Лидер общественной организации "Украинский выбор" Виктор Медведчук уверен, что Таможенный союз с Россией поможет Украине в диалоге с ЕС

Лидер общественной организации "Украинский выбор" Виктор Медведчук считает, что украинским дипломатам необходимо пересмотреть акценты внешней политики. В частности, речь идет о взаимодействии со странами, приобретающими все больший вес в Евросоюзе, отметил Медведчук в своем блоге.

Материал

Комментарии 7

Войти
  • # krokogen
    Шестерка Путина, тут даже обсуждать нечего.
  • # Fact
    Турист из россии в Греции- ,, Я не могу понять, почему в Греции где кризис и денег нет, люди живут лучше чем в россии где бабла немерено от продажи нефти и газа.,,
  • Здесь был комментарий, который скрыл модератор
  • # Colonel
    Недоразумение по-евразийски
    Федор Лукьянов

    Резюме: Одной из главных тем наступающего политического сезона, несомненно, будет Евразийский союз.

    Одной из главных тем наступающего политического сезона, несомненно, будет Евразийский союз— идея, выдвинутая Владимиром Путиным при возвращении на президентский пост, а потому явно приоритетная. Впрочем, за неполный год, который прошел после опубликования (в октябре 2011-го) программной статьи будущего главы государства, само понятие, кажется, сильно размылось. Точнее, его восприятие основано на ряде недоразумений, которые возникли из-за того, что сами авторы проекта не вполне осознают, что он означает.

    Начать надо с того, что название вводит в заблуждение. Приверженцев евразийской идеологии, в соответствии с которой Россия представляет собой особую уникальную цивилизацию, противопоставленную Европе и имеющую в качестве миссии объединение огромных пространств Евразии, путинская идея крайне воодушевила.

    Однако ни из самой статьи, ни из последовавших объяснений — надо сказать, немногочисленных и неконкретных — никакой евразийской метафизики в духе Трубецкого, Гумилева или Дугина не вытекает.

    Скорее, речь идет не об отвержении европейских подходов, что было бы естественно для настоящего евразийца, а об их заимствовании и адаптации к России и окрестностям. Использование понятия имеет двойственный смысл: с одной стороны, подчеркнуть отличие от имеющегося ЕС (отсюда и евразийскость), но, с другой, продемонстрировать и сопричастность, сходство организационных принципов.

    Если распутать словесную паутину, то становится понятно, что речь, по сути, вообще идет не о Евразии, а об одной конкретной стране, и расположена она совсем даже в Европе: об Украине. Именно вовлечение Киева в интеграционный проект является основной задачей, в то же время присоединение Киева придаст организации — нынешнему Таможенному союзу — совсем другой формат. В составе трех стран это интересный прототип, если же подключается Украина с ее обширным рынком и потенциально сильной и диверсифицированной экономикой, то серьезная структура, с которой придется считаться всем.

    Собственно евразийские просторы, а именно Центральная Азия, инициаторов проекта, кажется, интересует весьма умеренно. Это не удивительно, поскольку с экономической точки зрения наиболее вероятные кандидаты (Киргизия и Таджикистан) проблем принесут никак не меньше, чем дивидендов.

    Так что дееспособным и богатым сырьем Казахстаном евразийская составляющая, вероятно, на длительный срок и ограничится. (Еще, конечно, есть российская территория, которая на три четверти расположена в Азии.)

    К тому же постоянно указывается на то, что Евразийский союз — это не замкнутая структура, а элемент будущего единого пространства от Лиссабона до Пусана, на котором в восторге сольются все рынки от европейского до тихоокеанского. То есть вроде бы даже и не обособление, а как раз наоборот. Евразийский союз как развитие союза Таможенного — это прикладное начинание. Целью его является расширение рынков и восстановление части разрушенных с распадом СССР производственных цепочек, а средством — воспроизводство на этой территории принципов европейской интеграции второй половины ХХ века. Катализатором служит глубокий кризис в Европейском союзе, которому сейчас и на обозримую перспективу придется заниматься исключительно внутренними проблемами, так что будет не до сопредельных государств. Так что России представляется благоприятный шанс снизить уровень конкуренции. Тем более что сама идея вполне рациональна и может быть перспективной.

    Тут, правда, начинается другое недоразумение, точнее, отсутствие четкого образа проекта у его архитекторов. Когда есть оболочка, но отсутствует внятное содержание, оболочка начинает заполняться самостоятельно, впитывая то, что витает в воздухе. А в воздухе у нас витает остаточная просоветская риторика, обильно сдобренная ностальгией — у кого-то искренней, у кого-то искусственно и конъюнктурно раздуваемой — по единому и могучему.

    У инициаторов Евразийского союза отсутствует язык, который представил бы эту структуру в современном виде, обращенном в будущее.

    Аналогии с европейской интеграцией, представленные в программных документах, но несколько стыдливо и уклончиво, чтобы не создавалось ощущение копирования, могут быть дополнением, однако нужен стержень. А поскольку целостная картина, будь то ценностная общность партнеров или разделяемые всеми геополитические интересы, отсутствует, аргументация опять скатывается к воспоминаниям о том, как прекрасно жилось прежде.

    Умиление по поводу общего советского прошлого в остальных экс-союзных республиках воспринимают совсем не столь позитивно, как в России. Она оплакивает утрату могущества, а остальные празднуют возникновение собственной государственности. Понятно, что в любой постсоветской стране хватает тех, кто многое потерял за 20 лет и с удовольствием вернулся бы в «золотой век». Но таких людей становится меньше по мере взросления поколений, которые этого века не помнят. И уж точно эти грезы не найдут понимания у правящего класса любого государства из числа бывших советских республик — они, естественно, не заинтересованы в собственной делегитимации. Между тем специфика евразийской интеграции заключается в том, что она еще в большей степени, чем европейская, строится на договоренностях верхушек (хотя и в Европе демократизм Европейского сообщества — распространенный миф). А значит, пугать вельможных партнеров возвращением к прошлой системе отношений «центр — периферия» совершенно не с руки.

    Кроме всего прочего, если бы Москва действительно ставила цель воссоздать подобие Советского Союза, такая риторика, может быть, и имела бы какой-то смысл (хотя вряд ли — как раз в этом случае надо было бы убаюкивать разговорами о священности суверенитета). Но этого никто делать не собирается, и соответствующий набор эмоций и аргументов — то самое случайное заполнение вакуума подручными средствами.

    Предполагаемый Евразийский союз не является тем, чем его видят со стороны. Это не политическое воплощение «великой степи», не реинкарнация СССР и лишь в небольшой степени альтернатива Евросоюзу.

    Если проект будет продолжаться, а политическая воля по его продвижению очень сильна, то, вероятно, оболочка наполнится каким-то более конкретным содержанием, а выгоды, которые могут извлечь участники, подтолкнут их к поиску идейного каркаса. Пока же Евразийский союз — очередная яркая иллюстрация промежуточного положения российского сознания, которое уже явно начинает уходить от прежней имперской матрицы, но еще не может и не хочет себе в этом признаться.

    Ф.А. Лукьянов — главный редактор журнала «Россия в глобальной политике». Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник, работал на Международном московском радио, в газетах «Сегодня», «Время МН», «Время новостей». Член Совета по внешней и оборонной политике России.
  • # Colonel
    После встречи Януковича с Путиным, Москва нанесла удар по экономике Украины:

    /Введение утилизационного сбора на украинские автомобили приведет к значительному сокращению их поставок в Россию. Российская таможня настаивает, что льготы на ввоз авто положены только членам Таможенного союза. Вопреки Зоне Свободной Торговли СНГ./

    clck.ru/1_5lj
  • # Colonel
    Чудеса в решете:

    /СМИ внезапно обратили внимание на статью пятидневной давности, опубликованную одним из западных сетевых ресурсов, о том, что если Россия получит широкий доступ на рынок энергоресурсов Израиля, она будет готова его поддержать в военном конфликте с Ираном./
    izrus.co.il/dvuhstoronka/article/2012-08-30/18900.html

    Учитывая, что с газом для Северного Потока нарисовалась жопа, проект Штокман из-за дороговизны и споров компаньонов о методах разработки накрылся медным тазом, а Израиль и Кипр бурят гигантское месторождение находящееся на спорном шельфе с Турцией, то кино будет еще то.

    Похоже, у д.Путинэ наступают тяжкие времена. Он то надеялся на западные деньги в освоении Баренцевого Моря, а тут вообще-то придется вкладывать свои, иначе останется неудел. Если вспомнить, что только что сварили вторую ветку СЕГ, для которого вообще нет газа, и соответственно без сырья подвис навсегда Южный Поток, скоро Москва будет просить гас у Украины с шельфа Черного моря. Эпоха газовых войн закончилась. Путин ее проиграл сам себе, роя яму Украине и Беларуси, закопав кучу народных денег в буровые платформы, танкеры-газовозы и никому не нужный Северный поток. Шах и мат.
  • П
    # Посторонний
    Во сразу сколько понабежало. Платят вам что-ли за это? Теперь понятно, почему трактористов в селе не хватает…