Освобождение советскими войсками Бессарабии от румынской оккупации в июне 1940 года: свет правды и тени вымыслов

Очень важно в этой связи вспомнить некоторые детали воссоединения Бессарабии с Советским Союзом, события, имеющего огромное значение для современного мироустройства. Ведь именно это воссоединение позволило молдавскому народу сохранить самобытность своей нации.

В ряду ключевых и поворотных событий на историческом пути молдавского народа 1940-й год стоит на особом месте. Геополитическая ситуация в мире в конце 30-х - начале 40-х годов прошлого века решительно менялась. Правительство Румынии взяло курс на сближение с гитлеровской Германией. В 1938 г. румынский король Кароль II в Бергхофе встретился с Адольфом Гитлером. 23 марта 1939 года был заключён «Договор об укреплении экономических связей между Германией и Румынией». А уже 1 сентября 1939 г. Румыния оказалась союзницей Германии, напавшей на Польшу и оказавшейся в состоянии войны с Великобританией и Францией.

Очень важно в этой связи вспомнить некоторые детали воссоединения Бессарабии с Советским Союзом, события, имеющего огромное значение для современного мироустройства. Ведь именно это воссоединение позволило молдавскому народу сохранить самобытность своей нации. В последние предвоенные годы бессарабский вопрос открыто не поднимался в двухсторонних советско-румынских отношениях. Хотя Москва никогда, с 1918 г., не признавала «законность» аннексии Бессарабии Румынией, однако приближение новой мировой войны постепенно ставило бессарабский вопрос в плоскость практического решения. При этом румынское руководство совершенно неадекватно оценивало складывающуюся ситуацию.

Так называемый «Пакт Молотова-Риббентропа» от 23 августа 1939 г. стал первым реальным сигналом подготовки решения бессарабского вопроса и он вызвал растерянность в Бухаресте. Советское руководство понимало «свою заинтересованность в Бессарабии» исключительно как её возврат и включение в состав СССР. В Бухаресте, естественно, не зная о дополнительном секретном протоколе, в целом правильно оценили возможные последствия советско-германского договора для Румынии.

Советское правительство предприняло дипломатические усилия по окончательному разрешению территориального спора с Румынией. 23 июня оно предупредило германское правительство о своих намерениях в отношении Бессарабии и Буковины. Вячеслав Молотов заявил по этому поводу, что «решение бессарабского вопроса не терпит дальнейших отлагательств... Советское правительство ещё старается разрешить вопрос мирным путём, но оно намерено использовать силу, если румынское правительство отвергнет мирное соглашение».

Через несколько дней Москва перешла к решительным действиям. 26 июня 1940 г. правительство СССР через румынского посланника в Москве направило в Бухарест официальную ноту, ещё раз напоминая Румынии о том, что СССР никогда не признавал прав Румынии на Бессарабию и не примирился с иностранной оккупацией этой части своей территории. В ноте говорилось: «Советский Союз считает необходимым и своевременным в интересах восстановления справедливости приступить совместно с Румынией к немедленному решению вопроса о возвращении Бессарабии Советскому Союзу». Румынское правительство, пытаясь выиграть время, необходимое для того, чтобы заручиться военной и дипломатической поддержкой нацистской Германии, затягивало решение вопроса. Тогда cоветское правительство во второй ноте от 27 июня 1940 года потребовало от правительства королевской Румынии очистить территорию Бессарабии от войск и администрации в течение 4 дней, начиная с 14 часов 28 июня 1940 года. И только вечером того же дня румынское правительство согласилось с вынесенными предложениями, о чём официально довело до сведения Москвы нотой от 28 июня.

Румынские оккупанты грубо нарушали условия, предусмотренные советской нотой: они, уходя, варварски разрушали материальные и культурные ценности, обирали население, угоняли транспорт, тягловую силу и скот. Красная Армия, вступившая 28 июня на территорию Бессарабии, взяла под защиту население края и его имущество. К вечеру 30 июня вся территория Бессарабии перешла под контроль советского командования. Западная граница СССР была восстановлена по Пруту и Дунаю.

С какими настроениями жители Бессарабии встречали Красную Армию и с какими они провожали убирающихся восвояси румын, говорят многочисленные исторические факты, отраженные в разнообразных независимых друг от друга источниках. Вот один их них.

Войска Красной армии перешли Днестр в районе города Бендеры в 14 часов 28 июня 1940 г. и должны были по плану через 2 часа быть в Кишиневе. Но 70-киломметровый путь мотопехотные части прошли медленнее, чем было задумано и оказались в Кишиневе только в 10 часов вечера. Почему с таким опозданием была выполнена поставленная задача? Сопротивление румын? Отнюдь! Истинная причина состояла в другом.

Уже у моста в Бендерах начался митинг. В селе Кицканы население вышло навстречу им с красными флагами. У здания пограничного поста при всеобщем ликовании народа был сорван румынский триколор. В Варнице, Калфе, Сынжере, Меренах, Кетросах, Тодирештах, Кирке и других селах, где проходила дорога на Кишинев, молдаване как во время свадьбы, перегораживали дорогу столами с вином и закусками, останавливали советские механизированные колонны и не пропускали войска до тех пор, пока солдаты не отведывали угощения. Эти встречи перерастали в стихийные митинги, в праздник всего села. Крестьяне от всей души говорили речи и тосты, подобные тому, что сказал одним из первых крестьянин из Кицкан: «Дорогие мои братья! Мы ждали вас! Давно вас ждем! И вы пришли, слава Богу, что пришли. Земля наша выжата, наша жизнь горька как полынь. Земли у нас нет, и жизни тоже не было! Вы пришли, и теперь мы создадим одну семью!». Вот что писала газета «Советская Молдавия», 14 июля 1984 г. о воспоминаниях старожила села Матеуцы Резинского района Леонтия Цуркана, свидетеля событий 28 июня 1940 г. «...Советских солдат встречали хлебом-солью. На второй день в селе начал работать магазин, в котором мы свободно покупали соль, мыло, сахар... Чтобы представить, какое это для нас было богатство, необходимо знать, что в годы оккупации за литр керосина и кусочек мыла надо было работать на помещика целую неделю. Наши дети начали ходить в школу». В городской газете Тирасполя «Днестровская правда», в номере от 05 декабря 1989 г. вышел материал с титлом «Это забыть нельзя»один из солдат Красной Армии вспоминал: «Нас, воинов – освободителей, встречали хлебом-солью, цветами и поцелуями, возгласами «Бине аць венит»(«Добро пожаловать»!) Нас зазывали в дома, угощали и не обходилось без стакана доброго бессарабского вина. И это было искренне, от всей души».

И следует сказать, что в июне 1940 года, жители Молдавии получили прекрасную возможность принимать участие в своеобразном референдуме, когда в отсутствии возможностей голосования руками происходило то, что с легкой руки журналистов именуется «голосованием ногами». На повестке дня стоял лишь один вопрос – быть в составе СССР, или «смыться» в Румынию. Уникальные условия последних дней июня 1940 года предоставили всем жителям Бессарабии право выбора, право самостоятельно решать, с кем связывать свою дальнейшую судьбу, - с фашистской Румынией или с Советским Союзом. Существовало также огромное количество бессарабцев, покинувших в годы оккупации пределы края по разным причинам. Как «проголосовали» они? Какой выбор сделали, в пользу Румынии или Советского Союза? И есть ли у нас факты, которые позволяли бы оценить результаты этого независимого и достаточно объективного референдума?

Такие материалы в нашем распоряжении есть. И они неплохо известны историкам Молдовы и Приднестровья, во всяком случае, представителям старшего поколения. Для наших читателей сообщу, что подробности освобождения Бессарабии от румынской оккупации они могут найти в книге «Натиск на Восток: агрессивный румынизм с начала XX века по настоящее время», созданной группой авторов под редакцией профессора, кандидата исторических наук Бабилунги Н.В. и вышедшей в свет в июне сего года.

Начнем с того, что теоретически Красная армия в 14 часов пополудни 28 июня 1940 года могла бы войти в малонаселенную полупустынную страну, брошенную своими жителями, ибо ничто не мешало населению покидать ее вместе с румынами, которые начали свое бегство еще с раннего утра 27 июня. Около недели жители края могли сделать свой выбор, «проголосовать ногами», покинув Бессарабию. И действительно, исход был. И даже немалый, что позволяет современным кишиневским историкам, писать о массовом бегстве бессарабских румын от «безбожной власти большевиков». Но в том-то и дело, что бежали не какие-то «бессарабские» румыны, а румыны самые что ни на есть настоящие, уроженцы Старого королевства: Мунтении, Олтении, Трансильвании, Баната и проч.

Вот вся эта многотысячная толпа вместе с присланными из Бухареста чиновниками и их семьями, с колонистами и переселенцами, скупавшими за бесценок у разоренных крестьян Бессарабии земли, вместе с румынскими попами, коммерсантами, помещиками и любителями легкой наживы, хлынула за Прут. При этом, нарушая условия ноты СССР от 27 июня 1940 года, они безнаказанно мародерствовали, грабили жителей края, а подчас – убивали, и злобно мстили им за симпатии к Советам.

Итак, один поток движения населения из Бессарабии на Запад насчитывал приблизительно 200 000 человек, в большинстве своем – румынских военных, полицейских, служащих, священников, чиновников и других категорий временного населения края, прибывшего сюда его колонизировать, им управлять, его румынизировать. Примерно четвертая часть из них (50 000 человек) состояла из жителей края, не пожелавших жить при власти Советов. Но был и другой поток.

«Благодеяния» румынского оккупационного режима имели своим последствием массовое бегство населения из Бессарабии за весь 22-летний период иноземного господства. Только за первые 10 лет оккупации эмиграция из Бессарабии в СССР составила 300 тыс. человек, в страны Западной Европы – 150 тыс., в Южную Америку и США – 50 тыс. человек, где были созданы многочисленные землячества и общества бессарабцев. В предвоенное десятилетие количество эмигрантов из Бессарабии несколько сократилось, но всё равно исчислялось десятками тысяч.

Тем не менее, репатрианты возвращались на родину, несмотря на зверства румынских фашистов. Менее чем за месяц в Бессарабию из Румынии вернулось 150 тыс. беженцев и население региона возросло за месяц на 5 процентов. Но и в последующие месяцы люди возвращались в свои покинутые дома в Бессарабии, причем не только из Румынии, но и из других стран. Чувства радости и восторга при известии об освобождении Бессарабии и Северной Буковины 28 июня 1940 г. «демонстрировались не только в рядах гражданского населения, но и в рядах армии», как отмечали румынские спецслужбы. Массами покидали бессарабцы и буковинцы румынскую армию, скрываясь в лесах, оврагах, плавнях, домах местных жителей, ожидая подхода частей Красной Армии. Многие из них погибли от рук румынских карателей, которые облавами, засадами, расстрелами без суда и следствия пытались остановить массовое дезертирство бессарабцев из рядов бегущей армии. Но устрашить зверскими расправами не желавших уходить в Румынию местных жителей, служащих в румынской армии, было невозможно.

Десятки и сотни тысяч жителей края, оказавшихся за его пределами, к июню 1940 г. возвратились на Родину, в свой освобожденный от ненавистных оккупантов край. Только с июня по декабрь 1940 г. население края увеличилось почти на 10 процентов. В течение второго полугодия 1940 г. из других союзных республик в молдавские районы бывшей Бессарабии прибыли 11580 человек, а из Молдавской ССР в другие республики СССР уехали 18703 человек. Таким образом, вывод историков совершенно очевиден и, более того, - естественен. Официально необъявленный референдум, но, тем не менее, референдум фактически состоявшийся, «голосование ногами», дал совершенно ожидаемые результаты. В абсолютном и подавляющем большинстве своем жители освобожденной Бессарабии и Северной Буковины проявили свои политические предпочтения и сделали свой геополитический выбор. Этот выбор был против оккупантов, против Румынии. Этот выбор был за освободителей, за Молдавию, за Украину, за Советский Союз. И этот выбор сделал молдавский народ. За этот выбор люди часто расплачивались своей кровью.

Принимая во внимание наличие разных оценок произошедшего, надо признать, что для молдавского народа включение Бессарабии в состав СССР явилось светлым, исключительно положительным событием, освободившим его от 22-летнего чужеземного господства и создавшим условий для восстановления его государственности. 2 августа 1940 г. была образована Молдавская ССР, правопреемницей которой должна была бы стать современная Республика Молдова. Должна была стать, но не стала!

В июне 1990 г. национально озабоченные депутаты Верховного Совета Молдовы приняли документ чрезвычайной важности, как они считали, - по политико-правовой оценке советско-германского договора о ненападении и дополнительного секретного протокола от 23 августа 1939 г., а также их последствий для Бессарабии и Северной Буковины. Кому был нужен этот документ, навсегда расколовший единую ресублику на Молдову и Приднестровье? Ведь так называемый «Пакт Риббентропа-Молотова» потерял всякую юридическую силу в 4 часа утра 22 июня 1941 г., когда фашистская Германия вместе с Румынией, Италией, Венгрией и прочими сателлитами вероломно нарушили его условия. Данный договор не нуждался в «отмене» его депутатами Молдовы, то есть той стороной, которая его не подписывала. Однако органы власти, находившиеся под контролем ударного отряда национальной бюрократии – «Народного фронта», поспешили принять этот документ, чтобы объявить Молдавию оккупированной Советами частью румынского государства. В принятом документе буквально писалось черным по белому: «28 июня 1940 г. СССР оккупировал силой оружия Бессарабию и Северную Буковину вопреки воле населения этого края. Незаконное провозглашение 2 августа 1940 г. Молдавской ССР было актом расчленения Бессарабии и Буковины».

Отмена акта от 2 августа 1940 г. создавала чрезвычайно редкий и запутанный прецедент. Дело в том, что объявление собственной государственности порождением иноземного оккупационного режима не так часто встречается в мировой практике, но оно имело два абсолютно необходимых последствия:

а) юридическая самоликвидация страны, прерывание юридической преемственности власти должны были одновременно сопровождаться полным самороспуском всех органов законодательной, а впоследствии и исполнительной власти, поскольку названные органы были созданы оккупационным режимом (как следует из цитируемых документов) на территории другого независимого государства;

б) в данной стране после ликвидации оккупационных властей следовало бы провести под эгидой международных организаций плебисцит о дальнейшем государственном устройстве (оставаться ли в составе СССР, присоединиться ли к Румынии, создавать ли независимую государственность) с последующим формированием всех необходимых органов власти и наделением их соответствующими прерогативами. Это тем более было необходимо, т.к. акт от 2 августа 1940 г. ликвидировал молдавскую государственность на левом берегу р. Днестр т.е. Молдавскую АССР в составе Украины. Поэтому провозглашение Бессарабии и Буковины частью румынского государства совершенно обязательно должно было сопровождаться референдумом населения той части бывшей Молдавской ССР, которая никогда не входила в состав Румынии и которая с отменой советской государственности МССР обязана была пройти все необходимые процедуры самоопределения. Да так оно, собственно, и произошло.

Руководство СССР (правительство М.Горбачева) не отреагировало на отмену парламентом Молдовы акта от 2 августа 1940 г., хотя по законам существовавшего тогда еще СССР республиканское правительство не имело прерогатив отменять конституционные законы союзного правительства. Тем самым, т.е. своим бездействием, правительство СССР определенным образом признало отмену акта от 2 августа 1940 г. и одновременно признало незаконность создания Молдавской ССР и «незаконность» самих властей Молдовы, которые «отменили» сами себя по неразумию своему даже не понимая этого.

Многонациональный народ Приднестровья в 1990 г. был поставлен перед выбором: вернуться ли ему в состав Украины в качестве автономной республики, признать ли Приднестровье вслед за Молдовой оккупированной румынской землей или приступить к созданию собственного независимого государства. На многочисленных собраниях трудовых коллективов, митингах и сельских сходах, референдумах народ Приднестровья высказал свои надежды и желания свободно и демократично. Республика состоялась!

В контексте тех исторических событий имевших место в июне 1940 года, примечательно Заявление Союза молдаван Приднестровья, сделанное в канун 70-летия воссоединения Бессарабии, остановившее геноцид молдавского народа румынскими оккупационными властями. От имени президиума одной из ведущих общественных организаций Приднестровья, ее председатель Валериан Тулгара подчеркнул, что известный «Указ» исполняющего обязанности президента Молдавии в 2009-2010 годах Михаила Гимпу об объявлении дня освобождения Бессарабии от румынской оккупации - 28 июня 1940 года - "днем советской оккупации" в очередной раз показал всему мировому сообществу, как на практике фальсифицируется история вопреки здравому смыслу и реальным всеми признанным фактам. В заявлении Союза молдаван Приднестровья утверждается: «В памяти каждого человека, пережившего ужасы второй мировой войны, свежи еще следы, оставленные на теле и в душах от бесчинства румынских фашистов, которые не воспринимали молдаван как народ, считая их низшим сословием румын, а язык - диалектом румынского. Именно тогда, когда осуществлялось планомерное разложение культуры, языка, национальных чувств молдаван, проживающих в Бессарабии и территориях близлежащих к ней, начался настоящий геноцид молдаван», И далее говорится: «Только благодаря тому, что 70 лет назад Советский Союз ввел свои войска в Бессарабию и освободил Молдавию от румынских захватчиков, был остановлен геноцид молдаван. Молдаване снова получили возможность развиваться как народ, сохранять свою самобытность, говорить на родном языке и использовать исконно историческую кириллическую графику. Если бы не было освободительной миссии СССР, образования Молдавской ССР и победоносного шествия Красной Армии, то не было бы и нас, - приднестровских молдаван, которые сегодня самостоятельно определяют свою судьбу на земле своих предков».

И последнее. Никто не имеет юридического, а тем более – морального права в этом мире коверкать историю молдавского народа, даже его нынешние горе-руководители, утверждающие вместе с Гимпу, что они никакие не молдаване, а «дако-румыны». Не они, не продажные временщики, не плесень, и не болезненные язвы на теле нашего народа отражают его сознание и волю, даже если он морально подавлен и устал. Все равно, именно молдаване в лице его лучших, мужественны и доблестных витязей, наших с вами современников, с честью и достоинством доказывают всему миру, что они являются носителями и хранителями своей самобытной молдавской национальной культуры. Они умеют ценить свою историю и всегда ее отстоят. Свет исторической истины не затмить грязными наветами и вымыслами продажных фальсификаторов. И пусть они знают, что историю переписывать бессмысленно, тем более историю молдавского народа, проживающего на обеих берегах старинного Днестра.

Обсудить