Кто в Кишиневе не хочет в ЕС и почему?

Наш патриотизм, - патриотизм той части общества, которая все еще стремится к «научной и исторической правде», не вызывает симпатии ни здесь, дома, ни в «другой Европе», уже интегрированной.

В «другой Европе» патриотизм и национализм – лишь воспоминания о прошлых, варварских веках. Эта Европа не так чувствительна, как мы, молдаване, в вопросах лингвистической и этнической идентичности. Уровень интегрированности здесь настолько высок, что лингвистическую, этническую или религиозную толерантность они воспринимают совсем не так как мы, для них это не навязанная норма, это способ существования. Люди, принадлежащие к разным этносам, конфессиям, говорящие на разных языках, гармонично сосуществуют, не мешая друг другу. Таким образом «другая Европа» пытается забыть, что до того, как она стала такой, какая есть сегодня, она искупалась в крови войн крестоносцев, а потом и различных «-измов» в первой половине XX века.

Конечно же, существуют и отклонения от «общего правила». В «другой Европе» есть и страны, в которых обсуждаемые выше проблемы еще не преодолены. Так, например, Люксембург – это настоящий рай, «визитная карточка» Европы. Но вот в Бельгии, Ирландии, Шотландии, Испании ситуация совершенно другая, - там вопросы идентичности, языка и истории все еще вызывают споры…

… Нынешняя Молдова – это отдельный случай, по-настоящему сложный и неординарный. Оторванная от Родины в 1812 году, включенная и удерживаемая на протяжении почти двухсот лет в составе варварской империи, она никогда не была государством. После объявления Независимости в 1991 году она оказалась в том же положении, что и цыгане Александри после того, как их освободили от рабства. Если бы Россия была цивилизаторской империей, носителем культуры, возможно, Молдова смогла бы иначе решить вопросы своей идентичности. Вместо этого она оказалась в конце XX века без идентичности, с отсталой экономикой, без какого-либо четкого и реального плана модернизации и государственного строительства. Мечты о лучшей жизни и осознание того, что здесь им ничего не добиться заставили молдаван наводнить заграницу – страна опустела. Здесь остались лишь политики-хищники, коррумпированный класс воров, ностальгирующие по советскому раю старики и «отчаянные патриоты», продолжающие бороться за «научную и историческую правду»… Это было бы смешно, если бы не было так грустно…

Следя за политическим диалогом Кишинева – тех, кто у власти и тех, кто в оппозиции, - начинаешь убеждаться, что на самом деле, здесь никто по-настоящему не желает европейской интеграции Республики Молдова. Властьпредержащие, несмотря на всю их интеграционистскую риторику, не желают вступления Молдовы в ЕС, так как в этом случае они не смогут больше воровать. Какой тогда смысл приходить к власти, если нельзя воровать? Ведь у нас власть нужна только для этого. Не хотят в ЕС и этнические меньшинства, напуганные НАТО и потерей привилегий. Не хотят в ЕС и простые молдаване, напуганные рассказами церковниками Владимира о том, что в «другая Европа» - это Европа сексуальных меньшинств и сатанистов. Не хочет в Европу и коммунистическая, русофильская оппозиция, по всем вышеперечисленным причинам. По-настоящему в Европу хотят только представители унионистского течения, верящие, что только так можно воссоединиться с Родиной-матерью. Не зря это течение старательно подавляется всеми остальными – и властью, и оппозицией, и этническими меньшинствами, и простыми молдаванами…

Кому-то мой вывод покажется странным, парадоксальным, может даже нелогичным, но я его сформулирую: без здорового патриотизма и конструктивного национализма мы не сможем интегрироваться в «другую Европу». Какими бы «космополитичными» и «нечувствительными» к проблемам идентичности не были бы страны ЕС, все же у них у всех есть свои национальные цвета. Они не подделывают свою идентичность ради кого-то, как пытаются сделать у нас.

timpul.md

Перевела с румынского для eNews.md Вера БАЛАХНОВА

Обсудить