Обременительный аппарат…

«Странный, довольно обременительный аппарат», - так с некой иронией назвал душу человека один классик русской литературы. Действительно, этот «аппарат» странный и обременительный, даже очень обременительный.

Но без него оказывается можно отлично обходиться. И обходятся многие. А самое главное, - этот «аппарат» по всей земле хотят демонтировать, изъять, так как он мешает процессу превращения народонаселения в стадо, послушное лишь капиталу, деньгам-денежкам. Мы теряем лучшие черты человеческого облика. Дикая шерсть, звериный оскал, настороженный взгляд хищника…. «Все мое,- сказало злато…» (А. Пушкин). Что поделаешь, теперь без этого не прожить: кто кого обхитрит, кто кого скорее «съест». Капитал, золотой божок делает главным и основным дикий постулат: человек человеку – волк. При этом все дорожает, а жизнь каждого все более обесценивается. Условия существования, в том числе и экологические, становятся все невыносимее.

А если говорить шире, то этот закон выглядит более выразительно. Все унифицируется, все стремится упроститься до «икса, игрека», принять простую форму – то шара, то ящика или черного квадрата, как у известного художника Малевича. И великое, необъятное понятие Любовь (вбирающее в себе и ласку, и нежность, и духовное родство, и жалось, и сочувствие, и многое-многое другое) лежащее в основе всего сущего, превратилось в ничтожное, подобное наркотику, понятие обладания, простого совокупления… Включите телевизор, Интернет, откройте гламурный журнал или популярную газету, зайдите в кино, и вы увидите подтверждение этих слов. Посмотрите, гусиное перо – символ поэзии – превратилось в ящичек пишущей машинки или компьютера. Символ движения - птичка или тележка о четырех колесах - теперь рисуются в виде продолговатого гробика реактивного истребителя или современного авто. Лира, символизирующая поэзию, обрела формы тоже ящичка радиомузыкального инструмента или кружочка репродуктора…

И все громадные, фантастические достижения науки и техники не сделали человека свободней и богаче. Даря некие бытовые удобства, требуют немыслимую плату – лишают человека самостоятельности, свободы, отбирают самые насущные радости, в конечном итоге превращают его в раба, в придаток машины. Уже человек мешает машинам!!! В буквальном смысле. По городу теперь скорей можно дойти, чем доехать – такие «пробки». Тротуары забиты автомашинами, пешеход продирается, словно в джунглях. Человек не успевает, не в состоянии координировать и управлять техническими системами, он чаще всего является причиной многочисленных современных аварий, сбоя технических устройств. Ах, если бы не эта помеха – человек – как бы двинулся вперед технический прогресс… «В наше время все как бы чревато своей противоположностью. Мы видим, что машины, обладающие чудесной силой сокращать и делать плодотворнее человеческий труд, приносят голод и изнурение. Новые, до сих пор неизвестные источники богатства благодаря каким-то странным, непонятным чарам превращаются в источник нищеты (…) Победы техники как бы куплены ценой моральной деградации». Будто сегодня сказано. Я цитирую речь Карла Маркса 1856-го года на юбилее «Народной газеты». Начавшийся мировой финансовый кризис, надеюсь, хоть чуть образумит капитанов мирового капитала, может быть, они раскроют «как Библию, пузатый «Капитал» и хоть как-то учтут объективные законы, открытые великим экономистом.

Отсутствие радио, телевидения, книгопечатания заставляло живущих в те времена заучивать множество сведений, развивало ум и смекалку, а также уважение к старшим как носителям, скажем так, информации и знаний. И мощно развивалась поэзия хотя бы как самая емкая ячейка сердца и ума. Целые научные трактаты были написаны в стихах. Это позволяло ЗАПОМИНАТЬ огромное количество сведений. Как правило, народная мудрость, подобно янтарю, застывшая в пословицах и присловьях, снабжалась рифмой, - по этой причине запомнилась на многие века. На Востоке, в частности, в древнем Иране, человеку, чтобы судить о стихах или сочинять их, необходимо было знать наизусть 25 тысяч бейтов (двустиший)! Я уверен, и со мной согласятся ученые психологи, психиатры и вообще медики - это особым образом формирует мышление, память, мораль.

Не надо далеко ходить – лучшие русские поэты знали наизусть великое множество текстов. В частности, Маяковский мог прочитать наизусть всего «Евгения Онегина», Александр Твардовский знал не только множество стихов, но и мог читать на память страницы прозы Бунина, Толстого, Тургенева. Благодаря этому они виртуозно владели языком, у них органически, а не натужно, не насильственно, а вроде бы сами собой, рождались свои произведения. Иначе - сбывается обывательское представление о художнике, писателе, который с утра, мол, задумывается, о чем бы сочинить? – хлоп, и нахомутал что-то... Недавно нашел в воспоминаниях Ивана Бунина, - он ПЯТЬДЕСЯТ раз прочитал «Войну и мир»! Пятьдесят. Может, это и помогло ему стать обладателем Нобелевской премии. Помнится, шестьдесят пять лет назад мне, тогда солдату, вызванному на писательское совещание в Читу, внушал Юрий Левитанский, хлопая себя ладонью по лбу: «Надо наполнить голову стихами! Иначе ничего не добьешься!» А Твардовский, руководивший семинаром поэтов, согласно кивал головой: «Вот-вот! Вообще культурный человек отличается тем, что может при случае прочитать стихи. Я знал безграмотного печника, который декламировал, например, «Бородино», другие стихи, и может, по этой причине слыл незаменимым мастером». Теперь мне редко встречаются даже сочинители, способные украсить беседу стихами…

В давние времена, в особенности на Востоке, поэзия ценилась государством как особое богатство. Рядом с властителем был непременно самый авторитетный поэт. Принято было на Востоке приносить новорожденного к признанному поэту, чтобы он возложил на счастье руку ему на головку. И Пушкинский «Пророк» - божественный посланник – он ведь из этой породы. Теперь отчетливо видно, что забвение литературы, стремление подменить поэзию диким базланием новоиспеченных поп и рок «звезд» (придумали же – называть истерических крикунов ЗВЕЗДАМИ!) – не случайное явление.

Поэзия и бизнес никогда не уживутся. А ныне все диктует бизнес и больше всего боится возрождения поэзии. Я уже замечаю, как некие силы стремятся свергнуть солнце русской поэзии - Пушкина, как стремятся затушевать и написанное Львом Толстым. Недавно своими ушами слышал, как совершенно бездарный составитель чего-то, похожего внешне на стихи, известный антисоветчик, в свое время пригретый западом, выступая по ТВ в передаче «Имя Россия», позволил себе пренебрежительно, да нет, с неким презрительным превосходством отозваться о Льве Толстом, мол, что он, граф, понимал!… Это не смешно! Это – горько. Это проявление наступления на самое сокровенное в человеке. На его душу.

Какое дело человеку до того, скажем, что свет от звезды Антарес доходит до нас за 173 года, и что расстояние от Земли до Сириуса увеличивается каждую секунду на восемь километров. Ну не знали бы этого, как не знаем бесконечное количество других научно-технических сведений, что изменилось бы в нашей жизни? И стоило идти на смерть, доказывая, что земля имеет форму шара, что она вертится? Это что, - уменьшило страдания людей? Сделало их более одухотворенными, более достойными, внимательными друг к другу, более жалостливыми? Приблизило эру благоденствия? Да ничего подобного! В минувшем веке мы достигли фантастических успехов в науке и технике, как раз это совпало с немыслимыми катастрофами, вызванными невежеством, вшивой спесью нацизма, жадностью, жесткостью, не имевшими аналогии в те далекие времена, когда люди молились идолам и ходили в шкурах. Миллионы и миллионы человеческих жизней унесли войны, разрушившие неслыханные ценности материального порядка. А расправы диктаторских режимов со своими же народами? А катастрофы, связанные с открытием атомной энергии? Да провалитесь вы все умники, готовые взойти на костер за абстрактную истину, которая спустя годы сделается общим местом! И что? Сознание просветлело? Зеркало познания сделалось яснее? Церковь, сжигавшая первооткрывателей как еретиков, теперь охотно признает открытия науки и использует их при исполнении своих служб. Что изменилось, когда храмы теперь освещаются не восковыми свечами, а мощными электрическими светильниками?…

Между прочим, Джордано Бруно предпочел взойти на костер, чем отречься от научной идеи о множестве миров и шарообразности Земли, - в отличие от других единомышленников. Может потому, что он был подлинным ПОЭТОМ, автором изумительных сонетов, в частности о том, что Бог, по известным мифам, чтобы завоевать расположение любимой, превращался в животное - быка или лебедя, - «меня ж любовь превращает в Бога!»

Научный прогресс идет себе своим путем, а церковь – своим. Величайшие ученые, исследующие законы материального мира, бьют поклоны Богу, как это делал великий Иван Павлов. Теперь иные наши академики заявляют во всеуслышанье, что мир конечен, что вселенная не есть хаос, а очень даже организованный мир, то есть существует сила, направляющая все и вся, а это означает, что существует Логос, Всеобщий Разум или – тот же Бог… Недавно по телевидению слышал лекцию крупного ученого, доказывавшего, что вакуум – абсолютная пустота – это и есть Бог. В этих суждениях сам черт ногу сломит, понять это трудно. Да и надо ли понимать?

Одно твердо знаю – если Бог существует, то он – это Совесть. Церковь возрождается стремительно и победно. А совесть все более блекнет. Вот на днях смотрю по телевидению беседу с одним вальяжным кинорежиссером. Он с неким насмешливым осуждением (мол, отсталость!) рассказывал о молодой актрисе, исполнительнице главной роли в его фильме, которая решительно отказалась участвовать в сцене, где должна по сценарию явиться обнаженной. Заявила, что лучше совсем не будет сниматься. Режиссер, говоря это, нехорошо ухмыльнулся: «Что вы хотите? Провинция!..» А я-то думал, что он, уже немолодой человек, должен был восхититься ею. Выходит бесстыдство – «привилегия» столичных жителей.

Вот мы хлопочем над проблемой: как бороться со взяточничеством, лихоимством или по-теперешнему – с коррупцией. Взяточник – продажный человек, - толкует Словарь Вл. Даля. Правительства, разные партийные боссы предлагают массу мер, все они, эти меры, одного толка: поймать, разоблачить, наказать. Смотришь, как горячатся депутаты парламентов, обсуждая способы поимки злодеев с загребущими руками, и удивляешься: ни разу не заговорили о воспитании СОВЕСТИ. Ведь каждый наверняка знает хоть одного человека, который, имея возможность, ни за что не примет «на лапу». Есть же честные люди среди автоинспекторов, таможенников, судей. Почему же не постараться сделать всех чиновников такими!? Нельзя же у каждого, от кого зависит наш кошелек, ставить по автоматчику, а также и еще надзирателя за ним, - как бы не вошел в сговор с преступником.

И больше всего меня занимает (возможно, и большинство думающих людей) один вопрос: разумно ли устроено наше общество, справедливо ли оно, по правде ли живут люди? До каких пор всюду будет властвовать силы растления? Мир все более жесток и несправедлив, и становится все более уродливым. Ничтожная кучка толстосумов руководит миром, прикрываясь лозунгами о защите демократии, об общечеловеческих ценностях. На этот счет выработаны почти не дающие сбоя технологии, подчиняющиеся золотому тельцу. А уж если зашла речь об общечеловеческом, то почему-то «общечеловечности» требуют лишь от некоторых народов, в основном – от славянских. Некоторым другим открыта широкая дорога для всяческой национальной самоизоляции. В основном только русские печатают в своих изданиях произведения и даже самых малых народностей. Есть народы, издающие и пропагандирующие только исключительно «своих»… Да Бог с ними. Немецкий император Вильгельм II писал в письме своему родственнику: «Понимаю, что это нехорошо, что это не по-христиански, но ничего с собой не могу поделать, - ненавижу славян». Их, таких ненавистников, и ныне немало. К чему это приводит – вспомним суд народов 1945 года над фашистскими выродками. Но какой немыслимой ценой обошлась народам дорога к этому праведному возмездию! Печально смотреть на суету политиков, обещающих согражданам райские кущи. Разве не видят они, что все мы, все человечество, едем в одном поезде. А одни думают, что поезд их везет, скажем, на юг, другие – на север. И он несет нас через все заслоны все-таки к светлому будущему, когда люди, минуя нынешний обморок (будем надеяться – не катастрофу), подобно маленькой пушкинской русалочки, могут сказать: «А что такое деньги, я не знаю».

Мою память не покидает древняя индийская притча. Шли через джунгли четверо браминов – три ученых мудреца, а четвертый просто сообразительный человек. Встретилась им кучка костей. Один из браминов, специалист по строению скелета, определил: это кости льва, - сложил их как надо. Другой покрыл плотью, третий – по-видимому, физиолог, - оживил получившееся создание… В живых остался лишь сообразительный человек: он успел взобраться на дерево от зубов разъяренного льва.

Надо ли что-то добавлять к этой притче? Она так жизненна сегодня, когда бытие превращается в механическое, бездуховное действо. Без упомянутого в начале странного, обременительного аппарата…

Обсудить