Революция и Власть: провал молдавских интеллектуалов?

Нет зрелища более жалкого, и отвратительного, чем сервильный интеллектуал. Артист. Журналист. Писатель. Театральный деятель. Поэт. Таких «свободных мыслителей» на Западе называют интеллектуалами «на резьбе» - они идут вместе с «резьбой власти». Ничего не поделаешь – это наше родное византийское прислужничество.

В прошлой статье («Когда писатели были большими», см. ava.md от 28.01.2013г.) были затронуты проблемы прошлого и сегодняшнего «социального статуса» интеллигенции. Ещё раз повторю известную истину: страна с бедной интеллигенцией – это страна без будущего. По одной простой причине: бедность тормозит интеллектуальную, творческую, нравственную активность человека, замедляет творческий рост и формирование независимой индивидуальности.

Так что же получается? – конец «истории интеллигенции»? Конец революций?

В обществе до сих пор нет единого взгляда на роль и место интеллигенции в революционных преобразованиях. Одни считают, что интеллигенция должна только «зажечь заряд», порох революции, а потом уйти и творить. Другие – интеллигенция должна, обязана помочь политическому классу реализовать на практике то, что было обещано народу, и нести за это ответственность. А третьи… вообще считают, что интеллигенция предала революцию и как пиявка присосались к власти.

Все эти утверждения не бесспорны. Но я по-прежнему считаю, что интеллигенция должна разделить ответственность с политическим классом, властью, да и обществом в целом за то, что произошло с нами за все годы независимости. Ведь сама мысль о «провале» или даже о «предательстве» интеллектуалов зародилась не сегодня, а ещё в начале XXI века. В это время они начали забывать об идеалах революции, перестали защищать национальные интересы, отстаивать нашу государственность.

Да, нынче у простого обывателя немало претензий к интеллигенции. Почему она «сдала» революцию старой номенклатуре? Почему была допущена воровская приватизация, социальное бесправие, олигархизация и номенклатуризация власти? Почему интеллигенция смирилась с моделью «молдавского капитализма», где все стараются что-то из казны вынуть, присвоить, отмыть, но никак не вложить? Почему духовное, нравственное разложение порой называют её возрождением? Почему интеллигенция не отстаивает нашу независимость, как это было в 90-е годы?

Делать вид, что эти вопросы чисто обывательские и не заслуживают внимания – некорректно. Давайте порассуждаем, почему они возникают, где кроются провалы, заблуждения и ошибки.

Метили в коммунизм, но попали и в интеллигенцию

Известно, что все революции приносят плоды не только прогресса, но и ошибок. Известный философ говорил, что интеллигенция спалила сама себя на костре организованной ею же революции. Она породила либеральную ненависть к стране и её государственности, да и к интеллигенции, которая превратилась в нищий класс. Это, пожалуй, главная ошибка революции. И всё-таки, несмотря на все тяготы, благодаря интеллигенции Молдова стала демократическим и независимым государством. Это главная победа, за которую интеллигенция получила сполна: любовь и авторитет в народе, как подобает духовной элите. Но не только…

Есть и обратная сторона медали. Известный французский мыслитель 19 века задался вопросом: отчего это во Франции так часты революции? И нашёл абсолютный ответ: нация и политическая элита не могут договориться о нескольких элементарных вещах. Какова должна быть форма правления? Какова должна быть роль закона? Какова должна быть роль партий, парламента? Какова должна быть экономическая модель?

Волновал ли наш политический класс, интеллигенцию эти проблемы после революции? Мягко говоря, очень мало. Нашли другое увлечение: дёргаем мёртвого льва, то бишь, коммунизм, за хвост. Такое «задёргивание» преследовало и преследует до сих пор одну цель: во всех своих провалах обвинить коммунизм. А для либерала М. Гимпу это стало электоральным наркотиком, главное - удержаться на политическом плаву. Его сегодня упрекают в «крышевании охотников», а он в ответ: «Я 24 года воюю с коммунизмом». Но упущена одна деталь: в борьбе с коммунизмом сам он становится либерал-большевиком, с их повадками и нравами.

Впрочем, нынешние либералы 90-х скрывают, предают забвению, как они привели страну к приднестровскому конфликту и разделили страну. Забыли они и о «походе на юг», как провели приватизацию, как разорили село, как они возродили партноменклатуру и привилегии, против которых они якобы боролись. И, наконец, эти горе-интеллигенты-либералы обманули народ. Обещанное благополучие, справедливость обернулись бесправием и обнищанием, в том числе и большинства интеллигенции. Вот какая «борьба с коммунизмом» а-ля Гимпу получилась. Метили в коммунизм, но попали в народ, в том числе и в интеллигенцию.

К сожалению, и «новая интеллигенция», которая приняла эстафету у революционеров 90-х, которые ушли на покой, захлебнулась в антикоммунизме, забыв дать обществу новую матрицу обустройства Молдовы адекватную запросу времени. «Крах коммунизма» был дополнен «диким капитализмом» и воровской олигархией. А как мы развивали идею европейской интеграции? Каждая партия со «своей концепцией» в отсутствии каких-либо серьёзных интеллектуальных подпорок и стратегий. Этот проект развивался на основе лишь «домашних заданий», технократических требований Брюсселя, не осознавая этические, моральные ценности общеевропейского строительства. И на это есть причины.

Де факто интеллигенция раскололась на три части: бизнес-слой, политическая элита и неимущие, которые составляют большинство. Власть, конечно, интересуют те, кого можно использовать в своих политических целях, особенно в предвыборных кампаниях.

Горько осознавать, но сегодня мы вновь сталкиваемся с феноменом конформизма, который был распространён в советское время. Тогда был актуален анекдот. Приходит писатель к врачу, говорит: «Доктор, у меня трагедия. Я думаю одно, пишу совершенно другое». Доктор ему отвечает: - «Мы от социалистического реализма не лечим».

Положа руку на сердце, этот анекдот живёт и сегодня. Одно говорим на кухне, другое о нашем «демократическом реализме». Ещё жива «внутренняя цензура».

Большая правда состоит в том, что конформизм – неистовый, активный, приспособленческий – теперь в моде. И он делает своё дело: притупляет критический дух интеллигенции.

Когда мы думаем медленно

Расскажу ещё анекдот о приметах нашего времени и роли интеллигенции в обществе. Стоит поэт на распутье и читает классическую надпись: «С кем вы, мастера культуры?». Долго думает. Вдруг слышит голос Бога: «Думай скорее, а то прямо здесь тебе кирпич на голову свалится».

Видимо, этот поэт вспоминал свою революционную молодость. Потом разочаровался, «ушёл в себя». Но его ещё гложет сомнение, вопросы: - Почему отдали политику на откуп дельцам? Почему мы живём хуже, чем в Эстонии, Грузии, Литве? Где мы? На развилке, или в тупике? Что мы строим?

Интеллигенция чувствует и свою вину за то, что у нас воровской капитализм, коррупция, клановость и кумэтризм во власти, сплошь и рядом процветает уже не красная, а оранжевая, зелёная и голубая партноменклатура. Модернизация и европеизация политической, экономической, социальной жизни «замыливается» демагогией. Достаточно понаблюдать, как Киртоакэ «превращает» Кишинёв в «европейскую столицу». Даже возле примэрии не может залатать ямы. А знаете, сколько этот демагог повторяет в день слово «евроинтеграция»? Такая фальшь и цинизм уже вызывают тошноту у людей.

А что духовная элита? Да ничего! Погрязла в словоблудии, приспособленчестве. Сегодня интеллигенция так и не возвысила свой голос против демагогов в защиту реформ. Нет интеллектуального прорыва, полёта мыслей, конкуренции идей.

Итак, что же дальше? Что делать с нашим интеллектуальным потенциалом? Принять его или предать забвению?

Предвижу предложение: зачем усложнять проблемы с этой интеллигенцией? Надо заменить власть на технократов, и баста! Может быть. Но мы её меняем уже 21 год. Нам предлагали рецепты социал-либеральные, авторитарные, а сегодня и неолиберальные. Но что может стать решающим фактором в прорыве или деградации, знать не может никто. Нет, мы воевали на баррикадах «классовой борьбы», войны между белыми и красными, поделили страну на «своих» и «чужих».

Мы убедились, что особенно опасен интеллигент, отстранённый от властной кормушки. Восставшие из 90-х, оскорблённые в своих амбициях, нынешние либералы возомнили себя элитой общества, спасителями народа. На самом деле эти горе - демократы отстаивают свои бизнес - интересы. От них пошли корни клановости, нэнэшизма и кумэтризма в кадровой политике.

Так что же получается? Раз одна часть интеллигенция совершала ошибки, а другая часть, мягко говоря, «предала революцию», то её роль и место в дальнейшей судьбе страны исчерпана?

Становится банальным утверждение, что интеллигенция свою задачу выполнила в 90-е годы, что сегодня в обществе для интеллигенции нет места. Мол, на смену придут предприимчивые интеллектуалы, менеджеры западного образца, которые заменят нынешний «мозг нации». Они и станут субъектом модернизации и европеизации страны.

Бытует и такое суждение, с которым также не могу согласиться. Речь идёт о её замене представителями гражданского общества. Мы видим, как это у нас получается на практике. «Грантоеды» отрабатывают «свой хлеб», и, мало мы видим, прорывных идей, мыслей, креативных проектов. Идёт перемалывание огромного интернетного материала и приспособление к молдавской реальности. Никто лучше интеллигенции, творческой особенно, не увидит где несправедливость, где ложь, где правда, где цинизм и безнравственность власти. Тут с помощью НПО, грантов ничего не получится. Да и вообще, за их спиной мало гражданского общества, а в основном друзья и родственники.

Возникает вопрос: тогда, о каком конкретном содержании предмета ответственности интеллигенции идёт речь?

Чтобы исправить страну, надо исправить слова

Приводя утверждение Конфуция, что надо «исправить слова», мы имели в виду, что ещё не вернули вес и значимость таким словам как «государственность», «независимость», «патриотизм», «реформы», «справедливость» истинный смысл. Такое впечатление, что эти ценности становятся «неопознанным политическим объектом». Кто-то может возразить: это уж слишком выхолощенное представление об интеллигенции.

На мой взгляд, если творческая интеллигенция, учителя, врачи, деятели культуры, научная интеллигенция вдруг приглушат своё слово, то мы услышим, лишь голос вождей, правителей, министров, демагогов, ангажированных политологов, экспертов, «специалистов по рейтингу», партийных радио и телеканалов, которые отрабатывают свой хлеб.

Вот тут и возникает самый сложный вопрос: как соотнести политику, власть со свободой творческой личности, нонконформизмом. Одно дело, когда писатель уходит в политику (а это уже потерянный для творчества несвободный человек) другое дело, что делать творцам во времена политических обострений и кризисов. Сочувствовать – или дистанцироваться? Где пределы критики и взаимодействия с властью?

Конструктивная критика власти нужна. Но какая? По подсказке партийного вождя, или олигарха? За критикой должны последовать идеи, альтернативы, «самостоятельное мышление» о реалиях времени. Главным критерием оценки власти не должно стать то, что ты получил от неё: ордена, медали, звания, должности. Есть более ответственные рубежи - это социальная справедливость, нравственная политика, духовное состояние народа и политическая культура. И за это интеллигенция должна вести борьбу вместе с элитой, чиновничеством и церковью.

Нам необходима не столько политическая, сколько «культурная оппозиция», чтобы не допустить духовной и политической деградации страны. Сегодня у нас как никогда много политики, много агрессии, вождизма, «звёздной болезни». Вот неосвоенная целина для интеллигенции. В общем, указав дорогу к Храму, интеллигенция обязана закрыть дорогу в «царство Хама». Особенно политическому хаму, который ради своей корысти готов купить депутатский мандат, избирателей, подчас - целые партии.

Вердикт Освальда Шпенглера

Сегодня так и нет единого ответа на вопрос: нужна ли творческая интеллигенция во власти? Рейган был голливудским актёром и хорошим президентом, а Шварценнегер оказался слабым губернатором и он вернулся в кино. Чешский писатель-диссидент Вацлав Гавел останется одним из лучших, честных, умных президентов в Европе. Он не был ни левым, ни правым. Консервативное уважение к традициям народа, его идентичности, и преемственность моральных ценностей сплелись в нём с духом вечного протеста. Он анализировал «анатомию ненависти», примитивную конъюнктуру современных антикоммунистов - постоянно ищущих врагов, взамен созидательных идей. Гавел был патриотом своего народа и врагом этнонационализма. Эти примеры говорят о том, что именно такой интеллигенции во власти не хватает Молдове.

Но с другой стороны – увлечение интеллигенцией в партийных списках свидетельство «кризиса партий», которые ничего не могут предложить народу кроме узнаваемых лиц.

Думаю, что по такой проблематике можно найти «золотую середину»: представители творческой интеллигенции могут быть хорошими идеологами, советниками, ареопагом мудрецов при государственных деятелях, как было в древней Греции. А те, кто прошли школу гражданского общества могут хорошо проявить себя в парламенте. Хотя считаю, что парламент должен на 50% состоять из юристов, экономистов, и научных работников, а не из бизнесменов, охотников и рыболовов.

Воздействовать на принятие законов, на политику, на власть, не означает служить той или иной партии, или партийному лидеру. Но и не воздействовать на политику – невозможно. Нельзя рассуждать: пусть они правят, а интеллигенция посмотрит, как у них получится. Тем более что общество не научилось оказывать давление на власть. Оно не выработало механизмов контроля власти и многие воспринимают её как «священную корову». Вот тут и напрашивается твёрдое слово интеллигенции.

Мне лично больше всего нравится определение, что интеллигент – это человек, который сомневается. Утрата интеллигенцией оппозиционности (даже будучи во власти), станет концом его существования. Без оппозиционности, без альтернативных идей нет интеллигенции. Без «интеллектуального поводыря» нам не модернизировать страну, не попасть в европейскую семью.

Уже давно настало время, чтобы интеллигенция, наконец, среагировала, как нас «модернизируют», как нам вешают «лапшу на уши». Так не бывает! Не бывает модернизации со «спецами» с заочным образованием, или теми, кто покупают дипломы в частных вузах. Без вложения в солидное гособразование, науку, без создания условий для умных, талантливых людей, чтобы они могли и хотели трудиться на благо своей страны, нам будет трудно достигнуть прогресса. Разве здесь вмешательство писателей, творческих деятелей, кинематографистов, научной интеллигенции излишне? Неужели она себя исчерпала?

Завершая, приведу не оптимистический ответ на эти вопросы, слова великого немецкого мыслителя Освальда Шпенглера, который веско подметил одну важную деталь, обращённые к интеллигенции: «Раньше самостоятельное мышление запрещали, а разрешили, когда способность к нему была окончательно утрачена».

Не хотелось бы верить, что этот вердикт касается и нашей интеллигенции. Но нужно смотреть правде в глаза: раньше её воспринимали как данность, как революционная сила, теперь, же ей грозит забвение. Нужен пример? Недавно в своём обращении Союз писателей призвал лидеров сохранить АЕИ-2. И что же? Никакой реакции.

Демократия, свобода и качество власти при таком забвении окажутся под угрозой. И это подводит меня к заключительной мысли: пора свободным интеллектуалам бить в набат! Нет, Боже упаси, не нужна ещё одна революция. Если перефразировать Эмиля Золя, который ценил слово «интеллектуал», то давайте займёмся делом. Давайте строить демократическое, независимое государство по имени Республика Молдова. Уверен, будущие поколения никогда не предадут забвению сегодняшнюю интеллигенцию.

Хочется надеяться, что Освальд погорячился…

Специально для ava.md

Обсудить