Что происходит сегодня в Молдове? Дискуссии об особенностях «Молдавского пути»

Я стремился пробудить в обществе потребность в обсуждении волнующих его сегодня вопросов, показать, что решение многих проблем нашей жизни зависит не только от власти, но и от представителей гражданского общества. В первую очередь, от нашей личной активности, от нашего личного желания влиять на ситуацию в стране.

Гражданское общество Республики Молдова, обеспокоенное стремительно ухудшающейся экономической, социальной и демографической ситуацией в стране, кризисом системы власти, пытается найти сегодня ответы на важнейшие для него вопросы.

Почему всё это происходит, кто в этом виноват и что нужно сделать для выхода из нынешнего кризисного состояния?

Чтобы ответить на эти актуальные вопросы, необходимо, прежде всего, проанализировать все те процессы, которые происходят внутри власти, правящей элиты и в целом в нашем обществе.

Надо разобраться и с тем, какие конкретные темы идеологического противостояния сегодня наиболее актуальны и в какой степени они определяют характер противостояния между властью и оппозицией.

Следует также определить, каково отношение ведущих партий во власти и в оппозиции к проблемам экономики, социальной сферы, образования и культуре, церкви, внешней политики, самоидентификации Молдовы, к осмыслению исторического прошлого, каковы их подходы к вопросам модернизации страны.

Чрезвычайно важно точно знать и учитывать, в каких формах и между какими именно политическими силами происходит сегодня идеологическая борьба в Молдове, а где имеет место лишь элементарная схватка между конкурирующими политико-олигархическими группировками, прикрываемая ссылками на якобы имеющиеся идеологические противоречия.

Сделать всё это можно только в результате постоянного отслеживания, изучения и анализа характера полемики, ведущейся между депутатами в Парламенте, дискуссий на актуальные темы в СМИ, аналитических докладов и записок, обмена мнениями на «круглых столах» и в ходе тематических конференций, а также дискуссий, вынесенных на улицы и площади.

К глобальным вопросам, которые, по моему мнению, будут определять развитие Молдовы в настоящем и будущем, следует отнести проблему развития национальной экономики.

Следует определиться и в вопросе о том, как будет проходить процесс модернизации Молдовы, какую роль в нём могут и должны сыграть ЕС и СНГ, в том числе Россия, Украина и Румыния.

Особая тема – это застарелая проблема Приднестровья, в том числе активизация поиска согласия между берегами Днестра, а также наиболее эффективных и приемлемых и в Кишиневе, и в Тирасполе путей и методов её решения.

Рассмотрим некоторые из перечисленных выше вопросов.

Самоидентификация Молдовы. Переосмысление истории.

Перед любым мыслящим и неравнодушным к судьбе своего Отечества человеком, живущим сегодня в Республике Молдова, сама жизнь ставит «ребром» вопросы, на которые нет пока однозначных и устраивающих всех людей ответов.

Что такое Республика Молдова? Осколок Российской империи? Несостоявшееся постсоветское государство? «Историческая территория» соседней Румынии? Молодое независимое и суверенное демократическое государство Европы, которому в этом году исполняется 20 лет?

Кто мы, граждане этой страны? Наследники средневекового Молдавского государства, продолжатели дела его строителя и защитника великого господаря молдавского Штефана чел Маре? Члены полиэтничной общности – молдавского многонационального народа, свободные граждане независимой Молдовы?

Вопросы, как видите, есть, их много, но однозначных ответов на них пока нет. В молдавском обществе нет консенсуса по этим вопросам. Боле того, эти темы стали «табу», они практически не являются предметом дискуссий для молдавской элиты, для политических партий и представителей гражданского общества.

Понятно, что при такой ситуации «умолчания» нельзя ожидать скорого появления ответов на эти, жизненно важные для судеб нашей страны и нашего народа, вопросы.

Более того, ряд представителей нынешней либеральной власти в лице Альянса «За европейскую интеграцию», одни открыто, а другие пока ещё в скрытой форме, исповедуют идею, суть которой заключена в том, что Республика Молдова – это «часть Румынии», которой суждено рано или поздно непременно воссоединиться с «матерью-Родиной». Причём кое-кто из наиболее ярых унионистов уже и сроки этого «воссоединения» определил - не позднее 2018 года.

Есть и другие силы – правда внепарламентские и маргинальные, которые вообще считают Молдову частью «Великой России» и не признают молдавскую государственность в любом её проявлении.

Ведущая сила в лагере оппозиции – находящаяся на левом фланге ПКРМ, в 2001 – 2009 годах являвшаяся правящей, считает, что Молдова – это государство молдавского народа со своей многовековой историей, которому уже более 650 лет.

Но, тем более странно, что за всё время своего восьмилетнего нахождения у власти ПКРМ слишком мало сделала в практическом плане для того, чтобы защитить, научно обосновать и распространить и закрепить эту идею в массовом сознании молдавских граждан, особенно учащейся молодежи.

Трудно объяснить, почему убеждённые сторонники этой идеи – известные историки-молдовенисты в период правления Партии коммунистов так и не получили сколько-нибудь ощутимой моральной, административной и финансовой поддержки со стороны Молдавского государства, а разработанный ими учебный курс истории Молдовы так и не был введен в школьную и вузовскую программы.

Какая-то часть общества считает сегодня, что Молдова – это молодое государство, которое приходится строить практически с нуля, в том числе и создавать его историю, а вместе с ней, и молдавскую нацию. Весь вопрос, однако, в том, кто станет составляющей этой нации: сама Молдова без Приднестровья и даже без Гагаузии, или же в едином составе?

Пока есть основания предполагать, что некоторые представители политической власти, видят Молдову в урезанном варианте, как некий промежуточный проект для его последующего растворения в «Великой Румынии». В этом контексте Приднестровье и Гагаузия становятся досадными «барьерами», мешающими в реализации этой давней мечты унионистов.

Важнейшая проблема самоидентификации – это национальная идентичность: кто составляет большинство жителей нашей страны – молдаване или румыны? Молдавский или румынский язык для них родной? И какую вообще нацию мы строим: этническую, выдавив остальные национальные сообщества из этого проекта, или гражданскую, включающую всех жителей страны? На эти вопросы также нет пока простых и однозначных ответов, как нет и особого желания их искать.

Особая тема – это отношение к историческому прошлому. Всё ещё остаются в нашей истории «спорными датами» 1812, 1918, 1940 годы. А в последнее время выяснилось, что в Молдове нет и общей, единой позиции по отношению к Великой Отечественной войне советского народа 1941 – 1945 г.г. и даже к Великой Победе - 9 Мая 1945 года.

Дело дошло до того, что некоторые политики и историки больше не считают Молдову победителем в этой Великой Войне.

Откровенно провокационное водружение в период нахождения на посту врио президента лидера Либеральной партии Михая Гимпу пресловутого «камня советской оккупации» перед зданием Правительства в Кишинёве, который, несмотря на соответствующее решение Конституционного Суда, так и не был убран и новым врио главы государства, лидером Демпартии Марианом Лупу, говорит о том, что часть политического класса, элиты, да и общества в Молдове, по различным причинам объективного и субъективного характера, воспринимают наше общее советское прошлое лишь как период «оккупации и угнетения».

Вызывает недоумение тот факт, что сегодня многие события совместной истории искажаются, приобретают откровенно ксенофобский характер. Многие историки говорят о голоде 1946-1947 как «организованном и заранее запланированном». Репрессии 1949-1950 представляются как откровенно этническими, направленными против молдаван, хотя от них пострадали представители всех национальностей, включая русских.

Да сами репрессии представляются как продукт оккупации и советской политики. При этом замалчивается тот факт, что репрессии коснулись и самой России, и самих коммунистов, то есть всех граждан СССР, являясь продуктом глубоких психологических проблем «высшего руководителя» страны, а не врожденным признаком системы. Излишне напоминать, что вообще умалчиваются те достижения в области культуры, науки, социальной защиты, которые существовали в советское время.

Надо признать, что у ведущих политических партий Молдовы нет сегодня однозначной и четко выраженной позиции по этим острым вопросам. Даже левая ПКРМ, за которую голосуют не только многие молдаване, но и русскоязычные граждане, так как считают её партией патриотов-государственников, не уделяет многим острым темам должного внимания.

Возможно, все это происходит потому, что ПКРМ – это партия интернационалистов, а партии Альянса тяготеют к румынской идентичности?

Если это так, то следует ожидать, что со временем, в Молдове появится новая партия – с ярко выраженным национальным лицом, а на смену доминирующей сегодня у молдавской интеллигенции «румынской идеи» придет «молдавская идея».

Хотелось бы верить, что эта идея, будучи, по своей сути, национальной, не станет националистической. Только в этом случае под знаменами партии с такой идеей соберутся все, кому дорога Молдова, кто хочет и желает строить независимое Молдавское государство, которое станет общим домов для всех его граждан, независимо от их национальностей и вероисповедания.

У этой партии должна быть четкая и ясно выраженная позиция по всем острым вопросам самоидентификации Молдовы и по проблемам её исторического прошлого. Нельзя исключать, что такую позицию может занять одна из уже действующих в стране партий. В первую очередь, на эту роль может претендовать модернизированная, прошедшая соответствующий ребрендинг ПКРМ.

Экономическое развитие Республики Молдова

При обсуждении этой исключительно важной и сложной темы следует выделить несколько наиболее актуальных проблем.

Во-первых, это определение места и роли Молдовы в мировом разделении труда. Уже сказано было много и многими о том, что такое Молдова и в каком качестве она видит себя на мировом рынке труда, но, вместе с тем, здесь ещё остаётся множество не до конца прояснённых вопросов.

Сближение Молдовы с ЕС, распространение на неё действующих там экономических норм и ограничений, ставит под вопрос будущее развития виноградарства и виноделия в нашей стране.

Если ЕС и нужна зачем-то Молдова (в чем есть очень большие сомнения), то уж, во всяком случае, не как винодельческая страна (в чем никаких сомнений нет). Это хорошо понимают сегодня все те в Молдове, кто связан с данным бизнесом.

Пока не получил ожидавшегося развития и широко разрекламированный в своё время проект «Молдова - сборочный цех Европы». Речь идет, прежде всего, о пошиве на молдавских предприятиях одежды и обуви из давальческого сырья, которые впоследствии реализуются заказчиками в других странах.

А ведь, развивая данный проект, можно было бы кардинально модернизировать предприятия и существенно расширить ассортимент производимой в Молдове продукции – одежды, обуви, мебели, продукции машиностроения и бытовых приборов. Этот проект, в случае удачной реализации, мог бы сыграть на современном этапе более позитивную роль в плане создания в Молдове новых рабочих мест, что сократило бы отток из страны за рубеж трудовых ресурсов.

Пока ещё в Молдове имеется дешевая, по сравнению со странами ЕС, рабочая сила, что привлекает к ней внимание некоторых зарубежных работодателей, но с каждым годом в стране остаётся всё меньше высококвалифицированных, профессиональных работников.

Молдавские вузы выпускают сегодня армию «специалистов с высшим образованием», однако существует очень много вопросов к качеству их подготовки. Да и необходимо ли нашей экономике столько экономистов и юристов? В то же время, в Молдове практически, не готовят профессиональных рабочих, технических специалистов среднего звена.

Поэтому имеются большие сомнения в том, что проект «Молдавский сборочный цех» получит дальнейшее широкое развитие, хотя он и чрезвычайно важен для нашего государства, особенно для молдавских сел, где пока существует переизбыток рабочей силы.

Многие энтузиасты в Молдове были убеждены в начале 90-х годов и сохраняют эту убежденность даже сегодня, что сущей «панацеей» и локомотивом развития национальной экономики мог бы стать туризм, прежде всего, местный.

Да, действительно, в Молдове имеются потенциальные условия для развития агротуризма, есть интересные старинные монастыри и церкви, поэтому у нас вполне мог бы, по примеру других стран, развиваться «отдых на селе» для городских туристов из государств СНГ и ЕС.

Мог бы, но не развивается, чему объективно мешает практически неразвитая и повсеместно разрушенная инфраструктура в сельской местности, снижающая до недопустимых, по меркам иностранных туристов, уровень сервиса и комфорта.

Существуют большие опасения относительно того, что инфраструктура, и в первую очередь, дорожное строительство, в Молдове вообще никогда не будет развиваться, так как именно в этой сфере в нашей стране существует самое сильное коррупционное начало, проще говоря, безграничное воровство. Пока с ним не будет покончено, любые государственные средства, направляемые в эту сферу, будут бесследно исчезать, словно в «черной дыре».

Много надежд в Молдове связывалось также с производством экологически чистой продукции, которая весьма востребована как на Западе, так и на Востоке.

Но всё дело в том, что развитие этого направления бизнеса требует новых технологий и значительных капиталовложений. Ни первого, ни второго в Молдове, увы, пока нет, и при сохранении нынешней политической ситуации хаоса и анархии не будет.

Последняя надежда Молдовы – это новые технологии, в первую очередь, в области информации. Увы, и тут у нас нет никаких заметных прорывов и достижений. Более того, некоторые эксперты прямо говорят, что в последние годы прежний застой сменился набирающим силу отставанием.

Особая тема в развитии национальной экономики – это роль государства в данном процессе. Необходимо понять, выступает ли государство всего лишь «ночным сторожем», или же оно должно и обязано играть роль «двигателя экономического прогресса».

Но в Молдове государство в лице тех, кто руководит различными министерствами и ведомствами, не стало ни «ночным сторожем», который не вмешивается в экономические процессы и не создает повсеместно проблемы для экономических агентов, ни катализатором и ведущей силой развития бизнеса.

Скорее всего, оно выступает в роли рэкетира, который системно обложил данью бизнес и «крышует» незаконные схемы и сомнительные операции.

В этой нездоровой ситуации пока трудно рассмотреть хотя бы слабые признаки реального роста молдавской экономики.

Становится ясно, что, либо мы поменяем правила игры, приведем к власти профессиональных управленцев, которые сумеют провести модернизацию экономики, либо процесс её деградации усилится и уже вскоре приобретет необратимый характер.

Социальное государство и социальная сфера в Молдове

Эта важнейшая тема также не стала пока предметом серьезных дискуссий, хотя, по моему мнению, она беспокоит сегодня подавляющее большинство граждан нашей страны. По индексу развития человеческого потенциала (ИРПЧ) на 2010 год Молдова занимает последнее место в Европе и 12-е место из 15 стран бывшего СССР, опередив только среднеазиатские страны Узбекистан, Киргизию и Таджикистан, зато отстав от Казахстана и Туркмении

Партии правящего Альянса, не очень афишируя это, фактически ведут дело к демонтажу сложившейся при советской власти социальной системы в Молдове. Речь идет о снижении до минимального уровня расходов на образование в сельской местности, о сокращении численности учителей, о закрытии амбулаторных пунктов в селах, о значительном сокращении перечня социальных льгот для полицейских и других действиях власти в том же ключе.

Логика правящей элиты в этих действиях предельно проста: экономика Молдовы сегодня слишком слаба, чтобы и далее выдерживать давление на неё «социальной нагрузки». Тем более, что практика «затягивания ремней» существует даже в развитых странах, когда они, столкнувшись с кризисом, вводят режим жёсткой экономии на всём, прежде всего, на социальной сфере.

Но в таких случаях мы вправе ожидать, что государство в Молдове, как это общепринято в странах с прочными демократическими устоями, предпримет комплекс мер, в частности, снизит налоги для бизнеса, что будет способствовать так нужному нам быстрому экономическому росту и, как следствие, создаст условия для повышения благосостояния граждан.

Однако, ничего этого мы пока не видим. Напротив, наше государство намерено отменить нулевую ставку на прибыль, которая могла бы привлечь в нашу страну солидных инвесторов (естественно, лишь при условии политической стабильности). В результате, потери несут не только граждане, но и бизнес.

К тому же, надо понимать, что уровень социальной поддержки в Молдове намного ниже, чем во многих странах ЕС, в России и Украине, и поэтому её дальнейшее уменьшение еще больнее ударит по простым людям.

А ведь социальные выплаты – это не только поддержка малоимущих. Это еще и инвестиции в человеческий капитал – главную производительную силу современного общества. Это и шанс для молодых людей, у которых родители не имеют достаточных средств, дать им высшее образование, при условии, конечно, что будет сохранено бесплатное обучение в вузах.

Да и в целом, чем больше доходы граждан, в том числе поучаемые за счет различных социальных выплат и льгот, тем выше экономический рост.

Размышляя о социальной сфере, мы должны остановиться и ещё на одной проблеме – интересах индивидуума и интересах государства.

Лично я придерживаюсь мнения, что интересы человека приоритетны по отношению к интересам государства, что каждый гражданин Молдовы имеет право на своё собственный свободный выбор.

Но, в то же время, следует чётко понимать, что в некоторых случаях наши личные интересы вступают в противоречие с интересами государства, более того, с интересами большинства членов общества.

Да, права человека священны, у нас должен быть свободный выбор. Мы имеем право быть вольны в своих действиях и поступках. Но в тех особых случаях, когда речь идет об обороте наркотиков, табака, алкоголя, государство вправе вмешиваться и принимать необходимые заградительные меры, чтобы не допустить деградации личности, вырождения народа.

Свою роль гаранта морали и нравственности, защитника традиционных семейных устоев, должно сыграть государство и в противодействии популяризации и легализации сексуальной распущенности, в том числе гомосексуализма и лесбиянства, гей-парадов, однополых браков и т.п..

При этом речь идет не об уголовном или административном преследовании и наказании, а о разумных и поддержанных обществом заградительных и воспитательных мерах.

Церковь и общество в Молдове

Республика Молдова - светское государство. Но это вовсе не означает, что религия не должна играть никакой роли в развитии страны, влиять на ситуацию в Молдове.

Мне представляется, что религиозные конфессии, которые действуют сегодня в Молдове, особенно Православная Церковь, могут найти своё место и сыграть особую роль в строительстве молдавского суверенного и независимого государства.

По моему мнению (не сочтите это вмешательством в дела религиозных конфессий), их главным делом на благо всего молдавского общества могли бы стать благотворительность и милосердие, помощь неимущим гражданам и обездоленным, в том числе матерям-одиночкам и детям, лишённым возможности жить в семье, а также ведение просветительской работы среди прихожан.

Ещё одна важнейшая функция Православной Церкви в молдавском обществе – сохранение и укрепление молдавской идентичности. В тех условиях, когда государство, опасаясь гнева маргиналов, боится ввести школьный предмет «История Молдовы», именно Церковь может стать главным институтом, отстаивающим национальную и цивилизационную идентичность и самобытность молдавского народа.

Православная Церковь Молдовы, входящая в Московский Патриархат – это и живая нить, связывающая Молдову с Россией, Украиной и другими братскими странами, а также соединяющая под своим покровом оба берега Днестра. Поэтому Церковь может стать эффективным посредником в наведении мостов через Днестр, в восстановлении взаимопонимания и доверия между гражданскими обществами двух сторон конфликта.

В кризисных для общества моментах, церковь может выступать и как некий моральный арбитр и миротворец, с целью избежать эскалации конфликтов и расслоения социума на враждующие группы.


Проблема Приднестровья

Главным вопросом дискуссии на эту тему должен стать вопрос о приемлемом для Тирасполя статусе Приднестровья в составе Молдовы.

Пока Молдова, в лице её высших руководителей, твердит только об единственно возможном статусе Приднестровья, рассматривая его в качестве регионального субъекта с набором разных прав, но в составе унитарной Молдовы, такой подход закрывает путь к достижению договоренностей и делает невозможным решение этой проблемы.

Не будет преувеличением, сказать, что закон от 2005 года об особом статусе Приднестровья фактически заблокировал переговорный процесс, похоронив шанс на объединение страны. Молдова сама запустила модель по суверенизации Приднестровья.

Если Кишинёв действительно хочет решить эту проблему, то ему нужно проявлять больше гибкости и быть готовым к разумным компромиссам.

Но, как известно, «наставники» нынешних молдавских властей из Бухареста призывают их к ещё большей жестокости по отношению к Тирасполю.

Есть основания полагать, что вызвано это отнюдь не заботой о целостности Молдовы, а желанием избавится от Приднестровья, чтобы, как советуют некоторые румынские политики, быстрее и легче решить проблему поглощения этой страной Молдовы.

На неконструктивных позициях официального Бухареста по проблеме Приднестровья стоят, к сожалению, и некоторые молдавские политики, в том числе входящие в правящий Альянс.

Все это, безусловно, стопорит решение вопросов, связанных с окончательным урегулированием Приднестровского конфликта.

Впрочем, надо признать и то, что Тирасполь также не проявляет реального желания идти на компромиссы и какие-либо уступки.

Ситуация чрезвычайно сложная, но отнюдь не неразрешимая. Необходим широкий диалог, нужны поиски взаимоприемлемых решений. Требуется широкая дискуссия с участием партий власти и оппозиции, представителей гражданского общества.

Для того чтобы решить конфликт, необходимо лечить не симптомы болезни, а её причины.

Либерализация языкового законодательства, приведение его в соответствие с Европейской хартией региональных языков, решительный отказ от провокационных попыток празднования объединения с Румынией, снос позорного камня на Площади Великого Национального Собрания, введение школьного курса «История Молдовы» и привлечение приднестровских специалистов к написанию учебных пособий – вот те меры, которые положат начало искоренению причин Приднестровского конфликта.


Внешняя политика Молдовы и её роль в развитие и укреплении государства

На первый взгляд, в обществе и между партиями в Молдове нет неразрешимых противоречий. Практически все ведущие партии Молдовы признают необходимость многовекторности её внешней политики, открытости Западу и Востоку.

Не вызывает неприятие или протесты со стороны партий и общества курс Молдовы на евроинтеграцию. Правда, надо честно признать, каждый понимает это по-разному.

Для одних в Молдове понятие «евроинтеграция» ограничивается устройством клумбы в общественном парке, символизирующей своим декором и цветовой гаммой «европейский выбор», да ещё вывешиванием над партийным офисом флага Евросоюза и бесконечной болтовней на эту тему.

Для других «евроинтеграция» заключается в получении от ЕС безвизового режима, который, с одной стороны, будет свидетельствовать об открытии «свободного допуска граждан Молдовы в Европу», а с другой стороны, еще более ускорит бегство из страны наиболее активной части населения.

Для третьих евроинтеграция значит «быть подальше от России» - с обязательным вступлением в НАТО и участием во всех антироссийских геополитических проектах. Они готовы разорвать все связи с важнейшим цивилизационным и экономическим партнёром Республики Молдова, с поставщиком стратегических энергоресурсов, экспортёром молдавской продукции, страной-гарантом Приднестровского урегулирования и местом постоянной работы многих сотен тысяч молдавских гастарбайтеров.

Четвёртые же, которые пока, к сожалению, в меньшинстве, трезво понимают, что «евроинтеграция» – это долгий и тяжелый труд по построению Европы в самой Молдове, то есть по достижению в нашей стране европейских стандартов в экономике и социальной сфере.

И всё же, несмотря на такую разность подходов к проблеме «евроинтеграции» в обществе и во власти, Молдова хотя и медленно, но все же «идёт в Европу», сближается с Западом.

Куда сложнее обстоит дело с Восточным вектором молдавской внешней политики. Тут достаточно много завалов и проблем, в том числе и военное присутствие России в Приднестровье.

Российская сторона почему-то крайне болезненно воспринимает любые разговоры по эту тему. Если Москва и обсуждает этот вопрос, то непременно увязывает его решение с окончательным урегулированием Приднестровской проблемы.

Есть, однако, мнение, что это ошибочный подход. Военная база (обозначение это чисто условное, учитывая незначительное количество военнослужащих и боевой техники России, находящихся в Приднестровском регионе), не должна, в отличие от миротворческих сил, иметь какое-либо отношение к проблеме Приднестровья.

Это проблема только Молдовы и России. По этому вопросу есть соответствующее решение ОБСЕ, которое было подписано как Молдовой, так и Россией. В нём идет речь о выводе российских войск и указаны сроки, которые, впрочем, уже давно прошли.

Что же можно и нужно в этой ситуации сделать? Только одно - договориться с Россией и решить, наконец, эту застарелую проблему.

Если Россия хочет оставить свою базу в Молдове (на территории Приднестровского региона), она должна сделать конкретное предложение по этому поводу Кишиневу.

Это должно быть такое предложение, которое может вызвать интерес у Молдовы. Речь может идти об оплате аренды, торговых и ценовых преференциях и т.д.

Все это, однако, не означает, что нынешняя власть Молдовы в обязательном порядке примет предложение России. Но, в любом случае, общество и политический класс будут точно знать, что они выиграют от этих предложений и что в них их не устраивает.

Темой дискуссий могла бы стать и проблема создания для Молдовы реальной «зоны свободной торговли» со странами Таможенного Союза, без «изъятий» и других технических барьеров.

Напомним, что функционирование Джурджулештского порта позволяет Молдове напрямую, морским путём торговать с Россией и другими странами Таможенного Союза.

Возможно, эта проблема могла бы заинтересовать и Украину. Это ещё, конечно, не вступление в ТС, но реальная возможность расширения торгово-экономического сотрудничества, которое выгодно всем участвующим в нём странам.

Политический кризис в Молдове. Сценарии выхода

Под политическим кризисом в Молдове чаще всего понимают то, что в стране уже два года не могут избрать президента. Да, безусловно, это очень серьезная проблема. Но, тем не менее, это только самая верхняя часть кризисного айсберга.

Нижняя часть, пока еще закрытая, это попытка захвата власти в Молдове теневыми структурами, которые, по сути дела, хотят приватизировать Молдову. К этой теме мы еще вернемся после завершения работы над книгой «Приватизация Молдовы», которую мы намерены вскоре вынести на суд общественности.

Мы также надеемся, что в Молдове найдутся люди, которые окажут нам помощь в издании этой книги.

Однако, вернемся к политическому кризису. Очень плохо, что тема политического кризиса в нашей стране не стала предметом дискуссий для политического класса и представителей гражданского общества Молдовы.

Её, конечно, обсуждают на некоторых местных телевизионных каналах, о ней пишут эксперты и политологи. Но все эти обсуждения, как правило, не носят системного характера, они достаточно поверхностны и потому безрезультативны.

Кроме того, нормальному решению данной проблемы мешают идеологические барьеры, которые партии во власти и в оппозиции нагромоздили друг против друга.

На повестку дня в Молдове до сих пор не вынесены сценарии выхода из кризиса. Нет конструктивных предложений, которые могли бы стать предметом общенациональной дискуссии.

В этом эссе я не ставлю перед собой задачу высказать детально расписанные предложения, поскольку данная тема предмет для отдельного разговора, но некоторые свои соображения на эту тему всё же считаю нужным довести до сведения молдавской общественности.

Во-первых, выходу из кризиса способствовала бы новая редакция некоторых статей Конституции.

Ряд экспертов и политиков считают, что нужно перейти к институту прямых выборов Президента. Шаг вроде бы вполне логичный, так как в этом случае, при любых раскладах, Президент будет избран.

Но выйдет ли Молдова при этом из политического кризиса? Уверенности в этом нет, потому что Президент при нынешнем соотношении сил далеко не всегда сможет иметь в Парламенте большинство, на которое он мог бы опираться.

Пожалуй, только у ПКРМ, в случае избрания её представителя Президентом, да и то чисто гипотетически, такой шанс есть. Но у Партии коммунистов пока нет сильного кандидата на эту должность.

Лидер ПКРМ Владимир Воронин не может быть избран Президентом потому, что уже исчерпал лимит избрания, а молодой новый лидер Игорь Додон пока ещё не дотягивает по возрастной планке – ему только 36 лет, а по Конституции РМ избрать Президентом можно только гражданина Молдовы старше 40 лет.

В этой ситуации всенародно избранный Президент, имеющий высшую легитимность во власти в Молдове, но не имеющий «своего» большинства в Парламенте, будет постоянно сталкиваться со многими проблемами, которые неизбежно приведут к новому политическому кризису.

Так уже было при президентстве Мирчи Снегура и Петра Лучинского. И новому Президенту Молдовы, если будет осуществлён возврат к процедуре прямых выборов, этого также не избежать.

Правда, из данной ситуации есть один выход. Можно перейти к американской модели. Президент, он же глава Правительства, должен будет обладать исключительной властью. Эта модель уже реализована в России, в Белоруссии и Украине.

Но ЕС придерживается совсем другой модели. Там многие права отдают Парламенту и Правительству. И нам в Молдове тоже следует крепко подумать, следует ли уходить от парламентаризма к сильной, во многих случаях даже авторитарной, президентской власти?

Во-вторых, избрание непартийного президента Молдовы.

Повторю то, о чём писал несколько месяцев назад на эту тему. Я утверждал тогда и сегодня остаюсь при том же мнении, что этот вариант вполне возможен.

Кстати, инициатором этой идеи является почётный председатель ДПМ Дмитрий Дьяков, который первым в нашей стране выступил против «партийных президентов».

На слуху у гражданского общества уже есть несколько фамилий непартийных кандидатов, которые вполне могли бы претендовать на избрание Президентом Молдовы.

Однако, надо признать, что обеспечить полную «беспартийность» Президента Молдовы вряд ли удастся. Дело в том, что Президент, кем бы он ни был, в любом случае будет вынужден придерживаться тех или иных политических взглядов.

Так что, для каждой партии, которая поддержит его избрание, существует немалый риск того, что этот «беспартийный» Президент, на самом деле, по ряду объективных и субъективных причин может стать принципиальным оппонентом именно данной конкретной партии.

Выборы нового президента Молдовы – это для каждой партии важнейший инструмент политического торга. И вряд ли найдётся такая партия, которая решится отказаться от использования этого инструмента в своих собственных интересах.

Но, если мы выберем именно этот вариант, то он неизбежно приведет к развалу Альянса, так как нарушит положенную в его основу договоренность: Лупу – президент, Гимпу – председатель парламента.

Влад Филат мог бы пойти на этот вариант, договорившись с ПКРМ, но при непременном условии, что ему дадут полный карт-бланш в Правительстве, позволив набирать профессиональную команду «под премьера».

Естественно, в этом случае пост председателя Парламента и ряд контрольных функций в стране должны будут перейти к ПКРМ.

В-третьих, вариант с избранием Влада Филата Президентом Молдовы.

В этом случае он должен будет пойти на открытый конфликт с Альянсом, а ПКРМ должна будет поддержать его кандидатуру для избрания на пост главы государства.

На первый взгляд, это не слишком правдоподобный сценарий. Но это только на первый взгляд. А вот если присмотреться к политической ситуации в Молдове повнимательнее, копнуть поглубже, то вырисовывается совсем иная картина.

Если мы хотим разрастания кризиса, то можно продолжать борьбу с «мифическими коммунистами», устанавливать «камни оккупации» в каждом населенном пункте и требовать запрещения эмблемы с изображением Серпа и Молота.

Но если мы хотим развивать страну, то нужно искать новые подходы, новые сценарии.

Союз ЛДПМ и ПКРМ, избрание Влада Филата президентом, могли бы укрепить власть в Молдове. Наша страна получила бы, наконец, очень сильную и работоспособную политическую коалицию во власти. Коалицию, у которой насчитывалось бы свыше 70 голосов в парламенте и которую поддерживает примерно столько же процентов избирателей Молдовы.

Вероятнее всего, в этом случае будет создано Правительство национального согласия, в котором большинство будет принадлежать не партийным кадрам, как прежде, а политически нейтральным профессиональным управленцам.

В-четвёртых, вариант, когда Президент вообще не избирается.

Суть этого варианта ясна и понятна: оппозиционная ПКРМ не голосует в парламенте за изменение Закона о порядке избрания Президента, а правящий Альянс-2 не находит нужное количество голосов для избрания нового главы государства по действующим сейчас правилам.

Затем следует роспуск Парламента и назначаются новые досрочные парламентские выборы. Вариант, конечно, не самый лучший, но, увы, при данных конкретных обстоятельствах и он вполне возможен.

Однако существует реальная опасность того, что и после новых досрочных выборов нынешняя ситуация с раскладом сил в Парламенте не слишком изменится.

Мы уже видели, что некоторые партии чётко отработали технологии и механизмы подкупа избирателей и фальсификации выборов через дополнительные списки и регистрацию «перелетных избирателей», так что успех партий на этих выборах будет определяться не столько их авторитетом, сколько количеством денег и емкостью административного ресурса у их лидеров и спонсоров.

Думается, что названные выше и другие сценарии возможного развития ситуации в Молдове нужно обсуждать, чтобы попытаться найти наиболее оптимальный выход из нынешнего политического тупика.


Послесловие

В этой публикации мною затронуты далеко не все проблемы Молдовы. Безусловно, их гораздо больше. Но, работая над этим материалом, я и не ставил своей целью поднять и рассмотреть абсолютно все вопросы, касающиеся ситуации в стране.

Моя цель была несколько иной. Я стремился пробудить в обществе потребность в обсуждении волнующих его сегодня вопросов, показать, что решение многих проблем нашей жизни зависит не только от власти, но и от представителей гражданского общества. В первую очередь, от нашей личной активности, от нашего личного желания влиять на ситуацию в стране.

Формы этого влияния могут быть самые различные. В том числе и те, которые предлагают авторы публикаций на портале ava.md. Это аналитические статьи и доклады по актуальным проблемам развития Молдовы, участие в «круглых столах», содействие в выпуске книг и брошюр, их презентации широкой общественности.

Уверен, что со временем мы подойдем к участию в создании аналитических центров и институтов. На эту тему мы уже представляли один из проектов, в котором мы сегодня активно учувствуем, и который уже близится к своему завершению.

К сожалению, не все и не всегда у нас получается. Мы так и не встретили поддержку со стороны власти в создании «Инвестиционной карты Молдовы». Но это не означает, что мы отказались от этого проекта. Мы продолжаем искать варианты его успешной реализации.

Увы, надо признать и тот факт, что молдавский бизнес не проявляет пока особого интереса к проектам по развитию Молдовы. В большинстве своем, он интеллектуально ограничен, эгоистичен, не видит дальше «собственного носа», то есть, не поднимается выше своих узкокорыстных интересов.

Однако, мы не отчаиваемся. Мы будем искать среди бизнесменов тех людей-подвижников, которые являются патриотами Молдовы и готовы вкладывать деньги в развитие гражданского общества, помогать тем, кто хочет добрых перемен в нашей стране.

Самая значительная наша поддержка и опора – это посетители портала ava.md. Только в течение последнего месяца нашими читателями стали свыше 107 тысяч уникальных посетителей. Мы уверены, что эта цифра будет расти и дальше.

Это вселяет в нас надежду на то, что власть будет не только слушать нас, но и слышать. Тогда всё то, о чем мы сегодня пишем и говорим, можно будет реализовать на практике.

Я лично в это верю и живу этой верой. И хотелось бы, чтобы в это поверили и представители политического истеблишмента нашей страны, все гражданское общество.

Для практической реализации этой веры, предполагается в ближайшее время представить еще один наш проект - интернет партию. Но об этом мы поговорим в одной из следующих публикаций.

Обсудить