Появится ли в январе «план Януковича» по Приднестровью

В поисках внешнеполитических успехов, способных хоть как-то скрасить ситуацию, архитекторы нашей внешней политики обращают внимание на Румынию, Молдову и Приднестровье.

Политика Украины в отношении дружественной Молдовы в последние годы отличается некоей двойственностью и противоречивостью. С одной стороны Украина испытывает историческое притяжение со стороны ментально и исторически близкого Приднестровья, в котором проживает 150 тыс. украинцев, в том числе почти 100 тыс. граждан Украины. С другой – Украина испытывает насущную политическую необходимость поддержки суверенитета и территориальной целостности Республики Молдова. Сейчас, в период президентства В.Ф.Януковича, украинская дипломатия готова сделать попытку интегрировать оба эти начала в некий новый курс на молдавском направлении, сформулировать, представить миру и реализовать некий новый план урегулирования приднестровского конфликта, который, вне всякого сомнения можно назвать по имени украинского президента - «план Януковича».

И.о. Президента Республики Молдова М.Лупу совершил недавно, в июле 2011 г. памятный визит в Киев, этому предшествовал визит Премьера В.Филата в Киев и его сенсационные договоренности с Ю.Тимошенко. Произошло урегулирование «проблемы Паланки», застарелой проблемы в отношениях двух государств. Кажется, «лед тронулся», и сейчас, вне всякого сомнения, в ближайшее время следует ожидать ответный визит на высоком уровне в Кишинев, который даст новый мощный толчок развитию добрососедских украино-молдавских отношений. Я думаю, следует ожидать визит В.Януковича в Кишинев, хотя как всегда, в таких случаях вероятно прорабатываются запасные варианты – премьер Н.Азаров или министр К.Грищенко.

Визит такого высокого уровня обязательно предусматривает некую новизну, и такой новизной станет публичное оглашение новых договоренностей по урегулированию оставшихся спорных вопросов собственности или даже совместные акции на границе в рамках демаркации границ (нечто подобное делал В.Ющенко). Но специфика момента в том, что визит произойдет после сенсационных демократических выборов в Приднестровье, и здесь В.Янукович может сделать то, на что не решился В.Ющенко, что не разрешил сделать В.Ющенку Кишинев – совершить визит в Приднестровье и встретиться в Бендерах с Е.Шевчуком. (В свое время подготовленная встреча Ющенка и Смирнова в последний момент сорвалась в результате резких протестов проинформированного заранее Кишинева и проявления малодушия со стороны Ющенка). Судя по всему, Посол Украины С.Пирожков именно об этом и договаривался на встрече с Е.Шевчуком 5 января. Такая встреча может состояться с участием и.о. Президента М.Лупу (своеобразная альтернатива «футбольной дипломатии» с другим составом участников!) и будет означать установление новой планки доверия между «берегами Днестра», что в свою очередь, запишет себе в достижения украинская дипломатия.

Почему сейчас так необходим «план Януковича»? Во-первых, неадекватная дипломатическая пустота на молдавском/приднестровском направлении, хорошо известная профессионалам, на фоне сенсационных президентских выборов в Приднестровье становится видна украинскому обществу, начинает привлекать к себе нездоровое внимание общественности. Был «план Ющенко», а где же «план Януковича»? Пора предать публичной огласке принципы и стратегические направления внешней политики Украины на юго-западном направлении. Во-вторых, внешняя политика Украины начала отражать некую «манию величия», когда дипломаты советской школы отдают приоритет отношениям с супердержавами: США, ЕС, Китаем и Россией, как будто Украина – это геополитический игрок, некий второй СССР, а не слабое, аморфное, кризисное государство, едва способное на региональное лидерство. Тем более, что в отношениях с Россией, ЕС, США украинская дипломатия терпит провал за провалом. В поисках внешнеполитических успехов, способных хоть как-то скрасить ситуацию, архитекторы нашей внешней политики обращают внимание на Румынию, Молдову и Приднестровье. Тем более, что важнейший на самом деле для Украины регион вдруг пришел в движение. А направление довольно запущено и не избаловано вниманием украинских лидеров. В-третьих, развитие украино-молдавских отношений происходит в контексте евроинтеграционной политики обеих государств. ЕС публично и непублично подталкивает Украину к активизации на молдавском направлении. Центр «мягкой силы», привыкший загребать жар чужими руками, в очередной раз стимулирует управляемую Украину таскать каштаны из огня во имя общих европейских интересов. Каждый шажок Украины в плане развития украино-молдавских отношений поощряется многочисленными похвалами европейских дипломатов и чиновников. Заказ Европы понятен: окончательное удушение приднестровского государства де-факто и усиление роли Украины в реинтеграции Республики Молдова. Собственно «план Януковича» ничем иным по содержанию быть не может, и мастерство его авторов и исполнителей реально сведется только к пиару, к тому, чтобы подать это «блюдо» в красивой и удобоваримой форме. Не так уж важно, сформулированы ли Европой, озвучены ли в грубой форме эти условия Украине по Приднестровью или нет, важно насколько эти условия проявляются в реальном внешнеполитическом поведении Украины. В-четвертых, Украине, втянутой в сложные газовые переговоры с Россией, нужны новые аргументы в этом торге, она испытывает дефицит таких аргументов. «Золотая акция» Украины в приднестровском урегулировании, которую она имеет в силу экономико-географических причин (общая граница с Приднестровьем, экономическая интеграция с ПМР и т.п.) может быть очень кстати. В-пятых, украинская элита заинтересованно изучает возможности приватизации приднестровского советского индустриального наследства, кое-кто из наших олигархов уже приобрел здесь активы (Литмаш – Бойко и т.д.). В-шестых, не будем сбрасывать со счетов волю, заинтересованность народов региона к восстановлению, реинтеграции постсоветского пространства, на которую политический класс не может не реагировать хоть в какой-то превращенной форме.

В чем же может состоять «план Януковича»? Свободные, альтернативные, демократические выборы как первый пункт плана уже не годятся, ведь это исходное требование «плана Ющенко» уже состоялось, выполнено в декабре 2011 года, когда приднестровцы избрали президентом Е.Шевчука. Не хотел бы развивать коспирологическую версию событий, но реально мы видим в вопросе выборов исполнение «плана Ющенко», разве что без публичного наблюдения миссии ОБСЕ. Основные очертания будущего «плана» уже видны по последним дипломатическим заявлениям и событиям.

1. Трансформация миротворческой операции в Приднестровье. Внешняя политика Украины лишена сейчас национального романтизма, какой-либо идеологической мотивации или геополитических мотивов. Победил прагматизм, эгоизм и регионализм. Вывод российских миротворцев из Приднестровья и «трансформация нынешней миротворческой операции на Днестре в мирогарантийную под эгидой ОБСЕ» рассматривается скорее не в плане битвы России с Западом за приднестровский форпост и шире – за Молдову, а в контексте предстоящего Украине председательства в ОБСЕ в 2013 году. Нет сомнений, что дискуссии о трансформации миротворческой операции в Приднестровье станут одной из ключевых тем этого председательства. В заявлении МИД Украины 3 января эта тема «стартовала» досрочно только в силу обострения ситуации вокруг миротворцев в связи с инцидентом на посту миротворцев в Ваду луй Водэ. Реально трансформация миротворческой операции на Днестре и весь комплекс проблем урегулирования приднестровского конфликта станет ядром украинского председательства в ОБСЕ. Пожалуй, лучше темы для этого председательства нет. Причем, реальных шансов повлиять на ситуацию на Днестре у Украины намного больше, чем у Казахстана, Литвы или Ирландии (предыдущие председательствующие в ОБСЕ).

2. Гуманитарный блок. Общественность давно требует от украинских властей отделить политическое урегулирование от гуманитарного сотрудничества в интересах защиты прав населения Приднестровья. Неоднократно писали о такой необходимости и мы, эксперты Центра исследований южно-украинского пограничья. Сейчас эта тема все чаще звучит в официальных заявлениях МИД и правительственных органов. Думаю, в результате предстоящего украинского визита могут произойти следующие события: может быть принято решение о признании приднестровских дипломов, прежде всего дипломов Приднестровского государственного университета им. Т.Г.Шевченко. Уровень высшего образования здесь не хуже, чем в Украине, и эта проблема задевает интересы местного населения, чьи права ограничиваются, нарушаются, во имя каких-то там принципов. Вопрос назрел, что называется, и есть понимание, что такое признание, может быть с оговорками, но необходимо, ради людей. Конечно, в Тирасполе нужно некое представительство Украины, скажем, может быть учрежден Информационно-культурный центр Украины или представительство Торгово-промышленной палаты, такое учреждение могло бы работать над повышением роли Украины в жизни региона и в процессе урегулирования конфликта. Предметом договоренностей с Кишиневом и Тирасполем может быть повышение роли украинской общины, поддержка украинских общественных организаций, законодательная защита прав национальных меньшинств, прежде всего – украинского меньшинства. Конечно, предметом договоренностей могло быть снятие административных ограничений на участие регионов Украины в трансграничном сотрудничестве, пока такое сотрудничество активно тормозится и выхолащивается центральной властью.

3. Передача Молдове бывшего советского имущества имеет еще такой важный момент, как признание украинской собственности в Молдове, гарантии этой собственности. Если такие юридические гарантии будут получены, это откроет возможности для более широкого участия украинского капитала в приватизации приднестровских экономических объектов, а украинские гарантии и украинское участие в свою очередь станут привлекательным моментом для приднестровских собственников, которых пугает перспектива реинтеграции и экспроприации капиталов.

4. Переговорный формат «5+2» не случайно переживает такую стагнацию. То годами не происходят встречи, а последние встречи проводятся формально и ничем реально не заканчиваются. Этот формат видимо уже не соответствует сложившимся внешнеполитическим, международным реалиям. Думается, Украина также готова, несмотря на недовольство России, продвигать идею трансформации формата «5+2» в формат «Большая семерка», когда ЕС и США (ныне имеющие статус наблюдателей) станут полноправными участниками переговоров. Реально без их согласия никакие решения, принятые в регионе не могут быть признаны легитимными. У ныне сложившегося формата переговоров два пути: или стагнация и потеря значимости, или трансформация с учетом новых реалий. Конечно, формат переговоров «5+2» - огромное достояние мирового сообщества, роль России в его создании трудно переоценить. В дипломатии не принято делать резких движений и принимать какие-то радикальные решения в отношении переговорных механизмов, особенно в конфликтных зонах. Нужно беречь любую возможность, которая влияет на сохранение мира, любой инструмент, влияющий на сохранение доверия и сохранение перспектив миротворчества. Но приверженность хорошему принципу «не навреди миру» не означает отказа от дискуссий об эффективности переговорного процесса и его перспективах.

5. Одна из угроз, о которой Украина всегда помнит еще по событиям 1992 года, это угроза массового исхода населения из Приднестровья в случае возобновления там или вооруженного конфликта, или гражданского конфликта, побуждающего население покидать свои места жительства. Необходимо всегда помнить об угрозе гуманитарной катастрофы, как бы невероятно это сегодня не звучало. Украина могла бы дипломатическими средствами обеспечить гарантии недопущения массовых репрессий или этнических, политических чисток, люстраций в регионе. Здесь есть два важных вопроса. Один – это судьба приднестровской элиты, высокопрофессиональной и опытной группы управленцев и специалистов. Уже сейчас понятно, в регионе будут происходить изменения. Часть приднестровской элиты окажется невостребованной новыми политическими силами, или не захочет участвовать в новых процессах. Украина могла бы стать убежищем и местом для реализации профессиональных амбиций этой группы. Второй вопрос – гарантии безопасности тех 100 тыс. граждан Украины, которые проживают в Приднестровье, гарантии и защита их прав. Реальных возможностей защитить и обеспечить эту группу – мало. Но Украина очевидно настроена в любых соглашениях и договорах, направленных на сотрудничество Украины им Молдовы, урегулирование застарелого конфликта оговаривать меры, направленные на защиту прав приднестровцев – граждан Украины.

Для Украины очень важным является сохранение независимого и суверенного Молдавского государства. Независимая Республика Молдова – гарантия нерушимости украинских границ, геополитический барьер на пути румынского исторического и этатического экспансионизма. В этом вопросе перед всеми стоит дилемма: чтобы стать нормальным, цивилизованным, обеспеченным государством, Республике Молдова нужно трансформироваться, провести радикальные реформы, реинтегрироваться, возможно, стать новым государством; чтобы сохранить стабильность и независимость, Республике Молдова нужен мораторий на изменения и реформы хотя бы на какое-то время, резкие реформы могут создать ситуацию, при которой молдавское государство может попасть в катастрофическую ситуацию.

В такой ситуации Украина и ее лидеры хотят видимо, оказать моральную, дипломатическую и иную поддержку дружественной Молдове, поддержать соседнюю прекрасную страну в трудные для обоих государств времена. Эта поддержка имеет явно выраженный европейский вектор, что обусловлено «газовым» конфликтом с Россией, внутриполитической нестабильностью Украины, ее предстоящим председательством в ОБСЕ и большой игрой Украины в «ассоциацию» с ЕС.

6 января 2012 г., Херсон

Обсудить