Открытое письмо "О преднамеренных действиях, направленных на разжигание национальной, расовой или религиозной вражды"

Президенту Республики Молдова г-ну Николаю Тимофти, Председателю Парламента Республики Молдова г-ну Мариану Лупу,Премьер-министру Республики Молдова г-ну Владимиру Филату, Министру просвещения Михаилу Шляхтицкому, Президенту Академии наук Молдовы Георгию Дуке, Председателю Высшего совета по аттестации и аккредитации Валерию Канцеру

Копия: Ректорам ряда ВУЗ-ов Республики Молдова,

международным организациям и посольствам иностранных государств,

аккредитованным в Республике Молдова

20 марта 2012 года мы направили Генеральному прокурору Валерию Зубко заявление, в котором потребовали: рассмотреть по существу данное заявление; возбудить уголовное преследование, на основе признаков правонарушения, предусмотренного ст. 346 УК РМ, против историков Негрея Иона, Кожокару Георгия, Варта Иона, Драгнева Демира, Енчу Николая, Шишкану Иона, Скурту Иоана, Петренко Анатолия (преднамеренные действия, направленные на разжигание национальной, расовой или религиозной вражды); письменно проинформировать истцов о предпринятых результатах в отношении возбуждения уголовного дела на основе признаков правонарушения, предусмотренного ст. 346 УК РМ.

В соответствии со здравым смыслов и рекомендациям Совета Европы, история не должна становиться инструментом политического индоктринирования. Данный метод считается откровенной фальсификацией. Историческая объективность, воспитание детей в духе толерантности и межнационального сотрудничества должны быть одними из главных целей курса истории.

Однако, учебники по Истории румын, вообще, и работы вышеуказанных историков, в частности, воспитывают молодое поколение в румыно-националистическом духе, а румынский народ на страницах нынешних учебников «Истории румын» представлен в окружении врагов, стремящихся лишить его свободы. Этот момент отметили и специалисты EOROCLIO (Ассоциация преподавателей истории Европы): «Мы должны считать, что румыны были жертвами истории, других этнических сообществ». «Из этого аргумента вытекает, что история других этнических меньшинств недостаточно важна для того, чтобы быть включенной в школьный курс истории» (Recomandările Comitetului de Miniştri al Consiliului Europei. Chişinău, 2002, р. 12). «Нынешние методы преподавания-изучения Истории румын... отражают националистическое отношение, и тем самым неуважение к истории других этнических и религиозных групп Молдовы. Эти методы будут и впредь создавать проблемы, поскольку препятствуют пониманию и толерантности» (Ibid., p. 28).

Исторические события на страницах этих учебников трактуются тенденциозно, необъективно и чрезвычайно мифологизируются. Авторы этих учебников «забывают», что Совет Европы рекомендует нам: «История в школе должна избавляться от мифов и идеологии. Она должна основываться на реальных фактах, стремиться к объективности и не создавать героев, наделенных сверхъестественной силой» (Ibid., p. 15).

Нынешние учебники «Истории румын» прививают учащимся агрессивно-националистические и ксенофобские настроения. «Молдавские учащиеся... усваивая такой предлагаемый им материал, выходят из школы с необъективным восприятием прошлого своего народа. Они продвигают такое представление прошлого в свое будущее и неизбежно передают грядущим поколениям. Таким образом, у исторических мифов, необъективных и ложных, долгая жизнь» (Ibid., p. 7-8). Детям внушают идею, что они румыны, что Бессарабия (название Молдова даже не упоминается) – исконно румынская земля, а Республика Молдова – это ошибка истории, которая скоро будет исправлена путем объединения с Румынией. На данный момент в Республике Молдова «целью школьной дисциплины История является консолидация не государства Молдова, а государства Румыния» (Ibid., p. 15).

Некоторые молдавские историки преднамеренно игнорируют европейские демократические ценности, необходимость правдивого отражения исторической истины и стоят на позициях разжигания национальной ненависти и вражды, а также оскорбления национального достоинства национальных меньшинств, также признанных основополагающими элементами молдавского государства. Среди них Негрей И., Кожокару Г., Варта И., Драгнев Д., Енчу Н., Шишкану И., Скурту И., Петренко А.

Особенно хотим подчеркнуть, что Варта Ион и Драгнев Демир называют «всех этих поляков, греков, армян и евреев настоящими подонками, которые загрязняют Кишинёв» (Istoria românilor. Epoca modernă. Manual pentru clasa a XI-a de liceu. Chişinău, 2002, p. 117)! В своей патологической ненависти к России данные авторы не имеют предела. С первых страниц этого учебника развёрнута усиленная пропаганда ненависти к России и всему русскому. Драгнев и Варта пытаются убедить школьников, что движение России на юго-восток Европы всегда имело исключительно экспансионистский и агрессивный характер: «Российские войска вели себя как настоящие оккупанты» и грабители мирного населения (54, 55). «Российская военная оккупация во время войны, – сообщают они на 77-й странице, – была ужасающей и сопровождалась многочисленными актами произвола, насилия, принудительного труда, реквизиций, эпидемий, эпизоотий и даже голода».

Особую их неприязнь вызывают евреи, «массово мигрировавшие из других стран в города» (151). «Среди арендаторов значительную часть составляли евреи..., контролировавшие крупные латифундии». Именно на них указано ученикам как на «эксплуататоров румынского крестьянства». Евреи, «жаждущие быстрого обогащения, жестоко обращались с крестьянами, навязывая им невыносимые условия» (152).

В соответствии с такими рецептами поступал и германский фюрер. В «Майн Кампф» он «раскрыл» немцам «истинных врагов германского народа». В этом смысле возникает естественный вопрос: в чём же разница между Гитлером и господами Драгневым с Вартой? Ясно лишь одно: будь Республика Молдова истинным правовым и демократическим государством, подобное было бы невозможно. Представить себе что-либо похожее в школь­ных учебниках таких стран как США, Германия, Австрия, Франция, Испания, Великобритания, Голландия и др. нельзя и в кошмарном сне. Случись такое, и авторов неминуемо ждало бы судебное преследование.

Николай Енчу пишет, что антирумынская политика «встретила понимание, в чём нет ничего удивительного, среди национальных меньшинств, венгров, евреев, болгар, которые по разным причинам, но с одинаковым остервенением, сопротивлялись образованному в 1918 году государству» (Istoria românilor. Epoca contemporană. Manual pentru clasa a XII-a de liceu. Chişinău, 2002, p. 20); «принадлежащий национальным меньшинствам промышленный и банковский капитал продолжал процветать, в то время как этнические румыны развивались медленно» (p. 28). Наверное следует понимать, что национальные меньшинства жировали за счёт румын?! Всё это составляет ксенофобскую пропаганду.

А Петренко А. в своих «исторических трудах» молчаливо одобряет лозунги типа: «Да здравствуют наши союзники и вели­кий вождь Германии Адольф Гитлер!», «Да здравствует румынская и немецкая армии!», «Да здравствует король Михай и канцлер Гитлер!», «Долой жидов и коммунистов!» (Petrencu A. România şi Basarabia în anii celui de-al doilea război mondial. P. 59, 63; Petrencu A. Basarabia în al doilea război mondial. P. 92). Партизаны, боровшиеся с фашизмом (и защищавшие «жидов»), квалифицируются не иначе как тер­рористы (Petrencu A. România şi Basarabia în anii celui de-al doilea război mondial, p. 49, 70; Petrencu A. Basarabia în al doilea război mondial, p. 98, 99), национальные меньшинства названы «пятой колонной» (Petrencu A. Basarabia în al doilea război mondial, p. 60), утверждается, что «режим Анто­неску являлся современной (читай: цивилизованной) диктатурой, толерантной по отношению к демократической оппозиции» (Ibid., p. 395; Petrencu A. România şi Basarabia în anii celui de-al doilea război mondial, p. 31).

Петренко считает, что «военное руководство во главе с Антонеску имело свои мотивы для принятия отрицательного отношения к евреям Бессарабии». В соответствии с мнением этого «историка», геноцид сотен тысяч людей имеет название «принятие отрицательного отношения»!

«Речь шла, – продолжает он, – о a) румыно­фобском пове­дении и других антирумынских фактах многих иудео-ком­мунистических группировок во время совет­ской оккупации Бессарабии; b) действиях мно­гих из них во время большевистского господства в Бесса­рабии (июнь 1940 – июль 1941 гг.), когда они полностью ангажировались в дело советизации этой ру­мынской провин­ции; c) поведении многих из них во время военных действий в июне – июле 1941 г., т.е. откровенном вооружённом сопротивлении, оказанном военным силам Держав Оси» (Petrencu A. Basarabia în al doilea război mondial, p. 163). Как видим, Пет­ренко механически воспроизводит всю нацистскую «систему аргументов» по оп­равданию массового уничтожения мирного населения. Будто бы женщины, дети и старики оказывали «откровенное воору­жённое сопротивление военным силам Держав Оси»…

Г-н Негрей И. сообщает: «Подобные признания сепаратистского характера в пользу России находим на каждом шагу и в письменном виде, и устно на всевозможных собраниях и съездах… Они являются вынужденными ответами на обвинения, выдвинутые… русскими» (O pagină din istoria Basarabiei. Sfatul Ţării (1917 – 1918). Chişinău, 2004, p. 215-218). («Евреи, являющиеся проводниками большевизма, были противниками разделительных границ между населяющими Россию нациями; эти политические и экономические границы становились на пути свободного развития еврейского предпринимательства. Речи инородцев, произнесённые с эгоистическими эмоциями, сопровождённые ложными обвинениями, недоверием и откровенными угрозами, их попытки свести к нулю значение Сфатул Цэрий и вознести русскую Учредиловку, претензии меньшинств на равное господство в Бессарабии, всё это преисполнило печалью сердца молдаван» (Ibid., p. 178-179). Ниже эти авторы критикуют тех, которые «осмеливались указывать молдавскому народу путь в сторону Петрограда и на Восток, откуда пришли все несчастья» (Ibid., p. 181-182).

А г-н Кожокару применяет один бесчестный и явно лживый приём. Он постоянно пытается представить события таким образом, будто только представители нацменьшинств выступали против румынской интервенции в Молдавскую республику (см.: Sfatul Ţării: Itinerar. Chişinău, 1998, p. 72): «Отношение местного населения к вступлению румынских войск на территорию края колебалось в зависимости от этнической принадлежности населённых пунктов»). Это наглая, оскорбительная и ничем не подтверждённая ложь, целью которой, вольно или нет, является противопоставление молдаван и их сограждан других национальностей.

То же можно сказать и о некоторых других историках. Так, например И. Негрей пытается убедить читателя, что против «национально-освободительного движения» боролись силы, чья «социальная основа состояла из русских, украинских, болгарских, гагаузских и еврейских колонистов». (Anul 1918. Ora astrală a neamului românesc. Chişinău, 1998, p. 67).

Господа Шишкану И. и Скутру И., при раскрытии темы «Minorităţile naţionale din România (1918-1940)» (Istoria românilor. Epoca contemporană. Manual pentru clasa a XII-a. Chişinău, 2001, p. 21) отмечают, что они «расположились в Трансильвании, Буковине и Молдове в результате завоеваний (венгры, русские) и колонизации (сасы, швабы, секуи)». Странным является отношение авторов к представителям национальных меньшинств в деле защиты своих законных прав (Ibid., p. 22): «Некоторые, доказывая этим свой преувеличенный национальный эгоизм, критиковали существующий в Румынии режим под предлогом создания им многочисленных „несправедливостей” и жаловались в Лигу Наций (часть венгров, украинцев и др.)».

На стр. 41-45 раскрывается внешняя политика Румынии в 20-30 годы и делается вывод, что напряжённость в отношениях с соседними государствами (СССР, Венгрией, Болгарией) был исключительно следствием их линии поведения. Таким образом, вновь имеем пример противопоставления «мы – они», когда «они» создают «нам» проблемы. Тоже встречаем и на 80 стр. – полуправда, порождающая ненависть: «Установление советской администрации в Бессарабии и Северной Буковине породило настоящий поток страданий румынского населения… В то время как иолдаван отправляли в Россию.., десятки тысяч русских и украинцев прибывали в Бессарабию, занимая все ключевые посты по партийной и государственной линии, и руководящие должности в управлении предприятиями». Авторы поясняют (p. 95), что «московские власти, посредством жёстких мер, направленных против мажоритарного румынского населения, стремились ликвидировать национальный дух». Правда они не уточняют: «инородцы» процветали в результате данной политики?

Не забывают авторы (p. 92) и о «русификаторской политике»: «Трагическую страницу истории составила русификаторская политика по денационализации бессарабцев». Наверное г-н Шишкану воспринимал годы, проведённые в московской аспирантуре, а затем работая в качестве научного сотрудника в Институте истории КПМ, как «личную трагедию». «Проводилась политика на физическое уменьшение численности автохтонного населения, используя для этого разные средства: депортации, истребление, насильственная экспроприация, отправление на каторжный труд, распределение выпускников высших учебных заведений за пределы Молдавской ССР… Одновременно росла численность русских и украинцев».

Подобного рода полуправда вводит молодёжь в заблуждение, культивируя руссоненавистничество». Во первых подобные «депортации и истребление» происходили только в первые послевоенные годы, а не в течение всего периода 1944-1990 годов, как указывают авторы в названии темы. К тому же они отразились на всех жителях республики, в независимости от национальной принадлежности. Таким образом применяется бесчестный «методический приём», без того, чтобы указать, что эти явления прекратились в конце 40-х годов. Что касается «распределения выпускников высших учебных заведений за пределы Молдавской ССР», не было ни одного случая без осуществления этого без согласия самих «выпускников». Авторы, однако, «забывают» напомнить ещё об одном виде «руссфикации»: ежегодно около 2 тыс. молдавских студентов учились в главных университетских центрах Советского Союза и каждый молодой человек мечтал о подобной «русификации».

Подобного рода примеры можно продолжать до бесконечности. В заключение можем отметить, что следствием подобного «воспитания» по сатанизации проживающих совместно с молдаванами представителей нацменьшинств и соседних народов на страницах учебников по истории румын не может не быть образование эмоционального состояния, полного ненависти и желания отомстить «подонкам» и «отбросам», засевшим на румынской земле и принесших столько «горя» румынскому народу. Ребёнок не может не усвоить ксенофобский образ «мигрантов», дьявольскую природу «инородного пришельца».

В свете вышеизложенного и в соответствии с Нюренбергским вердиктом, со ст. 8 Всеобщей декларации прав человека; ст. 13 Европейской конвенции по правам человека и защите основных свобод; ст. 10 Конституции РМ; Законом № 793 от 10.02.2000 «Административные правонарушения» (ст. 14); Закона об образовании; Постановления Парламента РМ № 337-XIII от 15 декабря 1994 «О концепции развития образования в РМ и создании Координационного совета по осуществлению реформы образования», настоятельно требуем от

Президента Республики Молдова г-на Николая Тимофти,

Председателя Парламента Республики Молдова г-на Мариана Лупу,

Премьер-министра Республики Молдова г-на Владимира Филата,

Министра просвещения Михаила Шляхтицкого,

Президента Академии наук Молдовы Георгия Дука,

Председателя Высшего совета по аттестации и аккредитации Валерия Канцера

Ректоров ряда ВУЗ-ов Республики Молдова

1. рассмотреть по существу данное открытое письмо и

2. впоследствии письменно проинформировать нас о результатах предпринятого рассмотрения.

Обращаемся к

Министру просвещения Михаилу Шляхтицкому,

Президенту Академии наук Молдовы Георгию Дуке,

Председателю Высшего совета по аттестации и аккредитации Валерию Канцеру

1. рассмотреть вопрос о профессиональной совместимости ксенофобских работ господ Негрей И., Кожокару Г., Варта И., Драгнева Д., Енчу Н., Шишкану И., Скурту И., Петренко А. с их дальнейшей деятельностью;

2. настаиваем на лишении этих людей ученой степени доктора / доктора хабилитат за пропаганду национальной ненависти.

Кошелев Игорь,

Шевченко Дмитрий

Обсудить

Другие материалы рубрики