Без империй прогресс невозможен

На смену развалившимся придут новые империи. Они уже складываются. На пространстве бывшей Российской империи и Советского Союза это Евразийский Союз. На Дальнем Востоке — Китай, который уже является мировой экономической империей. Не исключено, что со временем обретет имперские очертания АСЕАН.

Когда в 1991 г. развалился Советский Союз, ликованию так называемой демократической общественности (мировой и отечественной) не было предела. Многим тогда казалось, что с уходом с исторической арены последней империи мир наконец обретет более справедливое обустройство. При этом понятие «империя» стало отождествляться в политологической пропаганде с чем-то не вполне естественным в истории мирового развития.

Наверное, подобную эйфорию испытывали варвары, сокрушившие Рим, или европейские крестоносцы, уничтожившие Византию. Возможно, они также полагали, что совершили благие деяния, хотя в действительности в обоих случаях обрушили историческое развитие, нанесли ему невосполнимый урон.

Дело в том, что империи во все времена были не просто закономерными стадиями государственного развития, но еще и закономерно прогрессивными, выводившими человечество на пики его культурной эволюции. Разумеется, это не были миры всеобщего благоденствия. Все империи представляли собой мощные военно-бюрократические образования, всегда экспансивные по отношению к другим странам и народам и существовавшие за счет жестокой эксплуатации своих подданных. Как в колониальной периферии, так и в метрополии.

Конечно, они не пользовались особой любовью у покоренных народов, но были именно теми государственными структурами, которые позволяли аккумулировать экономические ресурсы больших пространств и обращать их на культурное развитие в самом широком значении этого понятия. И не случайно многие империи со временем становились цивилизациями. Не цивилизации создавали империи, но империи — цивилизации.

Особенно показателен пример античности, ставшей, по существу, фундаментом нынешней европейской цивилизации. Человечество и сегодня восторгается афинским Акрополем или римским Колизеем, не очень-то задумываясь над тем, сколько в них рабского пота и крови. Греция и Рим были крупными рабовладельческими империями древности, подчинившими себе огромные пространства. Греция обладала бассейнами двух морей — Средиземного и Черного, а владения Рима распространились вплоть до Атлантического океана. Жизненные ресурсы этих территорий направлялись в метрополии, овеществляясь там в великолепных дворцах и храмах, предметах искусства, школах, обустроенной инфраструктуре.

Однако, паразитируя на покоренных народах, Греция и Рим не только брали, но и отдавали. Регионы их присутствия вовлекались в единую социально-экономическую и военно-политическую систему, окрашивались в культурные цвета империй. Разумеется, речь идет о провинциальных вариантах греческой или римской культур, но и в этом случае население подвластных областей многое приобретало. Варвары становились, если можно так выразиться, немного греками и римлянами. И не случайно европейские народы, которые оказались в имперской орбите античных государств, в последующие периоды постоянно опережали в развитии своих соседей, которых миновала судьба быть покоренными.

Сказанное о Греции и Риме справедливо и по отношению к империям Средневековья. Известно, сколь велика была культурно-историческая миссия Византийской империи, явившейся наследницей античной цивилизации. Она объединила десятки европейских и азиатских народов и была наиболее развитой страной средневекового мира. Несомненно, цивилизацией христианско-православной.

Составной частью византийского содружества наций являлась Киевская Русь. Она также была империей и также выполняла важную культурно-историческую миссию на огромных пространствах Восточной Европы. Благодаря ей многие народы (угро-финские на северо-востоке и тюркские на юге) приобщились к христианской традиции в ее византийско-русском православном варианте и в конечном итоге приняли участие в сложении общерусского культурного пространства.

Для стран средневековой Европы важнейшим условием экономического и культурного развития явилось образование Священной Римской империи.

В новое время имперский статус обрели Великобритания, Франция, Австрия, Россия, Турция и некоторые другие страны. Исследуя становление, развитие и упадок этих империй, историки оценивают их преимущественно с точки зрения гуманизма и справедливости, указывая на их авторитарный и эксплуататорский характер, а также на шовинистическую сущность по отношению к покоренным народам. Некоторые из названных империй удостоились весьма нелестных оценок. Особенно досталось России, получившей определение «тюрьма народов», а также ее преемнику Советскому Союзу, к которому был приклеен ярлык — «империя зла».

Ни то, ни другое определение ничего похожего на реальную действительность не имели. Это были продукты чистой идеологии, стремления западной пропаганды опорочить конкурента и тем самым ослабить его. Во время президентства Рейгана, которому как будто и принадлежит сомнительная честь изобретения одного из приведенных ярлыков, Советский Союз, вошедший в стадию застоя, никакой империей зла не был. Такое определение больше подходило к самим США.Это на их совести истребление индейских аборигенов Северной Америки, тогда как в России и в Советском Союзе не был потерян практически ни один малый народ. Это американские военные базы находились на всех материках. И, наконец, это они вели и ведут перманентные войны в разных регионах мира [1].


Сказанное, впрочем, не дает оснований ни идеализировать, ни демонизировать имперский путь развития. Необходимо отдавать отчет в том, что становление империй всегда сопряжено с насилием. В той или иной степени сильный распространяет власть на слабых, не очень сообразуясь с их жизненными интересами и традициями.

В новое время власть европейских империй (Испанской, Британской, Французской и др.) распространилась на народы Африки, Индокитая, Южной и Северной Америки. Часто с трагическими последствиями для местного населения, как это имело место с народами и культурами Южной и Северной Америки. Благодаря распространению власти европейских стран на другие материки в их закрома потекли богатства со всего мира, обеспечив им бурное технологическое и культурное развитие. В том числе и так называемые промышленные революции.

Аналогичное ускорение обрела и Россия, и также в значительной степени потому, что овладела огромными пространствами и природными ресурсами в азиатском регионе. Помните пророчество М.Ломоносова, что богатство России будет прирастать Сибирью?

Хорошо это или плохо? Наверное, и то, и другое. Однако вряд ли продуктивно рассуждать о гипотетических лучших альтернативах. История не знает сослагательного наклонения. Было именно так, и только свершившаяся реальность подвластна нашему анализу. Если говорить о цивилизационных обретениях, то необходимо признать, что именно имперский путь развития обеспечивал человечеству максимальный прогресс. Чтобы убедиться в этом, достаточно вспомнить о таких имперских (и цивилизационных) символах нового времени, как Лувр, Гавр, Эрмитаж, дворцовые и храмовые комплексы Санкт-Петербурга, Парижа, Вены, Будапешта, Лондона и др. В каждом из них воплощены высшие мировые достижения в архитектуре и искусстве.

Однако, как и в далеком прошлом, в новое время также приобретали не только метрополии. Многое получала и имперская периферия. Она втягивалась в государственные правоотношения европейского типа, обретала социально структурированные сообщества и собственные управленческие бюрократические аппараты. В ряде случаев приобщалась к европейской христианской вероисповедальной и цивилизационной традиции. Не случайно после крушения классической имперско-колониальной системы многие народы Азии, Африки и Южной Америки оказались подготовленными к независимому государственно-политическому саморазвитию.

Разумеется, не были исключением в этом всеобщем правиле также Россия и ее преемник Советский Союз. Хулители этих имперских образований, усердно трудившиеся над развалом «последней империи», называли Советский Союз неестественным, тоталитарным и экономически неэффективным образованием, в котором Россия только тем и занималась, что эксплуатировала и угнетала национальные окраины, удерживая их в колониальном статусе.

Что-то из сказанного справедливо, но в целом внедрявшийся в сознание людей зловещий образ СССР ничего общего с реальностью не имел. Ведь именно это имперское государство оказалось способным создать мощную индустрию, передовую науку, высокую культуру, выстоять и победить в смертельной схватке с фашизмом и, в конечном счете, первым отправить в космос человека. Определенно все это требовало огромного напряжения сил всего общества, что было невозможно без жесткой централизации системы управления и экономического отчуждения, одинаковых на всем государственном пространстве.

В отличие от многих империй, в Советском Союзе по существу не было метропольного центра и колониальной периферии. Все это из области идеологической пропаганды. Индустриализацией были одинаково охвачены все регионы страны. В некоторых национальных республиках (как, к примеру, в Украине) уровень развития промышленности и сельского хозяйства был даже выше, чем в самой России. После развала Советского Союза Украина, по оценкам многих зарубежных специалистов, входила в десятку наиболее развитых европейских стран [2].

Все союзные республики являлись национальными государственными образованиями, в которых были подготовлены собственные управленческие кадры, национальная научная и творческая интеллигенция, достаточно четко определены административные границы. С развалом СССР они в одночасье стали суверенными государствами, собственно, на той же национально-территориальной основе и с той же национальной администрацией. Первые секретари центральных комитетов компартий легко превратились в президентов суверенных государств.

Возникает вопрос: если государства-империи — закономерные этапы в развитии человечества, к тому же демонстрирующие необычайную культурно-историческую эффективность, то почему они неизменно терпят крушение? Ответ одновременно прост и сложен.

Прост, если исходить из общих законов диалектики. Ничто в этом мире не бывает вечным, в том числе и форма государственной организации общества. На ее жизнеспособность влияет множество факторов как внешних, так и внутренних.

Внешние — это жесткое, а часто и жестокое противостояние с аналогичными имперскими образованиями, стремящимися избавиться от конкурента. В давние периоды — посредством войн, в новые — войн и идеологических диверсий. В наше время наглядным примером этому может быть развал Советского Союза.

Конечно же, он умер неестественной смертью. Ему помогли умереть, в том числе и США.В этом они и признались устами государственного секретаря А.-Ф.Даллеса и президента Б.Клинтона. Первый, как известно, для разложения СССР предложил культивировать в нем национализм, ненависть к русскому народу, способствовать созданию хаоса и неразберихи. А другой подытожил проделанную работу: «расшатав идеологические основы СССР, мы сумели бескровно вывести из войны за мировое господство государство, составлявшее основную конкуренцию Америке».

Поразительно, но выстоявшая в горячих войнах со странами Антанты и гитлеровской Германией Российская империя, трансформировавшаяся в СССР, не выдержала конкуренции в войне холодной, идеологической.

Внутренние — это естественное старение имперских систем, подтачиваемых в том числе и извечными размышлениями интеллектуальных элит над вопросом разумности существующего государственного мироустройства. Их опозиционное недовольство, как правило, всегда находило сочувствие и материальное стимулирование со стороны конкурентных стран. Нередко такая кооперация приводила к революционным взрывам, сокрушавшим империи. Как это случилось с царской Россией и цисарской Австро-Венгрией. Правда, быстро оказывалось, что «новый мир» ничуть не лучше «старого», и никакого пресловутого освобождения народов от имперской тирании не происходило. Все заканчивалось банальной сменой правящих элит [3].

Теперь попробуем разобраться, в чем сложность ответа. Как думается, она в том, что в реальной жизни крушение терпели империи, но не имперская идея. В действительности имперский феномен никогда не уходил с исторической арены. Испытав поражение в одном регионе, он проявлялся в другом. Нередко одна имперская система сменялась другой, фактически на той же территории. Как Османская мусульманская, пришедшая на смену Византийской православной. Еще более показательный пример являет нам отечественная история, когда коммунистический Советский Союз сменил капиталистическую Российскую империю, сохранив практически все ее территориальное наследие.

И, конечно, в этом меньше всего повинен субъективный фактор. Неизмеримо больше здесь объективной закономерности. Человеческий опыт, раз осознав, что прогрессивное развитие невозможно в условиях разобщенности, уже не мог отказаться от создания больших государственных образований. Не мог в прошлом и не может в наше время. Рассуждения о гибели «последней империи», коей был Советский Союз, — фарисейство. Особенно когда они звучат из уст американских и западноевропейских государственных деятелей и идеологов. Ведь сами-то они жили в империях.

Без каких-либо натяжек под это определение подходят США, наиболее мощная страна мира. Соединенные Штаты, как в свое время Великобритания, владыка морей и океанов. И можно сказать, что на подконтрольных им территориях также не заходит солнце.

Вполне имперским образованием является и Европейский Союз, имеющий надгосударственные управленческие органы, единую валютно-денежную систему, унифицированные вооруженные силы и военный блок — НАТО. Стоит ли доказывать, что столь мощный в экономическом и военном отношении союз способен не только оказывать существенное влияние на развитие европейского материка, но и навязывать свою глобализационную волю народам других регионов. Нередко, к сожалению, и посредством военной силы [4].

Однако же и слухи о гибели «последней империи«, выражаясь словами классика, оказались сильно преувеличенными. Россия продолжает оставаться великой державой и без отпавших от нее территорий. К тому же логика исторического развития на постсоветском пространстве неизбежно приведет к его экономической, политической и военной реинтеграции. Разумеется, на новых началах. Это объективный процесс, хотя еще и не до конца осознанный постсоветскими странами. Над их руководителями довлеет синдром неожиданно обретенной суверенности, хотя она в условиях глобализации весьма относительна. Поэтому они, если рассчитывают на успешное развитие своих стран и благополучие народов в нынешнем агрессивно-конкурентном мире, вынуждены будут идти по пути реинтеграции или интеграции с другими объединениями. Так, как это сделали страны Восточной Европы и прибалтийские республики, быстро сдавшие свои суверенности Европейскому сообществу и НАТО.

По существу процессы, аналогичные европейским, определились уже и на постсоветском пространстве, свидетельством чему является создание Таможенного союза между Россией, Белоруссией и Казахстаном. На очереди вхождение в него Киргизстана и других стран.

Как известно, приглашение войти в ТС получила и Украина, однако наше политическое руководство не спешит его принять. Будто бы из-за опасения потерять суверенитет и вновь оказаться в имперском образовании во главе с Москвой.

Удивительно, но аналогичные соображения напрочь отпадают, когда речь заходит о возможной интеграции Украины в Евросоюз. В империи во главе с Брюсселем согласны быть и без суверенитета. Правда, туда Украину не только не приглашают, но и откровенно дают понять, что в обозримое историческое время вообще не примут. Стоит ли доказывать, что стояние в одиночестве на историческом распутье хуже, чем движение! В любом направлении. Тем более в восточном, где сосредоточены все основные цивилизационные и экономические интересы Украины. С одной Россией она имеет товарооборот больший, чем со всеми странами ЕС.

Разумеется, объединенная Европа и США не хотят возрождения Российской империи, даже и в ее новых конфедеративных формах. Предпринимаются различные попытки помешать этому процессу, свидетельством чему является заигрывание с Украиной, Грузией, Молдовой и другими постсоветскими странами. В них устраиваются (в значительной степени на американские деньги) так называемые цветные революции, приводятся к власти лояльные к Западу и, естественно, антироссийские политические режимы.

И тем не менее, несмотря на активное противодействие, объединительные процессы на постсоветском пространстве необратимы. И нет сомнения, что в конечном итоге они приведут к созданию мощного политического и экономического объединения во главе с Россией. Разумеется, с наднациональными органами управления, которые будут действовать на основе консенсуса и располагаться необязательно в Москве. Это может быть какой-либо другой город. Есть основания полагать, что к Евразийскому союзу после долгого и безответного стучания в европейскую дверь вынуждена будет присоединиться и Украина. Может показаться парадоксальным, но такое развитие событий не столько в интересах России или огромного евразийского региона, сколько всего мира, поскольку определенно сообщит ему большую стабильность [5].

Говоря о современных империях, мы должны понимать, что они не похожи на предшественниц. В большей мере это проявляется в их внутренней полицентричной структуре, обретающей конфедеративные формы, а также в лучшей сбалансированности экономических интересов стран, образующих эти неоимперии. Что касается их отношения к внешнему миру, то здесь принципиальных изменений не произошло. Как и прежде, они экспансивны и диктуют свою глобализационную волю слабым.

Примеров этому множество. Наиболее свежий — так называемая «Арабская весна». Инспирированная США и Североатлантическим альянсом, она ввергла народы арабского Востока в пучину хаоса и гражданского противостояния. Внешне это представляется как забота о свободе и демократии арабов. В действительности преследуется цель стратегического господства и беспрепятственного доступа к энергетическим ресурсам региона. Как это раньше имело место в Ираке, на Балканах, в Афганистане.

Можно сокрушаться по этому поводу, обвинять названные имперские образования в экспансионизме и эгоизме, но нельзя не признать тот очевидный факт, что благодаря именно этим особенностям они являются локомотивами мирового цивилизационного прогресса. И, конечно же, без мобилизации сил и ресурсов многих стран и народов (в том числе и посредством военного принуждения) достичь такого положения было бы невозможно.

Сказанное не значит, что США и Европейский Союз будут править миром вечно. Придет время, и они так же развалятся, как и их более ранние предшественники. Евросоюз уже трещит по всем швам. Явно не в лучшую стадию развития входят и США.В наше время процесс старения империй проходит неизмеримо быстрее, чем это было в прошлом.

Но на этом не завершится имперский путь развития мира. На смену развалившимся придут новые империи. Они уже складываются. На пространстве бывшей Российской империи и Советского Союза это Евразийский Союз. На Дальнем Востоке — Китай, который уже является мировой экономической империей. Не исключено, что со временем обретет имперские очертания АСЕАН.Степень экономической кооперированности и политической интеграции в этом объединении пока что не достигает европейской, но тенденции развития определенно те же. Рано или поздно по пути консолидации пойдут и страны мусульманского мира. Причем «помогут» им в этом США и ЕС. Проводя там политику «разделяй и властвуй», они наглядно показывают, сколь губительна для этих стран политическая разобщенность.

Мировое развитие всегда определялось и будет определяться процессами глобализации, а следовательно — и образованием империй как наиболее эффективных форм организации государственной жизни. Безусловно, несовершенных, но лучших исторический опыт не придумал.

1. Американский писатель Гор Видал саркастически называл эти войны США «вечными», ведущимися «ради вечного мира».

2. В настоящее время уровень ее совокупного производственного потенциала не превышает 70% уровня 1990 г.

3. Идеологическая война против России продолжается и поныне. Запад и США финансируют сотни общественных институций России, которые под видом борьбы за демократию подрывают государственное единство страны.

4. Как считает профессор славистики Лозаннского университета Э.Надточий, «в рассуждениях борцов с агрессией проклятого НАТО содержится очевидная ошибка: они все еще живут в мире «публичного европейского права» неких «суверенных государств». А... мир этого права давным-давно умер, и живем мы во всемирном мегаполисе, где порядок поддерживает всемирная полиция». Вот только не объяснил лозаннский профессор, кто уполномочил США и НАТО исполнять роль всемирного полицейского.

5. К такому выводу пришел в последнее время, в частности, Збигнев Бжезинский. Говоря о взаимоотношениях Украины и России, он отметил, что эти страны могут быть добрыми соседями. В противном случае Европейский континент разбалансируется и потеряет равновесие.

2000.net.ua

Обсудить