Конкурсному финансированию науки нет альтернативы

Очень важным вопросом в построении общества, основанного на знаниях, является инновационная политика, то есть организация процесса превращения результатов науки в товар и деньги, то есть обеспечение влияния науки на экономику. Здесь масса нерешенных проблем. И именно они заслуживают самого пристального внимания и обсуждения

После официальной публикации проекта Кодекса об образовании перед его обсуждением в Парламенте в средствах массовой информации, на раз-личных обсуждениях и круглых столах развернулась нешуточная полемика. Одна из причин, ее вызвавших, заключается в том, что представленный проект не согласуется с уже действующими законами и, в частности, с “Кодексом о науке и инновациях”. Совершенно естественно, что подобные “особенности” обсуждаемого проекта не могли оказаться незамеченными и вызвали вполне очевидные возражения.

В ответ на эти возражения в ряде средств массовой информации была опубликована принятая 21 мая 2010 года “Декларация Совета ректоров Республики Молдова”. Это очень важный документ, и его нельзя никак игнорировать, в особенности, учитывая тот факт, что он был принят практически единогласно (при одном воздержавшемся). То есть этот документ – это практически единодушное мнение всех ректоров высших учебных заведений Молдовы. Посвящен он диспропорциям сложившейся практики финансирования науки в Молдове, а именно, недостаточному финансированию университетской науки. А сложившаяся практика есть следствие принятого в 2004 году “Кодекса о науке и инновациях”.

Настоящая статья – это статья не против проекта “Кодекса об образо-вании” (хотя, по мнению автора настоящей статьи его принятие в том виде, в котором он представлен на обсуждение, было бы вредным, в том числе и для образования в стране, потому что объективно привело бы к снижению его уровня) и не против “Декларации” (автор разделяет и поддерживает одно из основных положений этого документа, что без науки не только ни о каком конкурентоспособном университетском образовании, но и университетском образовании вообще не может быть и речи). Настоящая статья в защиту, в защиту “Кодекса о науке и инновациях”. А такая защита необходима, потому что авторами “Декларации” по существу выдвигаются предложения ревизии основополагающих концепций, заложенных в “Кодексе о науке”.

Одно из основных положений “Кодекса” гласит, что Академия наук Молдовы – “единственное публичное учреждение общенационального зна-чения в области науки и инноваций, полномочный координатор научной и инновационной деятельности, высший научный консультант публичных властей Республики Молдова”. Это может вызвать законные возражения, если не принять во внимание одно крайне важное обстоятельство, что высший орган Академии, ее Ассамблея состоит как из членов Академии (кстати, выбранных на вполне демократической основе (на 50%), так и из выбранных представителей научной общественности Республики по всем областям науки (остальные 50%). То есть это демократический орган, представляющий всю (!) научную общественность страны (в том числе, и университетскую и отраслевую науку).

Этот орган избирает не только Президента академии, но и основной исполнительный орган – Высший Совет по науке и технологиям из 17 своих представителей, который и осуществляет основную координацию научной и инновационной деятельности. И в составе Высшего Совета представителей собственно Академии менее 50%, а остальные его члены – это представители университетской и отраслевой науки. То есть в соответствии с “Кодексом” основную координацию научной и инновационной деятельности осуществ-ляют в том числе и члены Совета ректоров, выступивших с “Декларацией”.

Но в том-то и особенность, что собственно Высший Совет сам непо-средственно не должен принимать решения о выделении финансирования, поскольку оно является конкурсным. А экспертами (причем анонимными) выступают как представители научной общественности Республики (если финансирование какого-либо проекта осуществляется исключительно из бюджетных средств), так и международными (в том случае, если проект яв-ляется международным с участием молдавских ученых). То есть решение о финансировании принимает не Президент Академии или кто-то из членов Совета ректоров, входящих в Высший Совет по науке и технологиям, а некие профессора Руссу, Фолкнер или Кобзаренко, выступающие экспертами по данному конкретному проекту и являющиеся (как правило) крупнейшими специалистами в определенной области исследований в Молдове, США, Европе или странах СНГ. То есть в функции Высшего Совета действительно входит основная координация научной и инновационной деятельности, а кому собственно выделять финансирование определяет экспертиза проектов

Более того, финансирование выделяется не Университету (то есть его ректору) или директору Института, а конкретному руководителю проекта. А это может быть и маститый профессор и молодой научный сотрудник. При этом, поскольку этот профессор или научный сотрудник работает в конкретном учреждении, часть средств (обычно до 20%) передается этому учреждению, так как используется оборудование этого учреждения, оно обеспечивает энергией и т.д.

И такая практика – это вовсе не изобретение молдавской науки, а ши-роко распространенная мировая практика финансирования научных исследо-ваний. И подобная практика наряду с другими реформами молдавской науки (резкое сокращение числа институтов, огромная работа по уточнению тематики научных исследований, увеличение бюджетного финансирования, подписание различных международных соглашений о проведении совместных исследований и др.) была инициирована именно “Кодексом”.

Сейчас можно ответить на вопрос, а как это сказалось на молдавской науке? Причем, точнее, на развитии науки в Молдове. Потому что наука по определению не может быть никакой иной, кроме как мировой. Как образно сказал в свое время А.П. Чехов, “Национальной науки не может быть, как не может быть национальной таблицы умножения”. И если наука решает проблемы экономики, исследует флору, фауну, историю или экологию конкретного этноса или конкретной страны, то только в том случае она действительно будет наукой, если является частью науки мировой. То есть наука – это мировой информационный процесс. Подход к науке как к мировому инфор-мационному процессу позволяет решать один из важнейших для организации науки (и выделения финансирования на исследования) вопрос, а является ли это действительно наукой и не изобретается ли под видом науки велосипед?

В настоящее время разработаны методы количественной оценки вклада в науку как мирового информационного процесса. Уже в течение почти по-лувека создаются и развиваются соответствующие базы данных исследований, проводимых в мире (SCI для естественных наук и математики и SSCI для гуманитарных и социальных исследований). На основе одной из выше-указанных баз данных (в области естественно-технических наук и математики) нами был проведен анализ вклада молдавских исследователей в мировой ин-формационный процесс (см. Дикусар А.И., Кравцов В.Х. Динамика вклада молдавских исследователей в мировой информационный процесс: наукомет-рический анализ. “Akademos”. 2010. № 1). Проведенный анализ позволил вы-делить 4 периода.

Первый период – это начальный период ( до 80-х годов прошлого века). Для него характерен определенный вклад молдавских ученых в мировой процесс (по существу, этот вклад можно обоснованно назвать внутренним валовым научным продуктом (ВВП в науке), произведенным молдавскими исследователями). Следующий период – это 80-е годы. В этот период вклад увеличился почти на 40% по сравнению с предыдущим периодом. В следующий период, начиная с начала 90-х годов, (то есть после разрушения Советского Союза и получения Молдовой независимости) произошло снижение этого вклада приблизительно до уровня начального периода с одновременным снижением числа занятых в науке практически вдвое. И, наконец, новый период – это период, начиная, приблизительно с 2005 года. К настоящему времени по этому показателю молдавские исследователи вышли на высший уровень молдавской науки советского периода.

Еще более показательным является увеличение цитируемости молдав-ских исследователей (основной показатель эффективности научных исследо-ваний ), значительно выросший в последние годы. Конечно, полученный результат – это не только следствие вдруг резко возросшего уровня молдавской науки, а результат активного вовлечения молдавских исследователей в международное разделение труда. Но нет никакого сомнения в том, что все эти сдвиги – следствие действия “Кодекса о науке и инновациях” – Конституции молдавской науки.

Но еще ранее, в 2007 году “Кодекс” был подвергнут строгой международной экспертизе. В мае 2007 года в Кишиневе под эгидой такой авторитет-ной организации как ЮНЕСКО прошла международная конференция стран Восточной и Юго-Восточной Европы “Глобальная научная и национальная политика: роль Академий”. Вот, что говорилось в резолюции этой конференции относительно системы организации научных исследований в Молдове, существенной особенностью которой является сформировавшийся тип Ака-демии, классифицированный как “Стратегический партнер Правительства”. Она “… является моделью реформирования и стимулирования сферы науки и инноваций, которая успешно реализуется в Республике Молдова, и является не только новой, но и по многим параметрам оптимальной для страны...” В соответствии с этим типом реформирования “… модернизация сферы науки и инноваций создает три глубинных эффекта:

Во-первых, это формирование комфортного инновационного климата в стране, создающего особые правовые, фискальные и организационные сти-мулы для занятия фундаментальной и прикладной наукой, поощрения нововведений и трансфера технологий. Создание подобного климата является главным условием формирования и последующей устойчивости инвестиционного климата, определяет его стабильность в периоды временного ухудшения экономической коньюктуры.

Во-вторых, это формирование комфортного и динамичного социально-го климата в стране, создающего атмосферу престижности научного знания, образования и новаторства, превращая рассеянные профессиональные ресурсы в постоянно растущий интеллектуальный капитал. Только высокий и интенсивный уровень научных разработок создает предпосылки для сохранения высоких стандартов образования и роста профессиональной квалификации.
В-третьих, это формирование новой демократической культуры управления, основанной на знаниях, открытости и компетентности”.

Так независимые эксперты оценивали реформу сферы науки и иннова-ций в Молдове. Не всего в итоге удалось достичь, однако это уже не вина “Кодекса”.

Но параллельно в Республике протекал и другой процесс – резкого увеличения числа ВУЗов, притом что количество институтов сокращалось. Вызвано это было отнюдь не потребностью такого количества специалистов. В то время, когда я учился в Университете (60-е годы прошлого века), в высшие учебные заведения поступало только около 13% окончивших средние школы, а сейчас – 80-90%. Трудно возражать против объективности этого явления. Это самопроизвольно протекающий процесс, в результате которого решаются в том числе и социальные задачи.

Но такой резкий рост университетов потребовал и соответствующих специалистов (докторов и профессоров). И эти доктора и профессора должны были защитить свои диссертации, то есть подтвердить свою научную квалификацию. Однако в науке, для которой критерии новизны, актуальности, практической значимости соответствуют мировым критериям, сделать это крайне трудно. Но существуют такие науки как педагогические, экономические, юридические, в которых, по крайней мере в Молдове, подобные критерии явно не находятся на уровне мировых. И вот поток именно таких диссертаций захлестнул СNAA (Высший Совет по аттестации и аккредитации).

В соответствии со статистическими данными CNAA, если в области реальных наук (физико-математические, химические, биологические, техни-ческие, сельскохозяйственные) коэффициент воспроизводства специалистов с докторскими степенями едва достигает одной трети (то есть постоянно уменьшается число таких специалистов), то в области экономических, юридических и педагогических наук – больше трех. И подавляющее большинство таких специалистов имеет слабое представление о мировой науке. Поэтому, когда уважаемые авторы “Декларации” механически сравнивают количество “остепененных” в университетах и институтах Академии и утверждают, что только на основании этого необходимо пересмотреть принципы и методы финансирования науки, поскольку университетская наука “недофинансируется”, они невольно (в этом я уверен) вводят общественность в заблуждение

Определить кого необходимо финансировать, а кого- нет, может только конкурсное финансирование. Сейчас можно назвать множество групп университетских ученых, активно работающих в науке, успешно участвующих в конкурсной конкуренции. И именно эти исследователи наряду с учеными Академии обеспечили упомянутый выше рост вклада молдавских исследователей в мировой информационный процесс. Но есть и такие группы, которые в силу разных причин не соответствуют требуемому уровню (кстати, как и в Академии наук). И в такой сфере как наука, взять и “разделить” было бы губительно и для науки и для образования.

А единственным способом обеспечить подготовку специалистов, способных участвовать в построении общества, основанного на знаниях, является обеспечение в науке критериев и стандартов науки мировой. И распространить это на всю массу подготавливаемых специалистов невозможно. Собственно, переход к Болонской системе и есть один из путей разрешения возникших проблем.

Поскольку очевидно, что альтернативы конкурсному финансированию нет, отсутствует необходимость менять сами принципы финансирования (что, собственно, следует и из “Кодекса об образовании” и из вышеупомянутой “Декларации”).

С другой стороны, было бы некорректным не сказать о том, что прак-тика осуществления конкурсного финансирования далека от идеала. Для ее совершенствования, выработки четких критериев отбора, прозрачности принятия решений необходимо еще работать и работать. И здесь очень может помочь опыт (уже накопленный в Академии ) финансирования проектов с международным участием. Для совершенствования практики конкурсного финансирования достаточно принятия коллективных решений в рамках деятельности уже действующего Высшего Совета по науке и технологиям, представительство в котором университетской науки может быть расширено.

Что же касается содержащегося в “Декларации” предложения о расширении Ассамблеи и увеличения в ней представительства университетской науки, то это предложение требует специального обсуждения. Думается, что принципиальной является разработка более четких критериев принятия решений в рамках уже существующих институтов организации исследовательского процесса.

Очень важным вопросом в построении общества, основанного на знаниях, является инновационная политика, то есть организация процесса превращения результатов науки в товар и деньги, то есть обеспечение влияния науки на экономику. Здесь масса нерешенных проблем. И именно они заслу-живают самого пристального внимания и обсуждения.

Дикусар А.И., член-корреспондент АНМ

Обсудить