Русский Кишинев, собрание “белых арапов”

Ну, вы помните: у Петра I был арап, потом царь его женил, а потом у России появился Пушкин. Живой и игривый потомок арапа кормился сказками няни Арины Родионовны – и на том вырос, и сам начал писать стихи и прозу, да так, что дошел до реформы русского языка. Ну, вот мы с вами сейчас говорим и пишем пушкинским языком…

Не смейтесь, пожалуйста: тот язык, который мы так безбожно коверкаем приблатненными словечками, интернационализмами-неологизмами, олбанским приколом интернета да и просто повседневной небрежностью, а то и откровенной безграмотностью – этот язык достался нам от Пушкина, и не было еще реформатора нашего языка масштабнее и в исторической перспективе устойчивее, сколь ни старались многие. И, к слову, он и дал нам эту свободу – играть словом: поближе к реальности; от реальности оторваться; зависнуть где-то между бытием и бытом, между Богом и яичницей, между землей и небом, между смыслом – и формой, весь смысл отрицающей.

Буйный был поэт, беспокойный духом. Спутался с декабристами – и уже другой русский царь, ссылая дворцовых революционеров в Сибирь, Пушкина наказал еще жестче – сослав в провинциальный Кишинев. И тут начинается наша история.

В городе есть «Пушкинская горка» – с домом-музеем Пушкина: таких сохранившихся домов, в которых жил Александр Сергеевич, всего два – в Санкт-Петербурге и в Кишиневе. То есть это места, впитавшие физически тот дух, что нес с собой поэт. И духом этим – пойманных в слова стихий и энергий – до сих пор ведом город.

Я помню Кишинев городом словесности – русской словесности. И уезжала оттуда в 1992 году, когда за русский язык на улицах города просто били. Почти все уехали. Но остались они – и вот 20 лет спустя я вновь открываю Кишинев русского слова. И несут его «белые арапы»

Нет, я не стану утверждать, что они – потомки, наследники или же хранители того гениального отпрыска петровского арапа. Да и белые они изначально. И тем сложнее их путь: подобно «белым» музыкантам, подбирающим ключи к исконно «черному» блюзу или джазу, они перебирают все смыслы – и в конце концов создают свой собственный код передачи смысла.

Русскоязычная литература в Кишиневе, оказывается, никогда не кончалась. Кончилось только время упований – на то, что, кроме них кто-то еще возьмется «держать» язык в тонусе литературного процесса. И они создали свою премию с противоречивым названием «Белый арап».

«Белый Арап» – первая в Молдове независимая литературная премия, которая вручается с 2008 года. Независимость есть категория, оплаченная собственным временем и деньгами. Премия – как и сопутствующие ей издания литературных сборников – существует на средства учредителя литературного фонда «Белый Арап» Олега Краснова – журналиста, прозаика и переводчика.

В прежние годы лауреатами премии становились Олег Панфил, Александр Попов и Денис Башкиров. В этом году на состоявшейся 15 мая презентации очередного сборника «Пролетая над…» премию вручили нынешнему лауреату – Михаилу Поторак, чей рассказ мы публикуем в нашей рубрике “Лит.Клуб”.

И знаете что? Я лично знаю почти всех победителей этой премии. С Сашей Поповым мы вместе поступали на кишиневский журфак; Олег Панфил в те времена был нашим «духовным водителем»; Миша Поторак учился на журфаке курсом младше. Они уже тогда писали – и мой Кишинев русской словесности ими в том числе и сложился.

Они не только сохранили ту, знакомую мне традицию, но и развили ее – и вот я открываю новые имена, и все они – родом из русского Кишинева, даже если живут уже где-нибудь в Денвере, штат Колорадо – как один из авторов последнего сборника Зоя Мастер. Таков новый смысл заново открытого мной города, в который меня теперь тянет еще один соблазн – взять в руки бумажный эквивалент собрания «белых арапов» и, щупая строчки, гадать: чьим именем в этом городе назовут еще одну горку?

immigrant-press.ru

Обсудить