Молдова: бремя нашей свободы и свобода нашего выбора

Не освоившие нового современного мышления люди начали подстраивать свою архаическую ментальность и основанный на ней жизненный опыт к соблазнительным для них "фантикам" фундаментальных для западной культуры принципов и понятий, с помощью которых ушлые политические и олигархические местные элиты быстро обрели над ними информационную, административную и экономическую реальную власть.


Ответственность за то, что краток жизни сон,
Что ты отрадою земною обделен,
На бирюзовый свод не возлагай угрюмо:
Поистине тебя беспомощнее он.

Омар Хайям

Магия слов и нищета духа: о том, как нас лишают свободы и как мы начинаем жить чужими интересами

Мы часто бездумно, и потому безответственно, используем в нашем политическом дискурсе такие слова-заклинания как Свобода, Демократия, Справедливость, Договор и др., не замечая, что отскакивая, как горох о стенку, от нашей суровой реальности, эти слова начинают нас постепенно и подсознательно раздражать и даже нервировать. С чего бы это?

А с того, что бездумно потребляя привнесенные извне в нашу архаическую карпато-балканскую политическую традицию (с ее византийским культом авторитаризма и политической групповщины, с ее приматом эгоистических семейственных и клановых интересов, с ее потребительским и одновременно враждебным отношением к ценностям государственности и гражданственности) западноевропейские ценности, мы неизбежно становимся пленниками олигархических и политических элит того же самого карпато-балканского образца. Но которые ныне успешно освоили новые западноевропейские слова и понятия для массового оболванивания граждан и манипулирования их сознанием. Они быстрее нас сориентировались в новомодных культурных требованиях и возможностях современных политтехнологий и потому эффективно подмяли нас под себя и под свои интересы.

Более того, эти чрезвычайно активные и весьма свободные от моральных ограничений господа весьма быстро освоили современную индустрию информационных технологий и "пиара", наводняя наше сознание и, особенно, подсознание различного рода "страшилками", "дразнилками" и "приманками", очень эффективно используя слабости и болевые точки наших иллюзорных ожиданий, а затем и наших отчаявшихся и изверившихся неудачами душ. А ведь именно отчаяние порождает неверие в будущее и девальвацию таких важнейших для гражданского общества ценностей, как законность, справедливость, равные возможности, патриотизм, доверие и многое другое. Особенно последнее - ибо доверие (кредит) есть то, без чего сегодня невозможна никакая эффективная деятельность - ни финансовая, ни экономическая, ни социальная, ни политическая. Остаётся блеф и "кидалово", а уж в этом наши местные элиты большие мастера.

И рано или поздно в таком обществе, поражённом "нищетой духа", начинают пышным цветом расцветать те самые архаические "цветы зла" (авторитаризм, олигархизм, политическая групповщина, экономический протекционизм и фаворитизм, семейственность и клановость сильных мира сего, сервильность политиков и чиновников, а так же прессы и TV, безудержный рост цен, безработица, повальная эмиграция и т.д.), но уже в новейших монструозных формах генетически модифицированных политических, экономических, социальных и культурных "мутантов".

Но самое страшное заключается в том, что эти новоприобретённые карпато-балканские "мутанты" (см. печальный опыт Греции, Болгарии, Румынии и др.) наиболее сильно поражают не только иммунную систему нашей государственности (полицию, фискальные и разрешительные органы, таможню и др.), но и иммунную систему нашей духовной и исторической традиции - нашу гражданскую идентичность, уважение к нашим предкам и нашей государственности, нашу искреннюю веру в святость жертв, принесённых на алтарь отечества, жертв, без которых немыслимы ни стойкость духа, ни вера, ни надежда в наше будущее и будущее наших детей. Так порождаются семена отчаяния и равнодушия, так духовная проказа поражает нашу свободу воли и нашу волю к свободе.

Униженный и отчуждаемый от государственного строительства и обустройства жизни (а ведь именно в этом и состоит великая национальная идея любой гражданской нации) нереализовавшийся рядовой гражданин теряет смысл и достоинство собственного гражданского существования. И его, измученная проблемами и фрустрациями собственного неустойчивого и нереализованного существования, душа устремляется к телеэкрану, где он начинает жить чужой эфемерной жизнью - жизнью звёзд и героев шоу-бизнеса, "мыльных опер", спорта и политики.

И с этого момента он превращается в "информационного наркомана", болельщика за чужие судьбы и чуждые ему интересы, потребителя сомнительных для него ценностей и устремлений. И с этого момента эти чужие и чуждые ему необходимости становятся могильщиками его свободы. Так ему жить проще, так он постепенно превращается в манипулируемый "электоральный автомат", в активного участника чужих игр, политических игр, в которых ставкой является делегируемая им власть. А ведь это право на делегирование власти и является его единственным гарантом свободы в демократическом обществе.

Так исподволь у нас отнимают свободу, так мы начинаем жить чужими политическими и экономическими интересами. Так нас лишают истинной свободы выбора либо ставят в ситуацию, когда выбирать не из кого - все альтернативы выигрышны для тех, кто управляет частью этой "электоральной машинерии", но только не для нас. А посему нас и называют чисто технически - "электорат".

Свобода в сетях либеральных утопий и антиутопий
или сказ о том, как важно бремя нашей свободы

Даже в тех философских и религиозных учениях, где мир представляется в виде неумолимого часового механизма, запущенного промыслом Господним, присутствует идея человеческой Свободы Воли. Потому, что такие фундаментальные этические и моральные ценности человеческого существования как Добро и Зло, Вина и Заслуга, Совесть и Ответственность немыслимы в отношении несвободного винтика в отлаженном механизме мироздания. Именно поэтому великий поэт и мудрец средневековья Омар Хайям писал, обращаясь к Творцу:

Когда Ты для меня слепил из глины плоть,
Ты знал, что мне своих страстей не побороть,
Не Ты ль тому виной, что жизнь моя греховна?
Скажи, за что же мне в аду гореть, Господь?

На самом же деле Хайям обращался не к Творцу, а к нашей совести, которая предполагает свободу выбора, а значит и тяжкую ответственность за этот свой свободный выбор. Потому что страдания людей во многом есть результат перекладывания ими этого тяжёлого бремени свободы на ненадёжные плечи слепой судьбы либо в коварные и жестокие ручки политических и олигархических элит. Потому что за свободу наши предки заплатили дорогую цену, а нам она свалилась нежданно-негаданно и отнюдь не в результате наших великих жертв.

Суровая правда всех национальных историй гласит - свободу подарить нельзя, за свободу приходится расплачиваться самыми ценными жертвами, человеческими судьбами и жизнями включительно. Потому что только пройдя через горнило тяжёлых испытаний символы свободы - государственность, суверенность, независимость, право на родину, достоинство и гражданская национальная идентичность - обретают истинный смысл и значение.

Потому что свободу нации подарить нельзя, хотя и отнять её можно, точно так же как нельзя подарить стыд за поруганные деяния предков, хотя лишить человека стыда может любое достаточно хорошо организованное информационное нападение - соблазняющее, очерняющее либо совращающее его историческую память и историческую совесть.

Слово "либерализм" в буквальном переводе означает "свободность". В применении к свободному рынку идей и вещей оно означает принцип свободной конкуренции и деятельности. Казалось бы, лучше некуда.

Однако, как показывает суровый опыт истории, любая Утопия, сталкиваясь с жестокой реальностью, с неизбежностью превращается в страшную Антиутопию, в свою роковую противоположность. Весь суровый опыт мировых и локальных войн, а также региональных и глобальных экономических кризисов со всей наглядностью показал, что истинной подоплёкой "либеральной свободы" является право силы, а отнюдь не сила права и справедливости.

Именно поэтому такие великие мыслители Запада как Джон Мэйнард Кейнс и другие первыми поняли, что свобода для сильного требует сложнейшей системы государственных и общественных сдержек и противовесов, а также длительных традиций воспитания в рядовых гражданах понимания того, что свобода есть тяжелое, но бесценное бремя и ответственность, и что её нельзя бездумно отдавать в руки могучих политических и олигархических элит.

Но самое главное, что первыми, кто осознали исключительную важность этой новой политической культуры, основанной на хрупком балансе между свободой и демократией, были именно властные и финансовые элиты Запада. Именно они первыми осознали, как сильно зависят их собственная стабильность и процветание от стабильности и процветания рядовых граждан. Хотя соблазн кинуть этих бдительных людей нет-нет, да и перевешивает соображения собственной безопасности. Нынешний глобальный кризис - тому наглядное подтверждение.

А что мы наблюдаем у нас, в Молдове?
А вот что: не освоившие нового современного мышления люди начали подстраивать свою архаическую ментальность и основанный на ней жизненный опыт к соблазнительным для них "фантикам" фундаментальных для западной культуры принципов и понятий, с помощью которых ушлые политические и олигархические местные элиты быстро обрели над ними информационную, административную и экономическую реальную власть.

И лишённая необходимой системы культурных, правовых и моральных противовесов старая западноевропейская либеральная (в духе знаменитого принципа laissez faire - позвольте делать, фр.) Утопия воскресла как Феникс из пепла и начала быстро приобретать очертания казалось бы похороненной навсегда страшной либеральной Антиутопии, породившей в своё время, в качестве ответной реакции на дикую эксплуатацию человека человеком, не менее страшную серию коммунитарных бесчеловечных утопий и антиутопий ХХ века, таких, как сталинизм, маоизм, гитлеризм, легионаризм и полпотовские фантасмагории.

И это неожиданное воскрешение из пепла истории архаического варианта дикой либеральной антиутопии в Молдове произошло к несказанному ужасу чиновников и идеологов современной просвещённой Европы, не ожидавших такой прыти от наших "либеральных" и "демократических" политических и олигархических элит.

Франсиско Гойя: "Сон разума рождает чудовищ"

Ныне обладатели ухмыляющихся, самодовольных и явно издевающихся над здравым смыслом физиономий бесцеремонно заявляют со сверкающих экранов очумелому телезрителю (надо полагать, что не только нашему, но и западноевропейскому), что Альянс "крепок, как никогда". А ведь и на самом деле - жив курилка!

Да и с чего бы это ему разваливаться (несмотря на нескончаемый и нарастающий в узкоэгоистической предвыборной борьбе поток антигосударственных, антинародных, антилиберальных и антидемократических законов и декретов, позорных и позорящих нашу гражданскую нацию и нашу суверенную государственность лавину межклановых политических и олигархических "разборок"), когда всем ясно, что при развале Альянса вся эта лихая политическая вакханалия и камарилья, достойная насмешки булгаковского Воланда, немедленно улетит в трубу политического небытия, верхом на мётлах и ступах политического безвременья. Улетит, дабы остаться в нашем сознании как страшный сон, при пробуждении от которого пришедший в себя избиратель в ужасе спросит: "Свят-свят-свят! Откуда сие наваждение?!"

От наших политических иллюзий и наших фантасмагорических ожиданий, дорогой читатель. Пора вспомнить бессмертный офорт великого испанца Франсиско Гойи из его бессмертных "Капричиос", где над головою вздремнувшего от невзгод человека роится сонм летучих вампиров и упырей, да красуется назидательная надпись: "Сон разума рождает чудовищ".

Такова цена вопроса и таков поучительный урок истории всем нам, доверившим свою свободу выбора лукавым информационным соблазнам отечественных политических и олигархических элит.

"Люди, я любил вас - будьте бдительны!" - сказал когда-то великий чех Юлиус Фучик, уходя в небытие в качестве жертвы одной из страшных антиутопий минувшего века. Прислушаемся к его мужественному и мудрому голосу, свято помня, что тяжкое бремя свободы есть единственная гарантия нашего человеческого достоинства.

Виктор Боршевич,
Кишинёв-Бутучены, август 2010-го

Обсудить