Не режь, где можно развязать

С опаской берусь за перо – уж очень горяча и взрывоопасна, уж очень скользка, увертлива эта тема.

Давным-давно Молдова должна была сделаться единым государством. Выгоды для всех совершенно очевидны. Тут нету таких, кто откровенно сказал бы этому всенародному желанию: «Нет!». Но на самом деле они есть, противники-то объединения. Да еще какие! Они, эти крайние «непримиримые», только на словах готовы съесть друг друга. А по существу им друг без друга им нечего делать, они просто умрут с голоду, ведь ничего дугого не умеют, кроме как «бороться». Конечно, все понимают, что единому государству легче выжить, выстоять, в особенности в нынешних условиях «рынка». Но всем и каждому из начальников, всем чиновникам не хочется расставаться со своими постами. Ведь рать чиновников в результате объединения должна решительно сократиться. Решительно! Это же понятно. Одних пограничников да таможенников сколько! А министерства иностранных дел? Целых два для такого небольшого кусочка земли. И зарплаты там побольше, чем у основного населения. Чиновники обоих берегов боятся потерять свои посты. А политические руководители правого берега естественно опасаются, что после всеобщих выборов с приходом депутатов левобережья состав парламента сильно качнется влево, в сторону пророссийских сил.

Но самое главное - это мнимая «идейность» вожаков противостояния, подпитываемая зарубежными недругами России. По их мнению, во всем-то виновата Россиия, и победила-то она в Великой Отечественной «неправильно», и строила все не так… Словом, если бы не она, как все в мире было бы великолепно!

Начиналось все с языковой проблемы. Одной стороне очень не нравится русский язык, слово его на помойке нашли. Но вот сейчас смотрел в интернете телефонные переговоры Юлии Тимошенко и Саакашвили, двух ненавистников русских и, естественно, русского языка. Но говорили-то они не по-грузински или украински, а на чистейшем русском! Почему? Да просто удобней!!! Честно сказать, языковая проблема и трех копеек не стоит. Ее при желании можно легко решить. Двуязычие? Прекрасно. Это кого-то ставит вне закона, обижает, унижает? Ничего подобного. Имеется мировой опыт. Сколько есть стран с двумя и даже тремя государственными языками! Имеется и иной опыт. Вот в США, например, в штате Нью-Йорк, равном по площади трем Португалиям, существует наряду с английским и испанским общественный русский язык. Избирательные документы печатаются и на русском языке. В Нью-Йорке в районе Брайтон-Бич я мог заговорить с любым встречным по-русски. Цитирую википедию: «Район широко известен русскоязычными фирмами — ресторанами, кафе, концертными залами. Здесь расположены многие культурные и просветительские центры, общины — русскоязычные радиостанции, телестудии, редакции газет, школы и учреждения дошкольного воспитания, досуговые центры, самая широкая сервисная инфраструктура на русском». И коренные американцы не высказывают никакиго возмущения! Я даже слышал тамошнюю радопередачу о нашем Емилиане Букове. По-русски…

Надо сказать, что наше прошлое в известном смысле вооружило крайних националистов. При советской власти определенная часть местного начальства искусственно и искусно создавала недовольство молдаван, так сказать, ковало «националистов». Ведь это было очень выгодно. Можно все хозяйственные просчеты, гигантоманию, кумовство и махинации спрятать за этой спасительной борьбой с «национализмом». Какие тут были приписки, какое воровство! И Москва соглашалась: надо простить все просчеты и искажения, ведь у них такое сложное положение с «национализмом»! Как боролась местная власть с выдающимся писателем Ионом Друцэ! Как преследовали деятелей киностудии «Молдова-фильм»! Всюду чудился «национализм». Надо сказать, что Москва все же не теряла здравого рассудка, поддерживала этих мнимых «преступников», издавала книги того же Друцэ, а также гонимого Василия Василаке и других молдавских писателей, давала приют и работу изгнанным молдавским «киношникам». Сколько баталий выдержал Комитет по Ленинским премиям, когда ставился вопрос о присуждении премии Иону Друцэ. Из Кишинева летели телеграммы: «Не наш, не давать!» А в Москве сразу в пяти-шести театрах шли его пьесы.

Однажды даже весь очередной писательский съезд республики (1965 г.) объявили националистическим! Там, видите ли, некоторые выступающие говорили о необходимости введения у нас латинского алфавита. Ужасная крамола… Ни какие резоны не действовали. Кажется, дня два длилось заседание в ЦК КП Молдавии по этому поводу. Начальство гнало с трибуны даже самых преданных партии писателей, едва они начинали говорить о сомнительности запрета на разговор о языке.

Президентская Комиссия по национальным вопросам, которую я возглавлял, вела работу именно в направлении интернационализации жизни наших народов при максимальном уважении к языку коренной нации. Кое-чего мы тогда добились: никаких проблем с подачей заявлений и заполнением всяческих документов по-русски для кишиневцев в последующем уже не существовало. Не знаю, как с этим теперь. Комиссию нашу после президентских выборов, когда ушел Петр Лучинский, распустили, о нас совершенно забыли. Помнится, наши выездные заседания, скажем, в Бельцах или Гагаузии превращались в манифестацию дружбы народов, надо было видеть этих людей разных нацональностей, взволнованно рвавшихся к трибуне, чтобы заявить о желании жить в дружбе и взаимном уважении. За нами, даже когда мы шли по улице, двигались без преувеличения толпы людей, превращая переход из одного здания в другое в демонстрацию. Люди устали от пропаганды вражды. Стремление к дружбе, взаимопониманию, взаимоуважению живет в народе.

В то же время на то, чтобы напряжение двух берегов Днестра нарастало, работала и работает целая артель, стригущая на этом противостоянии купоны. Но в молдавском народе не погас интерес к России и русским. Несколько лет назад группа русских писателей Кишинева вместе с гостями из Москвы (были среди нас московские поэты и прозаики во главе с редактором «Литературной газеты» Юрием Поляковым) встречались с жителями города Сороки. В зале яблоку негде упасть, люди стояли в проходах. С большим интересом, нет, - с горячей заинтересованность слушали жители Сорок стихи русских поэтов, выступления русских прозаиков. Требовали еще и еще стихов! Это были в подавляюшем большинстве молдаване!

Я живу здесь полвека, каждый день общаюсь с простыми молдаванами, ни разу не от кого (исключая некоторую часть зомбированной интеллигенции) не слышал, чтобы ему хотелось жить «под румынами». Молдаване по своей природе тянутся к России. Скажите, есть ли еще на свете нация, которая имела бы народную сказку, герой которой человек другого языка? «Ион Турбинкэ» - так назывется молдавская сказка о похождениях русского солдата Ивана, побеждающего и дьявола, и всех божьих посланников. Ее в давние годы записал и издал Ион Крянгэ, пожалуй, самый народный молдавский прозаик. В народе живет помимо литературного «мулцумеск» другой вариант благодарности: «бодапросте». В старину русские часто выражали благодарность не словами «Спаси Бог» (спасибо), а «Бог да прости». Возможно, молдаванин, скажем, дал в жару прохожему русскому напиться воды; услышал это слово, выражение понравилось, легло на душу - получилось молдавское «бодапросте»! Таких примеров языкового взаимопроникновения можно привести множество. Но ведь замечательно, что благоданость говорится русским выражением! Наша дружба не навязана кем-то, она завязалась самой жизнью, хотя имеется целый клан, котрый кормится ненавистью ко всему русскому. Определенной среде молдаван, некоторой части молодежи навязали моду на ненависть к русским, к России. Дурацкая мода, я с ней иногда сталкиваюсь. Но, как всякая мода, она преходяща.

…Отвлекусь - не поверите, вот буквально сейчас именно на этом месте мою работу над этой заметкой прервал звонок из молдавского села Старые Дубоссары, где я имел усадьбу и был, кажется, единственным русским. Звонили мои бывшие соседи молдаване Аника и Василий Чорба, поздравляли с Новогодьем, передавали привет от других соседей, звали в гости, рассказывали о своем житье-бытье, словно близкие родственники…

Решаемы все вопросы, которые якобы мешают объединению. Ну, вот жалуются, что нет русских в правительстве, в среде руководства. Это, конечно же, плохо. Тут и говорить не о чем. Необходим хоть какой-то порядок в этом отношении. Несомненно, со временем и в этом вопросе можно установить порядок. Но я не думаю, что качество работы определяется только национальностью. Процент мерзавцев, ничтожеств, воров, взяточников, просто дураков приблизительно пропорционален в каждой нации. Самым любимым учителем в нашей сельской начальной школе (село Кабухай – Забайкалье) был татарин Константин Абидулович, которого я вспоминаю с любовью почти через восемь десятилетий. Ну а было бы лучше, если бы в нашей сугубо русской деревне, где и татар-то не водилось, учителем был бы именно русский? Не знаю.

Близость молдавской и румынской культуры, идентичность языков Молдовы и Румынии нельзя сбрасывать со счетов. В то же время известно, что Америка и Англия говорят на одном языке, но это разные государства. А Бурятия, Монголия, Калмыкия? Почти один язык, разные диалекты. Даже когда-то Бурятия называлась Бурят-Монголией. А Германия и Австрия? Один язык. Но Стефан Цвейг – австрийский писатель. А Куба, завоевав независимость в кровавых битвах с Испанией, объявляющая государственным языком именно испанский язык? Замечательный поэт Николас Гильен писал по-испански. Но это кубинский поэт! Посмотрите в энциклопедии.

Надо объединяться. Пора забыть распри, приняться за совместный труд. Ведь хозяйство-то строилось общее, а теперь оно много теряет от разделения. Многое само собой решится в совместном труде, отсеется все наносное. Нужно нам совсем немного. Помнится, мать учила в детстве: не режь, где можно развязать. Этот совет полезен и взрослым. Узел наших противоречий можно и нужно развязывать. Необходимо политическое отрезвление, надо каждому понять, где подлинное национальное чувство, а где лицемерие, спекуляция.

Обсудить