Часовня ополченцев

Городские власти не обнаружили своего присутствия. Чего мы и не должны от них ожидать. Как говаривал Рональд Рейган: «Нам не следует ожидать, что Правительство решит наши проблемы. Правительство и есть наша проблема».

История вопроса

Старожилы Рышкановки хорошо помнят прохладную тишину зала, знамёна, пистолеты и широкий палаш на стенах часовни, куда пионеры обычно попадали после мультиков в кинотеатре Шипка и порции пломбира в кафе неподалёку. Тут всё было настоящее, всамделишное, и было так легко представить скаковое поле и смотр добровольцев, отправлявшихся на турецкую войну 1877 года.

В перестроечные времена часовню отдали православной церкви, что, вероятно, правильно, хотя немного жаль всех музеев и планетариев, располагавшихся прежде в культовых сооружениях. Церквей теперь много, а планетария нет.

И вот теперь добрые люди во главе с батюшкой Борисом Папук решили часовню ополченцев снести, а на её месте построить новую церковь, большую и красивую.

Неожиданное решение, правда?

Сразу появляется множество вопросов. Неужели в городе так много исторических мест и построек, чтобы можно было так легко ими разбрасываться? И зачем сносить, почему бы не построить на новом месте? И кто позволит, здание же охраняется государством?

Но всё это вопросы естественные, а значит - тривиальные. Куда интереснее проникнуть в парадоксальную логику инициаторов сноса часовни. Разумеется, если оставить в стороне соображения чисто коммерческие – церковь на Рышкановке в любом случае прибыльнее, чем где-нибудь на краю города.

Между тем, неизвестные злоумышленники уже срезали в сквере полтора десятка деревьев почтенного возраста и обнесли забором площадку для строительства. Батюшка утверждает, что неизвестные, а не верить нельзя – всё же духовное лицо.

Мотивы благочестивых прихожан таковы: «Нам надо. Часовня, сами знаете, старая. Девятнадцатый век. Тесная, унылая. И вообще это даже не церковь, а часовня. Это неудобно. Есть, конечно, на Рышкановке другие церкви, например, на Московском проспекте, но это не рядом с домом. Мы туда не хотим. Разрешение нам никакое не нужно. У нас христианская страна, нам Бог разрешил. Всё равно это наша часовня, почему бы её не снести. Охранная зона? Общественное пространство? Болгарское посольство? Мы всего этого не знаем. Ничего страшного, посадим другие деревья. И церковь другую построим. Нам надо. И мы сделаем это. Пентру ням ши цара. Пунктум.»

Выходит, церковь должна быть рядом с домом, как парковка для автомобиля.

Смутно напомнило:
- Они же взяли самые ценные экспонаты, - в паузах между ударами молотка объяснял Сухову смотритель музея Лебедев.
- Какие еще экспонаты? Я же сказал барышням - брать ковры похуже.
- Это же одиннадцатый век!

Митинг протеста

В сквере возле часовни состоялся митинг противников строительства. Между прихожанами и митингующими состоялся обмен мнениями, который выявил хорошее знание образных народных выражений. Христианского всепрощения, кротости и смирения не наблюдалось ни в каком виде. Сугубый первобытный прагматизм.
Сознание богобоязненной паствы не замутнено уважением к закону и светским властям.

Примечательно, что митинг созвала организация в защиту Рышкановского леса, возражающая прежде всего против уничтожения деревьев, а не самого архитектурного сооружения. Просто поражаешься многообразию форм разумной жизни.

Городские власти не обнаружили своего присутствия. Чего мы и не должны от них ожидать. Как говаривал Рональд Рейган: «Нам не следует ожидать, что Правительство решит наши проблемы. Правительство и есть наша проблема».

А дальше будет вот что. Сумеют горожане принудить городские власти исполнять свои обязанности – Кишинёв останется городом, нет - утратит своё лицо и историю, всё больше становясь безликим бетонным массивом.

Обсудить