Что такое врач?

В последнее время появляется множество публикаций и мнений относительно проблемы здравоохранения, в которых простые люди выражают собственное мнение о врачах и их призвании, в большинстве случаев весьма неоднозначное. В свете этого, хотел бы выразить и собственное мнение, что же такое врач и в чём его специфика. Данный материал – это компиляция из размещенных на портале Луркмор, интернет-мудростей относительно врачей, которые я привел в соответствие с реалиями нашей страны, сохранив орфографию и саркастический тон. Отнеситесь с юмором, но помните, что в каждой шутке есть доля шутки.

«И неимущим, и богатым
мы в равной степени нужны
— сказал патологоанатом
и вытер скальпель о штаны.»
— Иртеньев


Медик (Вращ, Лекарь, Склифосовский, Домну дохтур), от лат. medicus — особый подвид человека, лишённый чувства отвращения, боязни крови, дерьма и других недушеприятных веществ, но взамен обладающий потрясающим цинизмом. Часть медиков стремится выправить пошатнувшийся гомеостаз организмов других человеков, изредка удовлетворяя природное любопытство по поводу физиологии голой обезьяны, а большая часть просто имеет гешефт. Могут осуществлять осмысленную деятельность, вести светскую беседу, управлять сложной техникой даже находясь в состоянии глубокой алкогольной интоксикации, иногда не совместимой с жизнью, наряду с военными. Ибо суть их — война за жизнь пациента; а как не пить, вокруг — натуральный дурдом.

Во всяческих циркулярах, приказах, предписаниях и прочих сумасшедших документов (тысячи их!), издаваемых Минздравом, врачи как правило входят в большую категорию под названием «медработники». Однако сами врачи себя «медработниками» никогда не называют. Врач — это врач и опускать себя ниже он не будет. Зато некоторые медсёстры, фельдшера и санитары именуют себя так часто и с удовольствием, надеясь в глазах быдла сойти за врача или, по крайней мере, выглядеть в глазах того же быдла и своих собственных, почти равными с врачами. И если вы услышите, что какая-нибудь бабища именует себя медработником, знайте, что это — медсестра, а ещё более вероятно, что она санитарка или вообще работник пищеблока. Именно такие бабищи чаще всего требуют каких-то льгот (пройти без очереди в поликлинике, получить кошерное лечение от скорой помощи) на основании того, что они, дескать, «медики».

Справедливости ради, стоит отметить, что нормальные медсестры (а есть и такие) медсёстрами же себя и именуют.

Учёба медика

Резко отличается от учебного процесса других профессий. Зачастую, в отличие от студентов иных высших учебных заведений, не являются бывшими школьниками — некоторые из студентов-медиков пошли в институты после медучилища. Продолжительность обучения в медицинских ВУЗах составляет шесть лет. Из этого правила есть исключения: стоматологи и фармацевты учатся пять лет, но этих товарищей прочие медики медиками не считают, и оттого возникают различной тяжести спецолимпиады.

Резидентура

Кретинизм ситуации в том, что новоиспеченный медик, получивший на руки свой диплом и даже выпив по этому случаю ящик водки (а то и мед. спирта, и не один), работать по специальности не может — для этого ему нужен сертификат. То есть, если ему хватило мозгов пройти военную кафедру, то лейтенантом куда-нибудь в медроту полка он устроиться сможет, но на гражданке формально он врач, а неформально хрен солёный. Чтобы сертификат получить, нужно пройти специализацию – резидентуру (интернатуру в России и на Украине). Это ещё 3-6 лет фактически бесплатного труда (об окладах чуть ниже).
В резидентуре можно получить только основную специальность (терапевт, хирург и т.п.), которая позволяет просидеть всю жизнь семейным врачом в поликлинике, медленно спиваясь и считая каждую бануцу, хотя недавно семейникам подняли заработную плату, и теперь она соответствует сумме, которую оставляет за один раз в кабаке работник банковского сектора или молдавский политик средней руки.

Для сравнения, в пресловутых Штатах резиденту (интерну) требуется оттарабанить от года до 4 лет (зависит от специальности, вкуривать эпическую книгу «House of god»), при этом его нагрузка должна составлять не менее (!) восьмидесяти часов в неделю. То есть, при пятидневной рабочей неделе получается по 16 часов в день. Или, если себя не нагружать, то всего 12 часов, зато без выходных. Интерны-бедолаги в СШП зачастую эти восемьдесят часов тарабанят 36-часовыми сменами, так-то. Интересующиеся могут посмотреть сериал «Grey’s Anatomy». После чего начинается халява: большая зарплата, блекджек, шлюхи, а главное куча молодых рабов, которые вкалывают по восемьдесят часов в неделю. Ах да, хоть сама medical school штука крайне дорогая, за интернатуру после нее платят зарплату, не ахти какую, но на жизнь молодому специалисту вполне хватит: и квартирку снять, и тачку б/у купить, даже учитывая что большая часть интернов из этой зарплаты оплачивают образовательный кредит. Когда тамошним врачам говорят, что на территории бывшего СССР медики сами платят за последипломное образование (фактически работу), они хохочут до слез.

Клиническая ординатура

Если медработник не хочет прозябать вышеозначенным способом, он идет в ординатуру, намереваясь получить узкую специальность: проктолог, сифилидолог-триперолог-дерматовенеролог, тысячи их. Это еще год-два бесплатного труда на которые решаются либо счастливые обладатели особо богатых папенек и маменек или мужей (реже жён), готовых по-прежнему финансировать их, либо фанатики с особенно остро протекающей формой мазохизма. Поскольку в общей сложности полный курс обучения длится лет эдак до 32-33. В течение которых деньги крупнее 2000 леев в месяц вам никак не светят.
Также, полученную специальность надо каждые 2 года подтверждать. Категория (любая) подтверждается каждые 2 года, и сертификат специалиста —каждые 5 лет. И не всегда эти деяния совпадают по времени! Сдаются квалификационные экзамены бесплатно и весело, время буквально пролетает в компании экзаменаторов-медиков и коллег по несчастью. Повторяется сие действо до самой пенсии, под аккомпанемент жалоб на врачей-убийц от пьющих-курящих направо и налево пациентов, получая крошечную официальную зарплату при вредных условиях работы. Так-то!

Отдельного упоминания заслуживает способ подачи учебного материала. На лекциях, как правило, дается относительно свежая информация, которую не найдешь в учебниках — тех самых, по которым еще античные эскулапы медицину изучали. В связи с этим приходится много писать. На первом-втором курсах и закладывается тот знаменитый медицинский почерк. В ход идет все: стенография, диктофоны, деление лекции между студентами (один пишет первую часть, второй — вторую, или формулы и текст). Все успеть невозможно, поэтому нужно читать чужие конспекты. Так закладывается умение врачей читать любой почерк, даже справа налево и иероглифы.

Преподаватели

Преподавателями могут быть как практикующие врачи, так и мизантропы, после окончания института оставшиеся на кафедре. Первыми в основном выступают специалисты прикладных дисциплин: хирурги на топанатомии, терапевты на пропедевтике, ну, и так далее. Эти граждане, в основном, более человечны, с пониманием относятся к некоторым слабостям студенческим, а перегар для них — не повод огорчить студента выдворением с занятия. Вторые — люди, отдавшие лучшие годы издевательствам над морскими свинками (патофизиологи), издевательствам над студентами (фармакология и биохимия), издевательствам над бактериями (микробиологи), в общем — милейшие люди. Отличаются тем, что считают (вполне заслуженно) свою науку — важнейшей (как говорил один зав. кафедрой: «Не будешь знать фарма — попадешь в турьма!»). Пропуск занятий считают тяжким грехом, за который ты будешь гореть на отработках.

Цимес также в том, что ряд специальностей крайне блатные — акушерство с гинекологией, урология, дерматовенерология. Ежегодно с каждого выпуска чуть ли не половина новоиспеченных дипломированных дебилов с лечебного факультета прёт в эти специальности.
Там гинекологов одних ну как собак нерезаных…
— Высоцкий

If you want to drink and fuck — Welcome to the наш лечфак!

Студенческая мудрость


В результате гинекологами и прочей чернью рынок труда перенасыщен чуть более, чем полностью, а куда более востребованных специалистов не хватает.

Классификация медиков по роду деятельности

Где гной — там вскрой!
— Главная истина и краткий курс хирургии.

Шей красное с красным, желтое с желтым, белое с белым. Получится хорошо.
— Еще одна главная истина.

К нам приходят, когда либо х@@ня, либо п@@ец. Так вот: п@@ец мы не лечим, а х@@ня сама пройдет.
— Неизвестный медик о своей профессии


Хирурги. Их отличает быстрый задний ум и не всегда передний, хорошая работа руками и умение завязывать что угодно во что угодно и насколько угодно. При этом, несмотря на то, что мастерство лучших хирургов приближается к искусству, обыденная работа хирургов и хирургоидов является все же ремеслом, так как не требует танца с бубном вокруг пациента, но требует зато отточенных практических навыков и инструментов (желательно также хорошо заточенных). Ходят слухи, что требуемый уровень заточки обратно пропорционален количеству веществ, предварительно введённых в пациента. Про науку и говорить ничего не стоит, в самой хирургии все уже открыли 50 и больше лет назад. Про умение хирургов интерпретировать данные инструментальных и лабораторных методов диагностики говорит анекдот.

Что такое «слепое плацебо контролируемое исследование»? Это хирург читает ЭКГ. Что такое «двойное слепое плацебо контролируемое исследование»? Это два хирурга читают ЭКГ. Что такое «двойное слепое плацебо контролируемое мультрицентровое исследование»? Это два хирурга и анестезиолог читают ЭКГ. Что такое «двойное слепое плацебо контролируемое мультрицентровое рандомизированное исследование»? Это два хирурга и анестезиолог читают ЭКГ, но на самом деле это не ЭКГ.


Специфика обучения хирургов в том, что собственно оперировать дают не сразу. Операция — это кормушка, сложных и богатых разбирают профессора и прочие влиятельные люди. Задача же резидентов состоит в написании дневников, ассистировании в чем-либо плевом или отрезании отмороженных пальцев у бомжей. Ах да, еще пиво носить, что вызывает у них лютый диссонанс.
Среди хирургов из основной массы выделяются нейрохирурги в связи с тем, что основное гуро достается им. Естественными соперниками хирургов в дикой природе являются терапевты. При словах типа «фармакокинетика» и «протоколы ведения в послеоперационном периоде» у хирургов случается энурез, по славной традиции — в рукомойник.

Терапевты. Крайне веселая и неоднородная братия, в которой надо больше напрягать мозг, чем ладони. Терапевт — потомок шамана и сам немного шаман, вместо бубна — справочник лекарств, вместо дохлой лисы — фонендоскоп вокруг шеи. Терапевт имеет тысячу глаз, тысячу ноздрей, три тысячи языков и ушей, способен учуять запах болезни, еще когда пациент только собирается выйти из дома. ЭКГ он читает, как Тургенева. Голова их вмещает все названия всех лекарств, в том числе дженериков из Новой Гвинеи. В отличие от хирургов, жизнь типового терапевта может показаться спокойной — ни тебе острых животов, ни тебе политравм. Но это впечатление обманчиво, ибо терапевт лечит все, от чего отказался хирург, а хирург любит отказываться. Если пациента после очередной пилюли покрыло сыпью, тормошить будут терапевта. К тому же терапевт почти никогда не может вылечить пациента до конца, что негодяи-пациенты никогда не преминут вспомнить.
Рассказывать о разных терапевтах смысла нет, их очень много, и они все разные. Утонченные кардиологи, веселые и прямые просто терапевты, ботаны-клиниммунологи, приземленные гастроэнтерологи.
Решил Иисус в один день сойти с небес и в образе простого врача-терапевта сел в кабинете поликлинике. Въехал к нему слепой на инвалидной коляске. Иисус ему:
— Прозрей и иди!
Тот прозрел и пошел. Выходит, из очереди его спрашивают: Ну как новый врач?
— Да такой же халтурщик, как предыдущий. Даже давление не померил.


Акушер-гинекологи и гинекологи, урологи и прочие. Я не очень люблю их за пафос и самолюбие, поэтому даже писать о них не буду. Лишь напомню, что какого-то хрена половина студенток после окончания идет в акушерство-гинекологию, устраивая истерики по поводу того, что места забиты. Потом из них вырастают озлобленные на жизнь бездетные бабы, населяющие женские консультации. Изредка встречаются в специальности и мужики, чья мотивация совершенно не понятна, так как работая там можно насмотреться такого, что уже до конца дней не встанет. Гинекологов другие врачи (включая гинекологов) не любят.
Выходит бабка от гинеколога, постояла в коридоре, потом приоткрывает дверь и спрашивает у молодого врача: «Сынок, а мамка-то знает, чем ты тут занимаешься?»


Психиатры и сходные с ними. См. Фрейд и Психология. Своеобразный подвид. Теоретически должны оценивать состояние человека с тяжелыми заболеваниями психики и назначать медикаментозное лечение (ибо беседы с психологом уже ничего не дают). В сущности, разница между малоагрессивным и неслабоумным сумасшедшим и его лечащим врачом одна — белый халат, поскольку профессиональная деформация идет совершенно чудовищная. Здесь играет роль так же тот факт, что в психиатрии вообще мало что излечивается. Основные клиенты психиатров — шизофреники, слабоумные и сильные психопаты, лечение которых заключается в купировании сезонных обострений. Эпилептики давно сплавлены к неврологам, что привело к резкому улучшению качества жизни и больных, и врачей. Успешен тот психиатр, кто смог срулить из большой психиатрии в малую и стать психотерапевтом. Такой имеет и профит и душевное спокойствие. Более мизантропичные товарищи уходят в наркологи — золотонесущая специальность, так как опять же наркомания и алкоголизм фактически неизлечимы, а посему пациенты требуют регулярных детоксикаций и выводов из запоя, но в отличие от шизофреников платежеспособность теряют не так быстро. Также, прибежищем может быть самая веселая бригада "Скорой помощи" - для тех, кто вышел ростом, лицом и любит подраться.
Любят жаловаться что в Этой Стране из больниц сделали приюты. В чем собственно на 100% правы.

Неврологи. Помесь психиатра и терапевта, к коему славному виду имею честь относится и я. Только в отличие от психиатра, который и не скрывает, что в психике человека ничего не понятно, невролог делает вид что ему-то все понятно. Всегда носит с собой молоточек, которым может взять и ударить и иные инструменты для БДСМ — иголки, колесики с шипами, камертоны и пр. Психиатры, которые обычно не ладят со всеми иными врачами, находят с ними общий язык, из-за чего неврологи часто используются как переводчики с языка «соматов» на психиатрический и обратно. Ставят так называемый «топический диагноз», который странным образом умудряется не совпадать с данными нейровизуализации и, к сожалению, аутопсии. Как и психиатры, мало что лечат, потому что, как известно, нервные клетки не восстанавливаются. По количеству овощных пациентов, потерявших не только рассудок, но и многие рефлексы взамен приобретенных Бабинского и Россолимо, могут поспорить с геронтологами. Так же в неврологии очень забавно пахнет.

Анестезиологи-реаниматологи. На западе — одни из самых высокооплачиваемых врачей. У нас — насмешка над достоинством человека. Спасают ежедневно десятки жизней, обеспечивая спокойствие хирургов и бездействие патологоанатомов, ковыряющихся в потрохах, получая в получку баночку мочи. Не удивительно, что мало кто из представителей сей профессии уходит на пенсию. Также уверенно делят с психиатрами первое место среди всех профессий по самоэкстерминатусам. Постоянный контакт с парами наркотических препаратов делает свое темное дело.

Катят два анестезиолога на каталке пациента в сторону реанимационного блока.
Навстречу терапевт:
— Ну что, жив еще?
— Нет еще.


Патологоанатомы. Да, да, это тоже врачи, хотя и не практикующие. Спокойные, рассудительные люди. Морг вообще очень спокойное место. Хорошего патологоанатома боятся все другие врачи (Поэтому между собой называют: «тот которого к живым не подпустили»), ибо его слово как приговор. С ним даже самые дерзкие хирурги становятся послушными и кроткими. Патан наравне с анатомией — это матан медицины, потому патанатомы обычно всесторонне эрудированны, если конечно не спиваются, но все спиваются.

Если сразу врач не скажет
Завтра секция покажет
Патанатом — лучший диагност!
— Медицинская мудрость

Терапевты все знают, но ничего не умеют.
Хирурги все умеют, но ничего не знают.
И только паталогоанатом и все знает, и все умеет, но уже поздно.
— Народная мудрость

Вскрытие показало, что причиной смерти стало вскрытие.


Судмедэксперт. Получается из хороших патанатомов, работа явно поразнообразнее. В отличие от патанатомов, имеют дело с трупами разной степени свежести и поврежденности. В прямом смысле способен по ладони (даже если больше ничего, кроме нее, нет) установить личность и судьбу.

ЛОР-врачи. На деле та же элита хирургов, разве что с куда большей долей научности в работе.

Офтальмологи. Недалеко ушли от ЛОР-врачей, если занимаются хирургией (в первую очередь катаракты) или трудятся в частной конторе — вполне себе белая кость. Те же, что обитают в государственных медицинских учреждениях, частенько промышляют подпольной контрабандой китайских контактных линз.

Офтальмологов и ЛОР-ов объединяет еще одно обстоятельство: они попадают под определение «мелкодырочников». Поскольку пялятся в мелкие дырочки, умудряясь разглядеть там всякие чудные детали, типа светового конуса барабанной перепонки, или степени извитости сосудов сетчатки.


Педиатры. Как ТАМ работают люди, искренне не понятно. Для работы непосредственно с детьми не нужно ничего, кроме некоторого терпения. Но наличие родителей, а также бабушек, дедушек, etc. требует навыков психиатра.

Врачи-организаторы. Врачи, которые решили посвятить жизнь управлению и организации здравоохранения. Самое смешное, что иногда (хоть и нечасто) среди них встречаются адекватные товарищи, которые мастерски организовывают здравоохранение, результаты их работы можно наблюдать в любой поликлинике или стационаре.

Приеду в поликлинику на диспансеризацию
на крыльях вдохновения я в кабинет влечу
о том, как ночью темною меня глисты замучили
поведаю доверчиво товарищу врачу.
— М. Покровский

Инфекционисты. «Марбурга». «Ласса». «Йерсиния Пестис». Для простого человека эти слова ничего не значат. Но любой медик при произнесении этих заклинаний покроется липким потом и приобретет нездоровый землистый оттенок рожи. И начнет подталкивать несчастного инфекциониста в противочумном костюме образца начала XX века в сторону бокса. А ведь инфекционисту придется войти! В мирное время специалист-какашечник, все ректальные плевки и рисовые отвары достаются им.

Санитарные врачи. Самые страшные из всей медицинской касты. Любой лечебный врач, провизор, стоматолог покрывается потом при упоминании СЭС-проверки. Умеют лечить все (полностью проходят курс обучения лечебного врача, за исключением только того, что некоторые дисциплины содержат меньше часов), но никогда не лечат (слишком важными себя щитают, да и нельзя им). Ленивы, не пунктуальны, всегда выспавшиеся (никаких ночных дежурств и тп.), знают как и где искать то, за что могут провести «анальную кару» над кем угодно, и ведь слова не скажешь. На санитарных врачей учатся те, кто не добрал баллов на лечебников и потомственные санитарные врачи, которые знают, как надо и что надо. Особо умные умудряются перевестись на лечфак во время обучения или постдипломно переподготовиться на лечебников. Получаются очень даже неплохие специалисты.

Врачи из СЭС, наряду с налоговиками и пожарными инспекторами, невозбранно финансово терроризирует бизнес. Щелчком мизинца санитарный инспектор может закрыть на сколь ему угодно долгий срок, крайне широкий спектр заведений, от задротного пивбара до пафосного столичного клуба. Отсюда и профит работы санитарного врача, который в молдавском варианте «служения обществу», неприлично велик, сладок и упоителен. А врачами их продолжают называть лишь по старой памяти и привычке.

Рентгенологи. Забавные ребята, хранящие дозиметр в нагрудном кармане и защищающиеся от радиации высокой концентрацией спирта в крови. Притом они помнят, что пить надо до облучения, потому на работу приходят уже подготовленные. Задачей рентгенолога является описание тех самых забавных черно-белых штучек, которые вы видели в кино про врачей, на которые они всегда глубокомысленно смотрят перед тем как озвучить диагноз. А еще рентгенолог может управлять всяческими забавными гэджетами типа позитронно-эмиссионного томографа, или, на худой конец, банальным рентгеновским излучателем. Те, кто попадает за пульт управления гэджета, имеют профит, ходят в костюмчике от «Армани» и смотрят на всех как на дерьмо. А прочие имеют радиацию. В стародавние времена старые рентгенологи редко умирали со всеми пальцами из-за рака кожи, а частой причиной их смерти был лейкоз. Работают они короткий день и раньше уходят на пенсию. Прибавка за вредность к зарплате составляет 500—700 леев в месяц.


Функциональные диагносты. Те самые ребята, которые с помощью устрашающих гэджетов снимают ЭКГ, делают УЗИ, меряют АД и неведомые импульсы мозга, а потом все это весело описывают. Занимаются еще более чем девятью тысячами забавных опытов над больными (именно таковы добрые приспешники доктора Хауса). Например, нагрузочными тестами, в результате которых больной может внезапно умереть (о чем недвусмысленно свидетельствует дефибриллятор рядом с установкой для велоэргометрии). Или могут обмотать больного проводами на сутки и подвесить неведомый агрегат, который раз в полчаса меряет давление, сказав при этом: «живи в обычном распорядке», что равносильно привязыванию к мухе кирпича и измерению скорости. В частных медицинских центрах имеют профит, (чуть более, чем никто), в обычных больничках получают анальные кары.

Врач лаборант. Профессия, нужная только в дорогих клиниках; в поликлиниках, как правило, лечением не занимается, интерпретацией анализов не занимается, исследованием анализов не занимается. Обычно является заведующим лабораторией, занимается объяснением того, почему по анализам больные мертвы, а на практике живы, и наоборот. А всё потому, что советские агрегаты также далеки от современного забугорного иммуноферментного анализатора, как конка от французских поездов системы TGV. Часто представляют собой насмерть замученных женщин с тремя детьми, мужем-алкоголиком или совсем без оного и зарплатой 1756 леев 75 банов.

Помимо вышеперечисленных есть медики, не получившие высшего образования, для простоты назовём их просто «медработники»:
В черном-черном городе
Черными ночами
Неотложки черные
С черными врачами
Едут и смеются, песенки поют
Люди в черном городе
Словно мухи мрут.
— С. Шнуров

Фельдшеры и врачи скорой помощи — те самые весёлые товарищи из скорой помощи, зачастую имеют дело с отборным дерьмом в форме психованных пенсионерок и наркоманов. Обладают некоторыми навыками реаниматолога, травматолога, терапевта, офтальмолога, педиатра, акушера… Сотни их, этих навыков, так как на «скорой», теоретически, можно встретить все, что угодно, однако все эти навыки так и остаются некоторыми. Врачи и фельдшера скорой помощи, обычно, отличаются только корочками диплома и зарплатой, так как в 95 % случаев фельдшера, со временем, поднимаются до нужного на «скорой» уровня знаний, а врачи до него деградируют. Люто и бешено ненавидят участковых терапевтов, так как часто выполняют их работу. В свою очередь люто ненавидимы врачами приёмного отделения за то что привозят им работу. Хоть и не могут назначать терапевтическое лечение и выписывать рецепты, но всегда могут дать сотни советов когда, как и что принимать, а также какой рецепт и направление на обследование выпросить у участкового врача. Курят сигарет в дохрена раз больше, чем другие медики (чтобы заглушить невыносимую вонь бензина и бомжей), а также люто и бешено бухают не только на день медика, как все нормальные медики, но и на день водителя. Имеют со своей работы приколов больше, чем все остальные медики, но меньше чем психиатры.

Имея график работы «сутки через трое» теоретически могут совмещать эту профессию с какой-нибудь той профессией, чем никогда не занимаются, потому что в реале вырисовывается следующая картина: график получается «сутки-ночь-день-дома-сутки-ночь-…». В таком режиме несколько месяцев подряд, потому что половина подстанции по отпускам или больничным. Да еще несмотря на собственное самочувствие и погоду. Да еще постоянно рискуя получить либо перо под ребро, либо табуреткой по голове, от той швали, что в «over 95%» случаев встречает их на пороге.

С точки зрения работников приемного отделения, семьдесят процентов кипучей деятельности персонала скорой — это довести тело до приемного отделения, где сбагрить краснооким дежурантам (график работы в приёмнике хлеще). Поставить доставленному телу, диагноз из серии: «Голова в инородном теле», и по-тихому смыться. Обожают 2 забавы: приехать в приёмник шестью бригадами одновременно (2 тела по настоянию самих тел, бомж — 1 экземпляр, психонавт/белочка 1 штука, авто, кровотечения, инфаркт, ОНМК и т. д. — на выбор). Вторая забава — привозить следующие тело через 3-5 минут после определения в приемнике судьбы предыдущего. По периоду полураспада и выгорания персонал неотложки сравним с реаниматологами.

Медсёстры —сильно различаются по весовым и иным показателям, некоторые вполне приличные, большинство никогда таковыми и не были. Часто выполняют работу также младшего медперсонала. Иногда попадаются медсестры мужского пола, называются медбратья, а иногда медбратья женского пола.
Самые крепкие и добрые ребята водятся в психиатрии.

Лаборанты — подготавливают материал к исследованию Всегда имеют доступ к несвежему. Проходят полный курс микробиологии, гистологии, биохимии, гематологии и гельминтологии. Занимаются анализом ваших, простите, высеров, в прямом смысле этого слова. Что наглядели — тащат врачу-лаборанту. Как и их начальники, настоящий профит могут получить только в частных клиниках.


Зубные врачи и техники «Зуб — не орган», следовательно, стоматолог — не врач, и даже не очень медик. Скорее всего цирюльник. Хотя, не стоит забывать тут и о челюстно-лицевой хирургии, которая тоже на стоматологах. В последнее время оных развелось многие тыщщи, где они все работают остаётся неизвестным. Считается, что зарабатывают больше, чем обыкновенные врачи разных специальностей, но не факт.

Фармацевты — так же как и стоматологи медиками не являются. Настоящие медики смотрят на фармацевтов как на продавцов-консультантов, вызывая тем самым неслабую дрожь у последних. По причине неплохого знания одновременно медицины, химии и основ бизнеса и экономики могут неплохо устроиться в жизни и получать профит, продавая тоннами «ОсциллококцинОциллококцинум», «Фуфломицин» и прочие БАД-ы. Обычно же работают по 10-12 часов в аптеке продавцами прокладок, презервативов и инсулиновых шприцов. Алсо, умеют читать знаменитый почерк медиков.

В интернете можно встретить ещё одну классификацию врачей: «А» — аобыкновенный врач «Б» — женщина-врач «В» — военный врач «Г» — молодой врач

Медики и шутки

- Дайте мне, пожалуйста, вон ту красную плюшевую жопу.
- Мужчина, это не жопа, а сердце!
- Знаете, я 20 лет кардиохирургом работаю. Дайте мне вон ту красную плюшевую жопу.
— байки Кардиоцентра

Изучение латыни генерирует свои лулзы. Старый прикол: передать профессору N., что его зовет к телефону Римма Пуденди (от рас. лат. Rima Pudendi — половая щель). Некоторых спермотоксикозированных личностей именуют трохантерами (от рас. лат trochanter — вертел на бедренной кости).
И опять не без примеров соперничества лечебников, стоматологов и фармацевтов:
«Много понта, много блата, значит, телки со стомата», «Зуб — не орган, стомат — не факультет», «Кто учился на стомате, тот не врач, а @@@ в халате» — коллеги желают стоматологам удачи в практике
«Лечебники ржут над стоматом 5 лет, а стомат над лечебниками — всю последующую жизнь!» «Лучше быть женой макаки, чем учиться на лечфаке» — отвечают им тем же зубные феи
«Лучше сьесть дерьмо макаки, чем учится на фармфаке» — пламенный привет всем фармацевтам

Самый большой прикол, — то, что несмотря на вышеописанное макание в дерьмо, среднестатистический медик обладает нехилым чувством юмора. Типичная беседа в моменты перекуров (здоровый образ жизни!) выглядит примерно так: «А вот на Западе врачи — элита с шестизначной зарплатой! Зато в этой стране…» — говорит медик, старательно игнорируя тот факт, что большинство отечественных врачей впадают в кому после прочтения двух страниц нормального западного учебника (в переводе, потому что английский знают «на школьном уровне»), информацию черпают в Методических Указаниях Кафедры 1988 года, из интернетов не могут добыть не только специальные знания (пабмед — это вам не фишки нет), но и свою электронную почту. Перекурив и почувствовав себя непризнанной элитой с неадекватной зряплатой, медики расходятся по рабочим местам, прописывать полдюжины медикаментов (арбидол, ага) при простуде, назначать клофелин при гипертонической болезни и поднимать иммунитет биодобавками (как же, фарм. фирма деньжат подкинула), да травить коллег поумнее и поспособнее. Отличающиеся в лучшую сторону вообще часто подвергаются травле и стараются свинтить из страны или из медицины, потому что на гнилых кафедрах никого не колышет насколько ты умный и насколько реально помогаешь людям, а вот успешный и умный легко может бросить тень на тех, кто просиживает халат.

А еще следует отметить что мед служба ныне состоит на 85 % из людей, которые просто не смогли больше нигде устроиться, пенсионеров, алконавтов, идиотов и к ним приравненных, на 10 % из мажоров, заполонивших все блатные места и на 5 % из фанатиков, которые вас таки могут и вылечить (а могут и грохнуть, экспериментируя).

Также
Лишь нагнутся к постели твоей
Люди в белых халатах.
— Л.И.Ошанин

Замечено, что из медиков часто получаются хорошие писатели и поэты-песенники (Дж. Свифт, А. Конан-Дойль, Л.-Ф. Селин, А. П. Чехов, М. А. Булгаков, С. Лем, А. Розенбаум и проч, тысячи их!..), а вот из писателей медиков не получается.
Также большинство медиков являет собой пример взаимоисключающих параграфов. Вроде бы знания о том, к чему приводят излишества жизни, должны сдерживать от стремления к оным, тем не менее медики как никто иной пьют, размножаются и курят. Половина студентов закуривает после первого похода в анатомичку (чтобы выветрить приятный запашок формалина). Но впоследствии медики привыкают и умудряются в сиих парах даже жрать, тем более, не такой уж формалин и вонючий, тем более, если в его растворе плавает уже малость покрытый плесенью труп. Другая половина — уже начав работать, ибо классический бомж, приехавший в приемное отделение с гангреной, слоем грязи и собственной блевотой на бороде, пахнет тоже не фиалками. В результате, к выпуску медики курят чуть более, чем все, а пьют чуть меньше, чем полностью. Что приводит к тому, что среднестатистический анестезиолог, например, работающий со смертью за смешные деньги, живет чуть больше чем 40 лет. Истошный вопль «Medice, cura te ipsum» (лат. «врач, излечи себя сам») звучит просто как издевательство. Что примечательно, за бугром ситуация ровным счетом обратная, выпивающие и курящие врачи — редкость, а дожить до 90 лет для врача — как два пальца об асфальт, при этом продолжая практику до последнего дня.

На свете всяко может быть:
Мать может сына позабыть,
С женою может муж расстаться...
Но, чтобы медик бросил пить,
Курить, совокупляться?!
Нет, этого не может быть!


Зарплата медиков

Почему медики работают на полторы ставки? Потому что на ставку жрать нечего, а на две — некогда
— Народная мудрость

Эх, нищее племя, коллеги-врачи,
За что ж нас судьба наказала?
В аванс выдают нам анализ мочи,
В получку — анализы кала.
От голода пухну и выпить хочу,
И кожаный плащ прохудился.
Подайте, родимцы, простому врачу,
Чтоб доктор хотя бы напился.
— Тимур Шаов


После окончания университета врачи не имеют права работать врачом (sic!). Для начала им нужно окончить ту самую резидентуру. Резиденты получают стипендию в размере 1000 (одна тысяча) леев в месяц. При этом они обязаны являться в клинику по графику пять дней в неделю, присутствовать на скучнейших до выноса мозгов утренних собраниях, кои гордо именуются пятиминутками и никогда не длятся меньше получаса, писать все дневники в историях болезни за врачей, а также периодически проходить процедуру тотального «опускания», поскольку обучение в резидентуре помимо получения практических навыков, предусматривает ещё и теоретическое обучение. То есть периодически нужно ходить на зачёты и экзамены, степень твоего успеха на которых чуть более чем полностью зависит от расположения духа профессора. Сложившаяся ситуация обусловливает разделение резидентов уже на этом этапе – на мажоров, обладающих либо нужными кастовыми связями в виде папы (мамы, дяди, тёти, деда, бабки)- профессора (завотделением, директора, декана) и раздолбаев, осознавших сомнительность собственных перспектив в медицине курсу эдак к шестому. Первые связывают свое будущее с медициной, вторые лихорадочно связывают завтрашний день с мыслями, где бы еще заработать денег, отчего нередко забивают на всю резидентуру большущий ржавый болт и устраиваются продавцами в аптеку, сетевыми акулами, операторами в интернет-кафе и прочая и прочая. Особо фанатичные и преданные своему делу устраиваются фельдшерами в службу скорой помощи, что, тем не менее, не отменяет факта забивания большого ржавого болта на обучение.

У врачей первого года работы зарплата от 1300 леев до 1600 леев. У врачей с обубенным стажем лет эдак в –цать и связями оклад аж в 4300 леев, что делает его медицинским стати. У заведующего отделением в ЛПУ республиканского назначения с клиникой, дотациями и всякой прочей хренью зарплата почти касается 5000 леев, ради которых нужно съесть две тонны отборного дерьма, терпеть ежедневное унижение и дрожать за то, чтобы не потерять расположение своего визави, ибо на твое место уже выстроилась куча племянников, внучков, финов и кумэтров.

А все почему? А потому что в ранние годы революции кто-то шибко умный вверху изрек: «Хорошего врача народ прокормит» С тех пор много что поменялось, но зарплату повышать не хотят.

В свете такой хрени, особо дальновидные и упертые экземпляры из медиков валят в сшу, где получают цифру между 100 тыщ и лямом американских леев в год, чем дико бесят своих коллег из бывшего нерушимого, которые хоть и не верят что такое бывает, но завидуют.

У особо упертых читателей из разряда тех, которые восторженно кивают и хохочут, хлопая себя по ляжкам, когда читают статьи наподобие «Как я лечился по полису» (или «Все врачи - сво»), безусловно возникает закономерное удивление насчет бережливости врачей, которые за свои пять тыщ покупают «лансеры» и «фокусы», а хирурги и гинекологи при тех же пяти тыщах вполне копят на «камри» и всякого рода «туареги». А все почему? Постараюсь объяснить на пальцах: медицина бесплатна только в воспаленном мозгу молдавских чиновников. По всей стране очень мало мест, где, попав без блата или пачки баксов, можно получить качественную медицинскую помощь. В большинстве же мест, в лучшем случае, такому неудачнику грозит быть леченным или оперированным резидентом-первогодичником, если вообще не студентом, самым травматичным способом (например с доступом к желчному пузырю по Федорову), а не лапароскопически, чтобы после экзекуции пациент месяц лежал на койке, капая дренажами и боясь пукнуть. И не подкопаешься, всегда обоснуют, что такое вмешательство было необходимо по показаниям. В остальных случаях врач будет лечить пациента максимально приближенно и на йоту меньше к тому объему услуг, который предусмотрен куском туалетной бумаги под наименованием «Полица де асигураре медикалэ». Ибо новейшие препараты, диагностические аппараты и тактики, кои хитрый пациент вышуршал на просторах интернета или (о Боже, но и такое бывает!) от соседки тети Клавы, которая испытывает сопоставимое с оргазмом наслаждение капая на мозги участковым терапевтам с полисом наперевес – в полис никак не могут входить. Тем более в полис не входит благодушная улыбка и широта души, ибо когда думаешь, чего бы такого купить жене на восьмое марта, чтобы и за подарок сошло и из дома не выгнала, улыбка не напяливается. А за «нашару» её никто напяливать не будет. Есть и другой вариант – в особо крутых же местах и в случае особо крутых врачей вам прямо в лицо попросту скажут: «Лечение только платное». Таким образом, серьезные дядьки-врачи живут очень даже неплохо, получая в десятки раз больше своей официальной зряплаты, и смотря на простых врачей как на сброд базарный. Однако есть и другая сторона медали: прежде чем в такой системе поднимешься хотя бы до уровня ассистента кафедры, можно три раза сдохнуть от голода и, не сдержавшись, уйти торговать трусами и ручками (что, собственно, частенько случается). Ах да, в подъеме по карьерной лестнице играет роль не умение, знание, или человечность врача, а прежде всего нужные связи. Sad, but true.

Обсудить