Надоело

Может, все же я думаю, что каждый человек, каким бы плохим он ни был, имеет и светлые стороны... В нем всегда идет борьба добра со злом...

Одно время вопрос: "На чьей же стороне Игорь Боцан?" стал национальным интеллектуальным спортом. У каждого сложилось свое мнение, каждый с помощью дедукции выстраивал свои схемы и, конечно же, делал свои выводы. Естественно, все они были разными. Во вторник, день греха, Боцан становился человеком Плахотнюка, до среды успевал стать правильным, а в пятницу, перед выходными, резко прилипал к толстой кожуре Воронина & Co. Непонятно. Подозрительно. И снова все сначала. "Это глубокий человек, анализирующий процессы со всех точек зрения — именно на это и обижаются. Его большая проблема в том, что он недостаточно циничен", — говорит Оазу Нантой, его бывший начальник в Академии. Боцан всегда был главной умницей села, но, видно, быть на вторых ролях (которые в одно время казались ему достаточно удобными) стало ему надоедать. "Возможно, он уже созрел для настоящей роли в политике", — говорит Василий Ботнару, его бывший коллега в "Европа Либерэ". Наталья Морарь тоже обещала нам высказать свое мнение, но передумала.
"Чем занимаешься?" — спросил я его. "Устаю", — ответил он, — "Любой телефонный звонок как будто вызывает физическую боль. Такое ощущение, что на том конце провода разрастается эпидемия. Что еще говорить, все уже было сказано. Мне надоело! Надоело!!!"

Давай поговорим о "НАДОЕЛО", это хорошая тема. Как ты это определяешь? Какие у этого составляющие, и что надо скомпоновать, чтобы эту надоедливость получить?

Это состояние, в котором я постоянно нахожусь уже в течение некоторого времени. И, думаю, я не единственный сейчас в таком состоянии. Как я его определяю? Это обратная сторона энтузиазма. И разница температур становится тем резче, чем сильнее энтузиазм проваливается в глубину.

Когда тебе случилось столкнуться с энтузиазмом?

В прошлом январе, когда я был уверен, что судьба благоволит нам, что Сказка Успеха — это не миф для Молдовы. У нас был фантастический шанс...

И в этой "сказке успеха" появилась Баба Яга. И Кукловод...

Точно. Я тогда написал, сразу же после первой провальной попытки избрания президента, статью под названием "Разбросанный Альянс". Вторая статья называлась "Миф о сказке". Начиная с марта, все стало понятнее: сказка становилась мифом, а затем и вовсе стала тем, что даже назвать никак нельзя.

Накладывает ли политика отпечаток на твою жизнь?

Раньше я был более расслаблен, но так случилось, что сейчас каждый вечер надо идти на Publika и, хочешь не хочешь, необходимо вносить свою лепту. Это оставляет глубокий след во мне. Другими словами, чтобы было понятно всем, я стал очень сволочным. Потому что сложно переносить момент, когда ты говоришь с людьми, которых всегда уважал, и видишь, как они начинают лгать. И если бы я видел этот процесс раз в месяц, это было бы переносимо, но когда все происходит из вечера в вечер, начинаешь возмущаться. Это возмущение имеет свои степени: сначала возмущаешься по нарастающей, затем достигаешь апогея злости, после чего приходит усталость, все надоедает, а в последней стадии начинаешь нервничать по любому поводу, становишься невротиком.

Это нормально — так сильно нервничать и переживать?

Меня убедили прийти в эту передачу (чтобы было ясно, меня убеждали две женщины, которых я сильно уважаю, то есть, как говорится, "cherchez les femmes", — Лилиана Вицу и Майя Метакса), убедили непрямыми доводами в стиле: "Смотри, сколько времени ты теряешь на разные интервью, статьи, выводы и т.д. У тебя есть возможность избавиться от всего этого! Заключаешь с нами эксклюзивный контракт, и это решает все проблемы. Будет и вознаграждение, и стабильная отговорка для тех, кто постоянно тебя дергает".

И ты поддался...

Я поддался с некоторым даже удовольствием. Но сперва планировалось заниматься этим один раз в неделю. Затем Майя взяла на себя инициативу и деликатно сказала: "Если приходишь раз, почему бы ни заниматься этим каждый день? Ты должен спасти нас!" И я сдался. И попал в этот капкан.

Чувствуешь себя в роли "продукта" первой необходимости?

Не знаю, можно ли сказать такое о, скажем так, негативном продукте — ведь я стал сволочным.

Оно того стоило? А, может быть, стал бы сволочным и без Fabrica — к примеру, из-за кризиса среднего возраста?

Маловероятно. Насколько я себя знаю, человек я достаточно миролюбивый, заботливый, деликатный. Но, признаю, чтобы не быть сволочным, надо оттуда уходить. Но если скажу, что ухожу, предам команду.

В твоей жизни "надо" идет впереди "хочу"? Каково соотношение?

Как я уже сказал, я себя хорошо знаю. Я мечтатель и, если не чувствую влияния извне, уплываю с мечтами, чтением и т.д., часто жду, что все решится само собой. Когда же я наемный рабочий, ответственность и боязнь нарушить партнерские отношения концентрируют меня.

Значит, это, скорее, внутренняя борьба?

Да. И я сказал себе, что, если я так создан и если только это меня дисциплинирует, вперед. Надо выйти из туманности своих снов и мечтаний. Но, как и все медали, эта тоже имеет обратную сторону.

Что отпечатано на обратной стороне твоей медали? Ведь на одной стороне отпечатан твой профиль самого сильного комментатора.

Сволочность и ненависть людей.

Желал ли ты этой ненависти? Может, это всего лишь форма привлечения внимания к своей персоне, своего рода провокация?

Изначально я не хотел этого, а сейчас уже выработался иммунитет. Тебя встречают люди на улице и говорят довольно плохие слова. И все OK.

Ты почувствовал себя виноватым?

Нет. Я был удивлен. Затем я разозлился и даже нагрубил им. А потом понял, что делать так дальше никак нельзя. Я думал, что знаю себя хорошо, но, смотри, не знал, что у меня может, как говорят, сорвать крышу. Естественно, я, как и все люди, хочу, чтобы меня любили. Но когда проходит несколько месяцев с тех пор, как тебя начали обзывать, меняется и твое отношение к этому факту. Я пытаюсь угадать, чьи почитатели говорят мне эти слова, чтобы знать, с кем надо быть еще более резким в передаче. В моем случае именно это и приводит к результату — чем больше меня прессуют, тем я злее. Хотя я признаю необходимость держать себя в рамках frame-book, не переступать красную линию.

А кто проводит эту красную линию?

Только я и, надеюсь, мои чувства. Мне дали полную свободу в этом шоу. В апреле исполняется 2 года со дня моего первого участия. 400 передач — и все импровизация. С моей стороны, конечно.

Осталось ли еще что сказать после 400 передач?

Не знаю. Изначально у меня был страх, что нечего будет сказать, а сегодня меня это уже не интересует. После полугода работы я понял, что мне необходимо отойти от процесса обработки передачи, поскольку есть ведущие, производитель. А у меня нет времени. Нет! Поэтому когда меня спрашивают, чем я занимаюсь, отвечаю — устаю.

Тебя все это напрягает?

Конечно, да. Иногда приходишь на передачу и даже никого не хочешь видеть. Ты уставший, нервный, не готовишься...

Я сказал, что ты продукт первой необходимости. А вдруг через полгода исчерпаешь себя, и тебя выбросят…

Почему? Я не просился, не хотел делать этот проект... Что меня удивляет, так это то, что люди с телевидения не подают мне никаких знаков — ни хороших, ни плохих... Был только один разговор, в самом начале: мне сказали тогда, что хотели бы видеть меня в роли адвоката народа. Этим я и занимаюсь в течение двух лет.

Ты играешь роль "опьяненного гражданина", как ты сказал.

Реально, это самая приятная роль. Она дает тебе свободу! Так что, когда я сказал, что я опьяненный гражданин, то сам себе сделал комплимент. И не старался поднять себе рейтинг. Так что...

Ну, у тебя такая возможность для самобичевания: все меня ненавидят, никто меня не выносит, а я такой хороший!.. вы меня не заслуживаете!

Да, в какой-то момент ты становишься актером, который, чтобы не уставать из вечера в вечер, придумывает разные ходы...

Ты всегда веришь в то, что говоришь? Зачастую ты рассматриваешь диаметрально противоположные точки зрения в рамках одной передачи. И твердо придерживаешься выдвинутой идеи...

Верю. Любой процесс можно рассматривать с разных точек зрения. Я учил физику и знаю, что, когда у тебя перед глазами какой-либо феномен, его нужно рассматривать с разных точек зрения. Я располагаю абсолютной свободой, и, чтоб ты знал, это довольно тяжкая ноша...

Какие блага ты получил от своей роли?

Пока что только потери. А какие блага я должен получить?

Ну, политики как были, так и остались (некоторые даже перешли на более высокие должности), ты возмущался два года их действиям и что у тебя есть? Ненависть людей с улицы?

С ненавистью, но и с возможностями. С возможностями, которые еще не хочу развивать. Пока.

Только не говори, что хочешь пойти в политику! Ты морально готовишься к роли, которую тебе, возможно, предложат?

Нет! Категорически. Если мне будут сделаны какие-то предложения, я стану их рассматривать в роли лечебного бальзама. Но не приму их. Не сейчас. Мне предлагались достаточно высокие должности, на уровне министерства, места в партийных списках. И я отказался. Я хочу заниматься тем, что мне нравится.

Ты рожден для ролей второго плана?

Я рожден для лаборатории. Рожден, чтобы стоять в лаборатории и заниматься экспериментами.

Почему ты покинул лабораторию и вышел в столь суровый мир?

Потому что развалился Советский Союз, и не было денег на науку. Сегодня наука делается в больших коллективах, с использованием современной техники, с участием в конференциях, дискуссиях...

Ты бы вернулся в лабораторию?

Думаю, что сегодня это уже невозможно, я многое потерял с точки зрения науки.

Но почему именно политика? Это легкий хлеб?

Это было случайностью. Это произошло в 93 году, когда Дорин Тудоран (диссидент, писатель, аналитик - п.р.) прибыл в Кишинев, стал искать людей для IFES и нашел меня. Было интересно находится рядом с Дорином, семь лет стали отличной школой как для меня, так и для всех нас.

Ты стоял в тени Дорина, сегодня находишься в тени Натальи. Ты теневое растение?

Я не чувствую себя в тени Натальи, мы как кошки — абсолютно независимы. Днем каждый ходит по своим крышам, отмечает их каждый по-своему, а вечерами встречаемся просто рядом с одной антенной. Как в мультфильме. Это ни к чему не обязывает. Мы друзья, но друг с другом практически не разговариваем. Я узнаю, кто приглашенный и каковы темы, приблизительно часов в пять-шесть вечера. И, как уже говорил, мне не хватает времени подготовиться.

Ну, ты же можешь предсказать, кто и что скажет. Тем более что их ранние схемы не столь уж и сложны. Тебе знакомы достоинства и проблемы наших политиков...

Да. Но если случается, что в студию приходит новый человек, мое отношение абсолютно другое — абсолютно благожелательное. Кем бы он ни был. Даже если его имидж черен. Я пытаюсь раскрыть его самостоятельно, расшифровать и не использовать для этого чужое мнение. Но если он приходит уже не в первый раз и знаком мне по многим ситуациям, я не боюсь прервать его и вернуть на место, когда он пытается увильнуть.

Ты много раз пытался показать, что… (пауза, полная уважения) …политический класс намного коррумпированнее судебной системы. Политики оскорблены и подают в суд, а судьи не становятся белее и чище после твоих попыток. Есть решение?

Я не наивен и знаю, что коррупция существовала всегда. Достаточно почитать Библию, а я читаю ее часто. Мир коррупционен и будет коррупционен. Но существуют некие ограничения даже в этом процессе, любой коррумпированный должен иметь свои красные линии, лимитирующие его действия. Пришел к власти, разбогател — ОК, но есть еще вещи, которые необходимо сделать для общественного блага. Потому что если общество развивается, то и они богатеют, это нормально, так происходит во всем мире. Но если они переступают все границы... Отсюда и берет начало процесс того, что все надоедает: мы маленькая страна, не во всем развитая, на границах Европейского Союза — мы могли бы стать сказкой успеха, когда ее соавторами были Правительство и Европейская комиссия. Но что сделали политики? За полгода разрушили миф, да и до того не сделали чего-то стоящего. И мы были отброшены назад. Я глубоко убежден, что самая большая опасность для Молдовы — полное игнорирование грандами. Как Европейским Союзом, так и Россией. И думаю, что нас уже накрыла эта опасность. Апостол Павел говорит нам, что любая сила идет от Господа, что власть священна, но то, что происходит сегодня в Молдове, — это полное чернение власти. Есть только случайные лица, пришедшие только чтобы разбогатеть, для которых их желания, зависть и амбиции намного выше всего остального, которые ради своих интересов готовы поступиться любыми принципами.

Может, из-за того, что ты расцениваешь определенный символ, а не конкретных личностей?

Может, все же я думаю, что каждый человек, каким бы плохим он ни был, имеет и светлые стороны... В нем всегда идет борьба добра со злом...

И в то же время ты отрицаешь существование у политиков светлых сторон...

Знаешь почему? Потому что они вымаливают у нас голоса. Воронин не коммунист, Гимпу не либерал. Они оперируют мифами, которые общество принимает, они играют нами, используя эти мифы. Воронин не может быть коммунистом, потому что коммунист не может во время своего правления объявить либеральную революцию; а партия Гимпу является не либеральной, а националистической. И Воронин, и Гимпу используют своего рода этнобизнес. Потому что играют на чувствах избирателей. Два этих формирования, которые и располагают так называемым hard core, то есть ядром, находятся на полюсах политического спектра. В центре — слева и справа от "папы" — находятся миротворцы, которые решили занять свободную нишу. Их проблема состоит в том, что у них нет сильного ядра и они зависят от ситуации: если все хорошо — они на белом коне, если нет — они падают. Именно они исчезнут, если не будет достигнута стабильность.

Что остается после того, как все надоело?

Вхождение в нирвану, возможно. У меня нет выборных амбиций. Но после двух электоральных циклов, возможно, я захочу стать депутатом Парламента. Для того чтобы в старости получить доступ к качественным медицинским услугам.

Для того чтобы лечиться в Лечсанупре, где, как говорят, больше лейтенантов СИБа и меньше врачей?

Ну да, чтобы и я имел после стольких лет скитаний и машину, и квартиру…

Со стороны какой партии ты бы желал лечить ревматизм?

Я думаю, есть много партий, которые бы меня приняли, именно поэтому, как ты говоришь, я поднимаю свой рейтинг. Для того чтобы можно было самостоятельно выбрать платформу. Но если говорить честно, конечно же, я бы хотел получить стабильный источник доходов, который бы позволил бы мне заниматься своим хобби...

Это мечта каждого смертного, ты совсем неоригинален. Но все же каковы твои хобби?

Чтение. Но, помимо Библии, литературы и философии, хотелось бы оставаться в курсе дел, происходящих в физике и математике.

Ты бы хотел стать своего рода Гепардом, малым богом двора, с астрономической лабораторией и библиотекой на мансарде?..

Точно! Когда я был в Америке, хотел купить себе телескоп, но побоялся, что не смогу привезти его в Кишинев в целости, затем, позднее, увидел такой в Киеве, и это дало мне надежду: я подумал, что можно привезти его безопасно поездом. Ты говоришь о Гепарде. И вправду хотелось бы восстановить свой дом в Кожушне: родительский дом — с виноградником, деревьями, отличным видом. С Интернетом и книгами по философии. У меня так много хобби и интересов, что я даже не могу их систематизировать и получить чувство удовлетворения. Я воспринимаю вещи в строгом порядке.

Хоть ты человек дезорганизованный, для тебя важен порядок вещей?

Это мое желание, я знаю, как их организовать, но мне не хватает времени. К примеру, в физике есть абсолютно фантастические работы о мироустройстве. Такие же прекрасные работы есть и в биологии, химии, социальных науках, и эти вещи впечатляют, я их читаю и говорю себе: ради этого стоит жить! Я эти вещи понимаю! Понять священные планы — это задача, которая стоит любых усилий! А вместо этого я вынужден каждый день появляться и уставать на Fabrika.

Интересно, физик хочет понять Господа...

Именно. Я воспринимаю Господа как межмировую фигуру. Подул, дал людям жизнь и не вмешивается. Дальше — ваше дело. Есть, в конце концов, и лауреаты Нобелевской премии, которые веруют и которые занимались физикой для того, чтобы понять Господа.

Каково расстояние между тем, кто ты есть, и тем, кем ты мог бы стать?

Я думаю, расстояние огромно, и, думаю, я растерял тот потенциал, которым располагал.

Это тебя расстраивает…

Конечно же, да. Я знаю, что я не активный человек, а человек-созерцатель. Я становлюсь активным лишь в условиях, когда я возбужден, когда кто-то меня колет.

Ты как морская звезда...

Да-да. Мне надо открыть тайну. Я иногда жалею о распаде Советского Союза. У меня было занятие, был свой статус, я находился в очень-очень интересной среде, я был полностью аполитичен, но у меня было право участвовать в международных научных конференциях... И все ушло. Это мое единственное сожаление.

Ты был на учебе в США, ты мог остаться там и заниматься наукой.

Нет, я не мог. Там настолько динамичное общество, что надо постоянно давить локтями, а я не могу… Меня очень быстро обогнали, потому что хватает двух лет без лаборатории — и ты выпадаешь из круга. Ты еще можешь понять, что происходит, но ты уже не там.

Так ты уже платонический физик?

Да. Это так впечатляет — читать физику элементарных частиц, где человеческий разум идет впереди эксперимента! Практически ты разговариваешь с Господом. Все так искренне в этих книгах! И они есть в моей библиотеке... Когда я их читаю, я поливаю свою душу бальзамом.

Не слишком ли большая амплитуда — утром пытаешься понять священные планы, а вечером идешь ругаться с неверными?

Большая. Не знаю, что бы я делал, если бы мне ставили условия. Естественно, что сначала я боялся исчерпать себя. Говорили мне об этом и другие. Нам казалось, что в течение полугода все завершится. И, смотри-ка, я держусь и даже хочу узнать свои пределы.

Не чувствуешь себя опустошенным?

Чувствую и пониманию почему. И надо от чего-то отказаться. Надо отказаться от желания быть любимым. Теперь мне все равно. Сказать, каков мой девиз? Он абсолютно циничен: важно, чтобы окружающие не были равнодушными. Одни будут нас любить, другие — ненавидеть.

Какова твоя самая большая победа и самое большое поражение?

Самое большое поражение — отказ от научной деятельности. Победы малы и местечковы.

Когда после удара тебе необходимо собраться и восстановить уважение к себе, что вспоминаешь?

Меня не мучают угрызения совести, я могу смотреть в глаза любому человеку. Я не делал свинских дел, у меня не было особых отношений с политиками. Как только возникали хоть небольшие подозрения, я обрезал контакты — очень легко потерять квалификацию. Я не состою ни в какой "компашке".

Кто человек, который больше всего впечатлил тебя в этой жизни?

Апостол Павел. Из живых, думаю, те люди, которые формировали меня. Учительницы математики и литературы в школе. Молодые, красивые и очень умные. В университете — целый ряд абсолютно фантастических педагогов. После университета — мой научный руководитель Цукерблат, который был ходячей энциклопедией. Тогда я впервые понял, что физики более начитанны, чем литераторы. Оазу Нантой, который практически вернул меня в Академию, когда Академия отказалась от молодых специалистов. Он держался за меня зубами и сказал, что не отдаст меня. Без того чтобы хотя бы быть со мной знакомым. Он знал, что я из Кожушны, приехал туда обычным рейсовым автобусом, помесил грязь в селе, спрашивая, где я живу, нашел дом, я спал, было где-то девять часов утра, он поговорил с моей матерью, и она сказала, что меня нет дома. "Приходил один лысый, спрашивал тебя" — сказала она мне потом. "Кто?". "Не знаю, что-то говорил о работе". Не представляешь, как я бежал в Академию! Прибежал, задыхаясь, и спрашиваю: "Господин Нантой, вы были у нас?" И он просто ответил: "Да, смотри, я убедил их, чтобы ты остался". Без личной заинтересованности. Вступился за парня из деревни. Пришел и сказал: "Я хочу, чтобы он был в лаборатории, занимался физикой". Потом под свое крыло меня взял Дорин Тудоран. Возможно, это люди, которые повлияли на мое формирование. Мне улыбнулось счастье быть знакомым с ними.

Замечаешь, что всегда на твоем пути встречались люди, которые в определенный момент, схватив тебя за ворот, вытаскивали из лужи?..

Конечно, да. Ведь что было до меня профессору Перлину, который в то время был настоящим гуру в физике? Почему он захотел мне помочь? Я только окончил факультет, а он был профессором-академиком. Позвонить мне, бедному выпускнику (был год, когда руководство приняло решение о сокращении числа аспирантов, остающихся на кафедре), и сказать: "Не сдавайся, я готовлю тебе место в Академии у моего бывшего ученика, Цукерблата" (Zuckerblatt). А Цукерблат сказал мне в определенный момент, и, думаю, это был основополагающий момент: "Игорь, я собираюсь уехать в Израиль. Если ты продолжишь игры на компьютере и в течение года не положишь мне докторскую на стол, останешься сам со своими проблемами и проектом своей докторской".

Нравился "Тетрис", господин ученый?

Да! И эта фраза оказала на меня огромное влияние. Я сделал за год то, что должен был сделать за четыре.

Значит, ты знаешь, что такое страх...

Мое воспитание в селе было простым: учись и будь человеком. Это я и сделал. Но есть еще и моя сущность, которую постоянно мотает на ветру.

"Думающий тростник"!

О!

Почему ты сказал, что Марк Ткачук был бы хорошим премьер-министром? Каковы аргументы?

Это была шутка, которая появилась после другой шутки, когда мне предложили стать президентом. Не хочу быть президентом.

Почему? Половина страны хочет. Четверть даже показывает всем и вся свои способности к этой должности.

Не хочу. Я физик, я знаю, что значит "войти в среду". Там ты либо погибаешь, либо поддаешься влиянию. Надо признавать правила игры...

А жизнь — это не признание правил игры?

В конце концов — да. Родители не спрашивали меня, хочу ли я родиться. Иди в мир и делай себе место локтями. Учись и будь человеком. Я, когда смотрю на наших политиков, вижу, что...

...они все несчастливы.

Да, они богаты, но несчастливы. И тогда "на хрена попу гармонь, если поп не филармонь"?

"Бедный и несчастный" и "богатый и несчастный" — что выберешь?

Конечно же, лучше быть богатым. Если с моими близкими все будет хорошо, я буду счастлив. Мне не надо многого — только иметь возможность делать то, что хочу, без того чтобы чувствовать материальные ограничения.

Уверена, что твоей супруге необходимо…

Да, моей жене необходимо. Она мне укоризненно намекает иногда: парень, будь внимателен! А у меня, по правде, есть неопровержимый аргумент: "Помни, десять лет назад ты настояла, ты пригласила меня на танец, ты захватила меня, так что..."

Вовлечен в отношения?

У Рошки есть хорошее высказывание: "эффект тестикула — участвуешь, но не входишь".

А она?

А она говорит: "Покажу я тебе". Она красива, на 13 лет моложе...

Ты классический мужчина... Смотрит твою передачу? Высказывает свое мнение?

Да. Расскажу историю. Последний раз, когда на Fabrika был Мариан Лупу, был март месяц прошлого года. И в завершении передачи стали говорить про закон о недискриминации. Мариан Лупу посмотрел на меня и спросил: "Господин Боцан, вы гомосексуальны или гетеросексуальны?" А я сделал долгую паузу, театральную, глядя прямо ему в глаза. Он понял, что попал в неприятную ситуацию, и дрогнувшим голосом сказал: "Я, к примеру, гетеросексуальный". И первое, что пришло мне в голову сказать, но я сдержался, было — "А я сомневаюсь!" Прихожу домой, а жена спрашивает меня с порога: "Ты почему не ответил на вопрос господина президента?" Мне это показалось очень хорошей шуткой, с которой и сегодня хочется смеяться.

Видишь, еще не все вокруг надоело!

журнал «Punkt», Nr. 42, 2012

Обсудить