаточное.

Дело в том, что для перехода к обществу, основанному на знаниях, не только наука, но и экономика должны быть подготовлены. Мелкотоварный капитализм, развитый в большинстве стран СНГ не способен “переваривать” результаты науки. Он к этому не подготовлен не только финансово, но и ментально. Он живет по совершенно иным законам. Кроме того, для организации этого процесса необходимо создание системы венчурных банков, поскольку процесс переработки знания в товар и деньги – процесс, подверженный множеству рисков, хотя и крайне доходный в случае успешного его завершения. То есть и законодательно и инфраструктурно экономика Молдовы плохо подготовлена к этому процессу. Хотя движение в вышеуказанном направлении – единственно верный путь для страны..


Но даже если подобная взаимосвязь наука-экономика невозможна, повышение уровня образования обеспечивает косвенное влияние на экономику, поскольку является условием “безостановочного общественно-технического развития, систематического повышения индивидуальной способности увидеть и решить проблему, основанной на всеобщем обучении, научной деятельности массового характера, пожизненном самообучении, - главной черты нашего времени, приобретенной в ходе широкого применения метода стратегически форсированной инновации”(Б.Санто “Инновация – движущая сила экономического роста”).


И если вышесказанное принять за отправную точку, то следует признать, что фундаментальное естественно-техническое образование должно быть основой современного образования высокого уровня, в том числе и в Молдове.


Особенности современного периода развития и какие же наука и образования нам необходимы. Есть все основания полагать, что современный общемировой финансовый кризис послужил толчком для нового этапа развития. Одной из основных его особенностей является частичная деглобализация. Действительно, если “невидимая рука рынка” приводит к глобальным кризисам, то единственным способом борьбы с ними может быть только хотя бы частичное государственное вмешательство, то есть методы государственного регулирования. Но общемирового правительства нет (если не считать полумистических персонажей, управляющих мировой экономикой не то из Лондона, не то с Уолл Стрита). А это в свою очередь означает переход к многополярному миру, в котором резко возрастает роль региональных лидеров и повышение ответственности самих стран (их лидеров и общества в целом) за свою судьбу.


В таких условиях востребованными обществом оказываются лидеры-государственники. И общество в целом не только заинтересовано в их существовании. Оно должно быть заинтересовано в их подготовке. Но только при том условии, что само общество едино. К сожалению, нынешняя власть и общество в целом поляризованы. Поэтому одной из основных задач при решении вопроса “Как нам обустроить Молдову” должно быть постоянное движение в направлении создания единой политической нации .И одним из первых шагов являлось бы что-то вроде заключения “пакта Монклоа”. Дальнейшее движение в направлении конфронтации – гибель для Молдовы.


Необходимость для самой власти точного определения стратегических задач и тактики их решения обусловлена ее ответственностью перед будущими поколениями. Именно в этом контексте следует рассматривать проблему взаимного влияния науки, образования и власти. Наука и образование – это то, что имеет отложенный спрос. То есть от того какими у нас будут наука и образование сейчас, зависит будущее нашей страны.
Что касается науки, то кажется очевидным, что это должна быть наука мирового уровня. Собственно, цель любой Академии – это поддержка мирового уровня науки в стране. И в настоящее время не по всем направлениям, но по многим Академия с этой своей функцией справляется (см. вышеназванную статью А.Дикусара и В.Кравцова). Примерно две трети наиболее цитируемых работ молдавских авторов в области естественных и технических наук выполнено в Академии наук. Чуть менее трети- в университетах (государственном, техническом, медицинском), остальное – в научно-исследовательских
фирмах и организациях. И обсуждаемый в настоящее время вопрос о ликвидации Академии наук как основного организатора научно-исследовательской деятельности в стране и передаче этой функции в ВУЗы нельзя рассматривать иначе как попытку разрушения науки. Что делать категорически не стоит. Разрушать - не строить. Одно из мощных достоинств науки – ее разумный консерватизм. В том числе и в смысле организации научных исследований.


Что же касается образования, то думается, что определяющим в настоящее время становится приоритетность фундаментального естественно-технического и фундаментального гуманитарного образования, причем в их единстве. При сохранении, конечно, необходимости навыков ( языки, компьютерное образование, менеджмент и др.). Более того, уровень этих навыков должен постоянно совершенствоваться.


Если необходимость фундаментального естественно-технического образования была обсуждена выше, то дополнение к этому гуманитарного (тоже фундаментального) требует объяснений. С одной стороны это вызвано необходимостью подготовки специалистов-государственников, а с другой – требованиями творческого подхода к решению различных задач. Конечно, такое образование может быть только “элитным”. И в ориентации именно на такую подготовку специалистов должна быть заинтересована как настоящая власть, так и общество в целом. При этом следование в русле Болонской системы остается в силе, поскольку массовое образование с целью приобретения необходимых навыков должно также развиваться.


Очевидно, что все ВУЗы (и не только государственные) должны объявить борьбу политике оказания “образовательных услуг”, потому что именно она является источником коррупции. В то же время, естественной мерой борьбы с коррупцией является сочетание науки и образования (но науки подлинной, а не переписанной из Interneta). Конечно, в массовом порядке следование подобным принципам – задача достаточно сложная, если не сказать невыполнимая. Но следование в этом направлении необходимо.


Необходимость многоуровнего образования (и не только в рамках Болонской системы) требует в качестве организационной меры создания наряду с существующими ВУЗами страны мощного научно-образовательного центра. Это должна быть государственная организация, сочетающая проведение фундаментальных естественно-технических и гуманитарных исследований на мировом уровне и подготовку специалистов-государственников широкого профиля. Функцию такого центра мог бы при определенных условиях выполнить Университет Академии наук, который, как кажется, и замышлялся как учреждение подобного типа.

Дикусар А. И., Член-корреспондент АНМ

Обсудить