Российская военная база в Молдове: «за» и «против»

Конечно, сразу же встаёт вопрос, а что конкретно в практической плоскости это даст для Молдовы, каковы плюсы и минусы этого решения, если оно будет принято?

Эта тема уже не раз всплывала и активно обсуждалась, и всякий раз находились как те, кто считали, что, с точки зрения политического и экономического прагматизма, это было бы весьма хорошо и выгодно Молдове, так и те, кто решительно возражали, поскольку никаких выгод в появлении российской военной базы не усматривали и даже, напротив, видели только одни опасности.


Для более полного, так сказать, объёмного и выпуклого рассмотрения этой проблемы со всех сторон, представляется целесообразным обратиться к опыту соседней Украины, где российская военная база, причём очень крупная, есть, и где вокруг её статуса и продления или не продления срока пребывания на украинской земле ещё вчера кипели нешуточные страсти. Речь идёт о российской военно-морской базе в Севастополе.


До самого последнего времени против её нахождения в Крыму выступал украинский президент Виктор Ющенко.

Всё решительно переменилось в этом вопросе с приходом к власти на Украине нового президента Виктора Януковича.

Договор о пребывании Черноморского флота России в Крыму подписанный 21 апреля 2010 года в Харькове новым президентом Украины Виктором Януковичем и российским президентом Дмитрием Медведевым, был ратифицирован парламентами России и Украины одновременно, 27 апреля 2010 года.


По мнению руководителей Украины и России, этот договор целиком и полностью отвечает интересам укрепления безопасности обеих стран и поддержанию мира и стабильности во всём, крайне неспокойном, конфликтном Черноморско - Балканском регионе.


Большинство украинских граждан, опрошенных журналистами в связи с ратификацией договора о продлении срока пребывания Черноморского флота в Севастополе, поддержали это решение и заявили, что, как они считают, Украина и Россия – это братья, и они должны таковыми быть во всём, в том числе и в сфере военно-политического сотрудничества.


Впервые за последние годы отношения двух соседних стран становятся настоящим стратегическим партнерством. Как пояснил Виктор Янукович, Киев пошёл навстречу России и ускорил решение по пребыванию Черноморского флота на территории Украины.


Кроме того, Россия и Украина договорились о скидке на поставляемый российский газ. «Украина получит скидку на российский газ в размере 100 долларов при цене более 330 долларов за тысячу кубов или 30 % от конкретной цены», – заявил Дмитрий Медведев по итогам переговоров с Виктором Януковичем.


Россия будет платить за аренду базы Черноморского флота в Севастополе «живые деньги» на уровне $ 98 млн ежегодно после 2019 года. Расчетная цена аренды военной базы в Крыму (по договору 1997 года) составляла $ 97,85 млн в год, и эти деньги ежегодно списывались с Украины, как зачет за долги по использованному природному газу, который был поставлен Россией на Украину с первых лет независимости.


Положительное решение вопроса о российской военной базе в Севастополе ознаменовало возвращение Москвы и Киева на позиции разумного прагматизма, к реальному, а не декларативному стратегическому сотрудничеству, и самым благотворным образом сказывается сегодня на политических, экономических и гуманитарных отношениях между двумя этими странами – быстро растёт объём товарооборота, возобновилась производственная кооперация, на Украину пришли крупные российские инвесторы, быстрыми темпами стала сокращаться безработица.


Может ли данная победа политического и экономического прагматизма в соседней Украине послужить примером также и для Молдовы?


Сложно ответить сегодня на этот вопрос однозначно. Хотя, конечно, в последнее время и в политической жизни Молдовы также стали появляться первые, правда, пока ещё довольно робкие, проблески здравого смысла и прагматизма. Это обнадёживает и даёт пищу для размышлений.


Премьер-министр Владимир Филат, например, во время встречи со своим российским коллегой Владимиром Путиным на майском саммите в Санкт-Петербурге заявил, что отношения стратегического партнёрства с Россией имеют исключительно важное значение для Молдовы и потому он лично и вся его политическая команда хотели бы наполнить их реальным содержанием.


В этом же контексте следует воспринимать и заявление министра иностранных дел Молдовы Юрия Лянкэ о том, что нынешняя молдавская администрация, в отличие от всех своих предшественников во власти в Кишинёве, более не намерена педалировать и даже упоминать при выстраивании своей внешней политики вопрос об «оккупации молдавской территории Российской армией».


Всем понятно, что речь в данном случае идёт о российском воинском контингенте, находящемся на левом берегу Днестра, где он, во-первых, выполняет миротворческую миссию (совместно с воинскими подразделениями РМ и МПР, а также наблюдателями из Украины), и, во-вторых, охраняет оставшиеся после вывода 14-ой Армии России огромные склады оружия и боеприпасов.

Активно выступает за развитие стратегического партнерства с Россией и один из самых рейтинговых политиков Молдовы – лидер входящей в правящий Альянс Демократической партии Мариан Лупу.


О своём стремлении развивать и крепить политические и экономические связи с Россией постоянно заявляет и руководство ведущей оппозиционной партии Молдовы - ПКРМ во главе со своим лидером, экс-президентом Владимиром Ворониным.


В общем, вполне очевидно, что те молдавские политики, которых нельзя упрекнуть в отсутствии здравого смысла и прагматизма, а также их партийно-политические команды практически едины в вопросе о том, что развитие и укрепление стратегического политического и экономического партнёрства с Россией целиком и полностью соответствует интересам страны и народа.


В этой связи закономерно возникает вопрос: а почему же тогда Молдова должна «выталкивать» со своей территории российских военных, идя на обострение отношений с Москвой, как предлагает это делать врио президента, спикер, лидер также входящей в правящий Альянс маргинальной Либеральной партии Михай Гимпу!?


Может быть, всё обстоит как раз наоборот? Может быть, для официального Кишинёва было бы во сто крат разумнее и прагматичнее, предложить Москве разместить на молдавской земле свои военные базы – на Левобережье (Тирасполь) и на правом берегу Днестра (Маркулешты)!?

Ведь это стало бы убедительным свидетельством того, что новые молдавские власти способны не только везде и всюду говорить, что «сейчас время прагматиков», но и сами могут мыслить и действовать, как истинные прагматики.

Конечно, сразу же встаёт вопрос, а что конкретно в практической плоскости это даст для Молдовы, каковы плюсы и минусы этого решения, если оно будет принято?


Начнем, пожалуй, с минусов. Безусловно, это решение Кишинёва, если он на него решится, в силу разных причин, очень не понравится Румынии и США. Румыны вообще крайне болезненно реагирует на всё русское, и потому им не хотелось бы вблизи своих границ иметь российскую военную базу.


К тому же, некоторые румынские политики считают территорию Республики Молдова, именуя её не иначе, как «Бессарабия», своей и строят планы по её возврату «под крыло» Бухареста. . Это тоже одна из причин того, почему они не хотят, чтобы здесь стояли российские войска.


Свои интересы к Молдове есть и у США, которые практически весь мир рассматривают не иначе, как «сферу своих интересов». Базы США есть уже и в Румынии. Есть признаки наличия у Вашингтона желания иметь их и на территории Молдовы. Понятно, что если здесь появится российская военная база, то на этих планах Пентагону придётся поставить крест.


Всё это, безусловно, минусы, в основном, во внешнеполитическом плане, с которыми Кишинёв не может не считаться. Но, на самом деле, этот фактор не такой уж и значительный, чтобы считать его непреодолимым препятствием.

Да, «неудовольствие» Бухареста, Вашингтона и Брюсселя Молдове, если она согласится разместить на своей территорию российскую военную базу, будет высказано. Но не более того. Ведь эта российская база (если она когда-нибудь появится) ни в коей мере не угрожает ни Румынии, ни тем более США или НАТО. Поэтому сколько-нибудь серьёзной конфронтации из-за неё не будет. Поговорят политики, пошумят политические эксперты и … успокоятся.


Несколько более весомым многим политикам в Кишинёве представляется сегодня совсем другой довод против этой базы. Есть мнение, что её появление в Молдове укрепит «смирновский сепаратистский режим» на Левобережье.


Но и этот довод также представляется весьма скоропалительным, во многом надуманным и потому сомнительным.


Во-первых, надо учитывать, что после заключения договора между Кишинёвом и Москвой о размещении российской военной базы в Молдове, в том числе и на территории непризнанной ПРМ, эта база автоматически подпадает под юрисдикцию Кишинева. А вот «режим» Игоря Смирнова к ней никакого отношения не будет иметь.


Во-вторых, появление в Молдове. на левобережье Днестра, абсолютно «законной» российской военной базы само по себе нанесёт чувствительный удар по позициям тираспольских «сепаратистов», потому что станет ещё одним (очень весомым!) подтверждением того, что Приднестровье - это территория Молдовы.


К минусам можно отнести и то, что определённая часть граждан Молдовы настроена категорически против нахождения российской базы на территории Молдовы. Вот это, наверное, и есть самый весомый аргумент, с которым нельзя не считаться ни Кишинёву, ни Москве.


Но есть основания полагать, что, когда эти люди получат полную и объективную информацию по всем аспектам этой проблемы, получат весомые доказательства того, что плюсов от нахождения на молдавской земле российской военной базы намного больше, чем минусов, многие из них могут кардинально пересмотреть свою нынешнюю позицию.


Есть ещё один аргумент, к которому часто прибегают противники размещения российской базы. Они заявляют, что Молдова – это нейтральное государство, и потому на её территории не может быть никаких военных баз.

Но ведь надо учитывать, что нейтралитет страны - это, прежде всего, её невхождение в военные блоки. А вот база на её территории - это уже нечто совсем другое.


Поэтому тот факт, что Молдова, по Конституции, нейтральное государство, вовсе не является, непреодолимым препятствием для реализации этого проекта, так как соседняя Украина, например, также выступает в таком же внешнеполитическом статусе, однако это не мешает ей в тех случаях, когда это диктуется соображениями политической и экономической выгоды и целесообразности, принимать соответствующие решения, например, о базировании в Севастополе и Балаклаве частей и подразделений российского Черноморского флота.


Говоря о плюсах, связанных с размещением на молдавской территории российской военной базы, следует, прежде всего, признать, что мощнейшим подспорьем для находящейся в кризисе экономики Молдовы оказалась бы сегодня 100 долларовая (не исключено, что и большая, учитывая её бедность) скидка цены на российский природный газ.


Это позволило бы Молдове существенно снизить тарифы для населения на газ, электроэнергию, тепло и воду. Снизилась бы и себестоимость многих товаров, производимых в Молдове, в том числе и продовольственных.


Кроме того, в бюджет Молдовы ежегодно поступали бы столь необходимые ей «живые деньги» - десятки миллионов долларов в качестве арендной платы за российскую военную базу, которые Кишинёв мог бы использовать для решения первоочередных социальных и гуманитарных проблем.


В результате, всё это не только значительно облегчило бы жизнь бедствующих слоев молдавского населения, но и высвободило бы часть денежных ресурсов среднестатистической семьи на покупку продовольствия, одежды, обуви, на лечение и образования.


А это уже не только повышение уровня жизни людей, но и рост потребления и, как следствие, рост поступлений в бюджет, новые возможности для ускоренного развития национальной экономики.


К плюсам следует отнести и дополнительные стимулы к восстановлению производственной кооперации между Молдовой и Россией на всех уровнях, разработку и реализацию крупномасштабных инвестиционных проектов в промышленности, энергетике, сельском хозяйстве и торговле.


Но вот вопрос, а нужна ли военная база на молдавской земле самой России? Ведь, как известно, каких-либо предложений Москвы в этом плане на официальном уровне до сих пор озвучено не было. Если, конечно, не считать тех пунктов отвергнутого Кишинёвом в ноябре 2003 года «Меморандума Козака», где речь шла о сохранении на определённое время присутствия российского миротворческого контингента.


Однако, по мнению многих серьёзных политических экспертов, сохранение своего военного присутствия в Молдове для России приобретает в настоящее время всё большее практическое значение.


Как и в Крыму, военному присутствию России в Молдове пошло уже третье столетие, а Тирасполь вообще, как и Севастополь, является исторически гарнизонным городом, основанным самим великим российским полководцем Александром Суворовым, где длительное время базировалась 14 Армия (вначале советская, а затем российская).


Совершенно не случайно также и то, что ещё в советское время в Кишинёве была размещена Ставка Главнокомандования ВС СССР на Юго-Западном направлении, в чьём оперативном подчинении находились Киевский военный округ (Украина), Прикарпатский ВО (Украина), Черноморский флот (Украина), а также Южная группа войск (Венгрия) и союзные (по Варшавскому Договору) вооруженные силы Румынии.


Всё это говорит о том, что Москва рассматривала (и продолжает рассматривать, о чём говорит её стремление сохранить базу в Севастополе) Юго-Западное направление в качестве одного из наиболее стратегически важных для обеспечения безопасности СССР (сейчас – Российской Федерации).

Поэтому можно предположить, что в сложившейся ситуации Россия, скорее всего, позитивно отнеслась бы к предложению Кишинёва о переводе своего военного присутствия в Молдове на постоянную основу, то есть о создании здесь своей военной базы или, может быть, нескольких баз.


Это, помимо надежного обеспечения безопасности на Юго-Западном направлении СНГ, стало бы также и одним из наиболее действенных способов заставить Кишинёв и Тирасполь сесть за стол переговоров, прийти к мирному, обоюдно согласованному решению и навсегда забыть о конфликте на Днестре.


Василий Лозован

Обсудить