«Литературная Вена» выбрала прозаика Краснова

Я могу производить впечатление нетщеславного человека, потому что не сразу понятно, на что направлено мое тщеславие. Человек, в принципе, существо тщеславное. Ему надо, чтобы у него получалось, даже если он выпиливает гайку на уроке труда.

К Краснову – журналисту, публицисту, писателю и небезразличному гражданину – претензий если не у мирового, то уж у молдавского сообщества множество. Претензии разные. Не перечисляя каждую из них, обобщим. Олег Краснов – мощный раздражитель спокойствия. Еще одна отличительная характеристика Краснова – он подвижник, который уже много лет прилагает всяческие усилия для того, чтобы здесь, в Молдове, те, кто имеет литературный дар, пробовали писать, а те, кто уже пишет, делали это осознанно и активно.

Ради этого, например, и была им когда-то придумана литературная премия «Белый Арап», к которой создатель Краснов никогда не относился, как к средству выражения собственных читательских или коллегиальных симпатий, доверяя выбор сторонним критикам. А недавно он сам был признан - журналист, публицист, писатель Олег Краснов стал победителем конкурса «Литературная Вена» в номинации «Проза».

- Олег, первое, что бросилось в глаза – количество славянских фамилий в списках конкурсантов. Глебова Ирина, Домбровский Юрий , Соболев Михаил, Балуева Марина, Романова Анна… Просвети, пожалуйста, или раскрой скобки: что это за конкурс, для кого он, каковы его задачи?

- Лидия Соммэ, Аксель Аяпова, Сергей Миллер, Светлана Эр, да?..

О конкурсе «Литературная Вена» могу сказать не больше того, что можно найти в Сети – я не смог поехать на фестиваль. И очень удивился, когда узнал, что премию дали мне. Даже не знаю, кому сказать спасибо.

- А вообще, насколько победы на конкурсах объективно свидетельствуют о писательском даре?

- Организаторы конкурсов - живые люди, которыми движет и желание, чтобы премию получил кто-то из своих, и чувство справедливости. Поэтому конкурсы бывают разными. В моем случае, как мне кажется, подобрался состав жюри, которому понравился именно этот текст. Других объяснений у меня нет.

К слову «писатель» люди относятся по-разному. Некоторые говорят «слабый писатель», «начинающий писатель», для других писатель - это нечто вроде титула – или писатель, или нет. Я отношусь к этому спокойно.

- Как часто ты отправлял свои рассказы на конкурсы? Если, конечно, отправлял вообще. Для чего? В смысле, что дает тебе эта победа – во всех отношениях?


- Эта победа означает, что нет пропасти между уровнем молдавских, «белоарапских» авторов и уровнем авторов русского мира, что местная литература - не просто местечковое болотце.

Я первый раз отправил рассказ, но собираюсь послать еще раза два-три. Надеюсь, что это даст мне возможность опубликовать книгу в хорошем издательстве. Я говорю не о гонораре, а о сопровождении книги – рекламе, размещении в магазинах, интернет-магазинах, потому что в Кишиневе можно издать книгу стопкой под столом, чего не хотелось бы.

- Твой успех вызвал бурю эмоций у коллег (кстати, писателей можно назвать коллегами?)– обсуждения на форумах горячие. Как ты сам думаешь, почему? Что позабавило сильнее всего? Что – раздражает?

- У моих коллег – журналистов, литераторов – мой успех вызвал бешеный энтузиазм, народные гуляния не прекращались два дня. Может быть, кому-то не все понравилось, но мне лично об этом никто не сказал. Перепалки на форумах не раздражают, не позабавили и не тронули. Там все как всегда. Удивило только огромное количество сообщений.

- Писать нужно для кого-то? Или для себя?

- Писать нужно для других о том, что важно для тебя. Писать так, как нравится тебе. Но для других. И важно научиться читать свой текст чужими глазами. А вообще-то для себя.

- Не единожды читала, слышала от писателей как ныне здравствующих, так и почивших уже давно, – что писательство – это труд, причем для достижения результата он должен быть едва ли не ежедневным. Интересно твое мнение по этому поводу.

- Уверен, что писательство – упорный труд. Серапионовы братья приветствовали друг друга фразой: «Здравствуй, брат. Писать очень трудно». А иначе было бы неинтересно. Я пишу мало и нерегулярно. Но я исправлюсь.

- Ты пишешь только в малых формах. Нет ли желания, а может, намерения написать роман? Или вопрос изначально глуп, потому что никто из авторов никогда не знает заранее, куда его занесет?

- Совсем не глупый вопрос, разработаны технологии написания романа, этому обучают на трехмесячных курсах. Я серьезно. О романе пока не думаю. Хочу написать пьесу. Мне нравится, что человек не всегда знает, какой он. Когда выходит не то, что ожидал, и он спрашивает себя – зачем я это сделал?

- Как ты относишься к блогам? Нет ли у тебя ощущения, что более-менее удачное, с точки зрения литературы, блогерство притупляет потребность читателя встретиться с настоящей литературой?

- Я практически не встречал блогов, рассчитанных на высоколобого читателя. В этом смысле необходимость быть читаемым, тесная обратная связь, как мне кажется, идет блогеру во вред. Я хорошо отношусь к Сереже Узуну (Фрумичу), но, думаю, он писал бы не хуже, если бы не был блогером. Я не говорю о случаях, когда известный писатель заводит блог, – это другое.

Не знаю случая, чтобы кто-то прочел с экрана «Войну и мир». Интернет - это библиотека, но экран - не книга.

- А что такое сегодня настоящая литература? Нужна ли она в принципе? И если да, то какая, в каких формах, жанрах, и, кстати, на каких носителях? Может, человечество уже в массе своей не хочет читать – и ему подавай аудиокниги, еще лучше – видео? И ты, как читатель, легко ли читаешь литературу в электронном варианте – или только бумага способна будоражить воображение?


- Боюсь, тут я экстремист, для меня настоящая литература - это то, что на пределе сложности восприятия. Но на определенном этапе развития человеку нужны книжки с картинками - каждому свое, тут нельзя ничего навязывать, да и возможности такой нет. Демократически избранный лучший русский писатель - это Дарья Донцова, и ничего с этим поделать нельзя.

Я не думаю, что аудио- и видеоряд может заменить текст, но потеснить может, особенно если говорить об учебниках. Электронная книга - это удобно, особенно в наших условиях, когда серьезная литература попадает в наш город в очень скромном числе экземпляров.

- Как ты бы прокомментировал современный писательский процесс у нас в стране. Особый акцент, если можно, на русскоязычных авторах. Ситуация «хорошо, что хоть что-то есть», или, скорее, с твоей точки зрения, есть динамика, есть количество, и оно вполне качественно?

- Мы живем в условиях этнократического государства. Не то чтобы ему не было до нас дела, напротив, оно изо всех сил старается нас не замечать. Я говорю о Министерстве культуры, творческих организациях, массмедиа.

Некоторые считают, что писателю нужен только стол, карандаш и бумага. Это и так, и не так. Писателю нужна среда, ему нужен критик, периодическое издание, ему нужен издатель, книжный магазин, читатель, свободное время и много других малозаметных вещей, которые могут сделать поколение писателей, а могут его уничтожить.

Я вижу в нашем городе человек десять-двенадцать прозаиков, способных писать на «московском» уровне, но при этом не у всех из них есть книги, не все сколько-нибудь регулярно пишут, не все могут себе позволить заниматься литературой. Есть и прекрасные поэты - не буду никого выделять, поэты обидчивы.

Нынешнее положение вполне сносное в сравнении с «темными» годами конца 80-х – начала 2000-х, когда книг местных литераторов на русском языке не было, или их никто не видел. С появлением группы «Белый Арап» ситуация оживилась: независимый литературный конкурс, литературные вечера в кафе, мастер-классы, сборники – все это благотворно. Немного бы другое государство …

Молдавские румыноязычные писатели – это другой мир, они о нас ничего не знают, и, что существенно, не хотят знать. Хотя на личном уровне отношения со многими прекрасные. Мы стараемся следить за тем, что там происходит, но языковой барьер не всем позволяет.

- Олег, ты тщеславен? Вообще, писатель – личность тщеславная?


- Я могу производить впечатление нетщеславного человека, потому что не сразу понятно, на что направлено мое тщеславие. Человек, в принципе, существо тщеславное. Ему надо, чтобы у него получалось, даже если он выпиливает гайку на уроке труда.

vedomosti.md

Обсудить